Лев или Змей?

Том лениво ковырял вилкой яичницу, которою отнюдь не хотелось есть. Он сходил с ума от скуки. Дедушка и бабушка постоянно говорили о работе. Минерва помогала Морфину разрабатывать планы для пяти курсов по программам Мэри Макдональд. Завтра Минерва выходит на работу, а значит, что до конца лета он будет проводить время с Морфином, который после разговора с Сириусом хоть донимать перестал. Том даже представить не мог, что лето может быть таким скучным. Даже в приюте было веселее. Только воспоминания о банджи-джампинге и радовали. Сириус вёл Тома к мосту, с которого прыгали магглы, радуясь адреналину. Мальчик был в предвкушении острых ощущений. Как оказалось, друг Сириуса оказался магглорождённым. Они учились на Гриффиндоре, только Сириус был на два года старше. Тому очень понравилось прыгать. Он слетал не менее пяти раз. — Я хотел бы больше проводить с Вами времени, — произнёс Том, когда Блэк купил ему мороженое. — Я тоже, — улыбнулся Блэк. — Ты мой племянник. Я вижу тебя сыном Регулуса, и неважно, сколько лет твоей душе. Том искренне ему улыбался. Сириус очень нравился ему, напоминая добротой Альфарда. Неудивительно, что дядя оставил всё своё наследство старшему племяннику. — Как ты смотришь, чтобы провести на зимних каникулах вместе время в горах или на море? — Вы серьёзно? — восхищённо спросил Том, ведь был в своей жизни только в Албании, и то, если бы не Елена Рейвенкло, то никогда бы не покинул Британию. — Ваш крестник, — Поттером называть парня было невежливым, а для Гарри они не слишком близки, — будет против. — Мы вернёмся с берегов Бразилии в полночь с шестого на седьмое января. А до двенадцатого числа у нас целая неделя. Гарри останется с Римусом. Мы могли бы во вторник отправиться куда-то, а в субботу вернуться. Думаю, Минерва подпишет разрешение. Том сразу начал вспоминать все самые прекрасные места в мире. — Не спеши. — Аляска! Там в конце декабря и аж до середины января проводятся собачьи гонки. Сириусу очень понравилось такое предложение. — Мне нравится. Ты думал о своей жизни в стенах Хогвартса? Как будешь себя вести? — Со слизеринцами? — вздохнул Том. — Ты не слизеринец. Слишком… Как я. Сириус не знал, как объяснить сравнение, но Том был бунтовщиком, принимал поспешные решения и жил на эмоциях. Так змеи не поступают. Том не стал уточнять, что значат слова дяди. Но если он попадёт под крыло Сириуса Блэка, то, возможно, сможет прожить школу, а не просуществовать, как в прошлый раз. Только Поттер на Гриффиндоре и смущал. — Как тебе идея, Томурас? — спросила Минерва, явно обращаясь к внуку. — Я прослушал, — не стал отрицать Том. — Говорю, что сегодня последний день моего отпуска, может, проведём его вместе? — О, это я «за»! — мальчик сразу ожил. — Куда пойдём? — Если честно, я люблю свежую рыбу. С детства умела рыбачить. — Тогда я наловлю раков, — заявил Том бабушке. — Ты умеешь нырять? В прошлом году ты едва плавал, — скользнул взглядом Морфин на внука. Том сжал под столом руки в кулаки. Видимо, опекуны были так заняты, что не смогли научить его раньше десяти лет плавать. В приюте каждое лето с пяти лет возили на берег моря, чтобы учиться плавать, рыбачить, разжигать костры, собирать дрова, добывать пищу в лесу. — Я умею плавать! — Морфин, я присмотрю за ним. Ты с нами? — решила спросить Минерва чисто из вежливости, заранее зная ответ. — Нет. Много дел. Том улыбнулся, не скрывая радости. Минерва видела, что после того, как Морфин заговорил о продлении Рода, внук изменил отношение к деду, как и тот к нему. Приручал мальчика долгие годы, чтобы сделать удобным, да не вышло. Блэковские гены взяли верх.

