Цветущая камелия

      – Дорогой брат, знаешь, если у неё при каждом пробуждении будут такие истерики, то все благовония для дымного сна закончатся очень скоро. – Проговорил Эмин с ухмылкой поставив рядом курильницу.       Размешал мелкий речной песок и пепел. Взял раздробленные в порошок благовония и примяв всё, стал крохотной ложечкой раскладывать на форму благовония. Постучал по форме и убрал её. Поджег спичкой краешек и накрыл крышкой. От ажурной курильницы, покрытой эмалью и глазурью пошел тонкой струйкой сизый дымок.       – Значит я выпишу ещё. – Юшеро уложил бессознательную девушку в постель и стал смывать макияж с пальцев. Сэн стояла в поклоне и несмела даже вдохнуть полной грудью.       Юшеро взял воду и мягкую ветошь и стал протирать её лицо. Прошло достаточно времени, прежде чем полностью смыл весь макияж.       – Удивительная веточка нам попалась. Что думаешь, придётся использовать для неё цветочный яд?       – Нет, мне не нужно неподвижное тело, сознание должно быть чистым. – Юшеро строго взглянул на брата. – Кому как не тебе об этом знать? Сэн.       – Господин?       – Переодень госпожу в подобающее одеяние. Эмин.       – Да, дорогой брат?       – Пойди к Аоюнь и справься о её самочувствии.       – Это так срочно?       – Да. Или тебе повторить ещё раз? – Юшеро бросил на него прохладный взгляд и Эмин слегка попятился. После чего кивнул и торопливо вышел из покоев. Сэн в присутствии Юшеро стала аккуратно высвобождать Лианан от множества одежд. Оставила пока что только в нижних.       – Господин... Отвернитесь... – в пол голоса попросила Сэн, глубоко поклонившись ему.       – Выполняй свою работу. – холодно произнёс Юшеро. – Мне нужно увидеть её тело. Это важно.       – Слушаюсь. – Сэн ничего не оставалось кроме того, чтобы подчиниться и переодеть её в сорочку. Юшеро внимательно всматривался в выступающие ключицы и косточки на руках. Интересно, сколько крови можно будет с неё сцедить, прежде чем она потеряет сознание?       Сэн скрыла под тканью ноги и заботливо укрыла простынью.       – Можешь идти.       – Господин?..       – Мне повторить?       – Нет... – Сэн мотнула головой и торопливо вышла.       Юшеро сел рядом с ней и поправил прядку волос. Достал шпильку, вторую, третью, гребень... В две горловые ноты погасил курильницу и развеял дым. Ей дали сделать один вдох цветочного яда. Он скоро должен выветриться. Погладил её по щеке, ощущая... Странное сочувствие.       – Алан?.. – она приоткрыла глаза с широкими зрачками, скрывшими даже радужку. Накрыла его ладонь своей. – Алан... Я так рада, что ты рядом... Алан... Она лепетала что-то ещё, пока из её кожи прорастали ветви камелии. Юшеро поджег обратно курильницу и понял, что хоть и всё не верно, хоть за такое нарушение правил ритуала ему можно отсечь руку, но пожалел столько бесплодных веточек.       Достал член и стал водить кулаком по длине, смотря на то как растут ветви. Податливое тело не скупилось на предэякулят, что лился в избытке. И в нём тоже есть семя. Провёл мокрой рукой по ветвям, и они стали окрепать, а на некоторых появились узлы бутонов. Бутонов чистейшей, белой камелии. Низ живота свело от возбуждения, когда он убрал руку. Поэтому продолжил своё занятие, строго следя за тем, как подрагивают распускаясь, бутоны.       Если выварить её, то дракониха сможет легче перенести линьку.       Если добавить крови, то они вберут в себя силу этой ветви от самого её начала и им не будет равных.       – Какая ты сильная веточка. – с мягкой улыбкой проговорил Юшеро, взяв нож с тонким лезвием и прибравшись за собой, стал аккуратно отцеплять ветви от кожи. На них выступила кровь. И ветвей больше.       – Алан... – едва слышно пролепетала Лианан, явно не особенно понимая, что происходит.       Юшеро едва слышно вздохнул.       Легче сломать и довести до такого состояния, когда ей будет абсолютно на всё плевать, но если у Эмина до сих пор не получилось довести до состояния, когда она не сможет думать, то...       Бережно обнял её и положил её голову себе на плечо.       – Да, Алан... – мягко произнёс он и поцеловал голову. – Всё хорошо. Всё будет хорошо.       – Я тебя так люблю...       – И я тебя. Но тебе нужно хорошо отдохнуть. Нужно выспаться.       – Выспаться...       – Да. Ты ведь устала. Нужно поспать. – Юшеро погладил её о спине и уложил обратно. Чуть улыбнулся. Кто бы не был этот Алан, это можно использовать. Какое-то время точно.       – Не уходи...       – Я побуду тут. Засыпай. – погладил её по щеке и мягко улыбнулся, прикрыв глаза. – Ничего не бойся. Тебе никто не навредит.       Лианан заплакала, зажмурив глаза. Но дымный сон быстро подействовал, погрузив в глубокий сон. На даже так она продолжала плакать. Наверное, что-то снилось.       Юшеро забрал ветви и вышел, прикрыв дверь.

