Я вашу моду

В любой непонятной ситуации… Сай просто смотрела. Крики. Взрывы. Люди падают, шиноби гибнут, воздух дрожит от чакры.. Смерть где-то рядом, но… Сай просто смотрела. Иногда наклоняла голову, будто оценивая. Иногда моргала, как кошка, которой не хватает пива и чипсов для полного погружения. Но в целом… Она не вмешивалась. Если была возможность, она просто доставала кусочек сушёного манго. Пережёвывала медленно. Наслаждалась вкусом. — Сай, ты вообще понимаешь, что сейчас происходит?! Она переводила взгляд на кричащего человека.. Пожимала плечами. И снова брала манго. Подумаешь, на них Пэйн напал. Такое же каждый день происходит. Потому что если что-то не рушится на её голову, значит, можно подождать. А если начнёт рушиться – значит, можно будет просто отойти в сторону. Спокойствие. Главное – это спокойствие. Сай поняла, что с ней что-то не так, сразу. Это было очевидно. Она не чувствовала паники, когда должна была. Не боялась, когда страх казался единственным логичным вариантом. Не волновалась, когда мир рушился вокруг. Но Куро-Камэ смотрел на неё иначе. — Ты нормальная, - он говорил это с такой уверенностью, что иногда она почти верила. — Наоборот, ты лучше, чем большинство. Спокойная, расчётливая. Он хвалил её за то, что другим казалось странным. Он не пытался исправить её, не требовал эмоций, не спрашивал, почему она такая. Он просто принимал. Иногда он даже приносил ей еду. Просто ставил рядом, не говоря ничего лишнего. Сушёное манго. Горячий чай. Рисовые шарики. Чёртово данго. — Не забывай есть. И уходил. Признаться честно… Ей безумно его не хватает. Куро-Камэ всегда был рядом. Тихий, незаметный, но его присутствие ощущалось даже тогда, когда он не говорил ни слова. Он никогда не давил, не требовал, не пытался исправить её. Просто был. И он подсадил её на фрукты. Каждый раз, когда у него была возможность, он ел их сам и кормил остальных. В его руках всегда оказывался какой-нибудь кусочек сушёного манго, ломтик яблока, горсть вишни.. А если не оказывался – он находил. — Тебе нужны витамины. Он повторял это так часто, что однажды Сай просто перестала спорить. Он подсовывал фрукты команде, даже когда они отнекивались. Кидал ей маленькие пакетики с сушёными ломтиками, когда она возвращалась с заданий. Молча ставил перед ней миску с клубникой, когда она выглядела слишком уставшей. — Нужно отдыхать, котёнок. И маленькая она, надувшись, принимала из его рук кусочек груши, потому что отказаться было невозможно. Теперь… Теперь его нет. Иногда Сай задумывалась – что изменилось? Она стала сильнее. Стала опытнее. Пережила то, что сломало бы любого другого. Но в глубине души она осталась той же. Просто сидела. Просто смотрела. И если бы у неё был попкорн – всё было бы совсем идеально. Крики? Споры? Чьи-то попытки что-то доказать? Сенсеи, смотрящие с усталостью, словно жалея, что выбрали этот путь? Напарники, теряющие терпение? Миссии, которые превращаются в хаос? Она просто наблюдала. Не вмешивалась, пока не становилось критично. Не говорила, пока не приходило время. Просто ждала. И если бы у неё был попкорн… Всё было бы даже забавно. Попкорна не было.

