Счастливого Рождества, придурок!

***

Хосок снова видит Юнги на следующий день, когда возвращается домой. Юнги разогревает вчерашнюю еду на кухне. Обычно в их квартире готовит Хосок, и он оставляет половину для Юнги. Хосока это вполне устраивает, потому что Юнги оплачивает половину расходов на продукты, а Хосок любит готовить. Юнги также никогда ничего не заказывает и не требует, поэтому Хосок просто готовит то, что ему нравится. Хосок подумывал о том, чтобы покончить с этой договорённостью, но он ненавидит, когда остаётся несъеденное и всегда пережаривает, когда пытается разогреть, так что, на самом деле, как ни досадно, но то, что Хосок делит еду с Юнги, это оптимально. Хосок ничего не говорит, пока снимает обувь и вешает пальто, и он игнорирует Юнги, когда тот бросает на него взгляд. — Привет, — говорит Юнги. Хосок не отвечает. Ему не хочется. Помимо того, что он в целом зол на Юнги, у него был ужасный день на работе, и он не хочет, чтобы сосед его доставал. Юнги улыбается: — Бож, ты что, всё ещё злишься? Я и не знал, что так сильно тебя достал. Хосок делает глубокий вдох: — Чего ты добиваешься? — Хотел сообщить тебе, что приходил мастер и починил стиральную машину, — говорит Юнги, — и теперь она как новенькая. — О, — удивляется Хосок, — сколько я тебе должен? Юнги хихикает, как будто Хосок только что рассказал смешную шутку: — Тебе не нужно беспокоиться об этом. — Конечно, нужно. Это расходы по дому, так что я твой должник. Хосок намеренно никому не звонил, чтобы починить стиральную машину, потому что, на самом деле, он не может позволить себе ремонт, ни на полную сумму, ни на половину. Прачечная стоит дорого, но всё равно это меньшие расходы, чем на стиральную машину. Хосок надеялся хотя бы дотянуть до следующей зарплаты. Но он не собирается рассказывать Юнги о своих финансовых проблемах. Он заплатит, хоть и с кредитки, впрочем, как и за всё остальное за последние две недели. — Нет необходимости платить. Я рассказал о нашей проблеме арендодателю, и он покрыл расходы на ремонт, — Юнги пожимает плечами, — Разве ты не знал, что арендодатель по договору должен заниматься подобными вещами? — Я… — Хосок не знает, что сказать. Он не думал об этом, потому что, к счастью, у него никогда не было проблем со съёмным жильём. Раньше он жил с родителями, и он ни разу не видел, чтобы они звонили арендодателю, когда что-то шло не так, поэтому Хосок никогда не думал об этом. Интересно, почему он никогда не задумывался о подобном?.. — Хах, да ты действительно дурачок. Ты реально хотел заплатить сам? Хосок хмурится: — Я не дурачок. Как ты вообще узнал номер телефона арендодателя? Ты раньше не интересовался подобным. — У нашего агента по недвижимости. Я попросил у него его контактную информацию и позвонил ему. Довольно приятный парень, кстати, — в этот момент пищит микроволновка, и Юнги достает оттуда контейнер, — Тебе нужно, чтобы я сделал для тебя что-нибудь ещё, принцесса? Хочешь посмотрю твою машину? Прозвище раздражает Хосока, но он знает, что пытаться язвить в ответ — заведомо проигранная битва: — Ты вообще что-нибудь понимаешь в автомобилях? — Я уверен, что знаю больше тебя. Ты, скорее всего, платишь кому-нибудь за то, чтобы он подкачивал воздух в твои шины. Хосок не удостаивает соседа ответом и быстро уходит в свою спальню. Он задаётся вопросом, почему Юнги не может быть реально проблематичным, так чтобы у Хосока была причина выгнать его. Если бы он ломал мебель или курил травку в своей комнате, тогда всё было бы намного проще. Вместо этого он всё чинит. Делает жизнь лучше. Так, сука, бесит.

