Лев или Змей?

Гарри не доставал Тома после того, как он проконсультировал его в зелье. Мальчик решил, что иногда уединение очень полезная штука, позволяющая разложить мысли по полкам. Гарри возвращался в подземелья, когда услышал знакомые голоса. — Да говорю же, поздно было, темно, я не помню картины, — почти выл от обиды Рон. — Кухню ищите? Джордж, пусти Рона. — Ты нас различаешь? — удивился Фред. — Услышал раз, как к вам обращались и запомнил. А чего вас запоминать? Гарри никогда не понимал, почему близнецов не различают. Они же совсем разные. — Идём, покажу. Наберёте еды. — Ты нашёл Тома? Парвати сказала, ты его искал, — произнёс обеспокоенно Рон. — Да, — улыбнулся Поттер. Гарри тихо довёл их до нужной картины, а после открыл проход, где уйма эльфов готовили еду. И все пытались угодить мальчишкам, которые до ужина не могли не перекусить. — Не беспокойся, мы не расскажем никому, а то МакГонагалл пароль такой поставит, что мы в жизни не разгадаем, — засмеялся Фред. — Жаль, что ты не на Гриффиндоре, — произнёс Джордж. — Жаль, — вздохнул мальчик. — На Слизерине тяжело, но я как-то справлюсь. — Если что, обращайся, можем случайно выбросить Малфоя из окна, — засмеялся Фред. — Неплохая идея, но с хорьком придётся иначе налаживать контакт. — С хорьком? — засмеялись в унисон близнецы. — Гарри, ты точно гриффиндорец! Шляпа дура, — заявил Джордж. — Отныне, Драко Малфой — хорёк! Мы обязаны его называть именно так. Гарри казалось, что он оказался в Норе, где самые близкие друзья рядом. Везде пахнет выпечкой Молли, а значит, скоро будут выбрасывать гномов из огородов. Но это было в другой жизни. В этой Рон с ребятами не прилетят на заколдованной машине его спасать. Слушая ещё полдороги смех над Малфоем, Гарри вывел ребят из подземелья, а сам направился к себе в гостиную. Конечно, туда не хотелось, но нужно было учиться жить в этом серпентарии. Войдя, сразу заметил ухмыляющегося Малфоя. Со Слизерина были снова сняты очки из-за Поттера. — Иди сюда, — приказала староста Джемма Фарли, возле которой сидел её брат-близнец Тадеус. — Ты в школе третий день, второй из них учишься, а из-за тебя уже минус тридцать очков! Гарри улыбнулся и согласно угукнул. То, как закипала девушка, веселило мальчика. — По-твоему, это смешно? — удивился Тадеус. — Да. Давайте на чистоту: я сюда не хотел! Но Шляпа указала на стол. И теперь я вам всем открою секрет, что рабов здесь нет! Я имею полное право делать, что хочу! Я за это в ответе! Напоминаю, что мои минус тридцать баллов ничто, по сравнению с тем, когда я попаду в квиддичную команду. А я попаду, — ухмыльнулся Поттер. — И стану лучшим ловцом. — Маккошка не разрешит, — заявил Маркус Флинт. — Декан уже в курсе моего желания. Сириус уже купил мне «Нимбус-2000». Я попаду в команду! — Я не допущу этого! Это против правил! — закричал Драко, бросая в Гарри чернильницу, прелетевшую не менее пятнадцати метров, которую мальчик легко поймал, отчего все ахнули. — Спорим, ты мне ещё поможешь? — засмеялся Гарри. — Малфой, сгинь с дороги Поттера! Нам нужен ловец! Пьюси хочет остаться на вратах, да, Эдриан? — уточнил Маркус. — Да. Гарри знал одно, на третьем курсе он должен проиграть, чтобы кубок достался Вуду. Он его всему обучил, он должен эту победу бывшему наставнику, а пока кубку будет хорошо и на Слизерине. — Барсуки отобрали у нас кубок по квиддичу и держат уже два года, хватит! — шипел Флинт. — Чего вы не поделили? Малфой? Драко обиженно молчал, а Дафна решила подлить масла в огонь: — Значит, и правда приревновал Гарри к Томурасу? — Нет! — вспыхнул алой краской бледнолицый, а после убежал под смех. — Если он будет меня доставать, я буду отбиваться, — заявил Гарри. — Ладно, берём Малфоя на себя, — заявил Тадеус. — Но напоминаю, что мы учимся последние три года, а после кто-то другой станет старостой. Гарри знал, что на пятом курсе старостой стал Малфой, но кто-то же был до него целый год. — Постарайся не влезать в передряги, — попросил Тадеус. — Этого как раз обещать не могу. Я слишком подвижный, — засмеялся мальчик. Он знал, что взбесил Драко, а значит, тот заберёт напоминалку Невилла, чтобы досадить Тому, и тогда все увидят талант мальчика.