***

      – А что ты делаешь? – Лианан заглянула ему через плечо и слегка приобняла.       – Паяю. Смотри, тут контакт отошел, нужно обратно просто слегка... – он набрал на паяльник немного канифоли и алюминия. По комнате пошел приятный запах смолы.       Лианан положила ему голову на плечо, с удовольствием вдыхая ароматный дымок. Алан такой теплый, мягкий, так хорошо рядом с ним. Положила руки ему на грудь, чувствуя сердцебиение. Ритмичное, сильное, здоровое.       – Я тебя люблю... – он отложил паяльник, взял её за руки и поцеловал ладони.       Лианан прикрыла глаза.       Открыла вновь.       – Алан?..       – Лианан, что же ты наделала?.. – он медленно обернулся к ней. Вместо глаз было два кровоточащих провала. Тёмных, глубоких. По щеке пробежала красная дорожка к подбородку. Будто бы плачет.       – Алан... Нет-нет... Я не хотела... – она вздрогнула, чувствуя как тело немеет, прижалась к нему ближе, опустила взгляд на руки. Они соприкоснулись с чем-то тёплым, липким. На пальцах остались следы крови.       – Нет-нет-нет-нет-нет... Пожалуйста, нет... Пожалуйста, только живи... – Лианан зажмурилась, утыкаясь ему в шею.       – Это всё лишь твоя вина. Зачем ты туда пошла? Зачем? Я умер из-за тебя. Меня больше нет. Отпусти наконец. – охрипшим голосом говорил он, опустив руки.       – Алан... – Она сжала в руках ткань мягкой футболки и заплакала...       ... Ткань простыни скользнула вверх.       – Нет...       Она распахнула глаза, вновь ощущая, как всё плывёт, но на этот раз встать не смогла. Тело будто закоченело. Как у трупа. Пальцы двигаются, следом кисти, стопы, колени, предплечья, она свернулась клубочком и закрыла лицо руками, вцепившись в волосы.       – Нет... Это не правда... Это всё не правда... Так не бывает, нет. конечно нет... Я... Конечно, я разбила голову, мне сейчас это снится, я лежу в коме, в больнице... Всё живы, просто я поехала крышей... – она жмурилась всё сильнее оттягивая пряди волос, несколько десятков волосков выдернула с корнями.       Изнутри всё рвалось и горело. Хотелось кричать, рвать и метать, сорвать голос, вспороть вены на шее – лишь бы всё уже наконец-то прекратилось. Забылось. По щекам бесконтрольно текли слёзы.       – Нет-нет-нет... Пожалуйста...       – Госпожа. – Вошла Сэн и принесла что-то на подносе. Поставил на тумбочку и поклонилась. – Как ваше самочувствие?       – Отвратительно. – Честно отозвалась Лианан, подняла на неё взгляд.       – Вам нужно поесть. Я помогу. – Сен помогла ей сесть и зафиксировала положение, чтобы слабое тело не пошатнулось.       Поесть.       Лианан прислушалась к своему телу и с ужасом поняла, что... Ничего не чувствует.       – Сколько... Я нахожусь здесь? – спросила тихо.       – Восемь дней.       – Восемь... И я ничего не ела с того момента, когда... Попала сюда?       – Конечно, нет. Вашему телу это было не нужно. – мягко отозвалась Сэн, взяв в руку пиалу с чем-то гомогенным. Знать бы ещё что это... – Но сейчас вы полноценно проснулись и заклинания, которые на вас наложил Его Высочество Наследный Принц почти спали.       Сэн набрала немного этой субстанции в ложку и протянула ей.       – Я умею есть...       – Тело слабое. Ешьте так. – с легким напором произнесла Сэн и Лианан не оставалось ничего кроме того, чтобы подчиниться.       Похоже... На разбухший и перетёртый рис. Почти безвкусная субстанция, слегка зернистая. Сблевать это не хотелось, как и есть. Тем не менее, Сэн старательно пичкала её этой дрянью и следила чтобы глотала.       Дала пару раз воду на розе.       Не больше двух пиал.       С ужасом Лианан понимала, что ей действительно не нужно было... Ничего. Абсолютно ничего. Глотала раз за разом странную субстанцию, не задумываясь ни о чём. Но почему-то хотелось высвободиться от своего тела. Чтобы не было больно, чтобы пропал этот мерзкий и тяжелый вес в груди.       За что это всё?       – Вечером вам нужно будет посетить Его Высочество Наследного Принца. Сейчас нужно начать готовиться, чтобы придти к нему свежей и отдохнувшей.       – Пусть хоть сдохнет этот наследный принц. – в пол голоса отозвалась Лианан, переводя опустевший взгляд на Сэн. – Мне плевать, делай со мной что хочешь, хоть волоком тащи, но я не пойду.       – Госпожа... Ну как же так? Вам действительно нужно.       – Хоть аргумент один приведи. Один аргумент зачем мне нужно переться к этому выблядку?       – Госпожа?       – Завались. Потому что кому-то там петух жареный клюнул, я потеряла всё что у меня было, начиная от родителей и заканчивая будущим. – Лианан убрала волосы с лица. – Я не хочу. Смысл? Объясни, зачем я здесь? Откуда эти пятна на коже с припёкшейся кровью? Я ведь не животное, почему так трудно было всё сделать сразу? Почему меня надо тут держать так долго? Чтобы что? Чтобы просто выебать и прирезать?       – Госпожа... Не мне эти вопросы задавать нужно. – мягко произнесла Сэн, убирая пиалу. – Посетите Его Высочество хотя бы для того, чтобы задать эти вопросы ему. Лианан прикрыла глаза.       Наивно было полагать, что служанка будет знать хоть что-то полезное. Это ж у нас этот Наследный Принц виновник торжества. Скотина. Пусть мучительно сдохнет от рака простаты.