***

Минерва аппарировала в леса Шотландии. Том сразу заявил, что не боится трангрессии, и стойко её выдержал. Они оказались на берегу озера, спрятанного среди зеленых деревьев. Сама Минерва вырядилась в свитер, тёплый жакет, брюки и резиновые колоши, а вот Том был одет в футболку и шорты. Быстро сняв с себя одежду, оставаясь только в плавках, прыгнул в воду. Минерва воспользовалась моментом и начала бросать в воду прикорм. Может, рыба не побоится выплыть. — Томурас? — обеспокоилась женщина, когда круги от прыжка исчезли. Нагини, которая аппарировала вместе с ними, обеспокоено зашипела. Она не хотела испортить Минерве рыбалку, оттого осталась на берегу. — Томурас? Том вынырнул возле другого берега, держа в руках пару раков. — Я нашёл, где прячутся раки! — смеялся мальчик. — Когда закончишь с рыбалкой, — он отпустил раков, — я нырну сюда. Минерва выдохнула. Но была удивлена, что внук так хорошо ныряет. — Может, приготовим рыбу на природе? — предложил Блэк. — Я разожгу огонь и… — Томурас, — виновато прошептала Минерва, — мне на три часа нужно явиться к Фаджу. Мы здесь, увы, не на целый день. Может, в следующий раз? — Конечно, — вздохнул мальчик, чувствуя, что Сириус отменил бы все встречи. Вот, кто его любит. Любит, пусть он всего лишь племянник. Сын брата, с которым не общались много лет. — Здесь красиво, — прошипела Нагини, залезая на колени расстроившегося хозяина. — Наловишь раков? — Не хочу. Том отодвинул змею, а сам оделся и принялся наматывать круги вокруг озера. Минерва поняла, что испортила настроение внука. Поймав три огромных рыбины, предложила вернуться в поместье. Том только согласно кивнул, а когда вернулся, закрылся у себя в комнате. Самое интересное, он не злился. Не желал проклинать или пытать. Ему было обидно, что ему не могут выделить всего один день. Жизнь к нему была слишком несправедлива.

***

Гарри наслаждался Карибским морем, греясь на солнышке, плавая под водой с рыбками, играя с Римусом и Сириусом в волейбол, а по вечерам устраивали танцы у костра и самый лучший ужин на берегу моря. — Сегодня решил порадовать курицей? Где ты её достал? — смеялся Римус. — Тихо, это павлин. — Что? — спросил ошеломлённый Люпин. — Их нельзя убивать. — Люциус держит целый выводок. — Как будто это законно, — закатил глаза Римус. — Ты убил павлина? — Если тебе станет легче, он бил другого павлина, пытаясь уничтожить гнездо его самочки. Я спас их будущее потомство. Я герой, — улыбнулся Сириус, видя восхищение на лице Гарри. Блэк решил, что пока не будет говорить об общем отдыхе с Томурасом семье. Скажет шестого января. Не желал портить настроение Гарри. — Слушай, когда я вчера поймал и сварил лобстера, тебя ничего не смутило. — Лобстеров много, — улыбнулся Римус, вдыхая запах дыма, который заставлял слюнки скапливаться во рту. — Шикарно пахнет. — То-то же, любимый, — Сириус нежно поцеловал Римуса, даже не замечая, с каким очарованием на них смотрит Гарри. — Можешь пока перекусить нарезкой из тунца. — Главное, что не из черепахи, а то есть гурманы в мире, — закатил глаза Римус. — Гарри, сегодня твой день рождения, может, будут какие-то пожелания, помимо тех подарков, что ты получил? — Омар, — засмеялся Сириус, дожаривая павлина, желая попробовать чего-то экзотического побольше. — Правду, — попросил мальчик, глядя на крёстного, который закатил глаза. — Гарри, я буду ему помогать. Он сын Регулуса, не злись. В нём моя кровь. Он мой племянник. И я дам ему ту любовь и поддержку, которых не хватало мальчику в приюте. Он научится понимать мир. И научится понимать самого себя. — Значит, зимние каникулы ты проведёшь с ним? — расстроился Поттер. — Нет. Десять дней с вами и пять с Томурасом. Увы, я пропущу его день рождения, но Аляска компенсирует. — Аляска? — удивился Римус. — Говорят, там красиво. — Не беспокойся, для нас троих я заказал порт-ключи и в снежные горы, и на жаркий пляж, — улыбнулся Сириус мужу. — Гарри, я понимаю, что в переходном возрасте душе что-то доказать бесполезно. Я вообще из дома убежал, — хихикнул мужчина, — но попытайся быть менее жестоким. Я был таким. И до сих пор жалею об этом. Мы все получили второй шанс. И я его