Лекарь

На Магду мы вылетели через два дня. Корабль, на который мы поднялись, был просто огромен. Только от стыковочных шлюзов до жилой палубы мы шли не меньше пятнадцати минут. Каюты нам с Рари достались отдельные, но совсем рядом. — Это «Солнечный ветер», — заявил Рари, растянувшись на моей кровати. — Ведущий корабль всего императорского флота. Между прочим, Рей Калли является на нём офицером взаимодействия. Но не в этот раз. Сейчас он просто пассажир. А сопровождает нас первая эскадра Салиандаров! Про «Солнечный ветер» и Салиандаров я ещё вчера разузнал — когда ние Шаланэ упомянул, что остаётся на Арии. А про то, что Калли — пассажир, понял, когда увидел его в шаттле. Он был без формы! — Он же может переодеться здесь? — предположил я. — Может, если скучно станет. Пошли поищем кают-компанию, Габи. Там всегда есть сплетники. — А нам точно можно? Это всё-таки военный корабль… — У ларов все корабли военные, — фыркнул Рари. — Никто не будет тратить деньги на простую яхту, когда есть эсминцы. Что же касается «можно» и «нельзя», то на кораблях существует одно правило: куда тебе нельзя — ты просто не зайдёшь. Замок на любой двери считывает профайл и проверяет доступ. Если его нет — дверь не откроется. Пошли уже! Нужное помещение мы нашли быстро благодаря висящей на стене схеме палубы. Я же в который раз удивился тому, как непринуждённо лары относятся к использованию боевых кораблей в личных целях. А то, что используется, — это точно. Слишком дорогая отделка внутренних помещений. Ковровые дорожки на полу, красивые светильники на стенах. Всё это напоминает первый класс роскошного лайнера, а не боевую машину. Кают-компания «Солнечного ветра» была намного больше, чем на «Луне». По периметру стояли мягкие диваны и кресла, а в центре — столики на четверых. Рари плюхнулся в одно из кресел, заказал нам чай со сладостями и принялся рассматривать присутствующих. — Пока тут только офицеры, — сообщил он через минуту. — Гостей ещё нет. — Так, может, тут никого, кроме нас, и нет? — Ну уж нет! — покачал головой Рари. — Если полетел «Солнечный ветер», то это неспроста! — В этом мире мало что происходит просто так, — услышал я певучий женский голос, повернул голову и потерял дар речи. Мне доводилась раньше видеть звёзд, но только мужчин. А сейчас я видел даму в белом кителе, которая вышла откуда-то из внутренних помещений кают-компании и сейчас опустилась в кресло напротив. Рари мгновенно поднялся и преклонил колени. И пока я соображал, как же поступить мне, она заговорила вновь. — На военных кораблях не преклоняют колен. — Я не офицер, — тихо произнёс Рари. — Всё равно. Оставьте официоз, ние Сартан. Вы ведь ещё не поменяли фамилию? — Пока нет, — ответил Рари, возвращаясь в кресло. — А вашему жениху она подходит, — продолжила дама. — Не вздумайте смотреть лекарским, лар Ивернаи, без глаз останетесь! — Знаю, пробовал уже однажды… — признался я, не в силах разорвать зрительный контакт. Её черные глаза с серебряными искрами были пугающими и завораживающими одновременно. Словно я смотрел в бездну, которая безжалостно затягивала меня. Я чуть ли не физически ощущал нарастающее давление, как будто погружался на глубину. Появилось ощущение, что у меня заложило уши и не хватает воздуха. И тут внезапно всё закончилось. Я судорожно вдохнул, возвращаясь в реальность, и услышал голос Калли: — Таисс, у нас нет ещё одного свободного герцогства… Калли стоял за спинкой её кресла, положив ладонь на плечо даме. — Не волнуйся, котик, я не увожу чужих мужей, — ответила она, повернув к Рею голову. — А вот насчёт свободного герцогства могу поспорить. Есть ещё Ивера. Сейчас, когда они так неосмотрительно открыли вам путь, могу попробовать вспомнить молодые годы. Там ведь ещё не имперские ланы… Видел когда-нибудь десятку в наземном бою, когда плюс и минус одновременно? Могу показать, как уходят под землю города, словно в трясину. Как исчезают моря или появляются горы, как двигаются континенты! — А не получится, как с Варданом? — Не знаю, — с