По снегу, летящему с неба

      Тридцать первое декабря — последняя страница в книге года: время подводить итоги, строить планы на будущее и верить, что следующий год обязательно будет лучше предыдущего. За последний месяц Сережа убедился, что прошлое имеет свойство возвращаться тогда, когда его совсем не ждешь. Причем не просто заходить, аккуратно постучав в дверь, а с ноги открывать ее и превращаться в будущее, причем то, о котором мечталось. Сереже нравилось то, что они делали их группой, и он верил, что у них все получится.       Этот год действительно был особенным, даже декабрь вспомнил о том, что он — зима, и выдался снежным и морозным. Он напомнил Сереже о далеком детстве, времени, когда и трава была зеленее, и воздух чище, и вместо настоящего было будущее, далекое, но прекрасное.       Правда сегодня, как назло, погода решила добавить ложку дегтя в огромную бочку меда. Температура поднялась к плюсовой отметке, вокруг стояли лужи, а настроение было ленивое. Сережа лежал в кровати и отчаянно не хотел вставать. Словно именно в этот момент накопленная усталость решила напомнить о себе.       Последняя неделя выдалась тяжелой, хотя Сережа ожидал от неё худшего. Но все, включая Антона, вели себя довольно мило и прилично. Стас нарадоваться не мог тому, как они стали понимать друг друга с полуслова, дополнять шутки, и даже, кажется, реагировать быстрее. Он утверждал, что дело в пьянке. Сережа был уверен: причиной тому был секс, он без вреда для здоровья, позволяет узнать человека лучше. Несмотря на улучшение в рабочих делах, вне сценок Антон вел себя странно и явно задыхался в противоречивых чувствах, между любовью и ненавистью. За работой он прятался от самого себя и готов был вжиться в любой образ, который предлагал Стас. Это категорически не нравилось Сереже, ведь этим он безумно напоминал Арсения. Тот тоже настолько боялся быть собой, боялся порицания и осуждения, что прятался за бесконечными масками и амплуа слегка эксцентричного, но крайне интеллигентного актера. Порой сам теряясь, кто он сам.       Арсений даже дома, оставаясь наедине с собой, продолжал играть.       Порой это пугало.       Сережа не желал такой участи Антону, который явно боялся себя и своих чувств, и присутствие рядом Димы ему совершенно не помогало. Дима сказал, что они поговорили, но явно в этом разговоре упустили самое важное. Конфликта не было, как и возможности выпустить пар. Антон совершенно не велся на провокации и отказывался думать о том, что произошло той самой длинной ночью. Он, с присущим ему упрямством, продолжал строить из себя страуса, бесконечно прячущего голову в песок. «Ничего не вижу. Ничего не слышу. Никому ничего не скажу» — стало его своеобразным девизом.       Он не реагировал, ни на мягкую улыбку Димы, ни на провокации Арсения. Сам Сережа участвовать в этом отказывался, предпочитая не лезть, и так неловкость можно было пощупать пальцами, словно невероятно красивую, но полную колючек розу.       На предвзятый взгляд Сережи между Димой и Антоном происходило что-то странное. Слишком уж они не похожи и похожи одновременно. Да и чувства их скорее объединяли братские, чем любовников. А еще они оба слишком много думали, что в их ситуации могло привести к катастрофе. В последнее время он больше придерживался позиции Арса: лучше один раз почувствовать, чем сто раз подумать.       Сережа развернулся на кровати и довольно улыбнулся, вспомнив, как спустя пару дней после той ночи, Арсений прошмыгнул в его комнату поговорить. Вид он имел слегка растрепанный и растерянный, но тем не менее решительный.       Прийти он решился, а вот начать разговор и зайти в комнату не смог. Смотрел на Сережу своими нереальными голубыми глазами и просил о помощи.       — Поговорим? — с улыбкой предложил Сережа, подзывая его ближе.       — Ты тоже это чувствуешь? — решил начать с главного Арс.       — Что именно? — спросил Сережа, не до конца понимая, что беспокоит его лучшего друга. Чувствовал он много чего, но о чем именно говорил Арсений, он откровенно не понимал.       — Дима явно все сказал Антону и между ними пробежала черная кошка, — начал издалека Арс, но словив укоризненный взгляд Сережи, поспешил добавить. — Мне хотелось бы, чтобы он стал нашим постоянным любовником.       — Нашим? — выгнул бровь Сережа. Почему-то в этом предложении удивило именно это. Арсений слишком не любил употреблять местоимение множественного числа в отношении себя и кого-либо. А вот то, что он захочет продолжения, было очевидно.       — Сереж, — жалобно попросил Арс, теряясь от вопроса и складывая руки на коленях в защитной позе. Разговоры о личном и чувствах никогда ему не давались. Сережа тяжело вздохнул, потянулся к нему, разжал руки и осмотрел в глаза.       — Арсюш, давай начнем с начала, — мягко сказал он, заставляя выдохнуть и отпустить напряжение, — Ты хочешь поговорить о нас, о нас с Димой или…       — Ты невыносим, — тяжело вздохнув, сказал Арс, чувствуя, как решимость его покидает. Он тут же попробовал встать с кровати, принимая поражение своей неловкой попытки открыться. Порой, Сереже казалось, что он сам не знает, что чувствует к тем или иным людям. Он может все, кроме такой простой вещи.       — Постой, — мягко остановил его Сережа, и усадив к себе на колени, погладил по спине. Так сбежать ему будет намного сложнее. — Прости, я готов выслушать тебя.       — Сереж, ты единственная константа в моей безумной жизни, тот, кто может терпеть меня так долго. Я говорю о своей идеальности так много, но, — Арсений прикрыл глаза, — ты мне дорог, и, возможно, в этом чувстве есть что-то от любви.       — Арсюш, ты мое наказание за все плохое или награда за все хорошее, и я не собираюсь от тебя отказываться, — уверенно сказал Сережа, а потом сложил в голове два и два и осторожно спросил. — Что тебя беспокоит? Какая настоящая причина твоего прихода в мою комнату? Что на самом деле ты хочешь знать?       — Если Дима позовет тебя к себе, если заставит выбирать между мной и им, кого ты выберешь? — на одном дыхании выпалил Арс. Сереже от этого вопроса захотелось засмеяться, какой же Арс забавный. Сережа был уверен - не позовет, и если какие-то отношения на двоих и возможны, то это Дима и Арс. Просто потому, что один достаточно ебанутый, чтобы это предложить, а второй согласиться.       — Арсюш, — ласково сказал Сережа, поглаживая Арсения по спине. — Ты с Антоном переобщался или его обреченность передалась половым путем? Откуда такие мысли? Ты же у нас мистер совершенство, который не влюбляется и не привязывается, которому никто не нужен.       — Не знаю, — помотал головой Арс, тая под чужими руками и немного расслабляясь, — временное помутнение рассудка. Я не об этом хотел поговорить. Я просто хотел спросить: тебя Дима тоже зацепил, и ты бы хотел повторить нашу ночь?       — Да, и я думаю, Дима тоже, — улыбнулся Сережа. — Но у нас есть мальчик, который в депрессии.       — А если мы его к себе возьмем? — включил самого себя Арс.       — И сломаем?       — Я думаю, он и так сломан, — признался Арс, а потом тихо добавил. — Другие люди в юмор не идут.       Сережа кивнул, и прижал к себе, ласково целуя и обещая себе обдумать эту мысль когда-то потом. Он улыбнулся, вспоминая ночь, проведенную вместе. Как отчаянно отдавался ему Арсений, как таял в его руках, как дарил всего себя, словно пытался доказать, что оно того стоит.       