***

Том вошёл в библиотеку перед ужином, чтобы отдать книгу. Он её само собой прочёл очень давно, но чтобы бабуля не переживала, для имитации изучения темы брал книги, и в тот же день возвращал, мол выписал нужное. — А я ещё раз говорю, что нужно говорить с другим произношением, — заявила Гермиона. — Это ничего не меняет. Я говорю с акцентом, — отвечала Падма. — Зазнайка из магглов пытается обучать чистокровную, — протянул Том, опираясь о стеллаж. — Чего ты докопалась к Падме, грязнокровка? Том желал унизить Гермиону, и готов был понести наказание от основателей, но лопатка не жгла, а значит, девочка часто перебарщивала. Слишком часто пыталась показать себя лучше других. — Открою секрет, на шестом курсе изучается невербальная магия — немая. Всё будете произносить в голове, даже губами не шевелить. И там абсолютно наплевать на произношение, главное, чтобы ядро мага было сильным. — И насколько сильное твоё, Блэк? — недовольно процедила сквозь зубы Грейнджер. Том взлетел и снял книгу с верхнего стеллажа, а после опустился. Подняв книгу без палочки в воздух, поставил обратно, а после показал Гермионе воспоминание, пробираясь в разум, где её оставили сидеть в парке одну одноклассники, потому что она достала поучать всех, как лучше кормить уток. С глаз девочки потекли слёзы. — Если умная, то показывай это учителям, а не ставь личность за счёт других. Ты как Малфой! Идеальная будущая пара! Падма молчала, но видимо была рада, что Гермионе, пусть и в такой жёсткой форме, кто-то сказал, что нельзя выезжать за счёт других. Она буквально втаптывала добрую Падму в грязь. И если верить воспоминаниям Поттера, то Рон примерно ей то же самое сказал.

***

Блэк явился на ужин и заметил, что с Гарри оживлённо говорил Маркус Флинт. Он был удивлён, что Поттер так быстро охомутал капитана квиддичной команды, а говорил, что змея внутри него нет. Гарри и сам себя не знал. — О чём они шепчутся? — удивился Рон, замечая взгляд Блэка. — Гарри хочет стать ловцом. — Разве ему не отказали? — удивился Невилл. — Этот змей найдёт лазейку, — хмыкнул Том. Он догадывался, что Поттер не просто так попросил завтра не влезать в передрягу. И Блэк не мог дождаться завтра. Несмотря на то, что Том умел всё планировать, спонтанные действия ему больше нравились. Правда, только если касались Поттера. Подкупал собой. — Дыру протрёшь, — засмеялся Рон. Том только хмыкнул, он уже ожидал подколов со стороны близнецов, которые громко засмеялись на шутку брата, но не стали комментировать. Войдя в сознание Джорджа, увидел сцену с Гарри и всё понял: Поттер пытается вернуть своих друзей. А близнецам мальчонка понравился.