***

Хосок направляется на свидание, и у него хорошее предчувствие по этому поводу. Он решил, что отчаянные времена требуют отчаянных мер, и заново скачал несколько приложений для знакомств. Конечно, делать это на той неделе, когда ему нужна пара для рождественской вечеринки, немного поздновато, но лучше поздно, чем никогда, как говорится. Он действительно не хотел прибегать к отчаянным мерам, но ему пришлось. Приложения для знакомств — довольно хороший вариант, потому что с их помощью легко найти людей, готовых заниматься безумными вещами. Таких, как, например, поиск любви в Интернете, секс с людьми, с которыми они познакомились в Интернете, и посещение рождественских вечеринок с незнакомцами. Честно говоря, Хосок не знает, захочет ли этот парень быть его парой на рождественской вечеринке. Хосок пока не задавал ему такой вопрос. Как ему кажется, это не лучшая фраза, чтобы начать общение. Вместо этого, Хосок просто отправил ему сообщение с вежливым приветствием после того, как они совпали. Он-привлекательный парень, высокий, работает юристом, и по общению показался приятным. Хосок не уверен, что такой здравомыслящий и серьёзный парень согласится на такой безумный план, но Хосок обязательно упомянет тот факт, что на вечеринке будет бесплатная еда и алкоголь. В свою очередь, он тоже готов составить ему компанию и быть его «плюс один», если парню это когда-нибудь понадобится. Кроме того, Хосок готов подкупить его деньгами. Вообще, конечно, не самая лучшая идея для того, кто пользуется деньгами с кредитки до зарплаты, но что поделаешь. Шансы 50/50, хотя, может быть, это не совсем так, но он в отчаянии, и надежда — это всё, что ему сейчас нужно. Это собственно единственный вариант, который у него есть. Он не может попросить организаторов корпоратива убрать место для его «плюс один», потому что план рассадки был утверждён задолго до рождественской вечеринки, так что рядом с ним будет свободное место, нравится ему это или нет. И если он появится один, это будет унизительно, потому что все подумают, что он расстался со своим парнем или ему изменили. Снова. Как он объяснит людям, что у него был «плюс один», а теперь его нет? Эти места оплачиваются заранее, никто не поверит, что его парень просто был занят или не смог прийти. Все подумают, что его снова бросили. Да, увы, так оно и есть. Но никому не нужно об этом знать. И никто об этом не узнает. Он был так по-идиотски полон надежд, когда добавил «плюс один» к своему пригласительному и ввёл информацию об оплате. И теперь он снова по-дурацки полон надежд на то, что кто-то пойдёт с ним, ведь ему необходимо сохранить лицо, иначе всё будет слишком унизительно. Но, с другой стороны, если всё пойдёт хорошо, у него может, в конечном итоге, появиться парень. И это бы решило проблему окончательно. Или, по крайней мере, до тех пор, пока его снова не бросят. Он надеется, что этот парень продержится хотя бы до следующей рождественской вечеринки. Хосок примерно в десяти минутах от места свидания — милого маленького кафе на берегу реки. Он на автостраде и должен быть там как раз вовремя, то есть примерно за пять минут до фактического согласованного времени. Он надеется, что адвокат оценит его пунктуальность, и это произведёт на него впечатление. В конце концов, Хосок пытается зарекомендовать себя как потенциального партнёра, и хорошо было показать, что он приятный внешне, хорошо одет и приходит вовремя. Да, Хосок принял во внимание свои прошлые ошибки. Он ничего не упоминает о сериалах, которые смотрит, или о том, что он не настолько сознательный, когда дело касается защиты окружающей среды. Заботят ли адвокатов подобные вещи? Он надеется, что нет. Но лучше перестраховаться. Идёт сильный дождь, и Хосок предпринимает дополнительные меры предосторожности за рулём. Радио приглушено, он держит обе руки на руле, он помнит, как инструктор по вождению вдалбливал ему это. Кажется, всё идёт хорошо, даже слишком хорошо для дождливого дня, когда его машина вдруг начинает издавать странный шум. И замедляется. Замедляется и тогда, когда Хосок ставит ногу на педаль газа. — О нет… Машина продолжает замедляться. У Хосока как раз достаточно времени, чтобы включить сигнал поворотника и съехать на обочину, прежде чем его машину разобьют в