Сережа помотал головой, решив, что лучше об этом не вспоминать, а то придется вставать и идти в душ, пока этого делать не хотелось. Он постарался вернуться мыслями к предстоящему торжеству. В этом году подработки случились раньше, а праздник решили отметить в клубе. Стас хотел собраться всей воронежской тусовкой, насколько Сережа понял, приехала куча знакомых, их втроем пригласили присоединиться. Учитывая, что Арс тут же включился, помог выбрать место, Сережа умилился тому, как Арс предложил неплохую локацию всего в двадцати минут ходьбы от дома. Он не мог отделаться от ощущения, что это будет или лучшая, или худшая ночь в их жизни.       Просто Арсений и Дима вместе - уже огненная смесь. Поднеси спичку и все взорвется, на предвзятый взгляд Сережи, Антон и был той самой спичкой. Поэтому, взрыв приведет или к разрушению всего в радиусе нескольких километров или к невероятно красивому салюту. В Новый Год отчаянно хотелось верить во второе. Сережа даже мысленно попросил Дедушку Мороза об этом. А что, когда об этом просить, если не сейчас?       — Сереж, вставай, нас ждут великие дела, — радостно воскликнул Арсений, распахивая дверь и врываясь в комнату.       — Если ждут, значит любят, а если любят, то подождут, — показал ему язык Сережа. То, что он проснулся, не значит, что он собирается покидать уютную теплую кровать и приятно согревающее его одеяло.       — Ну, Сереж, — возмутился Арс.       — Еще пять минуточек, — попросил Сережа, даже не думая двигаться с места.       — Хорошо, но через пять минут или ты встанешь сам, или я тебе помогу, — с улыбкой сказал Арс, и умчался в кухню.       Его приподнятое настроение напрягало. Но, с другой стороны, почему-то напомнило о далеком детстве, когда он оставался ночевать у бабушки. Она угрожала ему примерно так же. Сережа все еще с трепетом вспоминал тот Новый Год, который он провел у бабушки в деревне.       Дом полный вечно суетящегося народа, спать приходилось на полу. Но это не портило впечатления, а, наоборот - давало ощущение сказки. Ведь что может быть лучше, чем сбежать с другом в зимний лес, поиграть с семьей в снежки, или построить с малышами настоящую семью из снеговиков?       А потом, не спать до поздней ночи, смотреть на старом телевизоре, ловящем всего пару каналов, " Голубой огонек". А когда часы пробьют полночь, сбежать с Димой на чердак, прихватив с собой бутылку лимонада и конфеты, и до рассвета говорить обо всем. Это их место.       Сережа никогда не был таким счастливым, как в тот единственный Новый Год, который они провели вместе. А еще, именно тогда Сережа впервые понял, что испытывает что-то к Диме, что он один из самых важных людей в его жизни. Он ему дорог и кажется, он влюблен не только, как в друга.       Несколько минут они смотрели друг на друга, а потом Серёжа просто потянулся к чужим губам и легко прикоснулся к ним. Совсем как взрослый. В глазах напротив он видел любовь и тепло.       Это, кажется, был их первый поцелуй. Просто соединение губ, теплые объятия. Кажется, они тогда так и заснули. Вместе.       Как мало у них было этого "вместе".       Сережа грустно улыбнулся таким далеким воспоминаниям и поплелся умываться. Всё же Арсений слов на ветер не бросает. Арс, несмотря на то, что отмечать решили в клубе недалеко от дома, достаточно хорошем и бюджетном, умудрился ухватить по акции бутылочку водки на всякий случай и большую пачку презервативов с формулировкой "лишними не будут". Сережа запасся мандаринами, печеньем и конфетами, у него, в отличии от Арсения, планы были скромнее.       Арсений же словно стал олицетворением праздника, и за день до оного, притащил откуда-то небольшую елочку и гирлянды. Елочка была гордо украшена подручными средствами и, смотря на неё, действительно поднималось настроение.       — Повседневный авангард, — мудро сказал Арс.       