Обычный Новый год на Майншилде

Санчез из тех людей, которые знают всего своего партнера наизусть. Он знает прекрасно, что значит каждое действие со стороны Пугода. Он способен определить, где у того болит, будь то морально или физически. Саша мог бы понимать это по чужим глазам, однако даже те скрываются под шляпой. За столько лет отношений ему пришлось привыкнуть ориентироваться только на чужой нос и губы, а туда же позже вошёл и язык всего тела. Санхез понимает чужое настроение и состояние даже по самым мелочным действиям. Вздернутый кончик носа, появившиеся на лице ямочки от улыбки — расслабленность или приятная радость. Когда Пугод поглаживает ладонями плечи, то явно требует внимания к себе, ласки. Эмоций не счесть, которые можно прочитать по жестам тела, однако одна из них, самая неприятная. Трущиеся друг о друга руки, дрожащие ноги и сгорбленная осанка — страх или тревога. Кстати, говоря об осанке… Последние несколько месяцев Пвгуда стали посещать навязчивые проблемы со спиной. Он никак не мог от них избавиться! Думал, конечно, что всё временно… Пришло в октябре и затянулось до самой зимы. Тот в действительности мог почувствовать себя старой пенсией. Чего только стоило разогнуться! Санчез, кажется, слышал хруст позвонков с соседней комнаты, будучи с закрытой дверью. Шляпник частенько жаловался на спину, хотя исправить и что-то сделать с этим не получалось. Он вечно в работе. Днем и ночью пишет эти бумажки, пишет-пишет, а потом приходит и разогнуться не может. Александр ему периодически напоминает, что и перерывы делать надо, однако Пугод того никогда не слушает. Тогда Санчез посчитал, что хорошим подарком будет сделать массаж самостоятельно. Может в этом и была причина, что Пвгуд не хотел ощущать на своей спине чужие руки и ему хотелось ощутить именно эти, родные, почувствовать, как они будут растирать по его спине различные эфирные масла...Саша рассматривал эту идею в виде отличного подарка, к тому же можно добавить ещё большей романтичности. Свечи, ароматические палочки, лепестки роз… Чем не чудо на Новогодний праздник? Лучше ведь и быть не может! Главное, что такой подарок предугадать совершенно невозможно. Санчез всё прятал по полочкам, а приготовить место желал до вечера, ведь его парень по уши в делах и работе. Саня иногда шутил, что работа скоро спрячет Шляпника, и придется ему раскапывать тело Пугода из башен бумаги. Он очень позаботился о том, чтобы подготовить отличное место и самому выглядеть шикарно, хотя от комплиментов Пугода ему было не отбиться. Осталось дождаться своего бархатного халата и весь комплект к замечательному подарку будет готов.