***

Чары прошли скучно, а вот Зельеварение понравилось Тому больше. Он нагло уселся возле Гарри, открыл ему тетрадь, поставил чернильницу, подал перо и поиграл бровями. — Сочиняй. — Ред… Блэк! — шипел Гарри, заставляя хихикать Тома. Сам мальчик покраснел и отложил перо в сторонку, внимательно слушая Римуса. Он хотел нормально сварить зелье. Однако, всё пошло по пиз… Как всегда! Гарри уже видел, как вспенилось зелье, готовое рвануть, пока Римус что-то объяснял Гойлу. Но Том быстро бросил какую-то траву, а после добавил ингредиент, и всё пришло в норму. — Как ты… это сделал? — подвис Поттер. — Я ведь Т.М.Р — я лучший, — поиграв бровями, ответил Том. Гарри бросил последний ингредиент и стал ждать, когда настоится зелье, чтобы наполнить флакончик. Он смотрел на Тома, ожидающего того же самого, что и Гарри. Когда Блэк почувствовал на себе взгляд, то вопросительно вскинул бровь. Гарри не ответил, а взял в руки маггловский блокнот и стал писать. Том аж руки потёр одна об одну, надеясь почитать шедевр.

Его глаза темнее ночи, А ухмылка словно яд, Он поглощает между строчек, Когда пишу ему я просто так. Но не писать я не могу, Совершенный голос перед сном представляю. Дневником я дорожу, Идеальный почерк запоминаю. Я видел его всего лишь раз, Он сердце отобрал у льва, Он был старостой в тот час, Змей — несбыточная мечта.

Гарри, побаиваясь реакции Тома, протянул ему дневник. Блэк начал читать и его глаза загорелись страстью. Дневник и правда поработил мальчика. — Ты разочаровался во мне? — Да. Оттого и вонзил клык в дневник. Меня предали. Я всего лишь глупый мальчик, — обиженно прошептал Гарри, наполняя флакончик зельем. — Ты не просто мальчик, Гарри. Поттер благодарно улыбнулся, забрал дневник и отнёс Римусу зелье. Люпин был доволен результатом. Когда Том собрался и поставил зелье на стол, то Люпин заговорил: — Спасибо, что помог Гарри. Я в тебе не сомневался. Тома хватило только на кивок. Он понял, почему Гарри так легко пошёл с ним на контакт. Мальчику хотелось стереть ужасный образ шестнадцатилетнего Тома Реддла. Он желал увидеть душу Тома. А Тому очень понравилось стихотворение, вот только он почему-то обиделся на свою мёртвую копию. Он бы хотел, чтобы Гарри вдохновился Томурасом Блэком, а не Томом Реддлом, и надеялся, что Поттер забыл Реддла. Пусть и помнил фамилию. Уж лучше пусть слюнки на Диггори пускает, с таким хоть конкурировать можно, а вот с самим собой немыслимо. «Томурас, тебе одиннадцать, думай об учёбе!»

***

Мадам Хуч влетела на квиддичное поле будто птица. Её глаза говорили о родстве с гарпиями, чем поделился Том с Роном и Невиллом, которые стояли возле него. Тому сразу понравилось, что метла влетела в его руку с первого раза, как у Гарри, и Малфоя, к несчастью. А вот метла Лонгботтома сразу же не стала слушаться и начала летать как бешеная с мальчиком по полю. Том едва успел магией сбросить Невилла с метлы, когда та пролетала низко, но гриффиндорец сломал руку. Хорошо хоть не шею. — Бедный мальчик. Десять очков Гриффиндору, мистер Блэк. Всем стоять на земле. И чтобы ни одной метлы в воздухе, пока я отведу мистера Лонгботтома в Больничное крыло, или вылетите из школы раньше, чем успеете сказать слово «квиддич»! Малфой поднял шар и ухмыльнулся, понимая, что профессор ушла, и можно творить дичь. Том сразу заметил, что вещь Невилла у него. — Отдай! — Нет! Пусть поищет! Драко сел на метлу и взлетел. Том собрался взлететь сам, но Гарри ухватил его за руку. — Вдвоём! Блэк ухмыльнулся и полетел прямо на Малфоя. Тот испугался Блэка без метлы и бросил шар в сторону башни, куда на метле рванул Поттер. Драко быстро приземлился, в ужасе глядя на Блэка. — Больше никогда не смей такое делать, мерзкий крыс! — угрожал, шипя, Томурас. — Том, — Гарри протянул шарик. — Гарри Поттер, — мальчик обернулся к Минерве, — отныне Вы ловец команды Слизерин. Дафна первой закричала от восторга, обнимая его, а после Крэбб и Гойл. Малфой застонал, понимая, что сам помог Поттеру в его мечте, и начал мысленно себя клясть. — Змей, — прошептал Том на ухо Гарри. Это был комплимент, а значит, у Гарри были задатки слизеринца. Если даже Том это признал, то всё идёт как по маслу.

