В новую жизнь

      Город встречает их теплым ветром, запахом моря, жаром нагретых камней и хвои. Альпин с ностальгией вспоминает летний отдых на побережье Чёрного моря с лагерем, ночи у костра, турпоход в горы и морские прогулки на теплоходе. Запад показался до слез родным, всколыхнув те воспоминания, которые, казалось бы, поблекли от прошедшего времени и количества новых впечатлений. Здесь даже люди были похожи на жителей курортного приморского города из старого мира. Загорелые, простые, в удобной одежде, контрастирующей с тем, как выглядят многочисленные туристы и отдыхающие.       Они здесь уже третий день, Викк светится солнышком, потрясающе выглядя в белых свободных брюках и рубашке — он успевает так же насладиться запахом моря и приятным жаром солнца, беспечно идя с Альпином под руку. Картина маслом: двое обласканных вниманием родителей младших, при деньгах и с ухоженными до кончиков ногтей телами приехали поразвлекаться и обзавестись красивым, благородным загаром.       Никто же не будет говорить окружающим, что на Наследника была изведена баночка пиздецки дорогого крема от загара, чтобы тот не напоминал после часа на улице варёную креветку. И что Альпину пришлось три часа убить на свои руки, чтобы они не выдавали то, сколько он въёбывает на полигонах. И что одежду им покупал Нант, краснея как мальчишка, потому что естественно никакой «провокации» изначально не задумывалось, а новые вводные пришли уже в дороге. И что Нортон, впервые на памяти Брандта матерясь так красочно, пытался что-то сделать с его шрамами, и типа, со всеми шрамами. От стрелы, от клыков, тренировок, мелкие ожоги/порезы. Даже крошечные лунки под ягодицей от зубов разошедшегося однажды дроу (Нелл был пьян, Альпин был пьян, а Харвин был скотиной и «не можешь победить — возглавь»).       — Хочешь мороженое? — заглядывает в глаза Викк, легко переключаясь в смесь наивного ребёнка и «блондинки». Альпин робко смотрит из-под ресниц, очаровательно сводя брови домиком и нерешительно кивает. — Я возьму тебе несколько попробовать! Вот увидишь, мы отлично отдохнём! Особенно без пригляда старших, — пакостно хихикает парень.       — Может, все же сказать им, что мы уже добрались? — с лёгкой неуверенностью спрашивает Альп, немного растерянно обводя взглядом улицу. — Папочка будет волноваться.       — Который «папочка»? — Викк ехидна и грех во плоти, когда понижает голос, так что Брандт вспыхивает, но молчит. Только уши становятся малиновыми. — Что такое? Боги, милый, я и забыл, что вы все ещё не… Ох, прости ещё раз, я знаю, как тебя это смущает, — он заискивающе заглядывает в глаза, похлопав своими ухоженными пальчиками по нежной ладони.       — Ничего, я… Понимаю, честно. Знаешь, может ты и прав, мне нужно… Нужно развеяться, приобрести, ну, — Альпин закусывает краешек нижней губы, смущаясь ещё сильнее.       — «Приобрести», — вздыхает раздосадованно Викк. — Ты же не шкаф покупать собрался. Ничего страшного, если найдётся хороший человек, который научит тебя кое-чему. Хотя я предлагал тебе свою помощь в этом, — Альпин так машет руками, что даже немного отходит в сторону, ойкает, врезавшись в кого-то, извиняется быстро-быстро. — Лорд Кадмус, — обрадованно приветствует Викк.       Альпин аккуратно поднимает взгляд, украдкой смотря на этого человека. Приятный мужчина средних лет, в уголках глаз мягкие лучики морщинок, лицо открытое, немного «отеческое». Он в дорогой, но не кричащей о статусе одежде, уверенный и словно всезнающий, как добрый волшебник из сказки. Его рука на плече Альпина горячая и большая, действительно как у отца. И глаза — карие, тёплые, внимательные, пусть и ёкает от них сердце.       — Доброго дня, — голос у него тоже красивый, хорошо ложащийся на слух. — Молодой господин Виктор, наследник Брандт.       — В-всего лишь младший, — опускает взгляд Альпин, смущённо розовея. — Я наслышан о справедливом и мудром Хранителе Запада, мечтал однажды познакомиться с вами!       — Мне приятно слышать это, — лорд жестом предлагает продолжить путь вдоль набережной. — Но разве мы с вами уже не были знакомы? Вы были юны, безусловно, и так отрадно видеть, в какой прекрасный цветок вы распустились.       — Благодарю, — парень чуть ёжится под тяжёлой рукой на своём плече, но быстро расслабляется, сместившись так, чтобы идти чуть ближе. — К сожалению, я многое не помню после… После моей травмы.       — Я не имел намерения вас расстроить, приношу свои извинения, — лорд выглядит действительно виноватым.       — Ничего, в конце концов, что-то забирая, Боги одарили меня партнёрами.       