Теперь я никогда не буду свободен

Когда Синджед сказал, что его информатор будет непростым, это было самым большим преуменьшением. «Скорее уж скользкий, хитрый сукин сын.» – подумала Севика, пробираясь сквозь груды мусора и хлама на дне ямы. — Слушай! – рявкнула она. — Мне просто нужно поговорить! Фигура мелькнула за кучей металлолома. Севика успела её заметить лишь на долю секунды, прежде чем она исчезла в следующей груде мусора. Ей это надоело. — Слушай сюда! Я не собираюсь играть с тобой в игры. У меня нет на это дерьмо сил и терпения. Синджед отправил меня сюда за информацией. Если не выйдешь и не заговоришь со мной, я выпотрошу тебя, как сточную крысу, которой ты являешься! Шевелящийся холм мусора замер. Севика наблюдала, как из груды хлама медленно выбралось существо, которое напоминало небольшую крысу. Даже с нескольких шагов запах обжигал ей ноздри. Она натянула красный плащ на лицо, чтобы хоть немного заглушить вонь. — Ну, раз уж ты так вежливо попросила. – пробормотало существо, нервно подёргиваясь. — Чем могу быть полезен? Севика на мгновение задумалась о том, куда завела её жизнь. Она стала правителем Зауна, которыми когда-то были Силко и Вандер. И вот она здесь — в самой глубокой свалке города, пытается выудить информацию у крысы. У вонючей, мутированной крысы. Она напомнила себе, что для лидера нет ничего зазорного. Если она сама не готова на что-то пойти, то и посылать других не имеет права. Таков был её принцип, и она не собиралась его нарушать. Однако в этот момент она ненавидела то чувство долга, которое у неё почему-то было. Откуда оно взялось — она не знала. Точно не от родителей, это уж она знала наверняка. Но сейчас было не до размышлений. У неё были дела поважнее. — Это тебя зовут Твич, верно? — Да, эт я! – пропищал он, подпрыгивая с лапы на лапу. Севика осталась невозмутимой. — Прошлой ночью монстр убил двоих моих людей. Огромная тварь, похожая на волка, с зелёной капсулой на спине. Слышал что-нибудь о нём? Твич дёрнул головой в сторону и поднял брови — или то место, где они должны были быть. — Ты имеешь в виду… Ревуна? — Почему его так зовут? — Ну… он воет. — Да ты что? – проворчала Севика, устало проведя рукой по лицу. — И что ты ещё знаешь о нём? — Знания тут не помогут, загорелая. Неважно какую информацию я тебе дам, если вдруг получится так, что ты окажешься очень близко к этому монстру... считай, что ты уже труп. Он — смертный приговор и я не шучу. Севика откашлялась, прикрыв рот краем плаща. — А если я уже пережила одну встречу с ним? Твич покачал головой и начал когтями скрести землю. — Значит, зверь уже учуял твой запах. Боюсь, твои дни сочтены. Севика на шаг отступила от крысы, которая издала тихий, зловещий смешок. Она сжала кулаки и быстро огляделась по сторонам. Не может быть. Она не могла быть просто мишенью. Она уже не раз выходила победителем из, казалось бы, безвыходных ситуаций. Она сделает это снова. Но что-то в глубине души подсказывало ей, что в этот раз всё иначе. Этот зверь был другим. В самой её сути нарастало ощущение, что она забралась слишком далеко. Твич перестал царапать землю и поднял блестящий кусок металла, повертел его в когтистых лапах, а после взглянул на Севику со странным, отстранённым любопытством. — Он не остановится, пока не прольёт твою кровь.

***

Пещеры под Зауном были мрачными, грязными и серыми, в отличии от яркого, разноцветного наряда Джинкс. Рюкзак, который она несла, был тяжёлым, но в нём было всё необходимое. Она проверила его ещё раз, чтобы убедиться, что ничего не забыла. — Еда, вода... О, точно, чуть не забыла! – ахнула она, доставая несколько кусочков шоколада и тут же убирая их обратно. — Это оставим на потом. Когда она клала шоколад обратно, её пальцы коснулись плотной кожи. Это была куртка Вандера — та самая коричневая куртка, которую он носил почти каждый день. Джинкс давно таскала её с собой, не зная, что с ней делать, но и расстаться не могла. Но теперь она знала, что с ней сделает. Она вернет её ему обратно.