Сережа бы сформулировал это проще, вроде "я его слепила из того, что было, а того что было то и полюбила". Всё же, вырезанные снежинки, какая-то канцелярия, конфеты, разнообразные брелки смотрелись больше нелепо, чем красиво.       Антон, с которым вчера они занимались украшением, с ним соглашался, но озвучивать свои мысли не рисковал.       Так что времени на подготовку и выбору одежды было не так много. Сереже с Антоном хватило пол часа. Антон выбрал зеленую рубашку, Сережа остановил свой выбор на легком свитере с оленем. "Вполне по-новогоднему, и гладить не надо" - решил он, и думал расслабиться, но не тут-то было. Арс решил запариться, потратил на укладку своей шевелюры несколько часов и приобщил их помогать ему с выбором гардероба.       — Арс, ну давай быстрее, — в сотый раз попросил Антон Захарин, у которого на этот вечер планы были такие же грандиозные, и он предупредил, что, если все пойдет хорошо, раньше третьего числа он не вернется.       — Ну, какая рубашка лучше? — кажется в сотый раз за день спросил Арс, — Синяя или черная?       — Одевай синюю, под цвет глаз.       — Тогда может, футболку или джемпер? — недовольно спросил он, одевая рубашку и находя свой образ недостаточно совершенным.       — Арсюш, даже девушки собираются быстрее.       — Я должен выглядеть идеально.       — Ты всегда идеален, — в один голос сказали Сережа с Антоном.       Помогло, но Арс еще минут сорок потратил на выбор идеальных украшений. Арсений и выбор образа, когда у него настроение — это испытание не для слабонервных.       Как итог, на место встречи они опоздали минут на двадцать, хотя идти им было ближе всего.       Дима с Антоном уже привычно курили, недалеко от входа.       — Привет! — вежливо поздоровались они, пожимая друг другу руки.       Антон Захарин тут же убежал к своей зазнобе, а они остались.       — Вы чего так долго? — спросил Дима, выдыхая горький дым.       — В Арсения вселился бес и царица из сказки, которая решила заколебать Зеркало и нас с Антоном.       — Это как? — удивился Антон, который все еще хмурился, но честно старался вести себя так, будто ничего не произошло, и самой длинной ночи в году не было. Вот только его не высказанные переживания сложно было не почувствовать. Он был похож на заряженную гранату, и Сережа с интересом исследователя ожидал, когда же случится взрыв, и насколько масштабны будут разрушения.       Дима чувствовал тоже самое, поэтому старался быть мягче, нежнее. Он не хотел, чтобы кто-то пострадал, и эта забота забавляла.       Дима хотел свободы, но постоянно загонял себя в рамки. Он с чего-то решил, что должен стать родной матерью для Антона, и оберегать его от всего мира.       Сережа бы дал пинка под зад этому мальчику и посмотрел, что из него выйдет без окружающих. Ведь все воронежские относились к нему с какой-то особенной теплотой и заботой.       — Сегодня звездой вечера буду я, — гордо закончил свою речь Арс, и Сережа понял, что утонул в своих мыслях, а там диалог уже шел бурным ходом, — а пока пошли светить.       Антон улыбнулся и кивнул, идя следом за гордо вышагивающим в место кутежа Арса.       Сережа хотел было пойти следом, но его остановила, уверенная рука Димы.       — Все в порядке? — тихо спросил он.       — Да, просто задумался.       — О чем? — обеспокоенно спросил Дима, видимо почувствовав все напряжение Сережи       — Да, так, обо всём и не о чем, — расплывчато ответил Сережа.       Он точно не собирался обсуждать это сейчас. Нет, он не против, но это точно разговор не на пять минут в курилке. Когда-нибудь потом, они соберутся на кухне, и все обсудят, а сейчас время гулять и веселится.       