Пурпурный ветер, дующий с востока

      После того как Лу Вэй стал полноправным хозяином дома по соседству, что по невероятной случайности находился с восточной стороны, он начал полностью осознавать все перемены, что с ним произошли. Как и говорила та старушка с рынка, пурпурный ветер, дующий с востока, словно вихрь ворвался в его дом и полностью переменил его жизнь: во-первых, Лу Вэй стал богаче, во-вторых, счастливее, а в-третьих, больше никогда не был один. Именно этого он больше всего желал в своей жизни — больше не быть одиноким.              С первыми днями весны Лу Вэй вместе с Цянь Ту занялись ремонтом соседского дома, а после и его обустройством. Уже ближе к лету за кратчайшие сроки рядом с их деревней, как и говорил стряпчий Цзау Шичэнь, расположилась военная часть, и множество военных стали время от времени захаживать в их деревню. Когда соседний дом был полностью пригодным для того, чтобы в нём жили, Лу Вэй передумал делать из него постоялый двор и решил, что, раз пурпурный ветер, дующий с востока, принёс в его жизнь это богатство, то он и должен его в полной мере использовать.              С недавних пор Лу Вэй стал предпринимателем и вместо постояла во дворе владел прибыльной харчевней, в которой готовили самые вкусные пельмени на всём белом свете. Внутри дома они обустроили небольшую кухню и широкий зал, где принимали гостей. Готовил в основном Цянь Ту и по большей части только легкие блюда и пельмени, которые за короткое время обрели завидный успех. Даже господин Мэй Жэнь время от время захаживал, чтобы полакомиться вкусными пельменями, и угрожающе, по его мнению, смотрел на них и говорил, что если его жена узнает, что он ел чужие пельмени, он переедет к ним жить. Цянь Ту и Лу Вэй прекрасно жили и без господина Мэй Жэня, посему никому не рассказывали его секрет, зато с удовольствием зазывали других жителей деревни в их харчевню. Удачное расположение рядом с дорогой, из-за чего множество путников к ним захаживали, соседство деревни с военной частью, а также невероятно вкусные пельмени, сделанные рукой Цянь Ту, принесли их харчевне большой успех.              Лу Вэй, который никогда не отказывался от работы, по большей части выполнял обязанности официанта, разнося еду и встречая гостей, а также время от времени пытаясь им втюрить прелестные корзины, выставленные на продажу на маленьком столе прямо рядом с входной дверью. Хоть теперь у Лу Вэя и было меньше времени, чтобы заниматься плетением корзин, он никогда не намеревался полностью бросить это дело — наоборот, он, как и обещал, обучил этому Цянь Ту и у того даже неплохо получалось. Но вот когда Цянь Ту попытался обучить Лу Вэя готовить такие же вкусные пельмени, тот сжёг кухню и поклялся больше никогда не пытаться готовить.              Что же до них самих — для всех остальных Лу Вэй и Цянь Ту были партнёрами. Партнёрами-предпринимателями, поскольку Лу Вэй владел землёй и зданием, а Цянь Ту владел секретным рецептом наивкуснейших пельменей. Для отвода глаз они даже жили по отдельности: Лу Вэй жил в своём доме, а Цянь Ту жил в маленькой комнатушке в самой харчевне. Они очень хорошо играли свои роли, ведь никто не догадывался, что после того, как последний посетитель покидал стены придорожной харчевни, Цянь Ту отправлялся спать, но не в свою комнату. Через заднюю дверь он выходил во двор, перепрыгивал забор и словно вор прокрадывался в дом к Лу Вэю, после чего падал прямо в его кровать.              Теперь они жили в одной комнате, спали в одной кровати, под одним одеялом и голышом. Сначала Лу Вэю было непривычно, но со временем он вошёл во вкус, поскольку с недавних пор в его спальне всегда царил полумрак и творился разврат.       