не упущу. — Почему он получил второй шанс, а мои родители нет? — заплакал Гарри. — А почему второй шанс не получил мой брат? Мой дядя? Дамблдор вообще мёртв, хотя в твоём времени был жив! Основатели обратились к высшей силе и решили всё по-своему. Мой брат обрёл семью и сына, я — свободу и мужа, ты — любящую семью, а Томурас — второй шанс. Лили и Джеймс… Так решила магия. Гарри поднялся с песка и побежал в дом, чтобы поплакать в одиночестве. Сириус не собирался оправдываться, ведь это Гарри нужно отбросить предрассудки прошлого, а не ему. Сам Гарри понимал, что Сириус прав, но было очень трудно мириться с тем, что убийца родителей получил второй шанс, а Лили и Джеймс нет. — Мы не были хорошими людьми, — заговорил Римус, который решил всё-таки пойти за Гарри. — О чём ты? — не понимал мальчик. Люпину было трудно признаться в школьных злодеяниях, но Гарри должен понимать, что зачинщик всех несчастий и та, кто предала дружбу, в понимании магии не имели права на второй шанс. У Тома не было шанса вырасти добрым в приюте среди магглов, которые называли его уродом из-за магии, а Лили и Джеймс были любимчиками, которые своими характерами подчиняли Гриффиндор. — Лили выросла в богатой части Литтл-Хэнглтона. Там она познакомилась с Принц… Снейпом. В твоём времени он был Снейпом, так? — Гарри настороженно кивнул. — Джеймс увидел Лили в поезде и сразу начал задирать Северуса из-за одежды. Его мать на тот момент ещё не попросила у отца прощения. Это случилось ближе к выпускному Северуса. Мы издевались над ним, как могли. Только бы угодить Джеймсу. А он был не просто капитаном команды и охотником, он был задирой номер один в школе. Слизеринцы в сторонке отдыхали. Даже Барти Крауч-младший. Конечно, Северус пытался отбиваться, но нас было четверо. Я старался никогда не трогать его, стоял на шухере, но и ничего не предпринимал, чтобы помочь ему. Он придумал заклинание Левикорпус, которое поднимает тебя вверх ногой, и поделился этим с Лили, а она поведала Джеймсу, — у Гарри внутри всё похолодело. — После С.О.В. нам было скучно. Джеймс и Сириус напали, Хвост поддакивал, а я молчал — староста школы. Северуса подвесили его же заклинанием за ногу, накормили мыльными пузырями и стащили штаны. Все увидели подштанники. Это сделал Джеймс. Он творил эту дичь. Он был избалованным и злым. Лили вступилась, Северуса отпустили, а он обозвал её грязнокровкой, после чего весь июнь сидел под картиной Полной дамы, пытаясь вымолить прощение у подруги. Она не простила. — Но она первой предала, — прошептал Гарри. — Да. Так Лили и стала ближе к Мародёрам. Мы не просто так звались Мародёрами. Минерва сходила с ума, а Дамблдор закрывал на наши проделки глаза. Этим же летом Сириус сбежал из дома. К Поттерам. Они приняли его, как родного. Но Сириус тоже не одуванчик. Он рос с золотой ложкой в зубах, однако родители были жестокими, и он таким стал. А мой отец был так строг со мной, что я боялся его, оттого хорошо учился и старался не ввязываться в передряги. Ты сказал, я был оборотнем, а Сириус отсидел двенадцать лет в Азкабане ни за что. Наши характеры и мировоззрение изменились. Мы, как и твои родители, готовы умереть за тебя. Но, Гарри, мы с Сириусом продолжили жить после 81-го года, а Лили и Джеймс нет. Они не изменились. И возможно, дурно бы на тебя повлияли. — А Регулус? За что его? — За то, что долго шёл на поводу родителей, не имея своей головы на плечах, что и привело к ранней гибели, когда желал доказать всем и брату, что он лучше, чем кажется. Магия лучше знает, кто её достоин. Кто заслужил второй шанс. Гарри тяжело вздохнул. Не каждый день узнаёшь, что твой отец был похлеще Малфоя в школе. Теперь стало понятно, почему магия дала такой потрясающий финал для Северуса Принца, а не Снейпа. Гарри всегда защищал Хогвартс, в то время как отец его едва не разнёс. И Гарри помнил, как на третьем курсе Гермиона сдала его метлу МакГонагалл, а Рон отвернулся на четвёртом, но он простил. Его родители были бессердечными. — И что вы предлагаете делать с Ре… Блэком? Римус обернулся и улыбнулся мужу, стоящему в дверях, на которого смотрел Гарри. — Не лезь на рожон. Позволь в этот