Выйди из этих голосов.

Хенджин рухнул на свой любимый уголок дивана, как только вернулся домой, притянув Сынмина к себе. Младший был податливым и сдержанным, не обнимал Хенджина, как раньше, но он был утешительной тяжестью и барьером для встревоженных лиц вокруг. Хван прикрыл глаза рукой, чтобы не видеть Джисона и его парней, которые несли все свои сумки и перешептывались между собой. Они были обеспокоены. В этом не было ничего нового, хотя Хенджин действительно надеялся, что все будет по-другому, когда они вернутся. Это было по-другому. Возможно, не в хорошем смысле. — Сейчас я собираюсь помешать ему думать об облаках, — предостерегающе сказал Чонин из-за плеча Хенджина. — Просто усыпи его, — попросил Хенджин. Сынмину нужен был отдых. — Я не могу — не хочу удвоять влияние, — признался Чонин. — Не для Сынмина. Хенджин глубоко вздохнул и убрал руку от лица. Он нашел руки Сынмина и взял их, крепко переплетя их пальцы по бокам, чтобы, если на Кима снова нападет паника, он меньше навредил себе. — Хорошо, — сказал Хенджин, когда был готов. — Продолжай. Чонину даже не нужно было прикасаться к Сынмину, но недавно падший ангел заерзал, как будто его щекотали, прежде чем заставить Хенджина сесть. Пустой взгляд, которым Сынмин наградил его, когда их глаза встретились, был подобен удару в сердце, просто еще одному кинжалу, который присоединился к остальным. — Хенджин, — слабо напомнил ему Хван. — О, милый, — сочувственно прошептал Джисон с другого конца комнаты, когда все замолчали, ожидая ответа Сынмина. Казалось, прошли годы. — Хенджин? — спросил Сынмин. Он не знал. После всего, всего, он не знал его. — Это мое имя, — сказал Хенджин. Он едва сдерживался, его руки тряслись, но он должен был, он должен был ради Сынмина. — Что такое? Хенджин прикусил губу, чтобы не заплакать. Было неправильно, что Сынмин сидит у него на коленях в таком состоянии, поэтому он сел и расположил их скорее как друзей, скорее как незнакомцев, сидящих бок о бок. — Меня зовут Хенджин, а тебя как? — Сынмин нахмурился, глядя на кофейный столик, и потер глаз, как будто в нем что-то было, причиняющее ему боль и затуманивающее зрение. — …Скай, — сказал он после слишком долгого колебания. Скай — это имя, под которым Ынкван и его друзья знали Сынмина. — Как ты себя чувствуешь, Скай? — попытался произнести имя Хван. Сынмин нахмурился еще сильнее. — Ты не должен называть меня так, — медленно произнес он, как будто ему пришлось вытаскивать информацию из самых глубоких уголков своего разума. Сердце Хенджина заныло. Он был рад, что Сынмин что-то вспомнил, но то, что это что-то было прозвищем для Хенджина, а не его собственным именем — это был тяжелый груз, который пришлось вынести. — Тогда ангел. Так лучше? — Сынмин почесал свое плечо. — Но я не ангел, — сказал он. — Я человек… И тебе не следует об этом знать. — Ты все еще мой Ангел, — сказал Хенджин, рискуя дружески толкнуть его плечом. Сынмин надулся. — Тебе нужно быть осторожным, — предупредил он. — Я в порядке, — успокоил его Хенджин. — У меня был только один ужасный кошмар, вызванный Архангелом, и я даже не помню его. — Что?! — Сынмин резко воскликнул. — Хенджин! — Оо, проучи его, ангельское личико, — прошептал Джисон со стороны. Сынмин резко повернул голову и строго указал пальцем в сторону Хана. — Ты такой же плохой. — Как меня зовут? — Джисон бросил вызов, дразня, высунул язык и прислонился к безопасной груди Минхо. Сынмин на мгновение замер, но