Чем дальше в лес

Упускать Олега из поля зрения, особенно учитывая последние события, было страшно. Если бы Саша мог хоть на что-то повлиять, он бы и в лес не сунулся, и руку брата не отпустил, и наплевал бы на сломанную машину — отправился бы пешком, забыв о собственной усталости, болезни и надежде на спасение. Но иллюзия выбора или плана с каждым днем разбивалась все больше, а теперь уже не оставалось никаких сомнений — попытки вырваться из этой ловушки ничего бы не дали. И даже самые сильные чувства, даже готовность забить на собственное спасение и просто вытащить Олега отсюда, ничего не меняли. Это было бесполезно. Олега за руку утянул Влад, а Саша теперь покорно пробирался сквозь ветки деревьев, стараясь не отставать. Дима плелся где-то рядом и молчал, Лина с каждым шагом тоже теряла былой запал. — Да куда Влад его потащил, — она вздохнула, вглядываясь в темноту по бокам. — Мы сейчас опять заблудимся. Шаги ребят ещё были слышны где-то вдалеке, но из виду они и правда потерялись. Саша бы запаниковал, только вот внутри расползалась пустота, пугающая ещё больше. Будто его всего уже выжали досуха, вывернули наизнанку, а теперь оставили как куклу бессильно наблюдать со стороны. Недавние попытки все же уехать отняли последние силы и эмоции. Лина вдруг затормозила, прислонилась рукой к сосне рядом и прикрыла глаза на пару секунд. — Ты в порядке? — Саша заставил себя из мыслей вырваться и вернуться в реальность. Никто из них в порядке не был, но до этого девушка оставалась последним оплотом хоть какой-то адекватности. — Просто слабость, — она качнула головой и слабо улыбнулась. — Не ела нормально… Не знаю, со вчерашнего утра, наверное. Пока тебя искали, бегали туда-сюда. Да и кусок в горло не лезет. — Удивительно, как мы до сих пор можем носиться по лесу, — хмыкнул Дима. Саша, наконец, внимательнее присмотрелся и к нему. Парень был совсем бледный, с порезами на лице и том маленьком участке кожи, который виднелся из-под одежды. Они не разговаривали толком с того момента, как попали к этим сумасшедшим пьяницам, а возможности расспросить, что именно произошло, хоть у кого-то не было. Саша мог только достраивать догадки, основываясь на болезненном виде, подавленном состоянии в целом и обстановке, которая царила в этом месте. Дима, как и Влад, все больше скатывался в крайность. Череватый где-то там с безумными глазами бежал вперёд в попытке найти доказательства всей дичи, которая здесь происходила, и собственной адекватности. Матвеев же… Он и до этого тихим был, но теперь казался совсем забитым, взгляд почти не поднимал и не обращал внимания, куда они идут. Сам-то чем лучше? Саша силой заставил себя сохранить спокойное выражение лица. По телу прошла дрожь, голос то ли внутри, то ли из чащи слышать не хотелось. Он лишь в очередной раз напоминал том, что Саша сам давно перестал вписываться в норму. Может, давно уже с ума сошел, осознанно влезая туда, куда ни один адекватный человек бы не сунулся. Может, голоса фантомов давно уже голосами фантомов не были, лишь его больным сознанием. Он сжал кулаки, впиваясь ногтями в кожу, стараясь сосредоточиться. Сейчас бы хотелось взять Олега за руку, ощутить чужое тепло хотя бы на пару секунд, поверить, что все будет в порядке. — Мы так совсем отстанем, пошлите, — сказал он сипло и огляделся, прислушался. Деревья плотным рядом обступали со всех сторон, слышно было только завывающий ветер. Оставалось только следовать своим собственным ощущениям и смутному пониманию, в какую сторону они двигались до этого. — Уже потерялись, — Дима перевел взгляд на дерево, к которому до этого прислонилась Лина, и подошел чуть ближе. — Тут будто все сделано для того, чтобы выбраться было невозможно. У него под пальцами на коре проступал незнакомый символ. Саша попытался разобрать, найти в памяти нечто похожее, уж сколько книг читал в свое время, хоть с рунами и не работал так близко. Но в голове звенела пустота, несколько перевернутых и сплетенных треугольников, выцарапанных на дереве, не вызывали никаких ассоциаций, только ещё большую головную боль. — Дим, ну что ты несешь? — Лина нахмурилась и первая пошла вперёд. — Давайте, если будем на всякую мистическую хрень отвлекаться, точно потеряемся. Такая упорная вера в нереальность всего происходящего удивляла и немного раздражала. Хотелось встряхнуть Лину за плечи и заставить увидеть, но, может, её скептицизм был к лучшему. Она хотя бы не сходила с ума, как Череватый. Правда, и это продлилось недолго. Они прошли ещё немного вперёд, наугад, почти вслепую, когд Лина обернулась к ним. — Вы слышали? Саша покачал головой. Ничего нового, кроме привычного уже хруста веток и сухих листьев под ногами да иногда голосов в голове. Но Лина явно не это имела в виду. — Там голос был, я точно слышала, — она ткнула пальцем куда-то в сторону. — Может, ребят догнали, наконец. Саша ничего не слышал, но ужасно хотелось ей поверить. В конце концов, он был не в лучшем состоянии и вполне мог что-то упустить. Сомнения до сих пор цеплялись когтями, не давая вздохнуть полной грудью, но Саша откинул их в сторону. Они немного сменили траекторию, свернули направо, следуя за Линой. В попытках почувствовать Олега на расстоянии, уловить хоть что-то, несмотря на головную боль и слабость, Саша не заметил, как Лина вновь остановилась и уставилась куда-то в бок. Она вся напряглась, вытянулась в струнку, не двигаясь. — Там была… — она сглотнула, а потом все же кинула на них быстрый взгляд. — Там девочка была, вы не видели? Дима покачал головой, Саша сделал пару шагов вперёд и посмотрел туда, куда Лина указывала пальцем. — Вон там, за деревьями, но… — она уже развернулась и дернулась в ту сторону. — Уже исчезла. Но она там была. — Здесь много странного можно увидеть, но не думаю, что это реально была маленькая девочка, — Саша готов был уже к любой иллюзии, галлюцинациям, фантомам, чему угодно. — Я знаю, что видела, — упрямо бросила Лина и сложила руки на груди. — Не отрицаю, но ты могла видеть что-то… — Сверхъестественное? — Лина хмыкнула. — Давай хотя бы сейчас перестанешь делать вид, что это все реально. Или хотя бы ко мне с этим не лезь. Там была маленькая девочка, а не ваши призраки или что там ещё может быть. Саша в последний момент прикусил язык, спорить все равно было бесполезно, они лишь теряли драгоценное время. Олег и Влад явно уже далеко ушли, мало ли что могло случиться. — Как знаешь, пошлите. Они вновь двинулись дальше, но едва заметная тропинка петляла, а изначальное направление уже было сложно вспомнить. Если и был какой-то источник, судя по рассказам Череватого, они давно должны были к нему выйти. — Ребят, там снова девочка была, вот только что, — Лина с тропинки свернула туда, где деревья почти сплетались друг с другом, так плотно они стояли. — Такая маленькая в платье, с