раз всё взять на себя взрослым. Гарри, ты ребёнок, — улыбнулся Сириус, — так веди себя соответственно. Быть ребёнком у Гарри никогда не получалось. У Дурслей он был домашним эльфом, а в Хогвартсе героем. Он даже не понимал, как настроить себя на простую школьную жизнь. Но Сириус прав: ему нужно быть мальчиком. Просто мальчиком. И Гарри решил прислушаться к советам, оттого весь месяц старался отдыхать: катался на катамаранах, на дельфинах, научился немного держаться на сёрферной доске, но как сказал Сириус, лучший в мире сёрфинг на Бали, а значит, после пятого курса отправятся туда. Гарри загорел, отдохнул и впервые в жизни мог заявить, что провёл каникулы весело, в кругу семьи. Он был в предвкушении отправиться в Хогвартс. Хедвиг он взял с собой, а Живоглот больше возжелал пойти с Сириусом, уж больно он ему нравился. В этот раз Гарри шёл не сам проходить сквозь стену, а со своими родными. И даже не заметил, что прямо за ними идут Морфин и Минерва с внуком. Том не боялся, но небольшая ревность проскользнула, когда увидел, как Сириус и Римус бегут вместе с Поттером сквозь стену. У них лето было явно интересным. Ему компанию составляла только Нагини, которая шипела от недовольства, что её запихнули в клетку. Конечно, на Маледиктуса смотрели все, но ни для кого не секрет, что Блэк — последний наследник крови Салазара Слизерина. На Гарри сразу налетел счастливый Драко с объятиями. Люциус и Нарцисса не любили показывать на людях эмоций, а вот их сынишка был попроще. — Ты загорел, — засмеялся Драко. — А тебя, я вижу, загар не коснулся. — Я же чистокровный, меня солнце не берёт, — смеялся Малфой. — Меня тоже, но я полукровка, — заявил подошедший Томурас, угодивший в объятия Сириуса. Гарри старался не ревновать, но пока плохо получалось. — Бегите на поезд, увидимся очень скоро, — улыбнулся Люпин. Драко улыбнулся Томурасу, с которым обниматься не желал, оттого утащил Поттера за руку, а Тому оставалось только пойти за неразлучной парочкой. — Присматривай за Драко, — просила Нарцисса Сириуса. — Всё будет хорошо, кузина, — обещал мужчина. Гарри помнил, в каком купе ехал, поэтому, пока Драко и Томурас искали свободное, мальчик упрямо шёл к пустому, и нашёл. — Вот что значит чутьё, — улыбнулся Драко, присаживаясь возле Гарри. — Как на Карибских островах? На Меро, да? — Да, — улыбнулся Гарри, мечтательно вспоминая море. — Волшебно. — А я отдыхал в Непале. Так себе, я скажу, — закатил глаза Малфой. — Эй, Томурас, а вы куда-то ездили? Ой, извини, у тебя дед и бабка домоседы, — засмеялся блондин, не боясь пронзительного взгляда бездны. — И зимние каникулы проведёшь… — На Аляске, — закончил Гарри, чему удивились остальные два мальчика. Том не думал, что Поттер знает, а тем более заступится за него. Наверное, в прошлом Малфой сильно бесил. — Сириус сказал, что хочет с тобой провести пять дней на Аляске. — Да, мой дядя желает меня побаловать, — улыбнулся Блэк. — Но вначале вы втроём проведёте время, да? — Да, сначала в Червинии, потом в Бразилии. — Так, если даже у вас уже есть планы на зимние каникулы, то я должен своих родителей тоже раскрутить. Хотя бы на неделю. Вам повезло с Блэком, а то так бы дома оба и сидели. — Язва, — закатил глаза Гарри, вызывая смех Драко. Дверь купе резко распахнулась и влетела Гермиона, оценивающе смотря на богатеньких детишек. — Вы не видели жабу? Мальчик по имени Невилл потерял жабу. — Нет, — произнесли Гарри и Драко, а Том задумался. — Кажется, я слышал кваканье на входе в вагон. Я думал, мне показалось. — Туда? — указала Гермиона рукой влево. — Да, — ответил Блэк. — Спасибо. Грейнджер упорхнула мотыльком, а Том заметил грусть в глазах Поттера. Видимо, это была та самая подружка, о которой писал Барти в личине Грюма. А Поттер-то и не знает, что весь год болтал не с Аластором. Оставить это секретом или поведать, Том пока не решил. — Не желаете сладостей? — спросила женщина у прохода. — Нет, — ответили все трое. Гарри заметил, что Том читал книгу по Травологии. А точнее, о деревьях. Видимо, от скуки, что столько знает, перешёл на что-то, чем раньше не увлекался. Драко болтал о Непале, который ему не понравился, как он