      ***

             С тех пор как они открыли харчевню, прошёл целый год. Стоял знойный летний день, когда в их заведение вошли двое молодых людей. Мужчина и женщина растерянно оглянулись по сторонам и, увидев Лу Вэя с подносом, полным горячих пельменей, тут же улыбнулись.              — Госпожа Да Чуантай! Господин Сяо Мэнь! Какими судьбами? — весело воскликнул тот, приветствуя их.              — Проходили мимо и решили заглянуть, — тут же ответила ему Да Чуантай, которая, схватив мужа под локоть, потащила к свободному столику.              — Неужто вы вновь отважились на такое далёкое путешествие? — поинтересовался появившийся из кухни Цянь Ту.              — Приготовьте нам две огромные порции, и мы вам обо всём расскажем! — весело воскликнула Да Чуантай, и Цянь Ту принялся быстро выполнять её заказ.              — Ваш дядя всё ещё сердится за тот случай? — осторожно спросил Лу Вэй после того, как госпожа закончила рассказывать о том, как весело они с мужем на протяжении целого года путешествовали по миру.              — Нет, дядюшка очень отходчивый, — сказала она, забросив в рот последние оставшиеся в миске перед ней горячие пельмени.              — Хотите добавки? — быстро спросил сидящий рядом с Лу Вэем Цянь Ту.              — Нет-нет, не нужно добавки. Пельмени действительно восхитительны, но боюсь, что стоит мне отведать ещё одну миску, и мне придётся покупать новый гардероб, ведь в старые платья я больше не влезу, хи-хи, — весело хихикнула Да Чуантай.              — Я вам очень благодарен за то, что вы сделали для меня, и готов делать для вас пельмени хоть каждый день, — неловко улыбнувшись, выдал Цянь Ту, глядя на хмурого мужа госпожи.              — Не нужно, если об этом узнает господин Да Куань, то он опять будет сердиться, — тяжело вздыхая, сказал тот.              — Вы ведь говорили, что он отходчивый и не сердится на вас? — удивлённо спросил Лу Вэй.              — Он отходчивый, да вот только лишил нас наследства, — нахмурившись, сказал Сяо Мэнь.              — Сожалеем, — хором сказали Лу Вэй и Цянь Ту, чувствуя себя до невозможности виноватыми.              — Не нужно, мой дорогой дядюшка завещал мне ослика и мешок с рисом, — весело улыбнувшись, сказала госпожа Да Чуантай.              — А мне просто мешок фасоли, — добавил её муж.              Они оба рассмеялись, а Лу Вэй и Цянь Ту растерянно на них посмотрели.              — Не стоит о нас волноваться. У нас полно денег, и мы не знаем, успеем ли их потратить до конца жизни, а может, даже наши внуки не успеют их потратить, так что не волнуйтесь, — весело сказала госпожа Да Чуантай. — Вместо этого, раз уж вы желаете что-то для нас сделать, то я, кажется, знаю, чем вы можете нам помочь.              — Чем же, госпожа, скажите нам быстрее, — воодушевлённо сказал Цянь Ту, который непременно желал их чем-то отблагодарить.              — Когда мы будем уезжать из вашей деревни, приготовьте нам так много пельменей, как только сможете, чтобы нам хватило в дорогу аж до самого дома, — смущённо хлопая длинными ресницами, сказала госпожа Да Чуантай, после чего мило рассмеялась.              «Вот она, настоящая столичная красавица, которая способна одним лишь взмахом ресниц добиться всего на свете» пронеслось в голове у Лу Вэя, пока Цянь Ту горячо обещал приготовить целую бочку пельменей.              — И ещё одна просьба, — с хитринкой глядя на Лу Вэя, тихо сказала Да Чуантай. И, поймав его удивлённый взгляд, добавила: — Никогда не расставайтесь, ведь вы двое так хорошо подходите друг другу. Ох, господин Цянь Ту, вы наверняка в прошлой жизни спасли страну, — добавила она и громко рассмеялась, пока Лу Вэй и Цянь Ту недоумённо на неё глядели.              А ведь госпожа Да Чуантай даже не подозревала, насколько была права. Три тысячи лет тому назад человек по имени Цянь Ту ценой собственной жизни спас от погибели сто тысяч людей. Удивлённые такой храбростью боги обратили на него своё внимание и, поскольку в последние мгновения жизни тот сжимал в руке пурпурный нефрит, переродившись, благодаря ему же, он заполучил своё счастье в лице Лу Вэя.       

      ***

             — Мы так и не придумали как назвать это место, а ведь уже прошло больше года, — задумчиво сказал Цянь Ту.              Рабочий день давно закончился, посуда давно вся перемыта, а пол был отдраян до блеска, и Цянь Ту с Лу Вэем сидели на маленькой лавочке перед харчевней и любовались звёздным небом.              — Пурпурный ветер, дующий с востока — давай так назовём, — сказал Лу Вэй, весело глядя на Цянь Ту.              — Эй, ты же говорил, что я твой пурпурный ветер, дующий с востока, — обиженно протянул Цянь Ту.              — Так оно и есть, но пусть это будет ещё одним напоминанием, — сказал Лу Вэй и, потянувшись, левой рукой переплёл свои пальцы с пальцами Цянь Ту.              — Ладно, раз ты хочешь, я не против, — сказал тот, осторожно сжав его пальцы, после чего, хитро глядя на Лу Вэя, добавил: — Может быть, отметим это знаменательное событие?              — Чем? — полюбопытствовал Лу Вэй.              — Жаркой ночью под одним одеялом, — с придыханием прошептал ему на ухо Цянь Ту.              — Иди грей постельку, а я может быть к утру на гудящих ногах к тебе приползу, — рассмеявшись, выдал Лу Вэй и свободной рукой начал массировать мышцы на ногах, которые сильно ныли из-за того, что он весь день бегал между столиками относя заказы.              — Хорошо, что ты дал своё согласие, плохо что ты не понял с кем имеешь дело, — весело ответил ему Цянь Ту и встав со скамейки потянул за руку на себя Лу Вэя А после лёгким движением взял того на руки и быстрым шагом направился к его дому.              Лу Вэй сдавленно рассмеялся и только ради приличия вяло пытался высвободиться из рук Цянь Ту, который продемонстрировав невероятную ловкость и гибкость, вскоре оказался во внутреннем дворе дома Лу Вэя.              — Вот увидишь сегодня ночью я докажу тебе что ты не зря выбрал меня своим мужем, — громко воскликнул тот, встав на крыльцо дома.              — Тише ты, а то всё село услышит! — шикнул на него Лу Вэй.              — Про нас давно разные слухи ходят, — заговорщицким тоном сказал Цянь Ту, открывая дверь дома. — Знаешь ли, люди разное про нас говорят.              — И что же они говорят? — обеспокоенно спросил Лу Вэй крепче обхватив его за шею.              — Говорят, что мы якобы спим в одной кровати, под одним одеялом, да ещё и голышом! — как будто делясь самым сокровенным секретом сказал Цянь Ту, закрыв за собой дверь и направляясь прямиком к спальне.              — Невероятно, — поражённо охнул Лу Вэй. — А что ещё говорят?              — А ещё говорят, что, делая всё это мы очень счастливы, — широко улыбнувшись ответил Цянь Ту!              — Знаешь... — задумчиво протянул Лу Вэй. — Так-то они правы! — весело заключил он перед тем, как дверь спальни с громких хлопком закрылась за ними.       

КОНЕЦ