***

Придя на обед в Большой зал, Маркус сразу же поймал Поттера и усадил рядом. — А ты не играешь? — спросил Оливер. — Рон сказал, ты умеешь летать без метлы. — Я хорош в боях, — улыбнулся Том. — И не поддаюсь тренировкам и указам. — Послушай, если Поттер так хорош, то нам нужен хороший ловец. У нас укомплектована команда на все позиции, кроме ловца. — Извини, но нет. Это не моё. Том не собирался увлекаться спортом. Знания — вот сила, а спорт такое. Он на игры даже никогда не ходил, как бы Альфард ни уговаривал. «Салазар, ты… гад! Сириус в прошлом загонщик, а мой отец — ловец. Вот почему на меня все так смотрят. Орион и Альфард были охотниками, а Сигнус вратарём. Да чтоб вас! Не моё! Вуд, не смотри так на меня! Дождитесь девчонку-Уизли! Говорят, что она та ещё львица. Вот все Уизли и будут в команде!» Но целый год Гриффиндор будет без ловца. Вуда аж жалко стало. Каждая команда, которая забирает кубок, попадает в зал славы, чтобы их дети могли увидеть достижения родителей за любой год. Том встретился с несчастным взглядом Гарри, который искренне сочувствовал Вуду. Он поднялся и подошёл к Гарри, утаскивая после обеда за собой. — Ты помнишь, кто хорошо играл? — Кормак Маклагген каждый год пробовался. Вуд найдёт замену. Тебя почти уговорили или заставили проснуться твою совесть? — Мою совесть? — засмеялся Том. — Упаси Моргана! Вот моего деда заставили дать Непреложный, у него совесть проснулась, а у меня… — Непреложный? Сириус и Римус? — Ага, выловили вчера вечером. На уроке Зельеварения Римус сам подошёл и сказал, чтобы я меньше переживал. Какие планы? — Никаких. — Даже зелья без меня будешь учить? — наигранно обиделся Том, вызывая улыбку Гарри. — Тут без тебя никак, — засмеялся Поттер. — Только я буду не один. Дафна, Крэбб и Гойл хотят отдохнуть у озера. — Рон и Невилл тоже. Вместе будет веселее. Сначала слизеринцы скептически относились к гриффиндорцам, но Рон оказался самым веселым, и они с Гарри так легко спелись, что заставляли смеяться всех вокруг. Спустя полтора часа посиделок, мимо прошла обиженная Гермиона, которая даже с Гарри не поздоровалась. — Привет, — но ответа Поттер не услышал, — чего это она? — Да я ей пару ласковых сказал. Падму поучала, дальше своего носа не видит, — заявил Том. Он ожидал обиды Гарри, но он не обиделся. Поттер помнил, что у Гермионы самый сложный характер из их трио, затем у него, а Рон открытая душа. — Правильно, она жутко раздражает постоянно вздыбленной рукой и перебиваниями, — закатила глаза Дафна. — Мне кажется, она непонятая обществом, и перерастёт свою гордыню, которой прикрывается, как щитом, — заявил Невилл, удивляя всех своими рассуждениями. — Благословляю, — произнесла Дафна, которая озвучила общую мысль, а после все засмеялись, ведь такую пару даже Невилл не мог представить. — За тобой наблюдают, — прошептал Том на ухо Гарри, который сразу заметил неподалёку близнецов. Гарри помнил, что в год Турнира близнецы начнут создавать свою продукцию. Поттер верил в них. И он обязательно им поможет финансово, ведь Молли уничтожала их эксперименты. Не верила в сыновей. — Жаль, что у вас ловца нет, — прошептала Дафна, глядя на Рона. — Ты, кажется, фанат квиддича? Или я ослышалась в понедельник. — Фанат. А мои братья загонщики. — А ты хочешь играть? — спросил Крэбб. — Мы с Гойлом на следующий год будем пробоваться в загонщики, как раз оба парня выпустятся из школы. — Я никогда об этом не думал, — вздохнул Рон. — Учись, — улыбнулся Гарри. — Может, станешь ловцом. — Нет, ловец скорее Джинни. Она на старых мётлах покойных дядь летает как бешеная. Думаю, раз тебе позволили на первом курсе стать ловцом, то директор сделает исключение и для сестры. — Но Гарри всё равно первый, кто этого добился, — улыбнулась Дафна. — И он слизеринец. — Я не чувствую себя слизеринцем, — вздохнул мальчик. — Но на поле с Малфоем ты поступил как слизеринец, — протянул Том. — Ты