улыбкой, больше похожей на оскал, призналась Таисс. — Так мы у себя не пробовали. Наши планеты нам было жалко! От простого, непринуждённого тона Ан-Таисси у меня по спине побежали мурашки. Всё-таки недооценивают на Ивере силу ларов. Не понимают, что многие вещи они не делают не потому, что не могут, а потому, что не хотят. То, что лары в империи строго придерживаются положения Кодекса «не бить магией по ланам», ещё не означает, что они не применят свою силу на Ивере. Как заметила Ан-Таисси, ланы — это здесь подданные империи, свои, которых жалко. А там — чужие, враги. И что-то мне подсказывает, что сидящая напротив женщина без колебаний уничтожит мегаполис со всеми его жителями. Вот она сможет, и ничего не дрогнет внутри. — Если бы Наринэ понадобилось взорвать Иверу, то это проще было бы сделать линкорами с орбиты. Но даже он признал, что уничтожать самодостаточный мир — это кощунство. А если тебе некуда девать энергию, то займись спутниками Лебедя! — У Лебедя же нет спутников, лан Калли, — заметил я. — Астрономию я вроде помню. — Правильнее говорить «не было», — хмыкнул Калли. — А сейчас их двадцать девять, и на паре из них скоро будет пригодная для жизни атмосфера. Звёздный Венец, лар Габриэл, это не просто украшение на голову. — После стабилизации туда надо будет отправить наших малолеток. Пусть вспоминают, что императорская семья — это не только балы и приёмы. Завезут флору, фауну, лет за десять поднимут леса, и можно будет думать о заселении… — прищурилась Ан-Таисси. — Угу, жителями Иверы! — фыркнул Калли. — Я один специально оставлю именно для них. И даже попрошу Лаши не вмешиваться. Мне интересно, как быстро с них слетит шелуха равноправия, демократии и гласности, когда придётся самим обеспечивать себе быт? Что они будут делать с несогласными, недовольными и прочими защитниками всех свобод, когда государство перестанет их лелеять? Как быстро скатятся в феодализм и право сильного? — Лет за десять, — заметила Ан-Таисси. — Мы это уже проходили в сумеречные века. Я родилась позже, но отец рассказывал достаточно подробно. На самом деле, вся эта демократия — это перетягивание титула от одного брата к другому и обратно. Люди никогда ничего не решают. У них есть лишь видимость, но выбирают они всегда то, что им разрешают выбрать. Право решать есть только у сильных. Неважно, о людях идёт речь или о государствах. За всю историю Мира не было ещё ни одной страны, которая бы, не имея рычагов давления, могла бы что-то диктовать другим. Сателлиты всегда делают то, что говорят им высшие. — Ну почему же, Ан-Таисси, — решил поспорить я. — Ведь случился же переворот на Ивере. Значит, могут люди. — Пф! Люди! Просто один «брат из семьи» зажрался, разжирел и обленился. И его подвинул другой, более голодный и злой, а значит — морально более сильный. Поверьте, лар Габриэл, в новом правительстве будут все те же лица, только в профиль! И больших перемен тоже не ждите. Ни сейчас, ни в обозримом будущем. Чтобы изменить ситуацию кардинально, там надо перепахивать и корчевать. А потом, пока не вымрет старое поколение, ещё и регулярно пропалывать. Потому что, пока корни в земле, сорняки будут лезть. Но Наринэ прав, этот рассадник нам нужен. Если его уничтожить окончательно, то разжиреют и обленятся уже наши. — Страшная женщина… — признался я Рари, когда мы вернулись в каюту. — Ан-Таисси — внучка Первого Императора. — Это ж сколько ей лет?! — Точно не скажу, но всё же меньше тысячи. А ещё она мать Арманда, наследника Таириллана. — А герцог, смотрю, отчаянный парень. Я бы не решился… Перелёт до Магды дался мне тяжело. Целый день быть рядом с Рари и даже не иметь возможности прикоснуться... Зато мы опробовали связь. Как оказалось, по ней можно чувствовать, что делает другой. Эфемерные ласки давали разрядку, но всё же не могли заменить полноценного секса. Но я пока ещё держался. — Слушай, Рари, если первый секс превращает помолвку в брак, то как же тогда свадьба? Ведь можно не дождаться её. — Свадьба — это просто приём, на котором