На удивление, мероприятие прошло весело. Все пили, общались и радовались предстоящему Новому Году.       На танцполе играла довольно зажигательная и танцевальная музыка. Спустя пару тостов Дарина утащила Стаса танцевать. Антон вместе со своей пассией ушли еще пару треков назад. Каким-то чудным образом из всех их огромной компании за столом остались только они вчетвером. Сережа словил хитрый прищур Арса и понял сейчас что-то будет, в нем проснулась шальная императрица.       — Хочу танцевать, — капризным тоном произнес он, игриво смотря то на Диму, то на Антона.       — Вперед. Не смеем тебя останавливать, — подмигнул ему Дима.       — Одному скучно, — скривился Арс, и теперь полностью переключил внимание на Диму. Тут, кто первый среагировал на провокацию, тот и жертва. Арс наклонился к Диме, положил руку на колено ласково погладил, заглянул в глаза, а потом резко встал и галантно подал руку. — Потанцуй со мной?       — Ты чокнутый, — рассмеялся Дима, вставая сам, — Антош, Сереж, пошли танцевать.       Антон испуганно помотал головой. Дима собрался было сесть.       — Первое слово дороже второго, — с улыбкой сказал Арс, вытягивая Дима из-за стола.       Дима внимательно смотрел на Антона, но покорно следовал за Арсом. Антон молчал, лишь когда они, достаточно далеко тяжело вздохнув и залпом выпил налитый в рюмку напиток.       — Если бы ты попросил его остаться, он бы это сделал, — справедливости ради сказал Сережа.       — А смысл? — грустно спросил Антон, — Между ними какая-то ебанутая химия. Я Диму никогда таким не видел.       — Каким?       — Не знаю, ведущимся на провокации и получающим удовольствие от свободы, — сказал Антон, показывая на танцующих Арсения и Диму.       Рядом с ними крутились девушки. Арсений двигался плавно, сексуально, профессионально, он словно стал музыкой.       Дима скорее делал все забавно, но так искренне и с удовольствием, что пользовался не меньшим вниманием, чем Арс. Рядом с ними было много людей, но они явно танцевали друг для друга.       Между ними действительно была химия. Хотя, насколько Сережа знал Арса, он в целом был тем элементом, который с кем угодно способен создать реакцию.       Антон смотрел внимательно и думал, видимо, о том же.       — Они выглядят эффектно.       — Так думаем не только мы, — сказал Антон, показывая на двух девочек, подошедших познакомится, — Что они находят друг в друге?       — Противоположности одного магнита, — сказал Сережа.       Антон смотрел с недоумением. Сережа посмотрел вокруг, убедился, что они в темном углу, никто не смотрит и притянул Антона к себе.       Он целовал мягко, нежно, в тоже время властно и чувственно. На удивление, Антон не оттолкнул, а ответил. Но стоило ему отодвинуться, как Антон снова залпом выпил еще стопку водки.       Сережа усмехнулся, реакция Антона забавляла.       Потом вернулись Стас с Дариной, Дима с Арсом и вечеринка продолжилась.       Но Сережа то и дело ловил на себе обеспокоенный взгляд Антона. Он же никак на это реагировал, он сделал то, что считал нужным и не собирался себя за это корить.       В конце концов и он поддался музыке и влился в танец. Арсений тут же присоединился к нему, и к ним, словно мотыльки на свет, слетелись девушки. Они им улыбались шутили, включались в беседу.       Даже Антон общался с какой-то красоткой и, кажется, взял её номер телефона.       — С новым годом!       — С новых счастьем!       Звучало со всех сторон, и они радостно отметили приход Нового Года.       Сережа даже успел выдохнуть тому, что Новый год наступил, а ничего не произошло. Стоило ему об этом подумать, как к нему подошел Арс, вместе с Димой и Антоном.       — Пошли на елку, — радостно провозгласил Арсений.       — Какую, нахрен, елку? — ласково, но смотря на Арсения, как на дурака, спросил Дима.       — Красивую, горящую разноцветными огнями. Нужно возле нее зажигать бенгальские огоньки.       — А тут нельзя? — осторожно спросил Антон.       — Нет, нужна большая елка, возле неё надо зажечь огонь и загадать желание.       — Я не поеду в центр, там, я уверен, овер дофига людей, — тут же открестился от этой идеи Дима.       — Никуда не надо ехать, по дороге к нам есть совершенно чудная елка, — тут же сообщил Арс, — ну пошли. Я хочу фотку с ёлкой.       — Ну это даже интересно, — кивнул Дима.       — Сергуль, ты же меня не бросишь? — сделал глаза котика из Шрека Арс.       — У меня есть выбор?       — Нет, — легко согласился Арс, и серьезно посмотрел на Антона, — у Антонио тоже нет.       Арсений внимательно осмотрелся, вся их компания удивительный образом исчезла еще до того, как Арс переключился на него. Видимо, Стас успел неплохо изучить Арсения, и единственный способ спастись от него, это убраться с глаз долой.       Арс попробовал перехватить Антона и еще одного Диму из Воронежа, но они прикрылись с девушками и пожелали ему удачи.       — Вас уже не спасти, — шепнул Захарин ему на ухо, перед тем как сбежать.       Сережа в целом был не против прогуляться. Дима, судя по всему, тоже, Антона слегка шатало, и он снова оказался в компании самый пьяный, но теперь у него были шансы протрезветь до того, как дело дойдет до чего-то серьезного.       Вокруг гуляли люди, запускали салюты.       В Арсения словно вселился маленький ребенок, он подхватил Антона за руку и пел песни, пританцовывая.       Они с Димой шли за ними, словно родители, которые присматривают за своими двумя шебутными, но безумно любимыми детьми.       Арсений зажег бенгальские огни и, кажется, сделал миллион фоток: один с ними, просто фейерверки, фото отдельно с Димой, с Сережей, с Антоном, в разных парах и тройках.       Понеслась душа в рай, подумал Сережа, не хватало только снега для полноты картинки       — Жаль снега нет, — озвучил его мысли Дима.       — Да, вы потом к нам? — спросил Сережа, то что они не обсуждали.       — Если вы не против, — кивнул Дима.       — Мы только за, Арс уже запасся водкой и презервативами.       — А он решительно настроен, — улыбнулся Дима.       — С новым годом! С новым счастьем! — закричали со всех сторон люди.       — А старое куда? — тихо, но так, чтобы услышали Дима, Сережа и Антон, возмутился Арс.       — А тебе не много, и старое, и новое? — с ухмылкой спросил Дима.       — Мне мало, я бы еще себе запасное взял, — подмигнул Антону Арс, поглаживая его по руке и заставляя дернуться.       — Пошлите домой, — решил не допускать лишнего Сережа.       Арс кивнул и тут же стал петь веселую Новогоднюю песенку, на ходу переделывая слова.       Дорога домой заняла совсем мало времени, и, по приходу, Сережа тут же ставит чайник, и достает запасенные печеньки.       — Какой ты уютный, — ласково сказал Дима.       Антон согласно кивнул, выбирая из разных печенек, на его взгляд, самое вкусное.       Сережа улыбнулся, решив не озвучивать, что лучше он первый предложит чай, чем Арс вспомнит о водке и захочет продолжить веселье.       Чай, после долгой прогулки, зашел на ура.       Но долгое время Арсу сидеть на месте скучно. Он с интересом осмотрел всех, выбирая с кого начать свою провокацию и остановив свой взгляд на Антоне, осторожно соскальзывает со своего места, обхватывает его за шею и целует.       Сережа с интересом наблюдает за безобразием, происходящим перед его глазами. Он так засмотрелся, что не понял, в какой момент Дима оказался у него на коленях, а его лицо совсем близко к его.       — Тебя Арс покусал? — придерживая его за спину, спросил Сережа.       — Ага, его шиза передалась мне половым путем, — игриво сказал Дима, потом провел языком по чужим губам и продолжил, — Кстати, ты тоже заражен.       Сережа рассмеялся, прижимая Диму ближе.       Все, что произошло дальше, так и не укладывалось в голову.       Они переместились из кухни в комнату, по дороге стягивая друг с друга одежду.       Упав на кровать, Сережа притянул к себе Диму и нежно поцеловал его. Он плавился под его губами, и чужими руками, скользящими вдоль его тела и остановившимися на возбуждённом органе. Опустив взгляд вниз, он с удивлением обнаружил, что это Антон. Его глаза затянуло поволокой, взгляд расфокусированный, но действовал он быстро и умело, принося Сереже невероятное удовольствие. Его руки потянулись к члену Антона, но он за это получает по ним от Арса, кажется окончательно решившего, если не влюбить, то заставить себя желать мальчишку.       Сережа хмыкнул и переключился на Диму.       Всё это настоящее безумие.       Соединение душ и тел.       Они ласкают друг друга, целуют того, кто ближе. Неудивительно, что надолго их не хватает. Первым кончает Антон, который находился в центре всего этого беспредела. Арсений мягко поцеловав его в плечо, переключается на самого Сережу.       Дима с Арсом с двух сторон целуют его грудь, опускаются ниже.       Когда их губы соединились на его члене, Сережа готов был кончить только от одного вида.       Он знал, что в Арсе живет суккуб, но не ожидал, что Дима такой же безбашенный и раскованный, как и его лучший друг.       Последней мыслью прежде, чем полностью утонуть в удовольствие, было то, что у них и правда могло бы что-то выйти.       Дима и Арс похабно его вылизывают, а потом переключаются друг на друга.       Сережа прикрывает глаза, чтобы не видеть этого разврата.       Плавает на волнах все еще яркого удовольствия и с удивлением обнаруживает: Арс в очередной раз оказался прав.       Когда он рискнул открыть глаза, Дима заканчивал заботливо вытирать уснувшего Антона. Выбросив испачканные салфетки, он нашел в куртке сигареты и направился на балкон.       — У нас всё получится, — тихонько прошептал ему Арс, легко поцеловав в губы и поднявшись, отправился вслед за Димой.       Сережа, недолго думая, последовал вслед за ними. Дима курил в открытое окно, а Арс, закутавшийся в большой плед, стоял, прижавшись к нему спиной.       Когда Сережа подошел, он молча распахнул плед и пригласил его в огромную обнимашку.       Несколько минут они простояли молча.       — Блять, я не думал, что это произойдет еще раз, — тихо выдохнул Сережа, решив нарушить тишину.       — А я знал, — уверенно сказал Арс, — уверен, это случится еще не один раз.       — То, что случилось однажды, может никогда больше не случиться. Но то, что случилось два раза, непременно случится и в третий? — с улыбкой спросил Дима, выбрасывая бычок, — Нужно пепельницу завести.       — Коэлье? — почти сразу спросил Арс, словив довольный кивок Димы и удивление на лице Сережи. Он точно слышал это выражение раньше, но понятия ни имел, кто и при каких обстоятельствах это говорил. Арс же задумался, и довольно выдал. — Алхимик.       — Правильно, — улыбнулся Дима, и заставив Арса наклониться, чмокнул его в нос.       — Я бы не вспомнил этого, — то ли возмущенно, то ли восхищенно сказал Сережа, сам до конца не понимая, как чувствовать себя в окружении этих двух умников.       — Ну у тебя другие сильные стороны, — пожал плечами Дима, а потом чмокнул и его в нос, — Утешительный приз.       Сережа рассмеялся, понимая, что рядом с этими двумя сумасшедшими чувствует себя счастливым. На улице начал падать мелкий снег, и Сережа понял, этот Новый Год точно принесет ему новое счастье. Впервые за много лет хотелось верить, как Новый Год встретишь, так его и проведешь.