Часть 4
13 января 2024 г., 19:18
И вновь прорва комнаты с нечёткими гранями мельтешит перед глазами. Невыносимо болит и кружится голова, вот-вот расколется и не спасёт волшебное слово. Сладкий запах стоял глубоко в носу. Окна закрыты. Душно. Жарко. Так жарко... Нечем дышать.
С трудом поднялась на локтях. Ослабевшее тело тут же отозвалось ноющей болью в мышцах. От напряжения на коже выступил мелкий бисер пота. Как же... Дышать тяжело. Всё же смогла сесть. Голова кружилась, она чуть было не упала, но смогла удержаться на месте и поджав ноги, поднялась в полный рост. Чуть было действительно не упала в этом дымном мареве. Ступила босой ногой на холодный пол и шаткой походкой направилась к окну. Надавила на ставни, и они поддались. Опёрлась о подоконник, жадно вдыхая холодный воздух. Казалось, что ветерок, что пробрался в локоны волос – это бережные руки, что внимательно придерживают голову, поглаживают, унимая любую тревогу. Смахивая, как легких снежок марево сна.
Не смогла сдержать блаженную улыбку, упираясь коленями в стену. Больно, но... Так хорошо, так сладко... Утро. Раннее утро, только-только встало солнце. Мир ещё спит. Спит и видит сны. Так тихо...
Когда первое головокружение прошло, она стала суетливо оглядываться. Внизу многометровая высота, цветут цитрусовые деревья с жесткими, вытянутыми листьями. Арки мостов... А вдалеке – горы. Ослепительное серебро снега и камня. Даже дух перехватило.
– Лианан.
От этого голоса, манящее, почти невесомое чувство безопасности пропало. Будто бы никогда его и не было. Эмин стоял, опершись плечом о дверной косяк и неотрывно, даже насмешливо взглянул на неё.
Меж лопатками скользнула капелька пота. Пробрала дрожь, а сердце забилось быстро и гулко. Он не смогла пошевелиться.
– Долго ещё меня игнорировать собралась, веточка? – Он засмеялся, приближаясь. Каждый шаг гулко отдавался в голове. Когда он приблизился достаточно, внутри будто что-то порвалось. Со звоном и треском.
– Не приближайся! – Она дёрнулась, и секунда затишья пропала, будто бы никогда не было. Мгновение на разворот, чтобы встретиться с ним нос к носу и чуть не выпасть из окна. Эмин сжал ткань одежды у неё на груди. Она опасно затрещала, натягиваясь и очерчивая грудь. Эмин вернул её на пол.
– Даже не мечтай, второй раз так не получится. – холодно произнёс Эмин, отпуская её.
– Пусти домой... Пожалуйста, пусти. – Лианан заговорила быстро, торопливо. – Я хочу домой.
– Зачем?
– Действительно.
– Ну уж нет. Ты будешь тут. Пока не превратишься в дерево и не сдохнешь. Слушай внимательно. Раз до тебя доходит только так. – Эмин обхватил рукой горло, надавливая пальцами под челюсть, взглянул в глаза. Ослепительно синие. – Ты тут нужна только для того, чтобы мой дорогой брат тебя трахнул и распотрошил. Понятно тебе? Хотя, могу и я. Что скажешь? Что я, что брат, кровь похожа, а?
Сердце будто остановилось, а кровь отлила от лица.
– Да. Что, перестала вырываться? Да, милая, ты сдохнешь тут, как вшивая псина. Помни об этом. Хорошо запомни. Но знаешь, мой дорогой брат с веточками любит играться. Знаешь, вырезать миленькую фигурку, оторвать листочки и только после этого разломать. – Эмин говорил мягким, тихим голосом. Ласково. Лианан неотрывно глядела в его черные глаза. Абсолютно черные. Будто в них не было радужки, а только зрачок.
Когда он разжал руку, то Лианан чуть было не упала. Ноги подкосились. Но она выпрямилась, чувствуя, что швы жжет.
Войдёт в доверие, всё узнает и сбежит. Вряд ли они всё знают с самого начала, значит будут какие-то книги?..
– Что замерла? – мягко поинтересовался Эмин и засмеялся. – Надумала, может всё же я тебя покрою, а не мой дражайший брат?