говорил. Играть в шахматы он отказался, а Гарри просто смотрел на фигурки. Реддл закрыл книгу и сделал первый ход белыми, чем удивил Поттера, вызывая улыбку. — Кто научил играть? — Римус, — закатил глаза Драко, будто Блэк спросил у Гарри очевидное. — Он же учил Гарри. Кстати, пойду поищу Блейза и Тео, а то вы скучные, — Малфой закрыл за собой дверь, и оба брюнета улыбнулись. — Рон Уизли, — ответил Гарри. — Это он переиграл на первом курсе шахматную доску МакГонагалл. — Так он умный? — Том снова сделал ход. — Да, но на фоне своих умных братьев зажат. А близнецы его напугали до смерти несколько лет назад пауками. Теперь это его самый большой страх. Нелюбимый сын. Шестой перед седьмым ребёнком — желанной дочерью… Ты её почти убил, когда я был на втором курсе. — Правда? — удивился Том. — Ты не помнишь? — не понимал Гарри. — Дело в том, что я помню, как разорвал свою душу на пять частей. И, возможно, одна была в тебе, когда я не смог тебя убить, — Гарри удивлённо выпучил глаза, — но я не помню названия заклинания и как оно работает. Магия блокирует. А ту часть моей души ты убил. Там была половина души. Её заменили кровью Блэков и чувствами. — Так ты Блэк. — Дошло? — ухмыльнулся Том. — Шах и мат, Поттер. Ужасно играешь. Обязательно сыграю с твоим другом. Мне нужен достойный противник в шахматах. — Но на поле боя только я тебе равный. — Наслышан, что ты хороший дуэлянт. — От кого? — От Грюма, точнее, от Барти Крауча. Томурас забавлялся реакцией Гарри, до которого теперь дошло, как он оказался на кладбище. Но этому Пожирателю дали второй шанс. — Почему ему дали второй шанс? — Отец его растил в ежовых рукавицах с детства. Никогда не жалел. Гарри даже представить не мог, сколько чистокровных магов росли в настоящей армии. И Волдеморт дал им мнимое чувство свободы, а после клеймил и заставил преклонить колено. Чистокровные даже не знали, что Волдеморт полукровка. Гарри тяжело вздохнул, а Томурас вернулся к чтению. Однако Поттер не мог не уколоть. — Ты всё равно Том. Блэк закрыл книгу и уставился убийственным взглядом на Гарри, который хохотал от души. — Томурас! — Том, — спокойно ответил Гарри. — И привыкай, потому что многие на потоке будут сокращать имя. Поверь, если ты не начнёшь драку, то останешься Томом. Но если начнёшь драку, Сириус с тебя глаз не спустит. — Поттер, не угнетай обстановку преждевременно. Том — маггловское имя, а Томурас — величественное. — И всё-таки, тебя могли наречь первым именем — Серпеном. Но оно второе. Ты — Том. Блэк закатил глаза, тяжело вздыхая, но доля правды в словах Гарри имелась. Решив не обращать внимания на полукровку, открыл книгу и снова начал читать. Гарри же прилёг полежать, пока Драко не было. Тишина не угнетала. И в компании Блэка Гарри задремал, сам того не замечая. Проснулся от того, что его толкнули в руку. — Скоро приедем, — Томурас уже переоделся в форму, — первокурсники должны переодеться. — Тебя никогда не смущало, что первому курсу нужно не утопиться среди гриндилоу, русалок и кальмаров Чёрного озера, чтобы попасть в Хогвартс? Блэк улыбнулся, но быстро спрятал улыбку. Не хотелось показывать, что шутку и логику он оценил, но Гарри всё заметил. Он быстро снял с себя футболку, затем джинсы. Блэк поглядывал на худенького парненька, которым и сам был. Но созерцание закончилось на галстуке, когда Поттер начал материться. — Не умеешь завязывать галстук? — Умею, но это всегда медленный процесс. Гарри всё-таки справился с задачей, не ожидая влетевшего Малфоя, который вовсе забыл, что нужно переодеться. — Я столько новостей узнал. «Сплетник», — пронеслось в голове обоих мальчиков, но никто ничего не сказал. Он что-то рассказывал о новом муже матери Забини. О том, что Пэнси покусали муравьи летом. О том, что Нотту чинили ногу, а Крэбб чуть не утопился, зато Гойл упал в клумбу матери и получил по первое число. Том и Гарри даже удивились тому, что их никогда не интересовали обычные новости. Вечно им не сиделось на месте. Вечно искали приключения на свои задницы. По прибытии, где всех встретил Хагрид, на которого Гарри смотрел с тоской, Драко ухватил факел и сел в лодку первым, заставляя Поттера улыбаться, а Тома