двое появляются уже как супруги. После официального объявления вносятся изменения в профайлы. А вот когда именно двое стали супругами, никому знать не обязательно. Только родня поймёт сразу — у них откроется доступ в совместный карман. На Магде мы сели на терминале резиденции. Перед самой посадкой Риани мне шепнул, чтобы я наблюдал за Калли. И вот теперь, едва мы переступили порог выделенных нам комнат, Рари насел на меня с вопросами. — Ну что, видел? — Что именно? То, что нас встречали? Так Ан-Таисси была на борту… — А то, что Калли был вторым, кого приветствовал Наэрин? Он же герцог, а Калли — лан. Официально. Сюда даже военный кодекс не приплетёшь — Калли не входит в эскадру Таириллана, и он был без формы! Он вообще должен был быть статистом. — Калли вроде любовник главнокомандующего… — Не любовник он ему, а супруг! Ты был прав, когда предположил, что полное имя Рея — это Раэйлин. Ар-Раэйлин — это он и есть! И об этом знают гораздо больше людей, чем кажется. По крайней мере, все высшие герцоги точно. Даже то, как он разговаривал с Ан-Таисси. Она называет его «котиком». Подобные прозвища допустимы только внутри семьи. Я вообще думаю, что Калли надоела двойная игра. Он же сам давал мне подсказки. — Ты хочешь об этом рассказать другим? — уточнил я. — Ещё чего! — возмутился Рари. — Я своими тайнами не делюсь! Но вот тебе, Габи, это знание нужно. Чтобы ты понимал, что его распоряжения надо выполнять сразу и быстро. Потому что наши с тобой метки зависят именно от него! — Наши? — удивился я. — У тебя тоже есть метка? — Ну да. Только для меня это не стало новостью. Я с самого начала подобного ждал. — Но… Калли мне обещал, что у тебя её не будет… — Значит, снимет после того, как мы сделаем то, что от нас хотят, — пожал плечами Рари. — Привилегии всегда даются после, а не до. А мы ещё ничего не сделали, чтобы их заслужить. *** Герцогские апартаменты в резиденции занимали весь верхний этаж. Их обслуживали больше десятка слуг, но сейчас доступ оказался закрыт для всех. — Я был удивлён твоим решением прилететь, — произнёс Наэрин, доставая из бара бутылку вина. — Не открывай, я не буду пить, — ответила Таисс. — И тебе тоже бы не надо. — Меня ждут плохие новости? Император вновь недоволен? — Нет. Лаши ещё импульсивен по молодости, но уже умеет смотреть вперёд. Просто тогда появление Арманда стало для нас сюрпризом. В тот момент мы ещё не оценили по достоинству подарка, который котик сделал нам всем. Арманд — золотой фонд. Ему подойдёт любая невеста из герцогских родов, за исключением прямой линии Салиандаров. Думаю, ты сам понимаешь, что это уже становится проблемой. Некоторые уже ищут невест среди сильных графов, роняя баланс. — Я правильно понимаю цель твоего визита? — демонстративно выгнул бровь Наэрин. — Да. Мне нужен ещё один ребёнок. Нам нужна свежая кровь, но взять её неоткуда. На «Звёздной пыли» мы потеряли слишком многих. И, кроме меня, пока больше некому. Лаши не может, у него слишком близкое родство с герцогскими фамилиями. У тех должна вырасти пара поколений, прежде чем он сможет кого-нибудь себе найти. Ашту слаб, не факт, что среди его возможных детей от лары будет хоть одна звезда. Мог бы Наринэ, но его котик слишком юн. Сейчас он не поймёт, расстроится. А нам его расстраивать нельзя! — рассмеялась Таисс. — Дира? — предположил Наэрин. — Ещё романтичная девчонка, а я старая, циничная. Мне не нужны чувства, я уже думаю о благе империи! Тем более вы — мальчики — к этому относитесь проще. Это девочки соглашаются на словах с тем, что от них требуется лишь ребёнок, а на деле ждут, что станут для его отца той самой единственной на всю жизнь. И у меня сильная кровь, которой давно нет среди наших ларов. Мне нужна звёздочка, Нару. Если будет мальчик, семья станет воспитывать его как наследника Лаши. Ведь он будет старше Наринэ! Если девочка, то тоже неплохо. — Дети чаще наследуют уровень отца, чем матери… — Мы приняли меры. Котик улетел на охоту. Сегодня будет много силы. И ты тоже сильный, ты справишься!