хвостиками. Как… Как на фото, мне вчера показывали, это её искали. Она растерянно обвела их взглядом. — Она же там была, вы что, правда не видели? — Лин, даже если там кто-то был, мы не можем просто развернуться и… — Олег и Влад взрослые мужики, а это ребенок, которого родители ищут, — Лина говорила упрямо, теперь особо не обращая внимания на них и лишь вглядываясь в чащу. — Мы же не можем просто забить. — Ты не знаешь точно, та ли это девочка и девочка ли вообще… — в повисшей здесь атмосфере, при взгляде на Лину, которую уже немного потряхивало, Саша был почти уверен — никакой девочки, по крайней мере, обычной и потерявшейся, не было. — А что тогда? Мне второй раз подряд привиделось? — Нет, но… — Я должна хотя бы проверить, а вы как хотите. Мы все равно наугад идем, какая уже разница. Саша в последний раз попытался достучаться, все же шагнул вперёд и схватил её за локоть, чтобы остановить. — Не надо разделяться, — фраза вышла жалкой, слабой, не убедила бы даже его самого. — Можем пойти вместе, просто проверим, — предложила Лина, но уже спустя мгновение вздохнула. — Но ты же не пойдешь, да? Только за Олегом. От её взгляда, задумчивого и какого-то понимающего, Саша сделал шаг назад. Сдался. Он не мог даже себя контролировать, что уж говорить о других людях. Как он должен был отговорить взрослого человека, который не верил ни одному его слову, зато видел очень яркие и реалистичные видения? Лина для себя все решила, до сих пор оглядывалась через плечо в сторону, где видела ребенка. — У меня у самой дочка, я не могу просто… Просто забить, она же там была, одна в лесу, ей помощь нужна, — Лина растеряла остатки спокойствия. — Если не хотите идти, дождитесь здесь. Или давайте опознавательный знак оставим и встретимся на этом месте, когда вы ребят найдете. А я эту девочку. Мысль была почти здравая. Только как помог бы любой знак, если они с трудом ориентировались в лесу в принципе, Саша не знал. — Она правда там была, — Лина стащила с шеи тонкий шарф, повязанный наспех. — Я вернусь на это место. И вы тоже. Мы уже выбирались отсюда, это всего лишь лес. Саша почти отрешенно наблюдал, как она повязала шарф вокруг тонкого высокого дерева, оставляя в серости веток единственное яркое пятно. Такую метку было сложно пропустить, вот только до нее нужно было ещё дойти. А всего лишь лес, как выразилась Лина, имел свойство запутывать с каждым пройденным метром все больше. — Дим? — девушка отвернулась от Саши. — Ты тоже её не видел? Дима устало покачал головой, получив в ответ разочарованный вздох. — Я… — Лина не закончила, повернулась резко, услышав что-то, доступное только ей. — Там голос детский. Снова. Как вы можете не слышать? Саша прекрасно понимал все: и её панику, и отчаяние, и непонимание, как другие могли не слышать и не видеть все, что слышала и видела она. Он так всю жизнь провел, мучаясь от образов и едва различимых голосов. Но понимания было недостаточно, чтобы пуститься в погоню за непонятным фантомом или даже реальной девочкой. Саша хотел сначала найти Олега, это было уже не просто желанием — нуждой, которая съедала изнутри. Если они не могли выбраться из деревни, если с каждым часом ситуация только ухудшалась, если все самые ужасные подозрения подтверждались, он должен был хотя бы находиться рядом с братом. Лина не дождалась ответа, развернулась на пятках, у нее под ногами громко хрустнула ветка, а она сама уверенно пошла в сторону от них. Саша сделал судорожный вдох-выдох, осмотрелся, будто ожидая, что и сам увидит маленькую девочку. Но никого рядом, кроме Димы, не было. Надо было идти, надо было бежать, надо было сделать хоть что-то, а он до сих пор стоял, замерев и пялясь на шарф, повязанный вокруг дерева. — Пошли, — Саша дернулся, почувствовав, как Дима едва прикоснулся к его плечу. — Надо найти ребят. — Что если… — закончить предложение Саша не смог, не хотелось вслух произносить свои худшие предположения. — Думаю, мы скоро увидимся, — Дима говорил без радости или спокойствия, голос у него был бесцветным и тихим, будто его это вовсе не касалось. — Во всем этом есть какая-то закономерность, разве нет? Мы теряемся, находимся и каждый… Он замолчал так же резко, как заговорил, а потом на мгновение взгляд у Димы даже прояснился и потерял былое смирение. Он посмотрел на Сашу внимательно, но тот молчал. В горле стоял ком, не позволяя даже сглотнуть, не то что заговорить. Да и что он мог сказать? Внутри до сих пор трепыхалась надежда решить все до того, как станет поздно, выбраться, найти какой-то выход, хотя бы понять самому, что точно происходит. Но проблемы накапливались, как снежный ком, а собственное молчание с каждым днем делало ситуацию только хуже. — Ты прав, пошли, — Саша отвернулся первый, смахивая чужую ладонь с плеча. Дима, как и в прошлый их разговор, пробуждал внутри стыд, жалость и страх одновременно, то ли из-за слабой, но вполне существующей силы, то ли из-за того, что он единственный верил и знал прекрасно, что все эти фантомы и мистика не были выдумкой. Саше бы сейчас замолчать, пойти вперёд, не оглядываясь, но вопрос сорвался быстрее, чем он успел его обдумать. — Что с тобой произошло? Когда нас схватили, — добавил, хотя последнее и так было понятно. — Связали, напоили чем-то, порезали всего, — Дима говорил спокойно, без эмоций, только Саша краем глаза все же видел, как у него напряглись желваки, как все лицо стало будто каменным. — Думал, сдохну прям там. Его реакция, такая заторможенная, холодная и отстраненная, разительно отличалась от реакции Влада, который разве что на стену не лез в попытках сделать хоть что-то. Но это было неважно. Даже таких скудных описаний хватало, чтобы Сашу опять накрыла тошнота, а пальцы предательски дрогнули. Он упрямо продолжал идти, ощущая, как на коже, рядом с сердцем, словно горел огнем амулет Олега. Саша не знал точно, что это означало, не мог уже предсказать последствий старых ритуалов и защиты, не мог выстроить точный путь или нащупать ауру брата. Поддавался лишь этой неясной тяге, наплевав, какие последствия у этого могли быть. Даже если это была ловушка, даже если они должны были плутать по лесу ещё часами, надежда найти Олега перевешивала все. Саша окончательно потерялся во времени, не понимая, как давно они в лес зашли, как давно Влад утащил брата за руку вперёд, как давно они вот так с Димой шли по лесу, то возвращаясь на тропинку, то сворачивая с нее. Всё смешалось в одно, только кожа горела все сильнее. Саша не осознавал уже ничего, как вдруг в реальность вернул голос Димы. — Там дым. Над верхушками деревьев и правда клубился дым, заслоняя и так едва виднеющиеся куски неба. Саша ощутил запах гари, закашлялся, не понимая, как мог не заметить раньше. Но теперь уже ничего не оставалось. Они оба прибавили шагу и метнулись в сторону дыма, забыв о возможной опасности.