***

      Юшеро корпел над столом, где старательно отделял белоснежные бутоны от листвы и веточек. Сложил всё по отдельности в фарфоровые котелки. Стал вываривать. Выловил сначала листочки и отставил с огня. Следом веточки и последние – бутоны. Туда он добавил несколько капель собственной крови, прежде чем отставить с огня.       – Дорогой брат? – Эмин осторожно вошел к нему.       – Что-то срочное?       – Лианан проснулась, я, как ты и просил, уведомил её о твоём пожелании. – она заглянул в котелки и чуть улыбнулся. – Ты всё же нарушил Ход Вещей.       – А что мне ещё оставалось?       – Ну...       – Фегар и без того очень тяжело переносит линьку, а учитывая, что хозяйка ранена и сама страдает, положение дел становится намного хуже. Понимаешь, дорогой брат... Дракон страдает. – спокойно произнёс Юшеро. – Если бы ты хоть немного, но интересовался происходящим, то знал бы, что Фегар уже отказался от еды и лихорадит.       – Это плохо?       – Это будет смертельно, если ничем не помочь. – он кивнул и стал слегка помешивать отвар из бутонов. – А помочь может только Царевна Камелия. Я пойду поперёк Хода Вещей, если это поможет делу. Пусть это и кончится моей смертью однажды, но... Это будет хотя бы не зря. Тем более, веточка оказалась с крепкими корнями. Это хорошо. Это значит, что из неё можно вытянуть больше.       – С корнями. – Эмин кивнул. – Мне поторопить их?       – Нет. Я ещё какое-то время буду с этим заниматься... Пусть не торопятся слишком...

