Предскажи моё падение, заклинатель Императора

Многие годы заклинательство шло отдельно от Императора. Все прошлые столетия мир и подумать не смел, что когда-нибудь настанет момент воссоединения обеих сторон. Все были поражены, когда при нынешнем Императоре заклинатели стали неотъемлемой частью Императорского двора. Случилось это из-за нападения нечисти на Императорских наложниц, когда пагода Нравственности, по совместительству военные на службе у Императора, не сумела защитить двор от напасти. Именно тогда появившийся из ниоткуда господин Вэй и получил признание. Его успехи в самосовершенствовании помогли ему защитить весь двор от нечисти, и вскоре Императору пришлось пересмотреть указы и узаконить за своё спасение титул Императорского заклинателя. Так в мире и появилась связь между властью и совершенствующимися. И пускай многие все равно были против этого, однако выступать против самого господина Вэя было равносильно измене. — Так значит, даже сейчас есть те, кто выступает против вашего места при дворе? — задал вопрос Ру, пока они с заклинателем направлялись на лошадях за территорию столицы. Совсем недавно он вступил во служение в пагоду Усмирения. Путь Хикару только начался, а его уже отослали из дворца в неизвестное место, не дав никакого понимания о происходящем. Благо, что наставник был с ним, однако даже он ни словом не обмолвился о месте их назначения. Каждый раз, стоило Ру только задать вопрос, Императорский заклинатель начинал вести беседы о прошлых своих деяниях, похождениях и славе. Как и в этот раз разговор вновь наступил на ту же яму, заставляя юношу с печалью вздохнуть. Даже если у Ру хорошо подвешен язык, у его наставника он и вовсе висит в небесах. — Конечно же! Знаешь, Ру, как только ты станешь сильным, у тебя так или иначе будут завистники, которым твоя жизнь будет как кость в горле. Ты можешь быть самым благородным и душевным человеком, но это не дает ни капли уверенности в том, что завтра за твоей жизнью не явится палач. — О… Настроение Ру медленно, но верно катилось все ниже и ниже. Усталость вскоре отразилась даже на его лице, так что он даже прилег на гриве своей лошади, наблюдая как учитель весело продолжает о чем-то болтать. Взор юноши был полон непонимания и негодования, даже когда они наконец остановились. В округе уже стояла ночная тишина, сопровождаемая лишь тяжёлым дыханием двоих людей — мужчины и ребенка. Поднимаясь по заросшей травой тропинке в гору, только один из них пребывал в смятении. Все это создавало довольно забавную картину. Старик в простых одеждах лениво шагал вперёд, едва ли не летя, словно птица. Ни ветер, ни темнота вокруг не мешали ему двигаться с каждым шагом только быстрее. В это время юноша восьми лет едва ли поспевал за ним. Весь запыхавшийся он еле-еле семенил за ним следом, стараясь хотя бы не потерять из виду. Спотыкаясь о траву под ногами, Ру все равно молча сносил такую пытку. Может он действительно не хотел признавать, что ему тяжело, а может у него вовсе не было сил уже даже просто открыть рот к моменту, когда тропинка все-таки закончилась. Открывшийся вид маленькой хижины принёс Хикару смутное удовлетворение, которое быстро разбили слова господина Вэя: — Устал? Очень хорошо, тебе нужно будет еще спуститься с горы и набрать воды. — Вы… про ту реку, что у подножья? Учитель, зачем все это? Вы явно хотите увидеть изнеможденное тело своего ученика? И пары дней не прошло с момента, как меня отправили к вам! Вы могли хотя бы объяснить, что это за место и зачем мы здесь? — не выдержав, выпалил юноша, хмурясь сильнее с каждым словом. — Поговорим, когда поужинаем. Тебе ведь нужна еда, так что принести воду, а я приготовлю тебе что-нибудь. За едой и поговорим, — подтолкнув юношу обратно к тропинке, мужчина развернулся на пятках и резво побрел в хижину, по пути зажигая фонари. Фонари загорелись по всей тропинке вплоть до подножья всего от одного щелчка, однако это не впечатлило Хикару. Его лицо приобрело только больше недовольства. — Вот же старик. Разве нельзя было сделать это по пути? Чего ради заставляет бегать туда-сюда? Даже если это такая тренировка тела, то почему бы сразу так и не сказать? Такой скрытный и изворотливый, где тут та честность и добродетель, о которой судачат о нём на каждом углу? — ворчал себе под нос юноша, спускаясь вниз к реке, лениво волоча за собой пару вёдер, что нашел рядом с хижиной. — Ну и ну, кто-то так быстро проникся нашим учителем? Ха-ха, хоть парочку бы ругательных