***

Варвик не ел несколько дней. Не то чтобы он не был голоден. На самом деле, жажда крови никогда не была такой сильной, как сейчас. Но он не собирался ей поддаваться. Даже если бы захотел, он не был уверен, что сможет снова охотиться. Каждый раз, когда он чуял кровь, он чувствовал её запах — и этого было достаточно, чтобы он, взвыв от ужаса, забился обратно в свою пещеру, лишь бы не причинить ей вред, несмотря на изнуряющий голод. Но есть все равно нужно было. Может, он найдёт чей-то труп и заглушит голод, пожирая гниющее мясо. Или поймает несколько крыс из сточных канав — вдруг этого хватит? Но для чего? Ради чего он это делал? Девочки уже давно нет рядом. Он сам прогнал её когтями, клыками и своим чудовищным обликом. А в довершение всего, он ещё и ранил её. Какой же человек причинит боль собственной дочери? «Монстр.» – подумал он, сворачиваясь в своей берлоге и закрывая глаза, чтобы не чувствовать жгучий голод. Только монстр способен на это. — Паудер. Помни... Паудер. – простонал он, словно боялся забыть её имя. Но он не забудет. Это было первое, о чём он думал, просыпаясь, и последнее, о чём вспоминал перед сном. Иногда она даже приходила к нему в снах. Впервые за долгое время его сны перестали быть кошмарами. Вместо них по сознанию плыли тёплые воспоминания о девочке с голубыми волосами. Но именно моменты бодрствования превращались в его кошмар, когда голод и жажда крови постепенно разрушали хрупкие осколки разума. Варвик глубоко вдохнул, пытаясь наполнить пустой желудок воздухом. Конечно, это не помогло, но подарило нечто другое. Запах. Его лаза распахнулись. Знакомый запах. Через мгновение голодное чудовище уже стояло на четвереньках, выходя из своей берлоги. Запах Паудер. Все охотничьи инстинкты разом проснулись, а пасть наполнилась слюной. — Нет! – прорычал Варвик, борясь с голодом, заполняя разум мыслями о девочке с голубыми волосами. — Паудер!

***

Прошло уже несколько часов с тех пор, как Джинкс вошла в эту сеть пещер, но удача так и не улыбнулась ей. Она знала, что он должен быть где-то здесь. В этом городе не было другого места, где мог бы спрятаться такой огромный монстр. К тому же следы вели именно сюда. Но сеть пещер была слишком обширной, чтобы обыскать её одной. Никто другой не верил ей. Как бы сильно она ни была уверена в том, что он жив, что он просто напуган или сбит с толку, никто не хотел слушать её. Никто не верил, что Вандер находится внутри этого чудовища. Поэтому она была здесь одна, глубоко в пещере. По холоду, пробравшемуся под одежду, она догадалась, что уже наступила ночь. Джинкс вытащила куртку Вандера и накинула её на себя. Она была великовата, но тёплая и всё ещё хранила его запах, а это было самым важным. — Вандер! – крикнула Джинкс в полумрак, её голос эхом разнёсся по стенам пещеры. — Ван-дер! Ты здесь? Ответа не последовало. Она и не особо его ожидала. Пнув несколько камней под ногами, она снова позвала его. — Вандер! – на этот раз голос её зазвучал напевно, проникая всё глубже в пещеры, уходя всё дальше в темноту. И тут, едва различимое среди собственных эхо, её ухо уловило что-то. Звук был почти слишком слабым, чтобы его услышать. Она замерла на месте, прислушиваясь, затаив дыхание. «Может быть, мне просто показалось?» Но нет. Она снова услышала это. Звук, нечто среднее между стоном и воем, отразился от стен пещеры и поплыл прямо к ней. Джинкс вздрогнула и резко втянула воздух, её волосы встали дыбом. Сердце бешено колотилось в груди. Она захлопнула рот, пытаясь не издать ни звука. — Пау-дер! Эхо было громче и чётче на этот раз. Оно звало её по имени — в этом не было сомнений. Джинкс шагнула вперёд, потом ещё раз, её ботинки оставляли следы на пыльной земле. Она задавалась вопросом: а вдруг это всё — иллюзия? Она надеялась всем сердцем, что это не так. — Вандер! Где ты? – закричала Джинкс. В ответ она снова услышала своё имя, на этот раз громче и отчётливее. Голос был низким и хриплым, но звучал так же, как той ночью, когда чудовище впервые произнесло её имя. Она бросилась вперёд так быстро, как только могли нести её ноги. Мерцание вспыхивало в её розовато-голубых глазах, когда она, не жалея себя, неслась вперёд. Завернув за угол, она увидела его. Он выглядел точно так же, как той ночью в переулке. Тогда она увидела в нём чудовище, и часть этого страха до сих пор сидела в ней. Он был ужасающе страшен. Только сейчас она осознала, насколько пугающе он выглядит на самом деле. Он повернулся к ней, благодаря чему Джинкс смогла рассмотреть его как получше. Тёмно-синяя шерсть, серая полоса на груди. Огромные когти почти касались земли. Он стоял, слегка сгорбившись, его пронзительные глаза сверлили её взглядом. — Вандер? – не веря своим глазам, прошептала Джинкс. Она сделала шаг вперёд, неуверенно, с растущим в груди страхом. — Это правда ты? В мгновение ока чудовище оказалось перед ней. Оно обхватило её своими лапами, прижав руки к бокам, сжав их так сильно, что она не смогла даже пошевелиться. Страх захлестнул её. Её ноги оторвались от земли, когда чудовище подняло её в воздух. «Не совершила ли я сейчас большую ошибку?» – пронеслось в её голове. Но вдруг он прижал её к своей мохнатой груди, уткнулся мордой в её плечо и зарыдал. Его тело содрогалось от всхлипов. Джинкс почувствовала, как её глаза наполнились слезами. — Паудер. – простонало чудовище, впервые за много лет обнимая её. — Моё… сердце. Джинкс смотрела на его клыки, на его шерсть, на его безумные глаза — всё то, чего у Вандера никогда не было. Но это был он. Она не была сумасшедшей. Внезапно она разрыдалась, вцепившись в его торс, а он прижимал её к себе, содрогаясь в унисон с ней. — Да, это я. – сквозь слёзы шептала она. — Я нашла тебя.