лепёшку посреди дороги. Остановившись, Хосок трясущимися руками несколько раз поворачивает ключ, но машина даже не издаёт ни звука, когда он пытается включить зажигание. Это нехорошо. Это совсем нехорошо. Хосок заправился только накануне, и стрелка на приборной панели машины показывала это. Что происходит? Почему машина не заводится? Боже, этого не может быть. Этого не может быть! Ему нужно попасть на свидание, и он не может позволить себе заплатить кому-нибудь, чтобы он отбуксировал эту машину и починил ее. Это стоит миллионы вон. Он просто не может себе этого позволить, об этом не может быть и речи, ему действительно нужно, чтобы машина починилась прямо сейчас. Хосок достаёт свой телефон и звонит единственному человеку, о котором может подумать в эту минуту. К счастью, тот берёт трубку. — Скажи мне, что ты разбираешься в машинах. — Тебе тоже привет. И, нет, не разбираюсь, — говорит Намджун. Хосок опускает голову на руль и чувствует, что готов сдаться: — Щибаль. — Что происходит? Хосок проводит рукой по волосам, поправляя укладку, хотя в этом нет необходимости: они уложены идеально. Но, кажется, это больше не имеет значения, потому что он определённо опоздает на свидание с адвокатом, и он совершенно определённо произведет на него плохое впечатление своим опозданием. Тот явно не согласиться ни пойти с ним на рождественскую вечеринку, ни быть его парнем. — У меня сломалась машина. — Может, тогда вызвать службу эвакуации? Или ты можешь попробовать сам заглянуть под капот. — Я ничего не смыслю в автомобилях! И у меня нет денег на то, чтобы мою машину отбуксировали, — Хосок откидывается на подголовник. Он на мгновение закрывает глаза, и в разгар паники мозг выдаёт ему образ, похожий на прозрение. Юнги на их кухне. Самодовольное выражение его лица. — Ты вообще что-нибудь понимаешь в автомобилях? — Я уверен, что знаю больше тебя. Ты, наверное, платишь кому-то, чтобы он подкачал воздух в твои шины? Конечно, шансов немного, это как выстрелить в полной темноте и надеяться, что попал в цель. Возможно, Юнги сказал это просто для того, чтобы подразнить Хосока. Но, может быть, он действительно разбирается в автомобилях. Хосок в отчаянии. Отчаянные времена требуют отчаянных мер. Собственно он уже много раз позорился перед Юнги. Ещё разок потерпит. К тому же, это хоть бесплатно. Он это как-нибудь переживёт. — Я тебе перезвоню.

***

Юнги приезжает через двадцать минут на своём мотоцикле. Хосок хочет пожаловаться на то, что он так долго ехал, что он и так уже очень опаздывает на свидание. Он отправил адвокату сообщение, сообщающее ему о том, что произошло и о его вероятной неявке на встречу. Но не стоит грубить Юнги, возможно, он просто не мог приехать раньше, к тому же, он не обязан ему помогать. Хотя, надо сказать, по телефону Юнги был довольно противным. — Алло? — Привет, это Хосок. — Да, я знаю. Я умею читать, — Хосок слышит, как Юнги печатает. — Что случилось? — У меня сломалась машина. Мне нужно, чтобы ты приехал и посмотрел. — Очевидно, ты ошибся номером. Я не служба эвакуации. — … послушай, можешь приехать или нет? — Почему? Потому что мне не нужно платить? — Юнги щёлкает мышкой, — Я ведь могу и взять с тебя за это плату. — Может тогда ещё возьмёшь за то, чтобы перестать быть мудаком? Или приезжай, или пока. Следует молчание, Хосок уже собирается повесить трубку. — Хорошо. Я посмотрю, что можно сделать, принцесса. И вот он здесь. Он слезает с мотоцикла, его кожаная куртка промокла от дождя, он снимает шлем. Хосок выходит из своей машины, держа в руке зонт, который лежал у себя в багажнике. Он открывает его и подходит к Юнги, укрывая их обоих от дождя. — Итак, твоя машина сломалась? — Говорит Юнги, держа шлем подмышкой. Он улыбается Хосоку, и Хосок вдруг остро осознает, как близко они стоят друг к другу. Он может видеть отдельные волоски на бровях Юнги, веснушку на его щеке и то, как в его глазах отражается свет фар проезжающих автомобилей. — Нет, я просто так позвонил, — язвит Хосок. Хосок указывает головой на машину: — Можешь взглянуть? Юнги пожимает плечами: — Могу, но я ничего не обещаю. Юнги кладёт шлём на заднее сиденье своего мотоцикла и идёт к машине Хосока. — Открой капот, — просит его Юнги. Хосок открывает капот со стороны водительского сиденья и