себя недооцениваешь. Вот я стану самым великим умом столетия. — Грейнджер будет тебе дышать в спину, — заявила Гринграсс. — Она уже смотрит на всех, как на тупиц. — Беру её на себя, — ухмыльнулся Том. — Лучше меня никого нет. Гарри вспомнил маховик времени и решил, что если Том станет ему дорогим человеком, то поведает об этой вещице. У них с Гермионой должны быть равные условия. Том уже и так всё знает, а у бывшей подруги будет маховик времени. Хотя теперь время поменялось. Однако, первым, кто пользовался маховиком, был Барти Крауч. Гарри на четвёртом курсе тогда от Дамблдора узнал, что Гермиона вторая, кому его доверили. Барти им пользовался на пятом курсе, изучая абсолютно все предметы, начиная с третьего. Три года он был в его руках, а после тот стал Пожирателем. — Какая самооценка, — хмыкнула Дафна. — Мне бы такую, — прошептали в унисон Рон с Невиллом, отчего печально улыбнулись. У Невилла долго не появлялась сила, родственники считали его сквибом, а некоторые до сих пор считают слабаком, ведь он не желает, как родители, восхищаться мракоборчеством, а живёт Гербологией. У Рона и так всё понятно. Перед ним были очень умные братья, старшие сами добились успеха, а мама была отличницей в своё время. Джинни лучшая во всём. Рон просто пятно на гобелене. Том устал от такого скопления народа, где нужно говорить. В прошлой жизни он всегда сидел у камина один, пока все болтали. Не любил он этого всего. И ему нужно посоветоваться касательно этого. Но не с гриффиндорцем. — Профессор Гонт, можно? — Том перед ужином заявился в кабинет деда, который удивлённо, но радостно воспринял гостя. — Проходи, Томурас. Можно неофициально обращаться. Мальчик закрыл за собой дверь и выдохнул. — Чай? — Нет. Мало времени. Мне нужен совет, ведь я в эмоциях новичок. Я был плодом Амортенции. — О, — удивился Морфин, явно не ожидая такого открытия. — В этом времени я должен измениться. Меня переполняют эмоции. Но честное слово, я желаю компании только одного мага, с которым могу быть собой. — Гарри Поттер, — понял Морфин. — Да. Мы всё друг о друге знаем. И общаться о Травологии с Лонгботтомом или играть в шахматы с Уизли, которому постоянно проигрываю, мне нравится. Но постоянный шум и суматоха меня убивают! Я хочу уединения! Я часами скрываюсь на улице, а как придёт зима, мне Выручай-комнату открывать? — Она не миф? — удивился Гонт, и Том согласно кивнул. — А возле Гарри постоянно бегает Гринграсс! Мерлин, я её скоро прибью. Если Крэбб и Гойл молчат, то у неё сто тысяч причин поговорить! — Так выставь границы. — К Мордреду девчонку, но на Гриффиндоре не прокатит! — Уверен? Томурас, ты мой ровесник душой, но не эмоциями. И я сразу говорю, что если вслух сказать то, что тебя тревожит, то ты можешь обрести единомышленников. Может, кому-то и не понравится твоя позиция, но все маги разные. — Я хочу на Слизерин, — Блэк опустился на стул и вздохнул, дав себе право опустить плечи и расслабить вечно прямую спину. — Учись. Ты можешь хорошо учиться. Да, заучек на Гриффиндоре не любят, но ты не зануда, как Персиваль Уизли. Покажи всем, что значит быть Блэком с наследием Слизерина. У тебя есть манеры, знания, титул — гордись этим, только не бросай это в лицо каждому. Взрослые, когда им кто-то не нравится, колят жестами. Например, знаешь, что сосед мечтает о новой метле, но не может себе позволить, её покупаешь ты, летаешь на ней каждый день, а после продаёшь, говоря, что эта метла тебя недостойна. Понимаешь? Том улавливал суть. Раньше он применял силу и страх, но если применять исключительно ум и хитрость, то можно более красиво ставить на место. В первый же вечер он натравил Нагини, и после тоже, но что если оставить змею в покое, а думать умом? — Спасибо, дедуля. — Я снова дедуля? Ура! Морфин обнял мальчика и тот даже радовался, что дед подслушал их с Гарри разговор, а то среди львов чокнулся бы и без раскола души.