Лианан снова сделала шаг назад и упёрлась в подоконник. Второй раз не получится. Не сейчас.
Хотелось громко-громко заплакать. Позвонить Алану, чтобы он помог. Подсказал, что делать. В конце концов, чтобы забрал отсюда, обнял. Чтобы он был рядом... Его имя чуть ли не сорвалось с губ, когда она открыла рот, чтобы возразить.
– Значит, да? – Насмешливо спросил Эмин и запустил руку под полы её странного одеяния. Провёл рукой по боку, обхватил грудь. Лианан дернулась, пытаясь сбежать. Но он сжал её горло, прижимая к стене. – Стой смирно.
Рука опустилась ниже, скользнула меж сомкнутых бёдер. Лианан взмахнула рукой, чуть не задев его лицо. Так захотелось разбить ему лицо. Превратить его в кровавую кашу. Эмин на секунду отстранился, но лишь для того, чтобы скрутить её руки и прижать грудью к стене.
Сердце забилось подстреленной птицей.
– Чудесная веточка. Золотая, с яшмовыми листьями. – мягко проговорил Эмин, но отпустил её и кинул на кровать, словно тряпичную куклу. Безвольную, слабую.
– Сегодня тебя проведут по городу. Чтобы показать народу. Ты как-никак божество. Хотя, из тебя божество не многим лучше, чем из меня. – усмехнулся и сел рядом. – Так вот. Веди себя прилично. Среди тех, кто придет поглазеть на новую жертву будут и воины. Сделаешь что-то не так и, будь уверена, я лично прослежу за тем как тебе отрежут ноги и скормят их драконьему племени. Ты всё правильно поняла?
Шанс сбежать призрачно растаял едва появившись.
– Не слышу.
– По-поняла...
– Вот и славно. – Эмин хлопнул её по плечу, поднялся и вышел. О чем-то сказал подошедшей Сэн.
Лианан ледяными, негнущимися пальцами сгребла простынь и замоталась в неё с головой. Зажала рот, подавляя всхлипы. Не при нём. Не при ком-то. Тем не менее шаги всё отдалялись, а истерика всё приближалась.
Лианан хватала ртом воздух и смаргивала слёзы.
За что? За что? За что? За что?
– Госпожа, пожалуйста, давайте переоденемся. – ласково произнесла Сэн, приближаясь к постели. Кажется... Она не многим старше её самой. Должна понимать.
Собственное тело казалось грязным. Тесным. Отвратительным. Хотелось выпасть из окна головой вниз – чтобы точно местные не спасли.
Хотелось содрать кожу.
– Госпожа. Давайте я наберу ванную. Помогу вымыться. – мягко ворковала Сэн над ней. Рука потянулась чтобы провести по спине, пригладить.
– Не трогай! – она не смогла и пошевелиться. – Не трогай, не трогай, не трогай!..
– Госпожа. – Сэн тихо вздохнула. – Госпожа. Посмотрите на меня. Посмотрите на меня. Давайте. Поднимите глазки. Вот так.
Лианан уставилась на неё.
– Вот, хорошо. – Сэн улыбнулась ей. – А теперь давайте я приготовлю вам ванну. Хорошо?
Она с трудом кивнула в ответ.
– Вот и славно. Накупаетесь, приведём вас в порядок, будете самой красивой. А плакать не надо, хорошо? – Сэн, почему-то осмелела и ласково улыбалась. – Я скоро вернусь.
Действительно, не прошло и пяти минут, когда она вернулась.
– Пойдёмте.
Помогла подняться, накинула на голову простынь, чтобы ей было более комфортно и вывела из спальни. Провела по коридору с кремовыми стенами, расписанных яркими красками витражей. Свет падал на них, слегка отражался, засвечиваясь. Пахло... Пряностями. Какими-то травами.
Зашли в ванную. На полу выложена мозаика из гладкого стекла.
– Вот так... – не касаясь кожи, Сэн помогла снять эти одежды и забраться в ванную. – Я принесу ханьфу сюда. Приведём вас в порядок?