Они гуляют, разговаривают, лорд покупает им по мороженому и какой-то милой безделушке в качестве сувенира. Беседа вьется между ними, но рассказывают, конечно же, больше парни, делясь впечатлениями об Академии, жизни, планах. В конце концов, услышав, что парни ещё не договаривались о ночлеге, остановившись в какой-то гостинице, лорд воспользовался возможностью и пригласил их принять его гостеприимство. Естественно, они согласились, первым делом направившись ополоснуться перед ужином.       Альпин отмокает под прохладными струями воды, промывает волосы. Руки привычно действуют, пока отдыхает голова, ведь скоро ему опять надевать маску, удерживая себя на грани между ложью и истиной. Их учили, — разумеется учили, — что когда вы надеваете маску, вы проживаете ещё одну маленькую жизнь и основа этой жизни — собранные кусочки реальных фактов, на которых строится ваше настоящее и прошлое. Именно поэтому маски «говорунов» такие искренние, так близки к безупречности. И настолько же сложны.       Брандт выходит из ванной обнаженным, просушивая полотенцем кончики волос. У него почти нет одежды, ведь они с Викком сорвались неожиданно и налегке, хорошо хоть охрану взяли. У него ни белья, ни одежды, одна пара обуви, и от этого становится грустно. Хочется принарядиться на ужин, тем более лорд Кадмус так добр к ним. Парень окидывает взглядом комнату и практически врезается в этого самого лорда, сидящего на кресле, но закрывшего глаза ладонью, и тихонько, но очень эмоционально ахает, моментально опуская полотенце на уровень паха. Стыд то какой!       — Л-лорд Кадмус, я не… Не ожидал в-вашего визита, — бормочет он, судорожно стягивая покрывало с постели и заворачиваясь в него.       — Простите меня, Альпин, я собирался предложить вам несколько костюмов, видя, что вы прибыли в город налегке и ещё не побаловали себя походом в магазин. Я могу посмотреть?       — Д-да, — жар печет щёки, внизу живота что-то волнительно трепещет под весомым взглядом мужчины, которому, кажется, покрывало вовсе не помеха.       — Простите мне мою откровенность, но право слово, вам нечего смущаться, — мягко улыбается лорд. — У вас прекрасно сложенное тело.       — С-спасибо. Я боялся, что из-за тренировок моим… Что я стану не таким уж привлекательным в глазах партнёров. Я знаю, что меня жалеют и не нагружают в полной мере, но все же… Мне не очень уж нравится в военном корпусе. Простите, я говорю лишнее, — опускает голову парень, а потому удивляется, когда его аккуратно обнимают за плечи и ласково гладят макушку.       — Вы можете поделиться со мной своими сомнениями. Не беспокойтесь, часто так случается, что совершенно незнакомому человеку мы можем рассказать куда больше, чем самому близкому. Ваши тайны останутся лишь со мной.       — Спасибо вам за поддержку, она мне очень… Нужна сейчас. Вы говорили что-то о костюмах?       Лорд улыбается, принимая смену темы и чужую неловкость. Этот мальчик такой же робкий, нежный. Его хочется побаловать как любимого внука, хочется, чтобы он раскрылся мягкой изнанкой и улыбался вот так смущённо, забывая поправлять съезжающее с плеч покрывало, пока трогает красивыми ладонями дорогую ткань. Его волосы быстро просыхают, ложатся притягательными волнами на спину, скользят на грудь. Соблазнительный в своей непорочности, спокойный, как и отзывались о нем в докладах. Его невероятные глаза действительно сверкали природным умом, делая взгляд тяжёлым, но это ни капли не портило. Младший наследник и правда оказался сокровищем, которое затмевало неугасающее солнце племянника Династии.       Лорд Кадмус, вежливо что-то отвечая на аккуратные расспросы, думает о несправедливости жизни. Он бы хотел этот цветок себе. Раскрыть его, вырастить идеального младшего мужа, опору и поддержку себе. Альпин был бы уютным, так хорошо вписался бы в его жизнь, даря сердцу покой и тихую радость — такие вещи начинаешь очень ценить с возрастом. Но все же… Что там этот ребёнок говорил о сомнениях в собственной привлекательности? Это то, с чем он может ему помочь. К собственному удовольствию.       — Альпин, вы позволите задать вам личный вопрос? — спрашивает мужчина, наблюдая, как парень выправляет низкий хвост и аккуратно расчесывает.       — Да, конечно, тем более вы так меня выручаете.       — Я ненароком услышал, что вы собираетесь что-то приобрести на Западе, — Альпин чуть покраснел и опустил взгляд. — Могу я чем-то помочь вам в поисках?       — Н-не думаю. Простите, это никак не относится лично к вам! — зачастил он, чувствуя себя виноватым. — Просто это… Это очень личное, я… Мне, правда, очень неловко о таком говорить.       — Альпин, мы ведь с вами оба мужчины, образованные и достаточно взрослые. Со стороны своего опыта и связей я смогу направить вас к наилучшему решению, — мягко надавил Кадмус. — Хотя, разумеется, не буду настаивать.       — Я… Разрешите, я обдумаю ваше предложение.       — Разумеется, — улыбнулся лорд. Разумеется, он подтолкнет его к необходимому решению.       Грех упускать такой шанс.