***

      Лианан по коридору вела Сэн. А может сбежать? Со всех ног, в окно, разбить голову о брусчатку... Эта мысль уже даже не пугала. Сейчас надо сделать вид, но она умненькая и послушная, втереться в доверие, а потом выкрасть парочку книжек, выучиться самой и сбежать отсюда...       ...Если не прирежут раньше, но это уже другой вопрос.       Сэн постучала в тяжелые двери и они отворились внутрь. Сэн замерла и взглядом указала Лианан, чтобы она шла следом. Их встретил уже возрастной слуга. На первый взгляд ему глубоко за пятьдесят. Но он в точно таком же халате в каком была Сэн. Лианан робко шагнула внутрь, опустив взгляд. В этот раз одежда была в порядок легче. В этом месте было чуть жутко. Темнее. Поблёскивал в холодном свете отполированный тёмный пол и разные панели. Ни пылинки.       – Господин. – у слуги был глубокий, низкий голос.       – Можешь быть свободен. – мягко отозвался Юшеро, оторвавшись от своего занятия. Он отставил котелочек и закрутил крышку на третьем сосуде. После чего поднялся и точными движениями сунул сосуды в ремешки на поясе.       Лианан остолбенела, а в горле застыл горький ком.       Это тот человек, которого она уже видела... Который...       – Царевна, позволено ли мне пригласить вас на прогулку? – он протянул ей руку, едва-едва поклонившись, своими действиями прервав поток мыслей. Спрашиват. Будто её ответ имел вес.       – Д-да... – Лианан кивнула и взяла его под руку.       Юшеро вёл её по коридорам, подстроившись под её шаг.       – Зачем я здесь? – осторожно спросила в пол голоса.       – Кровь возвращается к крови. Камелия к камелии. – мягко отозвался Юшеро, чуть улыбаясь. – Даже такие сильные веточки должны вернуться к стволу.       – Веточка... А я... Не одна ведь тут?       – Одна. На тебя возлагали большие надежды и не прогадали. – мягко произнёс он, выводя её меж ажурных колонн в сад.       В центре возвышалось самое высокое дерево. Высотой может быть больше десяти метров. С ослепительно белыми соцветиями камелии, что усыпали каждую, даже самое маленькую веточку.       Спиралью вокруг неё росли другие деревца. Многие тоже высокие, тоже крепкие. И их стволы со вскинутыми ввысь ветвями напоминали силуэты девушек. Одни были уже размытыми, поросшими ветвями и корой. Где-то ещё проглядывались лица, выделялись руки, где-то уже нет.       Лианан смотрела на них, проходя. Некоторые деревца были совсем захиревшими, блёклыми, другие наполненными соками, разошедшиеся пышным цветом. Лианан слегка повернула голову, после чего дернулась от неожиданности.       – Всё в порядке? – мягко поинтересовался Юшеро и тоже взглянул на камелию.       – Она?.. – Лианан глотнула, вглядываясь в силуэт лица. Молодая камелия, кора едва-едва тронула изящные черты лица, не омрачив нежной улыбки. Девушка будто бы спит. Будто вот-вот приоткроет глаза, оглянется и спустится изящными ногами на сырую землю. – Это... Они все были?..       – Каждая камелия – это царевна. Пойдём скорее. – Юшеро повёл её дальше, вглубь этого сада. Когда они оказались у центрального дерева, невольно перехватило дух, когда она взглянула на верх, где в густом сплетении кроны плясал менестрель-ветер.       – Это тоже... Девушка.       – Это Мама. Твоя в том числе. – с придыханием произнёс Юшеро и легко улыбнулся. – Живое божество. Прикоснись к ней, она поделится с тобой своей мудростью. Ей не одна сотня лет, она старше всех в этом замке вместе взятых.       Лианан посмотрела на руки, но прикасаться не стала. Снова взглянула на это дерево. Внутри поселилось беспокойство, и она сделала два шага назад. Какое же... Могучее дерево.       Мама...