Выйди из этих голосов.

Хенджин помогал людям с целым рядом проблем, и Чонин даже оставался невидимым некоторое время, чтобы шептать вещи, которые могли показаться довольно жуткими, исходящими от Хенджина. Это было приятное и полезное времяпрепровождение, и Хван даже стал лучше распознавать различные признаки расстройства самостоятельно. После первых нескольких раз стало легко просто мягко улыбнуться кому-нибудь и спросить: «С тобой все в порядке?». Обычно, если Чонин указывал ему на них, этого было достаточно, чтобы они рассказали о том, что их беспокоило. Хван знал, что ангел давал ему легкие задания, те, которые, как Чонин признался ранее, ангелы обычно оставляли делать своим чередом, поскольку у них было так много другой работы. Не было брошенных детей и моментов примирения или разрыва. Никому не грозила смерть или увечья, и никто не горевал, по крайней мере, из тех, о ком ему рассказывал Чонин. — Я могу справиться с большим, — сказал Хенджин, когда Чонин решил, что на данный момент они сделали достаточно. Из-за ограниченности остановок для отдыха всегда приходили и уходили новые люди, и работа никогда не прекращалась. — Ангелы тоже так говорят, — сказал Чонин. — Посмотри на Феликса, посмотри на Чана. Ты можешь, но ты навредишь себе в процессе. Это не твоя работа, Хенджин. Отдыхай. Однако Хенджин не хотел отдыхать. Решая проблемы других людей, он забывал от своих собственных. Это заставило его меньше думать о Сынмине. — Ты связался с местными ангелами? — спросил он, угрюмо, теперь, когда Чонин вернул его в реальность. — Да, — сказал Чонин. — Они не видели никого похожего на Сынмина, ничего не слышали о нем, не чувствовали ангельского присутствия, кроме своего собственного и моего. — То же, что и у всех остальных ангелов, о которых спрашивал ранее Чонин. — Следующая остановка, — решительно сказал Хенджин, направляясь к кассе. — Мы найдем его. — Чонин последовал за ним и ничего не сказал. Прошло пять дней с начала их поездки, когда Джисон отправил Хенджину файл. Хвану было безумно скучно посреди поездки в автобусе, он пытался придумать, чем бы заняться, чтобы отвлечься от ангелов в своей голове. Он подумывал о том, чтобы написать Джисону, но, хотя они общались каждый день, было ощущение, что он немного обременяет своего соседа по квартире. Хан, в конце концов, все еще учился в университете. Ему не нужно было напоминать, что Хенджин разъезжал по стране, не планируя останавливаться. «Надеюсь, это может помочь», написал Джисон. «Я записал его с Бинни-хеном, и мы пригласили Минхо-хена, Чана и Феликса спеть тоже.» Файл назывался «Голоса», что звучало немного зловеще, но Хенджин доверял Джисону, поэтому он надел наушники и нажал кнопку воспроизведения. Ему было очень любопытно, как Хану удалось вовлечь всех ангелов в свою маленькую рэп-группу. Хенджин заплакал перед припевом — безобразно, сотрясаясь всем телом от рыданий. Чонин вытащил наушники из ушей где-то на третьем повторе. — Я видимый, — быстро сказал Чонин, вытирая слезы со щек Хенджина. Это было тщетная попытка — их становилось все больше. — Что случилось? — спросил он. Хенджин покачал головой, не в силах говорить. Он вставил наушники в уши Чонина и перезапустил песню с самого начала. Понимание быстро озарило лицо ангела. — Они сделали это для тебя, — сказал Ян. Хенджин кивнул. — Это работает. У них получилось, — он не мог объяснить волну эмоций, которая захлестнула его. Теперь у него еще был спасательный круг, кроме Чонина, и это было результатом усилий его друзей помочь ему. Он был не один. Ангел вытер еще больше слез с лица Хенджина. — Дыши глубже, — подбодрил он. Хенджин протянул руки. — Могу я забрать их обратно? — Я не знаю, хорошая ли это идея, — сказал Чонин, но когда Хенджин все же забрал у него наушники, он не сопротивлялся. — Не включай громкость слишком сильно, — предупредил он. Хенджину было все равно. Следующая остановка была через десять минут, и за это время Хенджин послушал «Голоса» еще три раза. — Я их так люблю, — сказал Хенджин, вынимая наушники из ушей, когда Чонин взял его за руку, чтобы вывести из автобуса. — Они тебя тоже любят, — сказал Ян. — Джисон пытался найти способ помочь тебе в течение нескольких недель. — Что? — сказал Хенджин, спотыкаясь, остановившись, как только они вышли из автобуса. — Но он помогает мне каждый день. — Чонин одарил его легкой понимающей улыбкой. — Он так не думает. — Что? — Хенджин нащупал телефон, чтобы отсоединить наушники, и набрал номер Джисона. Хан ответил после второго гудка. — Привет, — он казался нервным. — Я люблю тебя, — сказал ему Хенджин. — Я так сильно люблю тебя, Хан Джисон, и я тебя не заслуживаю. — Я…- запнулся Хан. — Это была просто песня… — Не только песня. Все. Ты готовил мне ужин, проверял, как я, и был так полон решимости добиться лучшей жизни для меня. Все, Сон. Я тебя не заслуживаю. И песня. Она потрясающая. Она… Я не слышу их, когда слушаю. Это… это так здорово, Сон-и. Ты даже не представляешь, — снова собирался заплакать Хван. — Хорошо, — благоговейно прошептал Джисон. — Я действительно рад, что это помогло. — Ты помог, Сон-и, — поправил Хенджин. — Это была ты. Боже, я так сильно хочу сейчас обнять тебя, — признался он. — Обними Йени, — предложил Джисон. Хенджин посмотрел на ангела, который слушал. — Ты же знаешь, что он ненавидит объятия. — Тогда возвращайся домой, — сказал Джисон. — Где ты? Ты можешь достать расписание поездов? — Хенджин представил себе маршрут Кореи. — Вообще-то, я мог бы, — это было так нелепо, что дом был всего в нескольких часах езды, когда потребовались дни, чтобы добраться туда, где он был сейчас. Конечно, его маршрут был намеренно извилистым и полным остановок, не могло быть и речи до тех пор, пока несколько минут назад Джисон не прислал ему «Голоса». План состоял в том, чтобы отправиться в Пусан. Сейчас Хенджин не был уверен, зачем. Какая-то часть его думала, что если он поедет на другой конец страны, то найдет Сынмина. Если бы Ким не был в Сеуле, он был бы спрятан в следующем по величине мегаполисе, аналоге дома Хенджина. Он думал об этом как о сюжете драмы — Пусан был поэтическим местом для Сынмина, так что именно там он мог быть. Однако между Сеулом и Пусаном были миллионы домов, миллионы деревень, в которых мог находиться Сынмин. Хенджин никогда бы не проверил их все в этой поездке. — Я сяду на следующий поезд, — решил он. — Скоро увидимся, Сон. — Скоро увидимся, милый, — ответил Джисон. — Счастливого пути. — Люблю тебя, — сказал Хенджин. Ему пришлось сказать это снова, так как пройдут часы, прежде чем он увидит Джисона лично. — Я тоже тебя люблю, — сказал Хан. — Скажи малышу ангельскому личику, что я его тоже люблю и что он не выпустит меня из объятий, когда ты вернешься. — Я предложу ему выпрыгнуть в окно, — пригрозил Чонин. — Он говорит, что не может дождаться, — сказал Хенджин Джисону.