Протянула ей кусок мыла. Приятно пахнущий молоком. Лианан ссутулилась, чтобы небольшая грудь не была видна и стала размыливать его. Взяла люфу.
Сэн хотела было помочь, но Лианан на неё подняла взгляд загнанного зверя, что будет пятиться, пока не упрётся куда-нибудь, где не достанут. Где можно зализать раны. Где будет безопасно.
Служанка вышла.
Пока тёрла кожу, будто желая действительно содрать верхний слой, вспоминалась квартира Алана. Как он там? Он же?.. Его же успели спасти?.. Наверняка, у него гемопневмоторакс образовался... Кровопотеря, травматический шок, гипоксия от недостатка оцк... На глаза навернулись слёзы. Его хотелось обнять. Приласкать. И никогда не ходить в квартиру родителей. Вот же... Захотела документы забрать... Мерзость. Паспорт взяла и хватило бы.
Сэн действительно скоро вернулась и бросив вещи, подбежала к Лианан. Вытягивая её голову из воды.
– Пусти. – Лианан и сама вынырнула и показав жестом, что всё в порядке, нырнула обратно, вымачивая волосы. Жирные, слипшиеся.
– Что у вас с затылком?.. – Сэн прикрыла рот рукой.
– А?.. – Лианан вынырнула и стала мылиться. Ну, под водой с пеной ничего не видно.
– У вас?.. Почему на затылке нет волос? – Сэн кажется побелела и глаза с красивой монгольской складкой округлились.
– Ах, это... Сбрила. Андеркат называется. – Лианан провела рукой по коротким волосам. – Не нравится? А мне очень даже. Я ещё и волосы отрезала, но те отросли.
– Это ужасно. Вы же – божество. – Сэн вздохнула и встав за спиной стала прочесывать волосы. – А у божества – самое ценное это волосы. А вы так легко говорите, что обрезали.
– Почему они такие ценные?
– Ну как же. В них вся сила. Вся ваша жизнь. Глядите, какие густые и сильные. Лучше бы отращивали... – Сэн мягко огладила всю длину. Даже с обрезанным затылком, волосы действительно тяжелые и толстые. Густые, чтоб их не ладно.
После её слов пожалела, что не отхватила всю длину под корень, как и хотела. Под машинку. Без сожалений. Что же остановило тогда?..
Кажется, Алан. Она показала ему как хотела постричься, и он попросил оставить хотя бы немного длины, чтобы можно было заплетать. А она была только и рада, если он её плести будет.
«Лианан сидела у него на коленях, пока Алан старательно прочесывал длину, от корней до кончиков, прихватывал прядки у висков, любуясь ими. Вдыхал сладковатый запах, оставшийся от шампуня. А потом неспешно брал прядки у лица и плёл аккуратный рыбий хвост. Шутил, что точно также в детстве заплетал на конюшнях хвосты у лошадок.
И она ему внимала, с упоением глотая каждое слово. Отклоняя голову, чтобы он целовал шею и плечи. Обнимал со спины, складывая одну руку на живот, а вторую под грудь.
– Знаешь, когда я был младше, то меня позвали на речку. Я в каком-то лимане нашел лягушонка. Маленький такой... Вот такой. – Он показал фалангу указательного пальца. – Лето было.
– Маленький.
– На тебя похож был.
– Эй! – Лианан засмеялась, поворачиваясь к нему. – А почему?
– Такой же маленький и миленький. – Алан засмеялся, целуя возлюбленную в висок.»
– Госпожа, с вами всё в порядке?
– Да... – Лианан кивнула и погладила шею, смывая пену.
Как лягушонок, сидящий в прогретой солнцем луже.
Сэн стала лить воду на голову, смывая пену. Потом принялась приводить волосы в порядок. Лианан снова погрузилась в размышления, когда её из них выдернул свистящий, вибрирующий звук, будто цикада. Чуть не дёрнулась. Это Сэн стала петь. Чем-то напоминало камлание, глубокое, сильное горловое пение.
Звук отразился от стен, возвращаясь несколько раз. Она поёжилась и по коже прошлись мурашки.
По абсолютно сухой коже.
Пение оборвалось также быстро, как и началось.
– Чт?..
– Простите, я ещё плохо умею, только очень простенькое колдовство.