***

Лина не особо раздумывала, когда оставляла ребят позади. Леса, всей этой мистики, непонятных символов, призраков или нечисти она не боялась, это было глупо. Стоило бояться только людей, но в чаще царила почти звенящая тишина и цивилизация или даже эта маленькая деревня казались чем-то далеким. Никого здесь не было, кроме той маленькой девочки. У Лины так и стоял образ перед глазами: милое платье, хвостики, большие грустные глаза. Девочка не была похожа на Луну, но она все равно оставалась маленьким потерянным ребенком, который по каким-то причинам бродил по лесу. Лина бы себе не простила, если бы не попыталась помочь или хотя бы выяснить, в чем дело. Одно воспоминание о слезах матери, которая протягивала ей фотографию дрожащими руками, заставляло сердце сжаться в тоске. Как только она выберется отсюда, нужно будет найти способ зарядить телефон и поймать сеть, пусть даже придется глупо прыгать как Влад и искать нужную точку. Лина должна была услышать голос дочки хотя бы на секунду. Убедиться, что с ней все было в порядке. Думать о том, что её саму уже потеряли, пока они бегали по лесам и искали способ выбраться отсюда, не хотелось. Лина точно знала, что работай ее телефон нормально, она бы уже увидела десятки пропущенных. Но телефон не работал, связи не было, а Луна была далеко. Так что оставалось лишь дальше идти по лесу. — Ты правда помочь хочешь? Лина от неожиданности запнулась, чуть не упала на сырую землю, но удержалась, глупо взмахнув руками в воздухе. Огляделась по сторонам и наткнулась на девочку, которая теперь уже стояла почти рядом с ней. Вполне себе обычный ребенок, Лина была уверена, не какой-то размытый образ. — Да, — она кивнула, запоздало отвечая на вопрос. Хотелось подойти поближе, дотронуться, чтобы окончательно убедиться в своей адекватности. А потом вывести девочку из леса. Но та не выглядела напуганной, скорее задумчивой, склонив голову набок и наблюдая за девушкой темными глазами. — Тогда пошли, — девочка поманила её рукой. — Тебя мама ищет, надо вернуться в деревню, — Лина попыталась сказать это уверенно и мягко одновременно, вспоминая, как училась справляться с истериками на пустом месте у Луны. Только сейчас помощь нужна была скорее ей самой, а не этой девочке. — Пошли. Лина не смогла возразить — резко ощутила, как её пальцы обхватила чужая холодная ладошка. От прикосновения по телу пошли мурашки. Казалось бы, ещё одно подтверждение, что перед ней был обычный человек, ничего особенного. Но чужая кожа все равно ощущалась… иначе. Лина не могла подобрать описание, не могла найти нужные слова, которые вписывались бы в рамки её реальности. Зато девочка не медлила — потянула её за собой и уверенно пошла дальше. Лина забыла даже про попытки описать происходящее, просто наблюдала, как перед ними будто расступались деревья, как тропинка становилась все шире, пока маленькая девочка до сих пор сжимала её ладонь и вела одной ей известной дорогой. Они оказались на опушке, в середине которой стоял небольшой старый домик. Лина удивленно оглядела его. Как и девочка, он казался вполне обычным, ничем не примечательным, только вот странно было само его расположение в глубине леса. — Зайдешь в гости? — девочка вновь привлекла к себе внимание, сжав её пальцы. — Тебя мама ищет, надо возвращаться, — даже ещё не закончив предложение, Лина знала, что девочка не согласиться. — Сначала давай зайдешь в гости, пожалуйста, — она улыбнулась и снова потянула за собой. Лина сдалась. Эти лишние пять минут ничего бы не решили. Теперь бросить ребенка она не могла, возвращаться нужно было вдвоем, поэтому оставалось лишь поддаться и заглянуть в незнакомый дом. Всего на пару минут, а потом, Лина была уверена, она сможет найти дорогу обратно и ещё довольно ухмыльнется, когда Саша увидит, что девочка все же была. Дверь в дом открылась со скрипом, пропуская их обеих внутрь небольшого и потрепанного помещения. Здесь стоял запах свечей и ещё чего-то сладкого, странно и неприятно оседавшего на языке. Лина никак не могла подобрать описание, но чувство было не из приятных. Оставалось только дышать не так глубоко и постараться выйти из дома как можно быстрее. — С кем ты меня хотела познакомить? — Лина посмотрела на девочку. Та не ответила. Отпустила руку, поправила платье и прошла вглубь по небольшому коридору, после которого открывалась комната с длинным обеденным столом посередине. За ним уже сидела пара в возрасте. Лина замерла на пороге, оглядывая незнакомцев, которые широко улыбнулись. — Проходи, проходи, чего стоишь, — сказала женщина. Лина молча, как завороженная, сделала несколько шагов вперёд и опустилась на стул напротив. Она с удивлением наблюдала, как девочка расположилась рядом с ней, как потянулась к яблоку на столе и резко откусила его, ничего не говоря. — Её мама искала, я хотела помочь, — Лина, наконец, нашла в себе силы сказать хоть что-то. — Спасибо, обязательно отведешь её обратно, только чуть позже, — вступил в разговор мужчина. Одежда на них обоих была старенькая и выцветшая, как и все окружающее их в этом доме. Скатерть, посуда, шкаф, другая мебель — все было покрыто легким слоем пыли и казалось слегка поблекшим, будто Лина была во сне и до конца не могла воспринимать краски. Она нахмурилась, медленно оглянулась ещё раз, замерла, наблюдая, как девочка дергала ногами туда-сюда и уже не обращала на нее внимания. — Ей иногда скучно, вот она и прибегает сюда, — сказала женщина и улыбнулась. В другой обстановке эта улыбка и тон бы даже успокоили, они чем-то напоминали бабушку Лины, но сейчас… Сейчас все было слегка неправильным. Она не могла уловить, в чем именно, но хотелось отряхнуться и встать. — Нам всем бывает скучно, а гости появляются редко. Оставайся ещё ненадолго, я как раз только приготовила пирог. — Мне, наверное, нужно идти, — Лина хотела бы снять куртку, слишком жарко становилась, так, что на лбу проступила испарина, а дышать становилось трудно. Она попыталась незаметно осмотреться ещё раз, но не заметила ни печку, ни свечи, ни обогреватель. Ровном счетом ничего, что могло бы источать такой жар. Лина только сейчас задумалась, что девочка все это время ходила в тонком летнем платье, в котором комфортно было сидеть в тепле дома, но явно не в холодном осеннем лесу. — Давай, угощайся, — женщина достала нож, разрезала большой пирог перед ней и придвинула тарелку к Лине. — Ты же голодная, знаю, так чего отказывать себе в удовольствии. Это тебе в знак благодарности. Лина и правда была голодной. Если на протяжении последних суток это ощущалось где-то на краю сознания, отдаваясь слабостью во всем теле, то сейчас голод показался невыносимым. Желудок жалобно сжался, аппетит появился сразу же, слюна во рту загустела, пока тарелку к ней подвинули ещё ближе. — Ешь, — кивнул мужчина и откинулся на спинку стула, наблюдая за ней исподлобья. Лина хотела спросить, почему они сами до сих пор не прикоснулись к еде, хотела обернуться на девочку и предложить ей попробовать пирог, но тело не слушалось. Руки дрогнули и потянулись к тарелке. Есть хотелось ужасно, в глазах темнело, Лина самой себе казалось слабой, нужно было съесть хоть что-то. В конце концов, ей предстояло ещё из этого леса выбраться и вернуть девочку матери. Так что нужно было воспользоваться предложением и, наконец, впервые за долгие-долгие часы, поесть. Она откусила пирог, ощутила сильный терпкий вкус, но не смогла разобрать ни одного ингредиента. Знала только, что хочется ещё. Каждый укус порождал только больший голод, из-за которого он ела, уже не оглядываясь по сторонам и не заботясь о манерах. Еле успевала прожевывать, глотала кусок за куском, потянулась уже к непорезанной части и, наплевав на нож, отломила часть рукой. Нужно было ещё. Дышать было сложно, то ли из-за тяжести в животе, то ли из-за жара вокруг, то ли из-за незнакомого вкуса и запаха, который заполнил рот, нос и легкие. Она никак не могла остановиться, пока в глазах только темнело, не давая даже малейшей возможности осмотреться и вернуться в реальность. Лина сделала очередной укус, почувствовала, как еда застряла в горле, пока она судорожно пыталась вдохнуть. Получалось плохо, глаза слезились, а горло что-то сжимало. Она потянулась к шее, нащупала цепочку от амулета, которая сейчас казалась раскаленной. — Ешь ещё, у нас много еды, она вся ждала тебя, — послышался голос со стороны, но Лина видела только пятна перед глазами и вопреки здравому смыслу вслепую тянулась рукой по столу к тарелкам. Пирога уже не было, но она брала все, что ей попадалось. От пота глаза слегка щипало, хотя было что-то ещё. Она никак не могла понять, что именно, но в горле до сих пор першило, в уголках глаз проступили слезы, а телу становилось всё жарче. Лина не сразу услышала чужой кашель, отвлеклась, только когда кто-то встряхнул её со всей силы за плечи, приводя в чувство. Она моргнула пару раз, распахнула глаза и уставилась на Сашу, который в панике осматривал её с ног до головы и никак не отпускал. Вернувшееся сознание не помогло — до сих пор было жарко и душно, невозможно дышать, а во рту стоял отвратительный, тошнотворный привкус. Лина только теперь почувствовала запах гари и огляделась вокруг. — Пошли быстрее, — Саша потянул её за собой, практически силком поднимая со стула. Лина свое тело почти не ощущала, пока её тащили к выходу, но зрение вернулось достаточно, чтобы увидеть — никакой девочки не было, на столе и правда стояло много тарелок с едой, только вся она была развалившейся, стухшей, почерневшей. Никакие люди больше в доме не сидели, лишь две странные фигуры стояли рядом с окном. Лина, пока Саша не вытолкал её из дома, рассмотрела плетенные туловища и черепа животных, совсем как установленные на дороге у деревни.