поднимает защёлку под приборной панелью со стороны водителя. Юнги перегибается через капот и начинает осматривать внутренности машины. Хосок придвигается поближе к Юнги, чтобы прикрыть его зонтом. При этом Хосок сам начинает промокать, но он всё равно уже не едет на свидание, так что это не имеет значения. Юнги это нужно больше, чтобы он мог видеть без попадания дождевой воды в глаза. — Что именно произошло? — спрашивает Юнги. — Я ехал как обычно, а потом машина начала замедляться. Я попытался снова завести её, но у неё словно сдох аккумулятор. — Когда в последний раз ты был на техосмотре? Хосок выдыхает: — Больше двух лет назад. Юнги поднимает на него взгляд. Хосок не может точно разглядеть выражение его лица, потому что льющаяся вода затуманивает зрение, но он предполагает, что Юнги осуждает его. Он постоянно его осуждает. — Ты же в курсе, что много пропустил? — Да. Он вытирает глаза тыльной стороной ладони и видит, как Юнги качает головой. — Техосмотры существуют не просто так. — Я знаю. Юнги ещё раз осматривает всё внутри машины, а затем говорит: — Твой аккумулятор в порядке. Вот. Тут горит зелёная лампочка. Я захватил кабели на случай, если дело в нём, но дело не в нём. Я думаю, сломалось что-то другое. Юнги встаёт и внезапно оказывается совсем близко к Хосоку. Хосок сдвигает зонт, чтобы прикрыть их обоих, и наконец–то может ясно видеть — кожа Юнги блестит от дождя, а его чёрные пряди прилипли к шее. Юнги проводит рукой по волосам и говорит: — Тебе нужно вызвать эвакуатор. Хосок вздыхает. Ещё один платёж с кредитки. Похоже, этого не избежать. — Хорошо. В любом случае, спасибо. — Куда ты направлялся? Я могу отвезти тебя туда, если хочешь. Хосок смотрит на мотоцикл Юнги. Он выглядит довольно крепким, но Хосок всё равно чувствует, как по спине пробегает холодок при мысли о том, чтобы сесть на него. — Не стоит. Я думаю, он уже ушёл. — Кто он? — У меня было свидание. Юнги кивает, давая понять, что принял это во внимание. Он снова проводит руками по волосам. — Хорошо. Что ж, — Юнги достаёт свой телефон из внутреннего кармана куртки и набирает номер, — давай разберёмся с машиной.

***

Чонгук — красивый парень с внушительными мускулами и широкой улыбкой. Юнги знаком с ним, потому что тот, по-видимому, занимается техобслуживанием его мотоцикла, а также, очевидно, в некотором роде друг семьи Юнги. Не то чтобы Хосок интересовался этим специально, но он любопытен от природы, поэтому не возражает, когда с ним делятся. А Чонгук, кажется, любит поговорить. Чонгук подсоединяет машину Хосока тросом к грузовику, вытирает дождевую воду со своего лица, снова подходит к ним: — Мы разберёмся, что там с твоей машиной. Я позвоню тебе, когда узнаю, в чём проблема. — Спасибо, что приехал сюда, я действительно очень благодарен. Я заплачу за всё, когда приеду забирать машину. Чонгук машет рукой: — Не нужно. Юнги хён — мой друг. Тебе просто придётся заплатить за детали, если дойдёт до замены. Но я могу сделать тебе скидку на них. Хосок улыбается. Ему действительно повезло. Хосок смотрит на Юнги, который стоит, прислонившись к своему мотоциклу, и, казалось бы, дождь его вообще не беспокоит. Его волосы отяжелели от воды, а на коже отражается свет от фар машин. — Спасибо вам обоим. Несколько минут спустя Чонгук машет им на прощание и уезжает на своём грузовике. Юнги трогает Хосока за плечо, и Хосок оборачивается. — Что ж, подбросить тебя домой? Хосок хотел попросить Чонгука подвезти его домой, но ему было неловко просить ещё об одном одолжении, тем более, что Чонгук направлялся в противоположную сторону. Он и так сделал для него многое. Хосок вздыхает и опускает зонт. Похоже, ему так и так суждено сегодня промокнуть насквозь. — Какова вероятность, что я разобьюсь на этом? — Спрашивает Хосок, спрашивает Хосок, закрывая зонт и засовывая его в карман куртки. — Вероятность — 100%. Вот почему ты, на самом деле, разговариваешь не со мной, а с моим призраком, — Юнги протягивает Хосоку шлем, — едешь или нет? Хосок решается согласиться. — Хорошо, — говорит Юнги, как только они садятся на мотоцикл, — надень шлем и держись за меня. У нас нет ремней безопасности, так что это очень важно. — А что, если я не хочу? — Тогда ты можешь погибнуть, идиот. Ты этого хочешь? Хосок фыркает и надевает