закатывать глаза. Мельком Гарри заметил в соседней лодке Гермиону, Невилла и Симуса, а в другой Дина, Рона и Лаванду. Поттер был рад видеть друзей, по которым безумно скучал. Римус встретил их возле двери в Большой зал, поведав некоторые правила, а после повёл за собой. Когда все выстроились, то Минерва поднялась сказать слово для первокурсников. Всё-таки новых профессоров она уже объявила, а для первого курса все профессора новые. — Первокурсники, перед тем, как вы отправитесь на факультеты, которые станут вашим домом на ближайшие семь лет, я хочу напомнить, что ходить в Запретный лес строго-настрого запрещено. Там живут самые страшные твари. В Чёрном озере водятся русалки и другие существа, советую не заходить глубоко. Деканами факультетов являются: профессор Блэк — Гриффиндор, — Сириус поднялся, чтобы показаться первому курсу, — профессор Стебль — Хаффлпафф, профессор Флитвик — Рейвенкло, профессор Гонт — Слизерин. Приступайте к распределению, профессор Люпин. — Тот или та, чьё имя я назову, выйдет, и я надену Распределяющую шляпу. Всё, что вы будете слышать — это у вас в голове. Вслух Шляпа назовёт только факультет. Грейнджер, Гермиона. Гарри был уверен, что знает судьбу этой девочки, веря, что на Гриффиндоре без него она сможет отыскать друзей. — Рейвенкло! Гарри ошалел. Гермиона как-то упоминала, что Шляпа думала отправить её в Рейвенкло, но передумала. Значит, без того проклятого тролля они не стали бы Трио. — Лонгботтом, Невилл! Невилл подошёл к Римусу и Гарри отметил, что Лонгботтом не такой шуганный. Видимо, то, что он рос с родителями, а не дедушкой и бабушкой, сыграло на его характере в плюс. И палочка у него не отцовская, а своя. — Гриффиндор! — второй стол разразился овациями, где сидели трое Уизли. — Уизли, Рональд. Рона быстро отправили на Гриффиндор, чему радовался рыжик. — Малфой, Драко! Ну, тут Шляпа едва коснулась головы, как закричала: «Слизерин». Гарри вообще не удивился. — Поттер, Гарри! Брюнет улыбнулся Римусу и сел на стул. В этот раз он не мальчик-который-выжил, но его родители вошли в историю, поэтому его имя известно. «Хм, интересно. Неплохой ум. Желание показать себя. Огромное желание, чтобы заметили личность, а не фамилию покойных родителей. Ну, тогда это не Гриффиндор. Твоя хитрость может помочь в достижении цели». — Слизерин! Драко восторженно начал хлопать. Римус обнял мальчишку, а Сириус был очень удивлён, что Поттер попал не на Гриффиндор. Учитывая, что муж даже не удивился, то это Блэк что-то упустил в Гарри. — Блэк, Томурас! Том улыбнулся в предчувствии возвращения на змеиный факультет. Только дедуля в качестве декана не радовал. Так Том никогда не сможет найти себе парня на старших курсах. «Хм, вот это да! Наследник Салазара Слизерина! И я бы отправила тебя на его факультет с твоим холодным и расчётливым умом, но ты очень вспыльчивый и эмоциональный, как гриффиндорец. Сложно. Очень сложно». Том выпучил глаза, понимая, что, возможно, кровь Слизерина не попадёт на змеиный факультет. А все знали, что Морфин Гонт тесть Регулуса Блэка. Там все были на Слизерине, кроме Минервы. — Гриффиндор! Том приоткрыл рот, не зная, как реагировать. Даже Гарри с Драко подвисли, а вот Минерва хлопала в ладоши от счастья, в отличие от недовольного Морфина. Свист со спины заставил мальчика выйти из шокового состояния. Сириус гордился. И тут до Тома дошло, что у него будет щит. Он улыбнулся дяде, а сам пошёл к львиному столу. Сел он возле Невилла. — Я Перси Уизли — староста школы. После ужина останься здесь. Я буду вести первокурсников в гостиную. Тому было интересно узнать, каково в гостиной святого Годрика. За столом львятника было шумно, но он понял, что сидел между Невиллом и Дином. Первый тоже старался много не говорить. Больше всего за столом в глаза бросался Рон Уизли. У всех его братьев форма была новой, пусть и из дешёвого материала, а у него поношенная. И палочка явно не его, подумал об этом Том. Но парень был добрым. Это видно невооруженным глазом. Гарри и Том встретились взглядом. Увидев друг друга, почти засмеялись. Сказать бы кому-то о таком конфузе, то никто бы не поверил. Они поменялись факультетами.