***

Влад, так и не добившись ответа, забыл об источнике, о костях, о телефоне, все это откинул в сторону, на Олега даже взгляда не бросил и решительно направился куда-то вперёд. Олег не знал точно, чем Влад руководствовался, выбирая дорогу, но это был не лучший момент для расспросов. Череватый иногда срывался на бег, матерился себе под нос, но не останавливался ни на секунду, будто его тянуло что-то вперёд. Олег шел за ним, не разбирая путь. Он вообще ничего не понимал, не чувствовал ничего, кроме страха и отчаяния. Хотелось остановиться, замереть на месте и не двигаться больше, не приближать неминуемый финал. Не узнавать правду, не встречаться лицом к лицу с тем, на что им намекнула та старуха. Даже если Олег жаловался, что он ничего не знал, сейчас в это незнание хотелось вернуться, позволить себе вздохнуть полной грудью и успокоиться, не скатываясь в панику. Но ноги упрямо несли вперёд, словно его на пару с Владом связали и тащили по невидимой тропинке. В этом лесу можно было легко потеряться, но сейчас им бы этого не позволили. Рано или поздно с любой истиной, какой бы страшной она ни была, приходилось встретиться. Он почувствовал запах гари даже раньше, чем заметил всполохи огня между ветвями деревьев. Тревога, и так сжирающая с каждой секундой все больше, заставила обогнать Влада, забыв о переживаниях, об услышанном или усталости. Впереди явно разгорался пожар, а Олег слишком хорошо успел осознать, что в этом месте ничего просто так не происходило. И если впереди них огонь охватывал лес все больше, они должны были найти там что-то важное. Или кого-то. Олег сглотнул и вылетел на опушку, окидывая взглядом представшую перед ним картину. Вокруг старенького дома горела трава и сухие ветки, сваленные в кучу, огонь обхватил и стены здания, громко трещал, а в воздух, все выше и выше, поднимался густой дым. Но хуже всего было не это — перед домом переминался с ноги на ногу Дима. — Где остальные? — Олег забыл об осторожности, о ранах парня, о какой-либо тактичности вообще и с силой дернул его за плечо. — Где Саша? Дима ещё ничего не сказал, лишь посмотрел на самого Олега, а потом перевел взгляд на горящий дом, когда раздался особенно сильный треск, будто внутри что-то упало. — Он за Линой полез, — все же объяснил Дима, но Олег уже не слушал. Он в пару шагов преодолел расстояние до дома, закашлялся, ощущая на лице жар от огня, хотел уже внутрь ворваться, несмотря на инстинкт самосохранения, который вовсю бил тревогу. Но дверь распахнулась, на улицу вывалилась сначала Лина, а за ней и Саша. Оба кашляли, пытаясь вдохнуть поглубже, и не сразу заметили их. — Ты как? — Олег подскочил к брату, сейчас все мысли и новости были уже на краю сознания, важно было только понять, все ли было в порядке. Саша закашлялся, скривился, но потом все же поднял взгляд и замер на секунду, оценивая ситуацию. Оглядел Олега с ног до головы, словно тоже проверяя, в каком тот был состоянии, а потом выдохнул и кивнул в сторону Лины. — Ей помощь больше нужна, — голос у Саши хрипел, однако теперь, когда Олег присмотрелся, вид девушки и правда вызывал больше вопросов. Лину всю трясло, от ног до кончиков пальцев, она не выдержала и грохнулась на колени, сгибаясь над землей. Закашлялась так сильно, что Олегу показалось, она задыхается, но потом Лину вырвало. Она вцепилась пальцами в землю, собирая комки под ногтями и будто пытаясь найти опору, пока её выворачивало наизнанку. Она никак не могла продышаться, заходясь то кашлем, то снова тошнотой. Олег с ужасом наблюдал, не понимая, как помочь и насколько опасным может быть такое состояние. — Вода, ей вода нужна, — Дима тоже подошел ближе и опустился рядом с ней, пытаясь хотя бы помочь придержать волосы. Воды у них, конечно же, не было. Оставалось только надеяться, что приступ сам пройдёт, пока Лина до сих пор сидела на земле, согнувшись пополам и опустошая и так уже пустой желудок. Олег лишь один раз взглянул на землю, заметив там темную смесь из кусков еды, и тут же отвернулся. От гари, от странного запаха, повисшего воздуха, от представшей перед ним картины, к горлу тоже подступала тошнота. Он хотел было снова подойти к брату и помочь встать, но его обогнал Влад. Он, не задумываясь, схватил Сашу за плечи, поднял с земли и тряхнул со всей силы, не давая отвернуться. — Какого хуя? Саша до сих пор дышал через раз, выглядел в чужих руках совсем слабо, смотрел широко-раскрытыми глазами с непониманием и ни слова не мог сказать. Олег подался вперёд, намереваясь хотя бы заставить Влада отпустить брата, но тот зыркнул в его сторону и резко выдал. — Не лезь, — и вернулся взглядом к Саше. — Ты знал? И даже не думай врать, просто скажи, шо происходит. Давай! — Влад, ты что творишь? — Лина, наконец, немного пришла в себя и поднялась с земли, слегка покачиваясь на месте. — Шо я творю? — Череватый рассмеялся, дико и жутко, и оглядел их всех. — Шо я творю… Спросите лучше у этого подонка, шо он творит. Ну давай, Санёк, какую красивую легенду на этот раз выдумаешь, а? — Отпусти его, — Олег слышал, как собственный голос дрогнул, но молчать уже сил не было. — Хватит уже. Я же вижу, ты сам нихуя не понимаешь. Ну так давай послушаем, почему твой братец решил притащить нас в эту дыру, — Влад говорил уверенно, к Олегу уже не поворачивался, а тот замер на месте и правда позорно заткнулся, потому что с каждым словом становилось все страшнее. — Давай, расскажи, зачем нас с собой взял? Жертвоприношения с друзьями устроить решил? Во славу сатане? Или что, у вас так лечатся, пока люди в лесах дохнут? — Ты о чем? Какие жертвоприношения, какой сатана? Ты себя вообще слышишь? — Лина тоже подошла ближе и попыталась Влада оттянуть за плечо, но тот её руку тут же сбросил. — Я в душе не ебу, Лин, зато он прекрасно знает, — Влад держал Сашу крепко, ещё раз тряхнул, а тот все больше напоминал какую-то марионетку, которой легко можно было управлять. — Шо молчишь? Владу, может быть, и нужны были какие-то объяснения, потому что по факту у них были лишь догадки и довольно расплывчатые слова старухи. Все