***

Пугод пришел на общую базу поздно вечером, ибо даже в последние Новогодние дни работа от него не отставала. На спине висел тяжелый рюкзак, в руках шалкера и прочие вещи. Вес на спину точно был распределен неравномерно. Конечно, поэтому и возникли эти проблемы со спиной. Причин, в общем, на то много. Парень заходит на базу, закрывает дверь на замок, кидает все вещи в угол, на пол. На шум из коридора является Санчез, высовывая свою макушку из проема двери, прежде чем вовсе выйдет из общей комнаты. Пугод вздыхает и чувствует, как в нос ударяет приятный запах, такой сладкий, но совсем не приторный, наоборот. Ему хотелось бы уткнуться в чужую шею, носом упереться в кадык и принюхиваться к мягкому запаху духов вечно. Удивляет также и одежда, в которой находился сегодня Санчез: достаточно открытый, но домашний розовый халат, столь бархатный и с длинным пушистым подолом. Это заставляет надолго погрузиться в себя и покраснеть, ведь ни каждый день увидишь своего парня в таком одеянии. Хотел бы Пвгуд видеть таким его всегда… Правда, привычный, родной и весь такой домашний Санчез ему куда дороже. Интересно, в честь чего такой подарок? Кажется, за работой, Шляпник совсем забылся о том, что сегодня канун Нового года. Саша нежно избавляет того от верхней одежды, даже помогает стащить обувь и весь из себя такой нежный и покладистый. Пугоду аж неловко от этого, что из-под шляпы заметно, как его щёки начинают розоветь. Прежде чем пойти далее в комнату, он наконец выходит из транса и решает слегка разбавить тишину между ними. Опомнился наконец, что сегодня уже канун Нового Года, вот-вот праздник! Надо же своему партнеру что-то подарить, помимо серебряного кольца в коробочке. Но это потом. Сейчас хотя бы дать маленькую ласку, каплю внимания, ибо сейчас центром всех ласк и любви будет сам Шляпник. Он останавливает Санчеза, притягивает к себе за бант халата, пышный, завязанный на талии. Последний успевает слегка опешить, но послушно двигается ближе и также кладет ладони, только выше — на плечи. Ухмыляется так весело и влюбленно, прежде чем ухмылку его губ накроют чужие. Это уже некая традиция, целоваться прямо на выходе из базы, особенно когда кто-то из них убегает по важным делам. Сначала всё это похоже на влажный детский поцелуй, такой мягкий, а только после страсти накаляются и вот, всё становится более ярко и красочно. Поцелуй становится сочнее, переходит грань и становится взрослым. Пугод специально переплетается с чужим языком, зная, как Санчез в этом не опытен. Какое удовольствие им приносит это. Санхез ведёт ладонями выше и легко впивается в чужой затылок, прижимая к себе и желая почувствовать всю власть на себе. До безумства горячо, так приятно, что его ноги даже подкашиваются, когда чужой язык лезет ему прямо в глотку. Такие поцелуи вовсе кажутся удушающими, но в некоторой степени Саня это любит. Тем более, это, вероятнее всего, его последняя попытка побыть в пассии в сегодняшний вечер. Парни проходят в общую комнату, освещенную приятным огнем свечей, а также нежным оранжевым светом ламп. На полочке у кровати стоят какие-то специальные принадлежности и всякие масла. Основным помогающим элементом в массаже будут руки Санчеза, ибо только ими он сможет удовлетворить своего Шляпника и сделать так, чтобы его спина более никогда не болела. Да чтобы даже ныть не смела! На придвинутом столе видна открытая бутылка вина, а сбоку от неё стоят два бокала, уже наполненные жидкостью. Санчез прекрасно знал, какое вино любит Пугод, поэтому специально бегал по магазинам, чтобы купить именно его, самое вкусное и сладкое. Пугод садится на постель, стеснительно оглядывается по сторонам. Он не столько смущён тем, что ему сейчас придется раздеться до гола, сколько самой ситуацией. Санчез так постарался ради него, приготовился во всем: вино, свечи, принадлежности, внешний вид. Всё это до ужаса очаровывало и заставляло краснеть, ведь сколько сил было потрачено, чтобы наконец получить желаемое удовольствие и расслабиться. Тем более в Новогоднюю ночь. Его руки сжимают одеяло, проводят по нему. Он старается первое время успокоиться, а лишь после наконец начинает раздеваться. Свои намокшие от снега брюки он отдает Санчезу, который вешает их на батарею. Пиджак оказывается висеть на спинке стула, а рубашка под ним же. Даже шляпа оказалась в стороне, ибо этот вечер должен быть полон сюрпризов, чтобы Санчез мог за долгое время опять увидеть своего Пвгуда таким домашними и спокойным. Без делового костюма, без желтого, как звезда, галстука. Нежность и романтика переполняли комнату. Санчез больше не поворачивался к тому лицом, чтобы не смущать и открыто не разглядывать чужое тело. В целом, чего им стесняться? У них уже был первый раз, далеко не последний после этого. Были всякие любовные утехи и тот прекрасно знает чувствительные точки чужого тела, где они находятся. Парень подходит к столу и берет два бокала вина, вручая один Пугоду, другой оставляя при себе. Отпив чуть-чуть, бокал сменился полотенцем. Нежная вафельная ткань, чуть кремовая, из сложенного квадратика превратилась в прямоугольник. Конечно, чтобы не смущать себя и Пугода, стоило прикрыть чужие бедра, а также подогреть всё это пошлой фразочкой: “Я на твой зад пялиться не собираюсь, не беспокойся.”. Это вызывает легкий смешок с обеих сторон. Саша просит голосовую помощницу Алису переключить песню, на что-то более теплое и такое же интимное, такое, чтобы понравилось его возлюбленному и позволило тому расслабиться. Еще один маленький момент — поцелуй в затылок, чтобы точно ввести Пугода в период самой яркой эйфории. Ладони Санхеза тянутся в сторону полочки, на которой стояли некоторые средства, которыми он планировал воспользоваться во время массажа. Баночка открылась, часть содержимого вылилась на чужую спину. Сначала парень просто растирает содержимое по всей спине, редко надавливая на какие-то конкретные участки и только позже возвращается к своему плану. Он ведь не зря смотрел кучу роликов на ютубе, чтобы знать как, что и где помассировать, чтобы спина после этого век не болела! Ведь так не хочется, чтобы Пугод вспоминал о яркой боли по всей спине. Александр останавливается на плечах и массирует те с особым напором на них. Ладони гладят плечи, ключицы, чаще останавливаясь на верхней части лопаток. Большие пальцы специально давят на позвонки, которые при любом давлении на себя издавали хруст. От Пугода стали слышны легкие вздохи и стоны, но совсем тихие, Санчез о большем просить не хотел. Ему сначала нужно постараться, чтобы услышать с чужих уст яркие вздохи и стоны. Завершающим действием на плечах оказались "рельсы-рельсы, шпалы-шпалы", являющиеся классическим способом размять спину больного.