***

Гарри после ужина вошёл в спальню, где Блейз, Тео и Драко болтали о каникулах. Учебный год только начался, но планировать отдых никто не запрещал. — Ты на отработку не идёшь? — удивился Тео. — Понедельник и четверг, — ответил Гарри. — МакГонагалл меня пожалела, ведь моя отработка не только моя вина. — Ты слишком вспыльчивый для слизеринца, — заявил Блейз. — Однако подстроил всё идеально, — заявил Драко, удивляя догадкой всех присутствующих. — Ты знал, что так будет. Не знаю, как, но ты знал. Я видел ликование в твоих глазах. Не победу, а ликование. — Я не ясновидящий, но просчитать тебя было не сложно. Ты не мог упустить шанса поиздеваться над гриффиндорцами. Ты слишком предсказуем, Драко. — Предсказуем? Когда я выдал ваши секреты, ты так не думал. — Не путай с крысятничеством. Одна такая крыса уже сидит в Азкабане. С мужем твоей родной покойной тётки! Драко замахнулся, но Гарри даже не дёрнулся. Он знал, что у хорька кишка тонка. Ему хватило лекций от Минервы и отца. Поттер победно улыбнулся и присел на кровать. — Не советую замахиваться на ловца слизеринской команды. Я незаменим, в отличие от обычного студента. — Вижу, общение с Блэком тебе идёт на пользу, — сквозь зубы цедил Драко. — Да я просто кое-что вспомнил, хотя так надеялся забыть. Скажем так, я от тебя другого не ожидал. Хватит обижаться, когда не по-твоему, и тогда мы помиримся. — Я никогда не прошу прощения! — А я не забываю зла, но, в отличие от тебя, умею думать головой. В ней есть мозг. Если хочешь узнать более детально, что это такое, спроси у мадам Помфри или у профессора Гонта. Нотт и Забини едва сдерживали смех, что обижало Драко. Гарри же спокойно сел на кровать, достал блокнот и начал писать. Как бы странно это ни было, но его муза вернулась, и он снова пишет стихотворения. Злая ли его муза? Врёт ли в глаза? Гарри не знал. Но надеялся, что они с Томом поймут друг друга и станут настоящими друзьями. Гарри было с ним легко.