эти метафоры про божьих агнцев и упоминания амулетов звучали зловеще, но не могли быть однозначным обвинением. Нужно было добиться объяснений и правды, чтобы понять точно, но Олегу это уже было не нужно. Олег понял все, встретившись взглядом с Сашей, который смотрел сначала на Влада, а потом на него без единой попытки вырваться или оправдаться. Смотрел со страхом, стыдом и смирением. И это было намного хуже и страшнее, чем любые подробные объяснения всего, что происходило. — Нечего сказать? А как же твои экскурсии, места силы, русалки, ведьмы? — Влад хмыкнул. — Шо уже не можешь ничего придумать? — Я не… — у Саши, казалось, голос изменился. Даже во время истерики в машине или всех признаний, которыми они успели обменяться за эти дни, он не был таким. Саша будто потух окончательно. — Я не знал точно… — Как ты, сука, мог не знать? — Влад его, наконец, отпустил, оттолкнул в сторону и нервно рукой прошелся по волосам. — Я уже ни одному твоему слову не верю. — Давайте успокоимся, пожалуйста, — Лина воспользовалась шансом и встала между ними. — Влад, ты же понимаешь, как абсурдно твои предположения звучат? Вся эта мистическая чушь… — Да даже если чушь, даже если ничего этого нет, — только Влад уже не выглядел как человек, который был уверен в своих убеждениях на сто процентов. Глаза у него дико блестели, почти потеряв былой скептицизм и насмешку. — Он в это верит! И он притащил нас сюда вполне сознательно, так ведь? Саша взгляда не поднимал и до сих пор молчал, когда Лина решила попытаться добиться ответа уже от Олега. — Что у вас произошло, объясните нормально, — она поймала взгляд Олега, не давая отвернуться. — Мы встретили… Не знаю, кто это был, но… Мы нашли те кости, о которых Влад рассказывал, — Олег слабо осознавал, что говорил. — И встретили старуху, ведьму, не знаю, она сказала… Он замялся, поглядывая на Сашу, будто мог мысленно уговорить его сказать хоть что-то. Прервать это тяжелое молчание, объясниться, рассмеяться, потому что это все было одним большим недоразумением. Но Саша молчал. — Сказала, что мы все сюда не просто так попали. Что мы тут сдохнем. И что привел нас тот, кто амулеты подарил, — выплюнул Влад, каждое слово говоря все с большей злостью. — Но это бред, это просто украшения, не больше, — Лина тихо рассмеялась, будто ожидая, что все её поддержат. Но смех затих быстро, когда Саша все же поднял взгляд. — Я не знал точно, что с вами будет. Это звучало как признание. Даже без подробностей, без объяснений, одной фразы было достаточно, потому что Саша весь дрожал, говорил тихо, но теперь уже не молчал. — Не знал точно, нет же никаких четких инструкций, нет гарантий, мне просто нужны были ещё люди, чтобы сюда попасть и… — слова вырвались быстро, словно он боялся, что задохнется раньше, чем закончит. — Я не был уверен, что именно произойдет, что от вас потребуется, просто надеялся… — Ты догадывался, — Влад его оборвал. — Я не знаю, шо это за место, какой у тебя был план, но я блять ни за что не поверю, что ты не понимал происходящего. И ни разу не намекнул, не попытался все исправить. — Я… Саша сделал шаг назад, отстраняясь от Влада, и стал ещё ближе к горящему дому. Олегу было больно слышать его голос, было больно даже просто смотреть, Саша сейчас стоял отдельно от них, был похож лишь на слабую тень себя настоящего, до сих пор дрожал и пытался подобрать нужные слова. Олег, наверное, должен был подойти ближе и попытаться успокоить, но не мог двинуться, замер на месте, не ощущая жара от огня, лишь холодный пот на спине. — Это была последняя надежда на исцеление. Это место. Я должен был попробовать, — Саша продолжал тараторить, так же быстро пробегая взглядом по ним. Пытаясь зацепиться хоть за что-то. — Никто не знает подробностей о том, как здесь все работает и что от людей требуется. Я не думал… — Что нас решат убить по одному? Замучать до смерти в этих лесах? А чего ты ожидал, что тут молитву прочитают, а у нас кровь из пальца возьмут и всё? — Влад снова к нему подлетел, не в силах держаться спокойно. — Даже если ты ничего точно не знал, явно же догадался, когда вся эта хуйня происходить начала. Скажи, так ведь. да? Но тебе плевать на нас. Плевать, даже если нас на костре сожгут или сожрут какие-нибудь ведьмы. — Что вы несете? Какие ведьмы? Вы совсем уже с ума посходили? — Лина не выдержала и сорвалась на крик. Олег не знал точно, в каком состоянии её нашел Саша и что произошло, но сейчас девушка сама выглядела, будто находилась на грани безумия. Забыла о спокойствии, уставилась на них, пытаясь найти хоть какие-то ответы. Олег, до сих пор растерянный, зацепился взглядом за её джинсы, разорванные на коленях, за куртку, на которой остались небольшие пятна грязи и рвоты. Это все было неправильно, а Лина только продолжала кричать. — Я понимаю, это все очень весело, магия, эзотерика, наебывание людей, но это все уже не шутки, — она смотрела то на Влада, то на Сашу. — А вы продолжаете нести этот бред, вместо того чтобы попытаться выбраться. Какие к черту… — Ты же не слепая! Что с тобой произошло, скажи! Разве это ты можешь объяснить? — Влад не сдавался. — И мне плевать, какого хуя здесь происходит, вот честно, меня волнует лишь тот факт, шо этот говнюк решил пожертвовать нами ради своего собственного спасения. Эти слова стали последней каплей. Они подвели итог этому бесполезному спору, в котором одно и то же повторялось по пять раз сорванными от крика голосами, пока они все пялились друг на друга. Влад не отводил взгляда от Саши, подошел совсем близко, сейчас возвышаясь над ним почти карикатурно. У Саши плечи были сгорблены, а сам он весь казался худее и слабее, чем даже пару часов назад. Влад ждал ответа, не двигаясь, но спустя пару секунд оскалился. — Тебе даже сказать нечего, — он ткнул пальцем в его грудь. — Плевать, есть здесь мистика или нет, плевать с кем ты связался и шо задумал. Плевать, даже если ты… — Влад, не надо… — Лина попыталась подойти к ним ещё раз, но Череватый будто излучал агрессию даже издалека, не подпуская никого. — Не надо? Да мне плевать, даже