Выйди из этих голосов.

Несмотря на все попытки Хенджина спорить, умолять, подкупать и увиливать, два ангела не спускали с него глаз в течение следующих 24 часов, и в конце концов Хенджин слишком устал, чтобы держать глаза открытыми. Он заснул, положив голову на колени Чонину, и проснулся от того, что они двое шептались над ним. Шепот прекратился еще до того, как он полностью пришел в себя. — Доброе утро, катастрофа, — поприветствовал его Чонин. — Ты сегодня настроен более сговорчиво? — Покорно, ты имеешь в виду? — проворчал Хенджин. Он на время отогнал свое разочарование и обрел немного сочувствия. — Как ты себя чувствуешь? Разве тебе не больно сидеть так долго? — Немного жестко, — пренебрежительно сказал Чонин. — Все в порядке. Шесть часов спустя у него отвалились крылья. Джисон закричал, когда Чонин пожал плечами в ответ на вопрос, и его крылья упали со спины, как рога у оленя после гона. Они приземлились с тяжелым стуком, намного тяжелее, чем были все время, пока они были на Чонине, и когда Хенджин бросился посмотреть на его спину, там были видны два гладких выступа кости на неповрежденной бледной коже. Даже сам Чонин, кажется, удивлен внезапным событием, он поворачивается, пытаясь почувствовать, где когда-то были его крылья. Сами крылья все еще были массивными, и Хенджин с трудом поднял одно из них, когда попытался вернуть его Чонину. — Что мне с ними делать? — спросил Чонин. Он провел большим пальцем по шероховатому краю кости, где она когда-то соединялась с ним. — Что ты собираешься с ними делать? — воскликнул Джисон. — Что ты собираешься делать со своей жизнью? — Я пока положу их в свой гардероб, — предложил Хенджин. — Ты голодный, Йени? Думаю, в морозилке есть вафли. Чонин нахмурился, глядя на свои крылья, глубоко задумавшись. Хенджин беспомощно посмотрел на Сынмина, и, к счастью, Ким понял, что делать, без слов. Он взял Чонина за руку и мягко оттащил его от опавших крыльев. — Давай. После еды ты почувствуешь себя лучше. Следующие несколько дней Чонин был тихим, что вполне понятно. Сынмин, хотя и сам заново открывший себя ангел, точно знал, с какими трудностями сталкивается Чонин, и был опорой для своего бывшего коллеги. Хенджин чувствовал, что мало что может сделать, его угнетало чувство вины, когда он видел, как Чонин борется с такими простыми вещами, как бодрствование днем и сон ночью. Он высказал это беспокойство Сынмину во время одного из дневных снов Чонина, и Ким мягко улыбнулся ему. — От тебя больше помощи, чем ты думаешь, — заверил его Сынмин. — Поверь мне. Ты остался рядом с ним, ты дал ему дом со всем, что ему нужно, и ты прислушиваешься к его страхам без осуждения. Теперь ты его ангел. — Я не собираюсь, — быстро запротестовал Хенджин. — Ты готов, я просто разговариваю с ним и пытаюсь напомнить ему поесть и принять душ… — широкая улыбка Сынмина остановила бессвязную речь Хенджина. — Катастрофа, ты был рядом с нами достаточно долго. Это именно то, что делает ангел-хранитель. По крайней мере, хороший. — Он подмигнул, очень гордый собой за этот намек, и Хенджин обнаружил, что качает головой из-за предсказуемого ‘плохого’ поведения Сынмина. — Я признаю, что я не так сильно уклоняюсь от своих обязанностей, как ты, — поддразнил Хенджин, усаживая Сынмина к себе на колени, — но я не могу использовать внушение, и я не могу достать ему национальное удостоверение личности, которое ему вроде как понадобится, если он захочет куда-нибудь пойти без меня. — Он вздохнул и положил голову на голову Сынмина. Все эти ангельские дела были далеко за пределами его возможностей как скромного студента-дизайнера. — Тебе тоже нужен такой, я полагаю. Нам нужен Феликс. Причины, по которым они до сих пор не посоветовались с Феликсом по поводу нечестивого использования его чудес, были двоякими. Во-первых, Чонину было обидно за то, что его возлюбленный увидел его слабым и бескрылым, а во-вторых, они не были до конца уверены, насколько сильны способности Хенджина уничтожать ангелов. Они планировали дать Чонину еще несколько дней на адаптацию, а затем отправить Сынмина, чтобы он объяснил все, как можно лучше, но у судьбы были другие идеи. Феликс появился в квартире Хенджина в тот же день с большими встревоженными глазами и волосами, прилипшими к голове от дождя. Он дрожал от холода, который не должны чувствовать ангелы. — О, Феликс, — прошептал Хенджин, когда увидел его. — Мне жаль. — Я не могу измениться, — беспомощно сказал Феликс. — Аджумма компьютерного кафе выгнала меня. Она не должна даже осознавать, что я там. — Хенджин открыл дверь, чтобы впустить его. — Я принесу тебе полотенце, и мы все объясним.