затем продолжил свою тираду. — Я не знаю! Но ты создавал проблемы! — Джииисон, — подсказал Джисон. — Хан Джисон. — Затем он указал на своих парней одного за другим. — Ли Минхо, Со Чанбин. И ангел, предположительно незримо стоящий позади тебя, — это Чонин. Ты еще видишь ангелов? — Я нихрена не вижу, — ответил Сынмин, все еще по-детски гордясь своей новой способностью ругаться. — Сколько пальцев я показываю? — Чанбин пошутил, показав три. — Два. Тишина затянулась. — Ангел, — неуверенно начал Хенджин. — Ты можешь прочитать, что написано на том плакате? — Он указал на другой конец комнаты. — Должен ли я уметь? — спросил Сынмин, больше не протестуя против прозвища. — О, ты слепой, слепой, — прокомментировал Минхо. — Неудивительно, что у тебя болит голова. — Я могу это прочитать! — защищаясь, сказал Сынмин. — Останься… — Бродячие, — поправил Джисон. — Бродячие дети. В… — Все. — Я закажу тебе проверку зрения, — прервал его Хенджин, помахав рукой перед глазами Сынмина, чтобы он перестал щуриться. — Почему ты ничего не сказал? — Я думал, у всех людей такое дерьмовое зрение, — пробормотал Сынмин. — Нет, только у Минхо-хена, — сказал Чанбин, а затем ему пришлось быстро бежать, спасая свою жизнь, когда Минхо бросился на него. — Я принесу тебе свои запасные очки, — предложил Минхо Сынмину, когда Чанбин крепко держал его за голову. — Они не будут идеальными, но пока это может помочь. В любом случае, я собираюсь пойти домой, поскольку уже практически утро. Увидимся завтра, идиоты. — Я тебя тоже люблю? — несчастно сказал Джисон, когда Минхо проводил их к двери, пока Чанбин не выбрался на свободу и не вернулся, чтобы поцеловать Хана на прощание. — Спи спокойно, Хан-и. — Ты тоже, — застенчиво пробормотал Джисон, его щеки запылали еще ярче, когда Минхо сально подмигнул ему от двери. Сынмин медленно повернулся обратно к Хенджину, черты его лица застыли в шоке. — Да, они раньше этого не делали, — сказал Хенджин, поскольку Сынмин не мог знать, что было новым, а что забытым. И затем, поскольку вид отношений Джисона только заставил его скучать по своим собственным, он добавил: — Мы скучали. Сынмин взглянул вниз на губы Хенджина, а затем на руки и ноги, и Ким склонился над ним, отрываясь от одного поцелуя и возвращаясь за другим. — Не прошло и получаса с момента сброса настроек? Давайте же! — Джисон пожаловался позади них. Его парни, должно быть, ушли. — По крайней мере, притворитесь, что сдержаны по этому поводу. — Иди спать, Джихун, — сказал Сынмин, отстранившись, чтобы сказать, задыхаясь. — Джисон, - заныл Хан, на самом деле не расстроенный, а разыгрывающий шоу. — Иди спать, Джисон, — сказал Хенджин, поворачивая Сынмина так, чтобы они могли просто обниматься. Они оба были слишком уставшими, чтобы делать что-то еще. — Спасибо, что пришли забрать нас. — Джисон закатил глаза и подошел, чтобы поцеловать их обоих в макушку. — Конечно. Вам обоим лучше хорошенько выспаться, а завтра мы сможем заказать завтрак. — Он сделал паузу и нахмурился. — Сегодня? Неважно. Где малыш ангельское личико? — Ты не должен заставлять его показывать себя, — проворчал Сынмин в защиту Чонина. — Ну, а как еще я могу его поцеловать? — спросил Джисон. — Никак, — пропищал Чонин, и Хенджин обернулся, чтобы посмотреть, как он пятится к окну, нацелив два средних пальца на Джисона. — Ах. Слишком поздно, — передал Хенджин, когда Чонин расправил крылья и вышел в открытый воздух. — Тебе придется поймать его завтра.