если этот… — он кинул ещё один презрительный взгляд в сторону Саши. — Даже если этот сдохнет здесь в муках от своей болезни, я буду только рад, если он останется в этом лесу гнить, заслужил. Влад усмехнулся, пальцем ещё сильнее надавил, собирался сказать ещё что-то, но не успел. Олег не знал, в какой момент он замер на месте и наблюдал за происходящим словно зритель. Не понимал точно, как реагировать, как помочь Саше, как помочь себе и остальным, как сделать ситуацию хотя бы немного лучше. Потому что все, что разворачивалось здесь, походило больше на самый ужасный кошмар, который заставлял задыхаться и никак не давал проснуться. Олег стоял на месте, беспомощно переводя взгляд с горящего дома на брата. Стоял так ровно до того момента, как с губ Влада сорвались последние слова, будто пожелания смерти для него были шуткой. Или, что ещё хуже, будто все эти пожелания были искренними от начала и до конца, а теперь повисли в воздухе и стали реальностью. Олег преодолел расстояние быстро, Влад даже моргнуть не успел, когда он оттолкнул его в сторону, а потом врезал со всей силы, проходясь кулаком по скуле. Вся злость, скопившаяся внутри, наконец вырвалась наружу, заставляя ударить ещё раз и повалить Череватого на землю. Олег давно не дрался, отставил эту часть прошлого в сторону, как и многое другое. Забыл уже и боль в костяшках, и адреналин в крови, и это ужасное, приятное удовлетворение, когда эмоции взрывались и выливались наружу, заставляя забыть обо всех принципах или благоразумии. Сейчас Олег осознавал лишь злость на Влада, на себя, на Сашу, на всю эту несправедливую и ужасную ситуацию, из которой он не видел выхода. Оставалось лишь бить, не волнуясь уже ни о чем. — Ещё раз посмеешь такое сказать… — Правду? — Влад, несмотря на несколько ударов, от которых он не успел увернуться, не сдавался и продолжал брыкаться, пытаясь вырваться. Он попытался пнуть Олега, спихнуть с себя или поменять их местами, но так и остался придавленным к земле. Олег уже не бил, лишь сжимал рукой его шею, не давая дернуться. Правда это нисколько не мешало Череватому дико улыбаться, растягивая окровавленные губы в ухмылке. Он бы засмеялся, но из горла вырвался лишь хрип. — Давай, Олежка, защищай его дальше, ударь ещё раз, я не сломаюсь, — он закашлялся и вцепился рукой в плечо Олега. — Хоть убей меня, только это ничего не изменит. Брат и тобой пожертвовать хотел, разве ты не понимаешь? Олег прекрасно знал, что его провоцируют, видел это в чужих глазах, в которых, казалось, бесы плясали, но все равно поддался и встряхнул Влада со всей силы, отрывая от земли. Замахнулся ещё раз, забывая обо всем и желая лишь заглушить чужие слова, но его остановили. Кто-то потянул сзади, а Влад отполз, до сих пор не вставая. Олег дышал тяжело, никак не мог прийти в себя, наблюдая, как Череватый откинулся назад, распластался на земле, уставившись в небо, а потом рукой размазал кровь по лицу. Олег бы и сам упал на месте, все силы ушли на эту вспышку агрессию, теперь ноги еле держали, а сбитые пальцы тряслись. Но его за предплечье держал Дима — то ли помогая удержаться, то ли контролируя, чтобы он снова не кинулся на Череватого. Но последнее было бессмысленно — Олег теперь ощущал себя ещё хуже и не представлял, что делать дальше. Потерянно глянул на Сашу, который так и стоял на месте. — Димас, — Влад медленно сел, ощупал нос, голову, словно проверяя, что жить можно было, а потом уставился на Матвеева. — Ничего не хочешь сказать? Дима отпустил руку Олега и отступил назад. — Ты все это время молчал. Лина вон не выдержала, наш святоша тоже, — Влад усмехнулся, из-за чего губы растянулись некрасиво в окровавленной улыбке. — А ты ни слова не сказал. Никому это странным не кажется? Лина повернулась к Матвееву, Олег тоже нахмурился, даже Саша вдруг вскинул голову. Они все замерли, ожидая ответа. Дима бросил взгляд на дом позади них, на землю, на лес, только потом решаясь посмотреть на ребят. Выдохнул и выдал почти спокойно. — Я догадывался. — Ты что?.. — начала Лина. — Догадывался, что здесь происходит. Не знал точно, конечно, но сложно не заметить все эти ритуалы, языческие знаки и другие… Довольно специфичные вещи, — Дима ещё сильнее закутался в куртку. — И силу, которая здесь есть. Я не эксперт, но… — Какую силу? Ты же не можешь всерьез в это верить, Дим, ты… — Лина снова завелась, не в силах молчать, когда в который раз за разговор всплывала эта тема. — Помолчи, хватит уже, — прервал ее Влад. Он, наконец, поднялся с земли и подошел к ребятам. — Почему ты молчал? Почему, блять, ничего не сказал? — Да я ничего толком и сам не понимал, как ты это себе представляешь? Вы на фантома, который с Олегом связался, как отреагировали? — Дима хмыкнул, когда ему никто не ответил. — Вот именно. Любые разговоры бессмысленны, пока вы сами с этим не столкнетесь. Да и я не хотел зря… Он оборвал сам себя и потерянно взглянул на Сашу. Больше Дима ничего не добавил. Влад проматерился, сделал вдох-выдох и оглядел парня, будто раздумывая, стоит ли тратить силы ещё и на споры с ним, но в итоге лишь махнул рукой. — Я не хочу больше ни секунды рядом с этим находиться, — он обращался к ним, не к Саше, даже не повернулся в его сторону. — Пусть сам разбирается с этой магической хуйней и болезнью. Чем дальше от него, тем безопаснее. Вы остаетесь? Ответ получил не сразу. Лина первая покачала головой и сделала шаг в сторону Череватого. Она до сих пор дрожала и с тревогой поглядывала то на горящий дом, то на Сашу, но даже без слов явно дала понять, какой выбор сделала. — Димас? — Влад позвал Матвеева, который до сих пор колебался. Тот только спустя пару мгновений отреагировал на собственное имя, слабо кивнул, вот только после этого в противовес собственному ответу медленно подошел к Саше. Каждый шаг, казалось, занимал вечность, пока они все завороженно наблюдали и не смели ничего сказать. Дима потянулся рукой под куртку, подцепил пальцами амулет и стянул его с шеи. — Возьми, — он схватил Сашу за руку, вложил ему в ладонь украшение и сжал пальцы напоследок. Отпустил