***

Гарри шёл подземельями, запоминая дорогу, хотя неплохо её помнил со второго курса. В гостиной было тепло, но холодно по ощущениям. Несмотря на помпезность, камни на стенах, дорогую мебель, он не чувствовал уюта, как было на факультете львов. Когда Гарри выбрал кровать, в его комнату сразу забежал Драко, а после ворвались Блейз и Тео, заявляя, что Крэбб и Гойл храпят и будут спать с Пайком. — Хоть кому-то не скучно, — вздохнул Гарри. — Это же школа, ты ожидал чего-то другого? — заинтересованно спросил Нотт. — Я за любой движ. — Давайте возьмём подушки, сок, печенье и пойдём к камину болтать? Вот увидите, будет весело. Слизеринцы удивились предложению, к тому же такому не аристократичному, оттого отказались. Гарри закатил глаза, взял подушку и пошёл в гостиную с печеньем в руках. Сев на подушку, загляделся на огонь, который так и манил. — Можно? — спросила Дафна. — Конечно. Она улыбнулась, бросила подушку рядом и взяла печеньку. — Чего один? — Ребята сказали, что это не аристократичная идея. — Зато вкусная, — упал рядом Крэбб. — И тёплая, — протянул Гойл. Гарри удивлённо глядел на тех, кто сидел возле него. Личная охрана Малфоя в прошлом и самая красивая девушка Слизерина. Паркинсон возле неё и рядом не стоит. Драко, Тео и Блейз выглянули из-за угла, удивившись, что возле Поттера собрался почти весь факультет. Даже старшаки что-то весело рассказывали, а некоторые даже играли в покер! Маггловская игра. — Может, и мы пойдём? — предложила Пэнси. В гостиную вошёл Морфин Гонт и смерил всех взглядом. Затем он передал старосте пергамент и удалился, на прощание бросив: — Поттер, ведите себя достойно. Гарри знал, почему Морфин обратился только к нему. Драко знал, что Сириус поругался из-за путёвки с деканом, да и не любил Гонт геев, а Гарри воспитанник такой пары. — Обидно? — спросила Дафна. — Мой крёстный наказал его, вот он и бесится. — Оу, — протянули все, хихикая. — Нажить во враги декана — опасно, — заявила Паркинсон, подойдя, и Гарри заметил Драко, Блейза и Тео за её спиной. — Я не боюсь. «Всего лишь первый урок по Полётам, и я тебе понадоблюсь, Гонт!» Гарри не переживал. Скорее, смеялся с такой ситуации. — Эй, первый курс, — Пэнси толкнула Дафну и первой уселась возле Гарри, заставляя блондинку злиться, — хотите узнать, где кухня? — прошептал брюнет. — Да!