сказал бы, в будущем будет только больше недовольства. Голос, что столь внезапно раздался рядом, порядком напугал Ру, заставляя его вздрогнуть и оглянуться по сторонам в поисках источника звука. С ближайшего дерева к нему опустился взрослый юноша, одарив взглядом своих тёмных глаз ведра в руках младшего. Некоторое время оба юноши смотрели друг на друга. Один явно ожидал ответа и всем своим видом излучал дружелюбие, а второй же, окинув взглядом его светлые одежды сплошь увешанные звенящими украшениями, выглядел так, словно ещё одно слово заставит его упасть на землю и очень тяжело вздохнуть. — Учитель хотел, чтобы я набрал воды. Буду благодарен, если… шисюн поможет мне или же подождет, пока я закончу, прежде чем разговаривать со мной, — вежливо ответил Ру, с неуверенностью в голосе назвав этого человека шисюном. — О. Кажется, начинаю понимать, почему учитель хотел, чтобы я поучаствовал в твоём обучении. Хорошо, хорошо, тогда скорее поднимайся в хижину, твой шисюн позаботится, чтобы учитель не наготовил тебе своего острейшего супа, — весело улыбнувшись, этот юноша пропал так же быстро, как и появился, оставляя Ру в одиночестве рядом с журчащей рекой. Набрав воду в деревянные ведра, юноша побрел обратно наверх, где его уже ожидали. К своему удивлению, его желание получить ответы на вопросы было сильнее, чем ноющие от боли мышцы ног и рук. В этот раз он поднялся даже быстрее, чем в первый. Вот только, поставив ведра на землю, юноша почти сразу же упал на спину, бросив взгляд на чистое звёздное небо. — Учитель, он вернулся! Ох, бедный мальчик, вставай скорее, твои одежды все в грязи. Нужно скорее помыться и сменить одеяния. Ну же! — тут же раздался знакомый звонкий голос. Юноша постарше пытался помочь ему подняться, но в ответ на свою сострадательность услышал лишь тихий и расслабленный смех. Хикару широко улыбнулся ему, указав рукой в небо. — Шисюн, посмотри. Звезды такие яркие. Каждый огонек озаряет нас светом и несёт в себе такую красоту. Небо всегда было таким красивым? Я никогда не замечал. — И это заставило тебя валяться на земле? Глупый ребенок, — следом на их разговор вышел и учитель и тоже рассмеялся, подходя к ним ближе и продолжая разговор: — Даже скрытое облаками небо всегда прекрасно, как и душа каждого человека, что может признать красоту этого мира. Твой первый урок заключался именно в этом, Ру. — Учитель… Сколько ещё человек вы так же обманете? Как связано небо и полный упадок сил после такой нагрузки? Вы опять строите из себя великого мыслителя? — возразил мужчине старший, пока младший среди них весело смеялся, прикрывая глаза. Их переругивания позволили юноше расслабиться и даже задремать. Его сердце спустя столько времени все же наполнилось спокойствием. Когда Хикару открыл глаза, солнце ещё не поднялось над горизонтом, но рассвет уже понемногу играл красками в небе. Юноша никак не мог вспомнить, как он оказался в этой комнате, ведь вчера он уснул прямо на земле перед хижиной. Причем хижина была явно не столь опрятна, как эта комната — все внутри выглядело таким ухоженным, аккуратным. Стены не обветшали, мебель была довольно новой, как и постельное белье, что излучало аромат цветочной свежести. Даже потолок над головой был словно натерт до белоснежного блеска. Всё это никак не получалось совместить с той тёмной, маленькой хижиной, что была во вчерашних воспоминаниях. — Уже проснулся? Вставай быстрее, завтрак уже почти готов, а ты все еще не приступил к утренним занятиям, — как всегда кстати появился старший ученик, так же быстро растворяясь за дверью сразу после своей речи. Некоторое время Ру всё еще смотрел на этот светлый потолок, активно о чем-то размышляя. Он будто бы собирался с силами, чтобы подняться все-таки с постели и с удовольствием потянуться. Новый день принёс какую-то странную лёгкость и спокойствие. Словно наполнив сердце теплом, вчерашний день все же отпустил юношу в новое течение жизни. Однако, не успел Ру покинуть свою комнату, как одним порывом ветра ему в руки упал небольшой деревянный меч. Следом за ним появилось два силуэта — старший ученик и учитель. — Шиди, передаю участь занятия в твои руки. У меня ещё остались дела, потому желаю удачи в освоении пути меча! — только и прокричал ему шисюн, мгновенно скрывшись за ближайшим поворотом. Оставленный в недоумении Хикару не успел и осознать всего происходящего, как над его головой занесли такой же деревянный меч, как и в его собственных руках. Драки с молодым