не сразу, встретился ещё раз с ним взглядом и кивнул уже увереннее. — Пошлите. Саша ничего не ответил, а Дима уже отошел к остальным. Лина в надежде посмотрела на Олега, но вслух ни слова не произнесла и не сопротивлялась, когда Влад и Дима пошли вперёд и потянули её за собой. Олег так и остался стоять на месте, до сих пор слабо осознавая, что только что произошло. Вопросов меньше не становилось, тревога с каждой секундой только сильнее сжимала горло, а дым от пожара не давал нормально дышать. Им нужно было уйти подальше, нужно было сделать хоть что-то, но Олег вернулся в реальность, только когда услышал судорожный вздох со стороны и глухой стук. Он поймал взглядом движение со стороны Саши, который упал на колени и весь сжался на земле, превращаясь лишь в маленькую темную точку на фоне огня. Больше никого вокруг не было, но спор так и не закончился. По-хорошему, на других Олегу было плевать, даже драка с Череватым уже казалась неважной и далекой, потому что сейчас его волновал только Саша. Он, наконец, смог заставить себя подойти вплотную к брату, хотел опуститься рядом, но замер под взглядом Саши. Тот поднял голову и посмотрел прямо на него. Открыто, обреченно, словно ожидая, что его сейчас ударят. И покорно подставляясь. — Почему ты с ними не ушел? — Саша спросил тихо, едва выдавил эти слова, но взгляда не отвел. — Это правда, Саш? — Олег хотел знать, сейчас ему самому нужно было услышать ответ, добиться хоть чего-то от брата, который до сих пор скрывал все самое важное. — Ты их всех… Ты всех нас сюда намеренно затащил? Чтобы что? Принести в жертву? Вот так просто? — Олеж, ты должен понять, я просто… — Саша так и не встал, сидел на коленях, лишь подвинулся чуть ближе и вцепился пальцами в чужие штаны. — Я так боялся. А это был последний шанс хоть что-то изменить. Я не знал точно, что здесь произойдет, но я должен был попытаться. Разве ты… Саша задохнулся собственными словами, остановился, замолчал на несколько секунд. Олег видел, как он весь дрожал, чувствовал это через прикосновение, но не мог заставить себя сделать хоть что-то. Лишь смотрел сверху вниз и ждал. — Разве ты бы не сделал то же самое? В этот момент Олег ненавидел себя, ненавидел Сашу, ненавидел каждое слово, которое вырывалось на воздух и повисало между ними, потому что этот вопрос подводил черту под всеми его метаниями. Теперь уже не было шанса сбежать, укрыться от собственных чувств, уйти от ответа и остановиться на полумере. Не было безопасного места или правильного ответа. Не оставалось ничего, во что Олег верил раньше, потому что он прекрасно знал, что скажет, когда Саша только заканчивал вопрос и смотрел на него пустыми, грустными, неправильно-стеклянными глазами и покорно ждал. — Я никогда бы не пожертвовал другими ради себя, — Олег прикрыл глаза, выдохнул, собираясь с мыслями. Даже думать было трудно, тем более, говорить. Каждая произнесенная вслух фраза делала происходящее реальностью. Совсем как с болезнью Саши, о которой долгое время можно было лишь догадываться. Тогда Олег хотел узнать правду и одновременно страшился её. Теперь ощущения были хуже, жестче и ярче, словно с него сдирали кожу, медленно и с наслаждением растягивая процесс, не давая уйти от прикосновения. Сильнее правды, которую Саша уже озвучил, пусть и без подробностей, ранил его взгляд. Брат сидел на земле беспомощной куклой, цеплялся за его ногу и лишь смотрел, ничего не говоря. Он не просил уже ни о чем, лишь ждал приговора, невольно соглашаясь на все, что Олег сделает и скажет. Саша бы, наверное, не противился сейчас даже смерти, несмотря на собственное признание в том, что этого он боялся больше всего. Саша ждал, а Олег медлил, но совсем не по той причине, которая могла бы показаться логичной и правильной. Он уже давно все для себя решил, теперь лишь подбирал слова и готовился к последнему шагу. После этого назад пути уже не было. — Я никогда бы не пожертвовал другими ради себя, — повторил ещё раз и кивнул. — Но ради тебя — да. Саша втянул воздух, судорожно открывая и закрывая рот, а потом не просто разрыдался — завыл, словно его ударили, загнали нож в самое сердце и повернули со всей силы. От звука, который вырвался у брата, Олег вздрогнул и сам упал на колени рядом, окончательно сдаваясь. Теперь уже не существовало никаких границ, не было напускного спокойствия или попыток скрыться, Саша впервые за все эти дни плакал. Олег не видел его таким ни в их встречу в поезде, ни в том жутком подвале, ни во время признания, когда они, наконец, нашли друг друга. Может быть, Олег не видел его таким вообще никогда. Саша ведь всю жизнь старался сохранять спокойный и надежный образ старшего брата, охотно помогая другим и никогда, никогда, не признавал собственную слабость. Не просил о помощи, а теперь сидел на этой холодной сырой земле и рыдал, захлебываясь слезами и даже не пытаясь прикрыться руками. Олег в прошлом, возможно, растерялся бы. Даже час или несколько минут назад, но сейчас он точно знал, что должен был сделать. Что хотел сделать, потому что это было единственным правильным для него решением. Обнимать Сашу в этот момент было больно. Теперь он еще больше ощущал, как содрогалось тело под его руками, как тряслись плечи, как брат вжимался в него со всей силы и оставлял мокрые пятна на коже, до сих пор плача. Саша был словно его частью, слишком ярко Олег ощущал все эмоции и уже сам дрожал, не в силах сдерживаться. — Саш, я рядом, все будет хорошо, — он хотел бы успокоить брата, хотел бы сказать что-то еще и облегчить этот момент, но больше не мог подобрать никаких слов. Но Саше этого было достаточно. Он до сих пор плакал, но не отстранялся ни на миллиметр и сжимал пальцами его куртку, будто бы боясь, что тот отстранится. Только даже допустить такое было невозможно. Олег бы не ушел, не сбежал. Он готов был сидеть на коленях хоть целый день, ночь напролет, даже вечность, если это помогло бы Саше. Не оставалось уже ни страхов, ни принципов, ни сомнений. Был лишь Саша, которого он обнимал настолько крепко, насколько это было возможно.