Дальше идут спойлеры к работе

Была Сакура. Сакура, которая каждый день буквально вытаскивала её из дома, словно это была не Коноха, а какая-то тёмная пещера, в которой она вот-вот зарастёт мхом. Сакура, которая переживала за неё так, как никто другой, словно Сай – не шиноби, не капитан Корня, не человек, привыкший к боли и одиночеству, а беспомощный ребёнок. — Пойдём в парк. — Нет. — Ты обещала. — Я не давала таких обещаний. — Ну, теперь даёшь. И вот она снова сидит на скамейке в парке, уперевшись подбородком в ладонь, в то время как Сакура возмущённо рассказывает о чём-то, что случилось в больнице. — Представляешь, он просто пришёл ко мне и сказал, что можно обработать ожог солью! — Ты попробовала? — Ками, нет! — А вдруг он знал секретное медицинское дзюцу? — Сай, прекрати. Она не прекращала. Сакура смотрела на неё с недовольством, но в уголках губ явно играла усмешка. Она выглядела такой живой, такой яркой – и это её отличало. Сакура не пыталась быть правильной. Она была собой. И Сай это нравилось. Так проходили их дни. Сакура таскала её в парк, в лес, в магазины. Сакура следила, чтобы она нормально ела, отнимала у неё отчёты, если видела, что она читает их слишком долго. — Ты спишь? — Иногда. — Ты ужасна. — А ты прекрасна, Сакура. Сай знала, что в глубине души Сакура её не понимает. Но всё равно продолжала заботиться. И почему-то Сай не возражала. Парк, улицы, магазины, лес – Сакура таскала её везде, но она хотя бы не лезла к ней домой. А вот Ино… Ино появилась внезапно. Как ураган. Как буря из ярких красок, запахов и непрошеного уюта. Она явилась с цветами – огромными, яркими, пахучими. Цветы были повсюду. На подоконнике. На столе. На полу. В вазах. Сай смотрела на это с ужасом. — Ты что сделала? Ино широко улыбнулась, гордо сложив руки на груди. — Принесла в твою жизнь немного красоты! Сай сжала челюсти. — Ты принесла в мою жизнь аллергию. — Ой, не придумывай! Они даже не пыльцой пахнут! — Они вообще-то пахнут. — Это же хорошо! — Это ужасно. Ино фыркнула, но не стала спорить. Она только оглядела свои «шедевры», явно довольная результатом, и сказала: — Привыкай. Я теперь буду следить, чтобы у тебя всегда был уют. Уют. Сай посмотрела на эту цветочную вакханалию и поняла – у неё больше нет дома. И что-то нужно было срочно с этим делать. Она нарушила свои собственные принципы. Она забрала Куро, прижала его к груди и направилась к одной единственной двери, за которой, возможно, её не убьют за наглость. Она постучалась. Дверь открылась. Перед ней стоял Наруто – растрёпанный, удивлённый, но всё же тот, кто мог стать спасением. Сай взяла короткую паузу, прежде чем сказать: — Прими меня и кота. Наруто редко бывал дома. Он появлялся поздно, уставший, с запахом рамена на одежде и неизменной улыбкой, будто не замечая, как сильно его выматывают. Иногда он звал гостей, иногда приходил один, иногда просто валился на кровать, не включая свет, даже не снимая плаща. Но он никогда не задавал лишних вопросов. Он принял её присутствие так же легко, как принял всё остальное в своей жизни. — Не хочешь рассказать, от кого прячешься? — От цветов. — Чего? — От Ино и её чёртовых цветов. — А… Ну, удачи. И на этом вопрос был закрыт. Сай всё равно жила у себя. Но когда становилось слишком шумно, слишком душно, слишком… не её, она уходила сюда. Прятала себя. Прятала Куро. Прятала единственное, что у неё осталось от Шина. Наруто никогда не возражал. Он просто оставлял ей запас еды в холодильнике, пару лишних подушек на диване и махал рукой, уходя на очередную миссию. — Если что, ты знаешь, где меня найти. И она знала. Но пока ей было достаточно просто знать, что есть место, где можно дышать. Где не пахнет цветами. Где её никто не ищет. Где Куро может свернуться клубком на подоконнике и тихо мурлыкать, не боясь чужих рук. Этого было достаточно, наверное. Ей очень хотелось напиться. Принять то саке, которое однажды принес Хатаке, спокойно открыть бутылку, сделать пару глубоких глотков и хотя бы на мгновение перестать чувствовать этот глухой, давящий ком в груди. Но не было ни саке, ни попкорна, ни её документов, ни даже брата. Зато был Ли. Ли, который появился в дверях с той самой улыбкой, что казалась слишком яркой для этого мира. Ли, который, не спрашивая, протянул ей небольшой бумажный пакет. — Оно дорогое же… Сай моргнула, держа в руках пакет с сушёным манго, словно не веря, что это вообще происходит. Ли всё так же улыбался, будто даже не замечал её удивления. — Сакура-чан сказала, что ты его любишь! Наруто, сидевший рядом, фыркнул, скрестив руки на груди. — Ками, Ли, ей теперь все приносят еду, как будто она умирающая. Сай лениво развернула упаковку, взяла один кусочек манго и медленно прожевала. Сладость разлилась по языку, смягчая металлический привкус усталости, который она даже не замечала до этого. — Не умирающая, но это хорошая попытка. Наруто на мгновение замер, будто не зная, что ответить. Ли смеялся, а Наруто просто прикрыл лицо рукой, явно сдаваясь. Ками… Как же она хотела назад домой. Но дома не было. Не осталось того, что можно было назвать своим. Не осталось места, где можно было бы просто быть, не ощущая себя чужой. А здесь… Здесь были шиноби. Здесь были люди, которые не давали ей уйти в себя, которые приходили со своими цветами, фруктами и тёплыми взглядами. Которые не давали ей раствориться. Она ненавидела их за это. И… Одновременно была благодарна.