принцем все-таки оставили большое впечатление, вероятно только из-за этого юноша и смог выставить меч над головой, удерживая его двумя руками. От внезапности его дыхание мгновенно сбилось, так что сейчас он выглядел как напуганный щенок, что встревоженно хлопал глазами, пытаясь прочесть во взгляде учителя, что он вообще должен делать на подобном занятии. Впрочем, учитель это понял, хотя от его слов толка не было и подавно: — Учись. В конечном счёте занятие превратилось в обычное избиение мальчика, а после и старшего ученика, который сбежал, ничего не объяснив младшему. Вся троица кое-как все же собралась за одним столом. Среди них только сам господин Вэй выглядел как подобает утреннему образу небожителя — немного лохматый, но при этом очень опрятный, лениво попивающий чай. Двое других же были вымазаны в земле, оба в синяках и даже в царапинах, только руки и были чистыми по наказу учителя. Юноша, потирая через одежду ушибленный в пылу занятия бок, невольно подумал: «Кажется, обучение здесь — лишь предлог для избиения». — Учитель, я уже давно научился чувствовать и контролировать Ци, почему и я сегодня получил урок? — шисюн же никак не желал признавать подобную несправедливость. — Ты уже вошёл в дао, а все ещё бегаешь от сражений со мной? Твой контроль Ци все ещё так слаб, лучше бы больше отдавал времени тренировкам, нежели носился у подножья, прячась от нежити. Господин Вэй был строг и непреклонен. В такие моменты он выглядел действительно как человек достигший многого на пути совершенствования, однако… — Учитель, вы в моменты наставлений ещё не сюрпали бы чай так громко. Может тогда ваши слова звучали бы более внушительно, — устало проговорил Ру, прежде чем, оставив в стороне дальнейший разговор, принялся за еду. — Кстати, учитель. Вы ведь так и не представили нас друг другу, я до сих пор не знаю имени моего нового шиди. — А чего сам не спросил? Я тебе не матушка, чтобы бегать твои одежды поправлять и рот за тебя открывать, — начал было ворчать учитель, но чашу с чаем таки оставил на столе. — Этот младший — Хикару, раньше он служил второму юному принцу, которого сейчас отправили на обучение в другую страну. Он будет так же поправлять там своё здоровье, потому Ру перепоручили мне. Как ты заметил, у него достаточно задатков, может вырастет куда более благодарным учеником, нежели ты, Михо. — О, так это ты постоянно задавал трепку этому зазнавшемуся принцу? О тебе даже за пределами дворца говорят, ха-ха. Это правда, что ты научился чувствовать Ци, когда этот мальчишка столкнул тебя с крыши пагоды? — воодушевленно подхватил старший ученик, подставив свой стул поближе к Ру. Выражение лица последнего же приняло хмурые черты. Бросив злой взгляд на Михо, юноша скрестил руки на груди. — Кто сказал тебе такую нелепость? Он не толкал меня, я сам спрыгнул, потому что нас случайно закрыли в пагоде, а Юйрэна охватил жар. Чувство Ци же пришло ко мне, когда, падая с крыши, я ощутил, как ветер единый с природой подарил мне неведомое ранее чувство полёта и свободы. Юйрэн не зазнавшийся принц, у тебя нет права называть его мальчишкой. Такая реакция вызвала у старшего ученика удивление на лице. Какое-то время он даже не знал, что ответить и искал взглядом поддержки у учителя, но он в свою очередь вновь принялся за чай, делая вид, что глух и нем. — Ладно, ладно, малыш Ру. Приношу свои извинения, только не злись. Я ни разу не видел этого вашего принца, так что говорю лишь то, что слышал от других. Пагода Нравственности любит судачить о разных делах во дворце, вот я и думал, что они говорят правду. — Ничего. Ты тоже извини меня, я был груб с тобой, шисюн, — в ответ вежливо кивнул юноша, прежде чем последовать примеру учителя — взять свою чашу чая и сделать несколько глотков. Его душистый аромат успокоил остатки недовольства у Ру, словно помогая ему ласково улыбнуться. — Знаете… Рядом с вами очень уютно. На душе так спокойно, что я даже рад, что попал сюда. Большое вам спасибо за заботу обо мне. Вчера я так и не получил ответы на мои вопросы. Что это за место? Зачем мы здесь и надолго ли, учитель? — А разве ты сам не догадался? Тебя нужно научить основам, иначе твое чувство Ци не поможет тебе совершенствоваться дальше. Эта гора Цифу напитана чистой энергией, потому это очень поможет тебе. Время пребывания тут будет зависеть от твоих успехов. Иногда я буду возвращаться во дворец, чтобы помочь императору, но в остальное время мы будем обучать тебя. — Обучать или избивать?..