***

С опушки они выбрались не сразу, еще долго сидели на месте, не двигаясь и не говоря ни слова. Даже теперь тело еле слушалось, Саша медленно переставлял ноги и брел наугад, не разбирая путь. Вспомнить, как они сюда добрались, было невозможно, но все это сглаживалось и отходило на второй план, потому что Олег до сих пор был рядом. Саша то и дело кидал на него взгляды, проверяя, что он действительно шел вместе с ним. Хотя это было бесполезно, потому что Олег держал его за руку и не отпускал ни на секунду. — Я не знаю, куда нам теперь идти, — Саша тяжело вздохнул. — Даже как выбраться из леса. — Не в первый раз, — Олег то ли действительно не переживал, то ли очень хорошо делал вид, сохраняя спокойствие. — Найдем путь. Лес же не бесконечный. Саша хмыкнул. В последнем он совсем не был уверен. Это место не поддавалось логике, здесь не действовали никакие привычные им законы, они могли с одинаковой вероятностью плутать по чаще сутками или выбраться отсюда через полчаса. — Ты можешь лучше… — Олег замялся, а потом аккуратно сжал его пальцы. — Расскажи все, что знаешь. И что произошло. Только на этот раз правду, Саш, всю правду, какой бы она ни была. Даже прекрасно зная, что никакой тайны не оставалось, а Олег уже осознал самое худшее и до сих пор оставался рядом, Саша на секунду замер в панике. Тревога и вина, которые копились все это время внутри, никак не отпускали, заставляя сердце бешено стучать. Саша смог хоть немного успокоиться, лишь почувствовав, как Олег провел пальцами по его костяшкам. Это простое движение позволило сосредоточиться и заговорить, пусть медленно и ломано, но хотя бы без очередной истерики. — Когда стало понятно, что медицина бессильна, я стал таскаться по всем знакомым практикам. Многих посоветовала мать, с другими меня свели коллеги, но от этого толку тоже было мало. Меня поили травами, ставили защиту, вот и всё. А потом… Мне рассказали об этом месте и вручили дневник того, кто здесь якобы был, — Саша смотрел под ноги, сфокусировавшись на грязи и жухлой траве. Это помогало не отвлекаться и не теряться, пока он вспоминал все произошедшее. — В нем говорилось, что у этого места, у людей здесь, есть силы, которые помогают излечиться от любой болезни. Там было описано, как добраться сюда, но никаких подробностей о том, как именно спастись. — А жертвы? — голос у Олега дрогнул. — Жертвы… В дневнике говорилось, что сюда нельзя попасть одному. Нужно обязательно привести с собой кого-то. Никаких уточнений, сколько человек и что именно с ними произойдет, но… Автор явно давал понять, что взамен на спасение нужно будет что-то отдать этой земле. — Но это же могло касаться и тебя самого, не только тех, кто с тобой поедет, — Олег недоуменно посмотрел на него. — Понимаешь, — Саша не знал, как объяснить собственное отчаяние, которое за месяцы охватило его полностью. — Я был готов поверить во все, что угодно, если это дарило надежду на спасение. И одновременно собирался сюда, будучи уверенным, что это лишь сказка. Это была последняя попытка, хуже бы вряд ли стало, а умирать… Мне до сих пор страшно при одной мысли о том, что я медленно гнию внутри. Поэтому я решил попробовать. Олег его не перебивал, слушал внимательно и до сих пор держал за руку. Саша в этот момент был благодарен как никогда, каждое слово давалось с трудом, но рассказать, выговориться, признаться было необходимо. — Билеты покупал, ребят собирал, проводил какие-то нужные ритуалы, а сам был уверен, что мы дальше Арзамаса не доберемся, будем бесцельно ездить по дороге и в конце концов вернёмся в Москву. Но главная проблемы была в том, что дневник очень подробно описывал путь сюда, но там не было толком никаких объяснений, что должно произойти дальше, — Саша бросил быстрый взгляд на брата. — Была пара упоминаний о том, что так или иначе нужно было чем-то пожертвовать, о святой воде и о том, что выбраться отсюда намного сложнее, чем попасть. — А амулеты? — С тем же успехом я мог бы дать любую другую вещь. Она лишь должна была принадлежать мне, а те, кого я брал с собой, должны были принять её добровольно. Амулеты казались хорошим вариантом. Логичным даже, — он печально улыбнулся. — Ребята приняли их без лишних расспросов, репутация помогла, все же от меня такие амулеты были ожидаемы. На самом деле, я не знаю точно, что сам автор дневника имел в виду при описании этой части. Предполагаю, что таким способом это место — эта сила — должны были определить, что мы все забрели сюда не просто так. Я до последнего надеялся, что ты… — Что у меня не получится остаться с вами, — Олег закончил за него. — Ты поэтому оставил меня в поезде? Саша кивнул. Он и сейчас сделал бы то же самое. Привязал бы Олега, если бы это помогло, выставил из поезда самолично, забрал этот дурацкий амулет, который до сих пор был у брата. Но, видимо, у судьбы были другие планы, а теперь они вдвоем шли по этому чертовому лесу, пытаясь найти дорогу обратно. — Я никогда бы не взял тебя с собой, Олеж, — говорить об этом было уже труднее. Все, что касалось Олега, было слишком важным и сложным одновременно. — Я надеялся, что ты вернёшься в Москву. Не думал даже, что ты нас найдешь, а потом ты вышел из машины… И я почувствовал, что амулет был полон твоей энергии и моей, что было поздно что-то менять. Место признало тебя так же, как и остальных. — И что теперь? — Олег вдруг остановился и повернулся к нему. Он не отпускал его руку, но теперь еще и изучал внимательным взглядом. Саша не мог отвернуться, да и не хотел, если быть честным. Слишком сильно он уже открылся, поздно было сбегать. — Не знаю, — ответил прямо, даже если звучало это глупо. — Я не имею ни малейшего понятия, что происходит с того момента, как мы сюда попали. Могу только строить догадки. Все, что с ребятами происходило, и правда похоже на какие-то ритуалы. Сбор крови, энергии, чего-то физического или просто страха, не знаю. Боюсь только, что это рано или поздно дойдет и до тебя. — Мы уже ничего не изменим, верно? — Олег, казалось, не боялся. Смотрел на него решительно и не двигался. Саша покачал головой. — Тогда остаётся лишь попытаться завершить это всё. Добиться того, ради чего ты сюда сунулся. Если есть шанс тебя спасти… Он замолчал и наклонился вперёд, прижимаясь лбом к его лбу. Саша замер, боясь даже дышать, лишь бы не спугнуть этот момент и не испортить. Каждое прикосновение, каждый контакт и взгляд до сих пор казались нереальными. Он так долго боялся реакции Олега, готовился к худшему, к отвращению, злости, даже ненависти. Поэтому принятие, с которым брат смотрел на него сейчас, вызывало недоумение и неверие. — Мы попробуем. — Я не выдержу, если из-за меня с тобой что-то произойдет, — Саша выдохнул слова совсем тихо, но они уже стояли достаточно близко, чтобы Олег точно услышал. — Со мной все будет в порядке. Я не умру. И ты тоже, я не позволю. Саша прикрыл глаза, позволяя себе на секунду поверить в это. Даже если слабость брала свое, даже если они до сих пор плутали по лесу, даже если надежда была призрачной и глупой, было приятно всего на мгновение представить, что они оба могли выбраться отсюда живыми. — Ты до сих пор дрожишь, — Олег прислонился губами ко лбу. — У тебя жар, Саш. Ты как себя чувствуешь? — Не очень. Плохо, но ничего нового. Только стоять сложновато. Не знаю, насколько еще меня хватит. Было стыдно это признавать. Олег уже так много для него сделал, до сих пор держался рядом несмотря ни на что, а Саша даже идти нормально не мог и сдавался уже сейчас. Хотелось как раньше попытаться изобразить спокойствие и взять себя в руки, но теперь это было бессмысленно. Поэтому Саша послушно поддался, когда Олег обхватил его за талию и потянул за собой, перенимая часть веса и помогая держаться на ногах. — Давай отдохнём немного, ты поспишь хотя бы час-два, а потом пойдем дальше, — Олег подвел его к одному из деревьев. — Не понимаю, как здесь время идёт, по ощущениям мы весь день бродим по этому лесу. Да и темнеть начинает. — Может, так и есть, — Саша потерянно взглянул на небо, замечая лишь темень между ветвями. Если рассуждать логически, они вышли из дома утром, так много времени пройти точно не могло. Но ни о какой логике речи здесь не шло. — Нас путают. — Ничего, выберемся, только тебе надо отдохнуть. Олег помог ему опуститься на землю и прислониться к дереву. Было холодно и жестко, но усталость и боль во всем теле брали свое — Саша хотел лишь закрыть глаза. Он послушно опустил голову Олегу на плечо, расслабляясь, насколько это было возможно. Они должны были выбраться отсюда, должны были, обязательно, только нужно было немного отдохнуть. Саша провалился в сон, до сих пор ощущая, как Олег сжимал его руку.