— Ниже —

Пугод словно знал, что после плеч чужие руки перейдут ниже, но не был уверен в этом решении, что он всё же попросил. Санчез на это улыбается довольно. Он пару раз щекочет случайно, проводит ладонями около боков, прежде чем вновь вернуть всё внимание середине спины и продолжить разминать ту, отдавая все свои силы на то, чтобы Шляпнику стало легче. Саня использовал разные методы. К примеру, мог сначала ударить несколько раз кулачками по чужой спине, совсем аккуратно, дабы не сделать слишком больно. Но любимая и самая работающая — давление большими пальцами. От этого будто было больше всего толку, ведь стоило только надавить на позвонок, как Пугод под ним вздыхал с облегчением и выгибался. Хруст, кажется, было слышно эхом. После давления — нежность, обычный массаж в виде мягкого массирования кожи. — Ещё ниже, — низкий голос Пвгуда раздается в помещении, он даже специально дергается, чтобы руки Санчеза сами упали ниже. Полотенце скользнуло вниз, — и ещё чуть сильнее, пожалуйста. Саша смутился от такой просьбы и неожиданного действия. Полотенце опустилось ниже, но поправить его Пугоду было слишком стыдно. Он старательно отводил взгляд, а руки двигал ниже, ближе к области копчика, слегка ударяя по нему и чуть выше также надавливая, продолжая весь процесс массажа, так, как и его просили. Руки постепенно стали уставать, а в сгибах чувствовалось, как какие-то иголочки будто колют его. Он продолжал недолго, может какие минут пятнадцать, двадцать, однако суммарное время всего такого "сеанса", чуть больше часа! Хотя правильнее сказать будет, что все полтора. Санчез не жалеет, что провел их именно так, с любимым человеком и доставив тому огромную долю удовольствия. Однако это удовольствие не могло найти себе конца. Санчез упал рядом и вытер ладони об приготовленное заранее полотенце. Его руки слегка тряслись после такого напряжения. Свое полотенце с бёдер Пугод вовсе убрал в сторону, будто хотел чего-то большего… Бутылка от сладкого алкоголя была в стороне и пустая, ибо за всё это время они спокойно выпили ее вместе. И алкоголь уж слишком сильно повлиял на разумы обоих. — Я бы хотел получить от тебя другой массаж, особенный… — А это как? — Ты разве не знаешь? — Кажется, всё же знаю… Санчез в такой идее отказать не может, ведь этот вечер принадлежал полностью его власти, а также пассии Пугода. Иногда будет полезным поменяться ролями и ощутить всё то, что испытывает ваш партнер во время такой интимной близости и игры. К тому же, массаж простаты звучит достаточно... Извращённо. Саша поднимается с кровати, располагаясь между чужими раздвинутыми ногами. Шляпник специально для него перевернулся, расставляя ноги в стороны и двигаясь ближе, вожделея получить внимания внутри и ощутить весь тот самый спектр чувств. Новогодняя ночь — это такой праздник, что все желания, пусть даже самые извращенные должны сбываться. Саня закидывает чужую ногу к себе на плечо, целует её около икр и лодыжки, оставляя мокрые дорожки. Собственные пальцы он вновь смачивает в специальном масле, которое вполне могло сойти за смазку. Пальцы прислоняются к розовому колечку мышц, входя сразу двумя. Пугод выгибается в спине, слышится уже не такой громкий, но явный хруст. Ему не больно, просто так не привычно и это он говорит жестом, вновь улыбаясь Санчезу и надавливая своей ладонью на низ живота. Чтобы весь процесс не шёл так скучно и вяло, Санчез тянется рукой к чужому члену, чтобы дополнить горячий момент мастурбацией. Тем более орган так дрожал, требовал к себе явного внимания и было бы грехом оставить того без него. Пальцы через некоторое время начали тоже двигаться, но совсем медленно. К поиску простаты надо подходить медленно, чтобы при любом толчке не пропустить её и вовремя найти. Похоже удача сегодня на стороне Санчеза, может Новогоднее счастье ему подыграло, но спустя несколько аккуратных толчков, его длинные пальцы наткнулись на чувствительный комочек нервов. Пугод вжался в постель, начав тяжело дышать. Его дыхание сбилось, считай, моментально, заставляя его выгибаться, дрожать и довольно сводить, и разводить ноги. Стимуляция была для него непривычно сильной. Одна горячая ладонь двигается по его члену, буквально сдавливает и будто вовсе выдавливает из него сперму, а другая двигается пальцами внутри в приличном темпе, что сводит Пугода с ума. Такого он не мог представить в фантазиях, а сейчас это ощущается так горячо и приятно. Даже боль в спине перестает быть такой чувствительной. Шляпнику вовсе кажется, что она прошла. Парень иногда специально напрягает низ живота, чтобы стенки сжались вокруг чужих пальцев, а после быстро расслабляется и вновь привыкает к буре ощущений. Санчез надавливает пальцем на головку члена, специально водит по ней, прежде чем белая жидкость плеснет ему на руку испачкав её. Теперь руки точно не готовы что-то делать и завтрашний день Пугод будет выкручиваться сам. Пальцы выходят из отверстия, руки Саша вытирает об полотенце и валится рядом. Пвгуд лишь тяжело вздыхает, прикрывая вяло глаза. — Алиса, сколько время? По комнате раздается ответ от робо-помощника, на часах было 00:01. — С Новым годом, любовь моя. — И тебя, с Новым годом…