***

Тому не нравилось, что гостиная Гриффиндора поменьше, зато уютнее и теплее. Он сразу занял место поближе к двери, на котором расположилась Нагини. — Слушай, — подошёл обеспокоенный Симус, — она опасна? — Нет. Но если вы будете пытаться обидеть меня, тогда да. — Блэк, змея — не лягушка! Она опасна! — Чего ты ко мне прицепился? Сказал же, змея мой фамильяр! Я с ней не разлучаюсь. — Парвати, к примеру, боится змей, — заявил Дин. — Я слышал за столом. И если твои дедушка, бабушка и дядя работают в школе… — Которую строил мой предок? — закончил Том, посмеиваясь. — Я могу управлять змеями. И Нагини останется здесь. К тому же, она больше предпочитает ящериц, птиц, кабанов и пауков. Дед рассказывал, что лесничий Хагрид развёл целый выводок акромантулов, ей будет с кем цапаться. Рон побледнел, услышав об акромантулах, и сел на кровать у окна. — Эй, я собирался её занять, — произнёс Симус. — Нагини! Змея сразу зашипела на Финнигана, который быстренько занял самую близкую к выходу кровать с другой стороны, оказываясь напротив Блэка, заставляя смеяться Рона. Нагини случайно зацепила хвостом книгу по Травологии, которую заметил Невилл и поднял её. — Ничего себе! А можно будет потом почитать? — Я её читал четыре раза. Бери, — улыбнулся Том, присаживаясь на кровать. Именно кровать Рона оказалась в центре. Невилл быстро занял местечно между Роном и Томом, подальше от злюк. — Я на охоту, вернусь утром. Нагини уползла, заставляя всех выдохнуть. Финниган сразу поднялся, чтобы что-то сказать, но Том щёлкнул пальцами и того забросило на кровать. — Вопросы? — улыбнулся змееуст. — Никаких, — в ужасе прошептал парень. — Симус, пойдём к Лаванде и Парвати. Они говорили, что будут ждать в гостиной, — Дин хотел побыстрее убежать из этого места. Том засмеялся, уже собираясь прилечь, заметив, как Рон достал шахматы из сумки. — Волшебные! — понял Том, подлетая. — Откуда? — Остались от покойных дядей Гидеона и Фабиана. Пылились на чердаке много лет. Я нашёл их три года назад вместе с книгами по шахматам, — улыбнулся Рон. — Ты умеешь играть? — Да я лучший игрок! Рон поиграл бровями, а Том сел играть чёрными. Они играли почти час, но Уизли поставил мат. Блэк сидел в полном шоке. Он не заметил, как вернулись Симус и Дин, радуясь, что выскочку обыграли. — Это… блестящая партия, — признал Том, а после понял, что до сих пор нормально не знаком с парнем. — Рад знакомству. Я Томурас Блэк, — он протянул руку. — Рональд Уизли, но можешь звать просто Рон. — Так легко сокращаешь имя? — удивился Блэк. — Красиво звучит, — улыбнулся мальчик. — Томурас Блэк, — он протянул руку Невиллу, который, отложив книгу Тома, подошёл к нему. — Невилл Лонгботтом. Просто Невилл. — А ты просто Том, — засмеялся Финниган. — Том так Том, — улыбнулся Блэк, мысленно благодаря Поттера, но тот никогда не узнает об этом. — Мой дядя — Сириус Блэк, моя двоюродная тётка — Андромеда Тонкс, моя двоюродная кузина — Нимфадора Принц. Все меняли имена: Бродяга, Меда, Тонкс, и все отлично живут. Я продолжу ломать стереотипы о чистокровных, особенно о Блэках. Симус закрыл полог, рыча что-то под нос. Дин побаивался Блэка, но тоже решил лечь спать. — Может, перекусим? — предложил Томурас. — Скоро отбой. И где достать еду? — удивился Невилл. — Ну, я знаю, где кухня, — засмеялся Блэк. Кто бы удивился троим гриффиндорцам после отбоя? Да никто! Вот Том и показал им кухню. Как раз из неё выходили Гарри, Драко, Крэбб, Гойл и Дафна. Пайк стоял на шухере, как Пэнси, Блейз и Тео. — Поттер! — Блэк, — улыбнулся Гарри, радуясь сопровождающим Тома. — Не задерживайтесь. У моего крёстного есть карта Хогвартса. — Что? — спросили все. — Я завтра расскажу. И если Сириус рад шалостям, то Римус… — Я понял. Ребят, у нас мало времени, — заявил Том, кивком благодаря Поттера за информацию. Слизеринцы быстро покинули коридор. А Тому даже понравилось, что Поттер показал слизеринцам кухню. Он этими знаниями никогда не делился. Но не в этот раз. Он менял свои взгляды на жизнь. А вот карта школы пугала. Оттого львята быстро нахватали еды и умчались в гостиную, даже не замечая в тени коридора подземелья Сириуса с картой в руке. Он всех видел. Но пусть Гарри расскажет о карте, а то совсем оборзеют. Год предстоял быть весёлым.