Я вашу моду

Сай никогда не задумывалась о том, как часто она бывает в больнице. Это казалось естественным. Бои, миссии, тренировки — её тело привыкло к нагрузкам, к боли, к постоянным ранам, которые приходилось зашивать или залечивать с помощью техники и медикаментов. Но потом она стала замечать, что приходит туда даже тогда, когда могла бы обойтись без помощи. Первый раз она не придала этому значения. Просто подставилась под удар чуть больше, чем следовало, позволила противнику оставить на её боку рваную царапину, которую легко можно было обработать самостоятельно. Но её ноги сами привели её в госпиталь, а там, за привычным столом, сидела она. Сакура. Харуно не сразу заметила её, с головой погружённая в изучение медицинских свитков, но когда подняла глаза, её лицо слегка смягчилось. — Сай? Опять ты? Она произнесла это без раздражения, скорее с лёгким упрёком, будто бы видела её здесь чаще, чем должна. — Похоже на то. Ответ Сай прозвучал ровно, но в её голосе было что-то, чего она сама не осознавала. Сакура осмотрела её быстро, профессионально, уверенными движениями проверяя, нет ли повреждений, которые могли бы вызвать осложнения. — Ты могла бы справиться с этим сама. Сай не стала спорить. Она знала, что могла бы. — Но зачем? Если есть ты. Сакура закатила глаза, но уголки её губ дёрнулись в сдержанной улыбке. Второй раз Сай появилась там через неделю. Снова ничего серьёзного — небольшая травма запястья, которую можно было просто перевязать. Но Сакура нахмурилась. — Ты специально это делаешь? Сай посмотрела на неё долгим, оценивающим взглядом. — О чём ты? — О том, что у тебя не может быть столько мелких травм подряд. Сай пожала плечами. — Не повезло? Сакура фыркнула, но не стала дальше спорить. Она снова аккуратно обработала её руку, её прикосновения были точными, лёгкими, почти заботливыми. Сай смотрела на её руки, на уверенные движения, и думала о том, как сильно они отличаются. Её собственные руки привыкли держать оружие, наносить удары, убивать. Руки Сакуры лечили. Было в этом что-то... странное. В третий раз Сакура уже не удивилась. — Опять ты. — Опять я. — Знаешь, это становится подозрительным. Сай чуть наклонила голову, наблюдая за тем, как Сакура берёт бинты. — Тебе не нравится, что я прихожу? Сакура замерла на секунду, затем бросила на неё быстрый взгляд. — Я не это имела в виду. Сай улыбнулась. — Тогда всё в порядке. Сакура вздохнула, но в её глазах не было раздражения. И тогда Сай поняла, что в следующий раз снова окажется здесь. Не потому, что нужно. А потому, что хотела. Сай не хотела приходить к Сакуре, когда её организм отказывался повиноваться. Когда её тошнило от одной мысли о пище, когда каждое движение отзывалось в теле болезненной судорогой, когда пальцы дрожали так, что она не могла даже удержать кисть. Она не хотела, чтобы Сакура видела её такой – слабой, беспомощной, сломанной. Но в какой-то момент у неё просто не осталось выбора. Когда её в очередной раз вырвало прямо в переулке, когда кровь с металлическим привкусом заполнила рот, когда тело предательски ослабело, а зрение начало меркнуть, её ноги сами привели её туда, куда она не хотела идти. В госпиталь. К Сакуре. Она почти не помнила, как добралась. Помнила только, как открылась дверь. Помнила, как Сакура что-то говорила, как её голос дрожал от раздражения, но вдруг оборвался, сменившись тихим, еле слышным «Ками…». А потом были руки. Тёплые, крепкие, уверенные. Не такие, как у Шина – он всегда держал её бережно, будто боялся, что она рассыплется. Не такие, как у Данзо – жёсткие, властные, требовательные. Руки Сакуры были… правильными. Они обнимали её так, будто знали, как правильно держать её сломанное тело, будто могли собрать её обратно из кусков, которые она так старательно скрывала. Сай закашлялась, судорожно пытаясь вдохнуть, но с губ снова сорвалась алая капля, больно обжигая язык. Сакура что-то шептала, но Сай не слышала. Тепло. Она впервые за долгое время чувствовала себя… в безопасности? Нет, это было неправильное слово. Просто… не одна. — Ты идиотка, Сай. Слова прозвучали в её голове, но Сай не была уверена, что они были реальными. А потом мир перед глазами потемнел. Сай неосознанно прижималась ближе, её тело искало больше тепла, больше опоры, больше… чего-то, что она не могла назвать. Её пальцы слабо сжались на ткани одежды Сакуры, а губы, шершавые и чуть пересохшие, скользнули по коже чужой шеи, не оставляя за собой ничего, кроме призрачного, почти случайного прикосновения. Сакура затаила дыхание. А потом Сай почувствовала вкус. Вишня. Сладковатая, чуть терпкая, с горчинкой, как лекарство, которое не хочется принимать, но которое необходимо. И тогда всё произошло слишком быстро, слишком плавно, слишком естественно. Сай потянулась ближе, касаясь губами её щеки, подбородка, двигаясь наощупь, а затем их губы встретились, легко, почти невесомо. На секунду Сакура замерла. Тепло, влажное дыхание, слабый привкус крови, дыхание сбитое, прерывистое… А потом её сознание дёрнулось, словно кто-то ударил по натянутой струне. Сай. Сакура широко распахнула глаза, её руки, которые до этого только крепче держали Сай, теперь слегка дрогнули, будто разрываясь между желанием оттолкнуть и желанием продолжить. Но… Саске. Всё, что было дальше, разлетелось вдребезги. Она резко отстранилась, её дыхание сбилось, и она впервые за долгое время не знала, что сказать. Сай моргнула, всё ещё не до конца понимая, что произошло, но на её лице не было удивления. Только странное, почти болезненное принятие. Будто она знала, что так и будет. Будто это никогда не могло кончиться иначе. Но как же хотелось, чтобы ей ответили. Сай всё ещё чувствовала тепло её губ, ещё не до конца осознавая, что произошло, но где-то внутри уже понимала – это было ошибкой. Ошибкой, которую она сделала осознанно, в порыве слабости, в поисках чего-то большего, чем просто тепло, чем просто прикосновение. Ей хотелось, чтобы Сакура не отстранилась. Чтобы её руки не дрогнули в этом колебании между запретом и желанием. Чтобы она не вспомнила про него. Саске. Это имя висело в воздухе, невидимое, но разрушающее всё. Сакура смотрела на неё, её губы чуть приоткрыты, дыхание сбито, но в глазах – паника. Сай видела это. И этого было достаточно, чтобы она поняла – ей не ответят. Никогда. Она медленно отступила на шаг назад, чувствуя, как что-то внутри сжимается в неприятном, колючем комке. Она не сказала ни слова. Только кивнула. Только отвела взгляд. Только развернулась, уходя, не оборачиваясь. Но, чёрт побери, как же хотелось, чтобы всё было иначе.