Не по-пацански

Кащей радуется, что в пальцах зажата сигарета, ведь ей можно прикрыть секундную заминку, стоило Адидасу появится на пороге. Даже вернуть на лицо привычную улыбку выходит как-то легко, может, потому что он все-таки рад видеть Адидаса, пусть этот самоуверенный говнюк и бесит до дрожи. То, что Адидас появляется с претензией, даже забавляет, но тот всегда был таким. Понтов и эмоций куда больше, чем здравого смысла. Стоило бы сперва понять, что за два года тут многое поменялось, да братишку расспросить получше, но Адидас никогда не был сторонником здравых решений. Бил в морду раньше, чем понимал, кто перед ним, поэтому сбить его с толку всегда было куда проще, чем с ног. Бить Адидас умел, но Кащей и не планировал выходить с ним на поединок. Его, в отличие от Адидаса, романтика дуэлей никогда не прельщала. Адидас даже как-то в порыве чрезмерного праведного гнева кинул ему: «ссыкло». Поплатился, конечно, за это — еще повезло, что рядом никого в тот момент не было, так что Адидас отделался скорее легким испугом, чем заслуженными травмами. Кащей бить тоже умел, причем хорошо и от души, особенно если вывести его из равновесия. Правда, такой номер удавался только Адидасу. Кащея откровенно забавляет слишком правильный Адидас, не боящийся высказать ему все в лицо, ведь за ним сейчас стоит толпа из скорлупы и вечных подпевал в виде Турбо и Зимы, дождавшихся своего хозяина, подобно верным псам. Такая преданность даже восхищает. Кащей ее понимает. Горячее сердце Адидаса, верность идеям и принципам заразна. Он, как инфекция, с легкостью проникает в кровь, заставляя весь организм подчиняться ее воле. У Кащея, правда, прививка. Расчет называется. Нежелание уступать власть и уважение, а еще любовь к сигаретам, алкоголю и размалеванным шлюхам, дающим ему с превеликой радостью. Порой, конечно, подташнивает от вкуса дешевой помады, но Кащей привык списывать это на переизбыток алкоголя. Так проще. Так правильней. Страдать от вируса с таким примитивным названием, как Адидас, Кащею западло. Это даже как-то не по-пацански. Он же не скорлупа галимая. И не Зима, готовый заглядывать в рот провозглашенному народом лидеру. Кащею это не по статусу. Адидас должен смотреть в рот ему, никак не наоборот. Да и в курсах Кащей, что горящие сердца ни к чему хорошему не приводят. Хорошо, что чушпанов легко заставить молчать, а ошибки прошлого позабыть в пьяных объятиях псевдолюбовниц. Жаль, что Адидаса заткнуть куда сложнее, а ведь за два года без его горящих идеалами глаз, Кащей даже поверил, что они ни черта больше не трогают. — Ну так что? — Адидас за словом в карман не лезет и не боится бросить вызов Кащею. Но он и так это знал, как и то, что Адидаса нужно поставить на место, пока вирус не распространился. Его надо подавлять в зачатке. — Ну все. Все. Кащей знает, когда стоит прекратить бой. Он столько раз ходил по грани, но пока ни разу не сорвался. У Кащея прививка. Вирус Адидас ему не страшен, какими бы пламенными ни были его речи. Кащей в это почти верит, вот только списать на алкоголь тошноту от привкуса дешевой помады в этот раз выходит с трудом. Кащей знает, что заразился, причем очень давно, поэтому понимает, что источник заразы надо не просто купировать, а устранить.