Сэн как ни в чём не бывало помогла ей подняться и правильно надеть всю ту одежду, что принесла. Без чьей-то помощи это было бы действительно сложно. Поясов, только на нижних одеждах, было пять. Ханьфу приглушенного красного оттенка с белой камелией. После этого, шел широкий пояс, яркий, расшитый цветами, опять же, цветами красной камелии. И после него уже накидка.
– Пойдёмте. Я помогу накраситься и соберу прическу. – Сэн всё также мягко улыбаясь, повела её обратно в спальню. Усадила перед собой, стала собирать волосы в не высокий пучок, чтобы скрыть обритые волосы. Часть прядей оставила свободными. Вставила искусственные цветы, листочки.
Достала пудру и стала наносить на лицо, скрывая все шероховатости и припухшие глаза. Замазала брови и нарисовала другую форму угольной пылью.
Подчеркнула ресницы и набрала румяна. Кожа от плача стала бледного, болезненного оттенка. Покрыв тени тёплыми румянами, взяла помаду и стала наносить на среднюю часть губ, чтобы они были меньше, круглыми и поблёскивающими. Взяла кисть и начала наносить алую краску. Точки рядом с уголками губ, цветок на лбу.
– Какая вы теперь красивая. И сама как самый прекрасный бутончик камелии. Только... – Она взяла кисточку и слегка поправила румяна на висках и отойдя, улыбнулась. – Прекрасны.
Лианан слабо улыбнулась. Взглянула в зеркало и не узнала собственное отражение.
Сэн поправила на ней тяжелое, вышитое одеяние. Серебряные завитушки на тёмной ткани... Как туман в горах.
Плечи тяжело опустились под весом ткани.
– Вот и всё, скоро вы пройдёте по улицам. Народ должен увидеть облик нового божества. – мягко сообщила Сэн, ещё немного подправив макияж.
– Мало что можно увидеть под этой тонной макияжа... – со вздохом отозвалась Лианан, опуская глаза. Сэн промолчала, убирая косметику на место.
– Госпожа. Позвольте провести вас. Наверняка вас уже ждут. – Сэн поклонилась и придерживая под руку, провела её по коридорам. Путь почти не запомнился. Как и то, как её посадили на колени в паланкин.
***
Это место всё больше пугало. Белизна стен, абсолютная, почти стерильная чистота. Люди, что заглядывали к ней, радовались, будто действительно... Действительно божество... У многих в руках ветви камелий, девушки всматривались в её лицо, будто ища... Что-то. Она легонько улыбнулась одной из них. Девушка сразу расцвела, а на лице появилось такое выражение, будто бы её благословили, подарив вечную жизнь. Внутри всё больше росло напряжение. За кого её принимают? Что происходит? Зачем это всё? Она опустила взгляд, рассматривая ногти. Всё украшено цветами. Цветами белой камелии. Настолько бледной, что тёмные одежды на ней казались черным пятном. Внутри столько... Столько ощущений. И так страшно. Так страшно, бежать, скорее. Скорее, скорее, скорее. Органы сжались, готовые порваться. Вдохнуть так тяжело. Сердце бьётся в горле, сдавливая. Бежать. Скорее. Бежать и не оглядываться.***
Когда вернулись обратно, то казалось, что она сбежит. Или потеряет сознание от страха. Её взяли под руки. Под макияжем совсем не видно насколько она побледнела. Ноги подкосились, и она едва ли смогла бы стоять, если бы её на подхватил какой-то мужчина. – Всё в порядке, Лианан? – Да, я... – она опустила взгляд. – Я отведу тебя в твои покои. Отдохни там хорошо, договорились? – он мягко придерживал её под руки, но как только переместился в другое место, чтобы приобнять и придержать, то девушка заплакала. – Н... Не трогай! Не надо... Не надо, не надо, не надо, не надо... – чуть не задыхаясь говорила она, смотря ему в глаза и крепко сжимая её запястья. – Не смейте меня трогать... Казалось, ещё чуть-чуть и от обуявшей её паники она задохнётся. Она медленно осела – ноги не держали. Закрыла лицо руками, мажа макияж. – Не трогайте... Не трогайте меня...