шлем, который оказывается намного тяжелее, чем он думал. Хосок ёрзает на сидении, придвигаясь бёдрами ближе к Юнги, чтобы обхватить его руками. Он делает глубокий вдох, обхватывая Юнги за талию, и чувствует себя странно, потому что он так близко к нему. Чертовски странно. — Ты в порядке? Хосок кивает: — Да, поехали. Юнги заводит мотоцикл, и они уезжают. Хосок чувствует неловкость, находясь так близко к Юнги. Он крепко обнимает его, и тело Юнги такое тёплое, несмотря на то, что он промок под дождём. Тело Юнги намного крепче, чем он мог себе представить. Шлем пахнет одеколоном Юнги, и Хосок чувствует себя в безопасности, находясь с ним в дороге. Его трясло от страха, когда он садился на мотоцикл, но теперь, когда они в движении и Хосок может чувствовать только тело Юнги, когда они несутся по автостраде, страх, кажется, рассеивается. Как будто отсутствие стен, как в автомобиле, и подушки безопасности, ничего не значат для него в этот момент. Как странно. Хосок надеется, что они оба быстро забудут об этой поездке. Хосок думал, что Юнги быстро отвезёт их домой, но поскольку он-невыносимый мудак, он зачем-то останавливается у Макдональдса. И это совсем не то, что сейчас хочется Хосоку. У него джинсы прилипают к ногам, он не в духе, потому что он только что пропустил свидание. Хосок снимает шлем после того, как Юнги паркуется, и смотрит на него с раздражённым видом: — Что мы здесь делаем? — Собираемся пойти на массаж. Как и все, кто ходит в Макдональдс, — невозмутимо отвечает Юнги, забирая шлем у Хосока и заходя в здание ресторана фастфуда. Хосок хочет снова возразить, но он не хочет устраивать сцену на публике, да и у него действительно нет особого выбора, поскольку мотоцикл Юнги-его транспортное средство сегодня вечером. В конце концов, Хосок не прочь перекусить. Но он предпочёл бы поесть в сухой одежде. Юнги уже стоит у кассы самообслуживания, когда Хосок заходит внутрь, и он не смотрит на него, когда Хосок присоединяется к нему. — Что будешь есть? — Биг Мак подойдёт, — говорит Хосок. Он чувствует себя неловко: во-первых, он полностью промок и стоит в очереди в общественном месте; во-вторых, ему тупо некомфортно от влажной одежды. А Юнги, похоже, пофиг. Видимо, его просто не волнует подобное. — Наггетсы будешь? — Да. Юнги делает заказ и расплачивается своим телефоном. Хосок спрашивает номер его карты, чтобы вернуть деньги, но Юнги говорит: — Я угощаю. Не волнуйся об этом. Хосок прикусывает губу: — Ты уверен? — Не волнуйся, я могу позволить себе купить тебе Биг Мак. Мне не так уж плохо платят, как бармену, — говорит Юнги и направляется к зоне обслуживания. Хосок следует за ним, и они ждут там вместе. Молчание между ними немного неловкое. Юнги и Хосок редко стоят вот так вместе в тишине. Они либо вообще не стоят вместе, либо препираются. Хосок решает разбавить паузу: — Что ты делал, когда я звонил? — Работал над музыкой. Хосок кивает: — Кажется, ты часто этим занимаешься. — Когда есть возможность. — Почему тогда ты не выступаешь? Юнги пожимает плечами: — Почему не все писатели являются авторами продающихся книг, не все, кто рисует, выставляют свои работы? По той же причине, что и все. Он, наконец, смотрит на Хосока, и Хосок замечает, что его кожа раскраснелась от холода, а волосы завиваются на концах. — Я не хейчу свою работу, и то ладно. — Это хорошо. — А ты свою? Хосок пожимает плечами: — Не сказал бы. Это не тот вид маркетинга, которым я хотел бы заниматься, но в целом всё в порядке. Я имею в виду, это не работа моей мечты, но я не против этим заниматься. — А что было бы работой твоей мечты? Хосок наблюдает, как цифры и буквы «заказ собирается» исчезают на табло. Он проводит рукой по волосам и чувствует, как его щёки заливает румянец от смущения. — Я хотел стать танцором, когда был моложе, — признаётся Хосок, избегая встречаться взглядом с Юнги, — Но это было давно. Дети, знаешь ли, мечтают о самых разных вещах. — Конечно, — говорит Юнги, — Но, держу пари, ты мог бы стать танцором, если бы захотел. — Я в этом сомневаюсь. — Никогда не знаешь наверняка. Просто никогда не знаешь наверняка, — Юнги пожимает плечами, — Жизнь такая сумасшедшая штука. Хосок кивает. Они снова стоят молча, пока не приносят их заказ. На этот раз это уже не ощущается таким неловким.