СБОЙ В СИСТЕМЕ

Меня зовут Кузьмин Миша. Друзья называют Михой, кто-то даже Кузей. Не люблю, но прощаю, потому как, сам часто использую клички, придумывая на ходу и не спрашивая одобрения. Я в меру симпатичен, нужно быть объективным (на любителя, точнее – на любительницу). Среднего роста, темно-русые волосы, карие глаза, умеренно развитая мускулатура, и то, только потому, что в старших классах греблей занимался. Бросил. По иронии судьбы, после того, как родители мне собственную байдарку купили. У меня такое бывало ни один раз. Я и гитарой бросил заниматься, когда свою подарили. Видно, нельзя мне давать, нужно, чтоб сам взять стремился. Мне девятнадцать, идет двадцатый. Учусь в педагогическом. Мать настояла, сам бы в жизни не подал сюда заявление. Но, увы, накопленных за годы учебы в школе знаний, хватило лишь на это, а точнее на то, чтобы в будущем стать специалистом по производственному обучению, точнее – по технологии, но, уж если совсем точно – трудовик. Звучит не очень. Понимаю. Нас, таких, некоторые недолюбливают, считая наш факультет помойкой, ибо больших баллов не требуется, чтобы сюда поступить. Почти все – бывшие троечники в школах. А мне плевать! За то у нас всегда весело. Живу в общаге. Мой сосед – Вовка, классный парень, ибо в последнее время, ночевать даже не приходит. Любовь увела его куда-то в сторону тихих районов, где живет его девушка. Я рад за него, за девушку, а за себя еще больше. Хата пуста, почти всегда. Можно девок водить, когда вздумается. Первый год и водил. Теперь, можно сказать, что остепенился. Точнее – нашел девушку – красотку Лузу с филологического факультета. Сам не знаю, как она на меня повелась. Длинноволосая блондинка с голубыми глазами и приятными формами, любой был бы рад ее окучить, но мне повезло быть тем, кому она дала шанс. Услышав однажды рассказанный мною анекдот, она прокомментировала его, указав на недалекость рассказчика. Сцепились языками, сначала в переносном смысле, потом в прямом. Еще раз спасибо Вовке, что дал возможность качественно извиниться за бестактность и длинный язык, впрочем, за него я не стал извиняться, а она уже и не настаивала. Вот встречаемся, уже почти полгода. Есть, конечно, ощущение, что малость сковывают меня эти отношения, ограничивая в действиях, но я одергиваю себя, указывая на то, что у меня красивая девушка (которая вдобавок, помогает в учебе) регулярный секс, ну или почти регулярный и завистливые взгляды товарищей, у некоторых из которых, еще прыщи не сошли. Живу неплохо, родители деньги высылают. Иногда, сам берусь за подработки. Учеба периодически напрягает, но не критично. Друзья имеются. Чего еще желать? Да я ничего и не ждал. Просто жил. Просто наслаждался. И иногда, смотрел по сторонам, обращая внимание на разношерстное население нашего универа. Кого только не было: всех цветов и мастей. И это здорово. Не было ощущения тусклой однородной толпы. Из всех, особенно выделялись: Люся – анимешка (сам ее так назвал), девчонка со светло-розовыми волосами, накладными ушками, в платье в оборках и чулках с бантами по бокам. Общалась с такими же чудиками, как и сама. У них целое сообщество сформировалось, но другие меня не очень интересовали, а вот ее белые чулки заводили не на шутку. Знала бы моя Лиза, что фото этой непонятной девицы я в телефоне храню не только за тем, чтобы друзьям показывать и ржать, а иногда использую для более приятных целей, забила бы до смерти. Стасик – шкаф. Бугай с физкультурного, которого даже свои боятся, не говоря о посторонних. Я как-то чуть не попал под его горячую руку. До сих пор передергивает, когда вспоминаю. Мне урок – лишний раз язык не распускать и на верзил не залупаться. Даня – педик, паренек с красными волосами, которого частенько привозит на дорогой иномарке мужчина средних лет, который слишком молод, чтобы быть его папой и слишком холеный, чтобы любить кого-то кроме себя, ну и видимо, Даньки. Учится паренек на социолога и своей яркой внешностью привлекает внимание многих. Сколько помню, девчонки крутились возле него, не знаю, на что надеясь, мальчишки тихо ненавидели, иногда даже били. Я не был тем, кто бил. Его присутствие в стенах универа не напрягало, как многих. Возможно, я бы и внимания на него не обратил, если бы не крутая тачка его папика. Поговаривали, что тот снял ему квартиру, хотя паренек местный и в подобном не нуждается. Ему бы жить вместе с родителями, кушать мамкин супчик, с папкой на рыбалку ходить, а не заниматься хренью, но… кривая увела в голубые дали. Приятелей он имел много, но близко, как я понял, ни с кем не общался. Порой, позволял себе заигрывать с девчонками и, что странно – у него получалось. Думаю, захотел бы, завлек не одну. Из чего вывод: нужно быть придурком, чтобы не пользоваться своими внешними данными и продастся непонятному дяде. О нем знали все по чуть-чуть, что, на самом деле, сводилось к мизеру. И если бы не его кавалер на мерсе, о голубой принадлежности не знал бы ничего. А уж если бы волосы перестал в красный красить, и вовсе бы ни в чем плохом не заподозрили. Вокруг третьего «экземпляра» и закрутилась моя студенческая жизнь на исходе второго года учебы, стоило однажды расслабиться. Все порушилось за считанные недели, не думал – не гадал. Да что там, я даже не представлял, что у меня с Данькой может быть что-то общее, что однажды буду общаться и с ним, более того – сам искать встречи. И попенять некому, сам виноват.