Предскажи моё падение, заклинатель Императора

Закатное солнце медленно опускалось за горизонт, озаряя ближайший сад своими последними лучами на этот день. Вокруг царила тишина, прерываемая лишь шелестом листьев и трав в саду, а так же сбитым дыханием и тихой руганью. Ворочаясь на земле, двое детей о чем-то активно спорили, не забывая при этом тянуть друг друга за волосы и одежды. Они даже не замечали, насколько их рукава стали грязными, а лица и вовсе приобрели пятна земли — это волновало обоих куда меньше, чем ощущение взгляда на их спинах. Человек рядом с ними стоял уже некоторое время, пряча ладони в рукавах. Он уже не раз вздохнул, пытаясь привлечь внимание детей, однако те обратили на него внимание, только когда он присел рядом с ними, поймав обоих за уши. — Что вы опять тут устроили? — гневно произнёс человек, помогая обоим подняться и отряхнуться. — Он сказал, что мне не нужно заниматься, ведь я все равно останусь дураком! — начал было кричать вновь один из мальчиков, но в ответ получил укорительный взгляд. Ему пришлось замолчать. Злость и обида все ещё плескались в его серых глазах, однако он не был настолько же бестактным, как ребенок помладше. — А что не так? Я лишь сказал правду. Вместо того, чтобы тратить время на учёбу, лучше бы сбежал поиграть со мной! Все равно никто, кроме меня, не играет с таким дурачком, как ты. — Ах ты, мелкий! — А что не так? Злишься на правду, а? Тебе никогда не достичь высот с твоим то складом ума, чего ради ты так возишься с этими книжками?! Едва вновь не начавшаяся потасовка на этот раз была остановлена куда быстрее. Взрослый мужчина снова разнял их, поставив по разные стороны от себя, прежде чем взять за руку маленького господина. — Ваше Высочество Юйрэн, вы слишком прямолинейны и неугомонны. Как вы собираетесь обучаться в храме вашей матушки, если ведёте себя так невоспитанно даже с вашими друзьями? — Он мне не друг! — воспротивился тут же мальчик и, указав свободной рукой на другого юношу, объяснил: — Ру будет моей наложницей, когда я стану императором, с чего бы мне быть друзьями с ним?! Так что ему не нужно ничему учиться, а то вдруг он влюбится в какого-нибудь заклинателя, пока я не вижу! На это слов не нашлось не только у мужчины, но и у юноши, чьё имя использовали в одном предложении со словом «наложница». Несколько тихих секунд они удивленно переглядывались между собой, прежде чем мужчина вновь нахмурился. — Хватит этих нелепостей! Сейчас же возвращайтесь в комнату, нам пора собирать вещи в поездку, — едва не утаскивая за руку по земле юного господина, прорычал себе под нос мужчина. Их общий силуэт довольно быстро пропал за высокими деревьями вишни в саду, оставляя старшего юношу в одиночестве наблюдать за ними взглядом. В глазах все ещё плескалось недовольство и гнев, а пальцы рук медленно сжимали собственные одежды до побеления костяшек. С пятилетнего возраста юноша оставался подле этого юного господина. Всегда помогал и держался рядом, выполняя свою работу добросовестно. Не спал ночами, пока принц был болен, носил на своей спине, если тот поранится. А что же он? Мало того, что подшучивал над ним, так ещё и постоянно лезет в драку с ним по поводу и без. Всегда пытался его превзойти, несмотря на то, что он, молодой господин чистых кровей, в отличии от безродного слуги, имеет потенциала и без того больше. И даже так, Хикару считал его близким человеком, а тот вдруг заявил, что уезжает. Но и этого, видимо, оказалось мало. Стоило Хикару принять это и уйти заниматься, этот рыжеволосый принц решил унижать его на словах и полезть в драку с ним! — Да катись ты к черту, мелкий! Вот увидишь, я стану настолько известным и крутым, что ты будешь ползать на коленях, прося аудиенции со мной! Чертов мелкий принц, ты ещё у меня попляшешь… — детский лепет, на удивление, довольно быстро перешёл от крика до тихого всхлипывания. Эмоции выливались из него одни за другими, а слова и вовсе скоро начали звучать глупо и бессмысленно. Присев на