***

Том вернулся в башню Гриффиндора, где было шумно, как во время маггловской игры в футбол, где фанаты орали хуже зверей перед забоем. Блэк тяжело вздохнул, наставил палочку на камин и пламя так громко вспыхнуло, что заставило всех умолкнуть. — Всего один вопрос: чего вы как звери? С джунглей повыбегали? Вы целый день орёте и орёте, обсуждая всё подряд! Вас даже в спальне слышно! Ну хотя бы перед отбоем дайте посидеть в относительной тишине! Чего вы пытаетесь друг друга перекричать? Вам банальные манеры и навыки общения родители заложили в мозг, или на вас забили с детства, и вы теперь обычное стадо баранов? Тишина стояла гробовой. Перси Уизли и Оливер Вуд переглянулись и улыбнулись. Они видели, что некоторые хотят возмутиться, но первым заговорил Вуд. — Поддерживаю, — Том сразу улыбнулся, радуясь пониманию. — Целый день на занятиях. Целый день учишься. Вечером хочется отдохнуть и поучиться, почитать, подумать в относительной тишине. Никто не говорит, что нужно умолкнуть до утра, но голова и правда болит. Особенно, если ты должен создать стратегию игры! — Или если ты тот из немногих, — заговорил Перси, — кто приносит очки факультету, чтобы не занимать последнее место, но увы, этого недостаточно. Потому что осознанных магов среди гриффиндорцев очень мало. Давайте уважать друг друга. До ужина можете здесь хоть всё верх дном переворачивать, но после ужина покажите своё воспитание. Близнецы хихикали, им точно не было стыдно, но суть обращения и обвинения уловили. Рону стало немного не по себе. Он не хотел быть как все, и так всю жизнь белая ворона, но частью стада быть отстойно. Невилл радовался, что сможет вникнуть в суть чтения книги, которую ему дал почитать Блэк, а вот хохотушки Лаванда с Парвати и их друзья Симус с Дином были недовольны, как и Кормак. Но если даже староста заявил, что шум достал, то видимо и правда ведут себя не как люди. Сегодня Том смог спокойно открыть новую книгу и почитать, не ставя щит тишины в спальне. Даже Невилл сидел довольный. Рон на них смотрел, а после достал карточки с мётлами, тяжело вздыхая. — Хорошо учись и сам создашь метлу, быстрее «Молнии», — ухмыльнулся Том. — Я не талантлив. — Откуда знаешь? Ты даже не пробовал. Послушай, если твоя семья считает, что ты ни на что не способен, то это не значит, что они правы. — Лично я хочу вывести новые сорта трав в будущем, — улыбнулся Невилл. — Только никому не говорите. Родители-то поддержат меня, но давайте до седьмого курса пусть меня родня и остальные не ломают. — Согласен. Лично я в поисках себя, оттого и читаю всё подряд, пока не понравится. Подумай над моими словами. Кстати, книг по Травологии у меня дома предостаточно. До шестого января я буду дома, можете на каникулах остаться со мной. Рон задумался, глядя на карточку «Молнии», а Том продолжил читать, видя, что заинтересовал мальчишек. Рон видел, что ребята не стесняются своих предпочтений. — Если Фред и Джордж будут смеяться надо мной? — Я могу научить их летать без метлы, — давал обещание защиты Том. Рон улыбнулся, а Том достал из сундука ещё один фолиант по травам и деревьям, протягивая Рону. — Потом поменяетесь. Я её взял с собой только чтобы дочитать последние пятнадцать страниц. Вчера дочитал. Уизли немного покраснел, но книгу принял. Кто сказал, что он должен быть как Билл артефактором или как Чарли обожать драконов? Он не такой весельчак как близнецы, которые что-то постоянно записывают в блокноты, наверняка прославятся потом, и он не зубрила, как Перси. Министерство явно не его место. Он не хочет бегать за преступниками, сидеть над документами, но и работать за прилавком тоже не желает. Больше всего все три мальчика желали отыскать себя. И в этом были похожи, оттого Том считал, что выбрал лучших единомышленников на факультете, которые в будущем могут стать лучшими друзьями.

***

Автор Лилиан Нокс написала в комментариях это стихотворение и захотелось поделиться им здесь🌹 Его глаза — бездонные глубины, В них тонет свет и исчезает тьма. Он движется, как ветер над равниной, И взгляд его, как осень, холодна. Он пишет мне, и строки оживают, Слова его — мелодия ночей. И мысли мои тихо уплывают, В объятия таинственных речей. Я помню встречу — краткий миг веселья, Он был загадкой, как ночной прибой. Но сердце льва пленила эта смелость, И змей остался вечною мечтой.