колени, юноша совсем потерял остатки всей выдержки. Сменяя слезы на смех, смех на злость, а злость на горечь, он только и мог, что сидеть в саду весь остаток вечера, пока взрослые слуги не увели его в свою комнату, отправив на сон. Утром юный господин Юйрэн покинул императорский двор. Ни о каком прощании не было и речи, как и о последнем взгляде друг на друга этих маленьких неугомонных детей. Внутренний двор наконец-то смог вздохнуть спокойно — больше не будет криков и ссор на всю поднебесную, ведь после отъезда Юйрэна Ру перевели в пагоду Усмирения. Пагода Усмирения носила такое название из-за её прямой обязанности — усмирение нечисти. Время от времени туда принимали юношей в возрасте до десяти лет, позволяя начать своё самосовершенствование под началом Императорского заклинателя. Такой титул могли заслужить только те люди, что проявили свои таланты перед Императором и небесами, доказав чистоту своего сердца и силу своего духа. Вот уже которое пятилетие Императорским заклинателем был господин Вэй. Многие поговаривали, что он мог бы вознестись к небесам, однако сам отказался от бессмертия ради нынешнего Императора. Его слава честного и добродетельного человека множество лет ходила на слуху даже у простых людей. Именно к такому человеку в руки и попал юный Хикару. — Приветствую Императорского заклинателя. С сегодняшнего дня этот слуга сочтет за честь быть вам полезным, — с формальной сдержанностью поклонился Ру, не осмеливаясь сразу поднять взгляд на взрослого человека перед ним. Заклинатель же лишь усмехнулся, поднимаясь с места. Его скромные белые одежды колыхнулись слишком плавно, словно он действительно был небожителем, что в пару шагов приблизился к мальчишке. Присев перед ним на одно колено, он поднял его лицо, торжественно вглядываясь в серые глаза. — Тебе больше не нужно склонять голову так низко. Отныне ты будешь учеником этого заклинателя, так что не смей более склонять голову перед кем-то кроме Императора и наследного принца. Давай-ка посмотрим, на что ты способен, мальчишка, — с лёгкой улыбкой почти что пропел старший. Мягко потрепав по волосам Хикару, этот человек наконец смог заглянуть поглубже в его глаза. Серый оттенок без солнечного света приобретал тёмный цвет чёрной пучины, почти поглощая все вокруг, а внутри заметно плескались разные чувства. С одной стороны в них не виделось ничего злобного, но и безудержного счастья в них тоже не было. Казалось, мыслями он был где-то совсем далеко, хотя слова заклинателя явно чем-то все-таки его заинтересовали. Ру не смел вставить и слова, однако его взгляд бегал по светлым глазам напротив в ответ. Настолько же светлым, как и глаза Юйрэна, что оставил его тут в одиночестве. Да, слова человека были куда мягче и добрее, чем грубые слова юного принца, но эта разница от чего-то не давала покоя юноше. — Эй, малыш, что такое? Я что-то не так сказал? Не плачь, не плачь, — обеспокоенный голос довольно резко вытащил его из мыслей, заставляя с горечью отвести взгляд. Юноша и сам не заметил, как его чувства вновь вырвались наружу. Его сердце не находило покоя с самого отъезда Юйрэна, все это время он старался делать вид, что ничего его не тревожило. Однако выдержать этого детское сердце все же не сумело. — Я просто злюсь, что не могу ударить одного принца. Не переживайте, пожалуйста, учитель. Я всегда плачу, когда у меня много эмоций, — извиняющимся тоном проговорил юноша, вытирая своим рукавом красные глаза и слушая, как над ухом раздался довольный смех. — Ха-ха, какой бойкий юноша мне попался. Ничего, слезы — это не слабость, выпускай чувства так, если это помогает. Твой учитель позаботится и о тебе, и о твоих чувствах, — весело кивая, мужчина обнял ребенка, похлопав по спине. Долгое время к Ру не относились столь же мягко, очень много дней он проводил один со своими чувствами, от того слова нового учителя обрели очень большое значение для него. В душе вновь загорелся огонек радости, позволяя осознать — в этом мире он не один.