Лев или Змей?

Гарри проснулся очень рано. Снились кладбище и смерть Седрика, который пока перешёл на четвертый курс. Оттого, покидая страну Морфея, мальчик облегчённо выдохнул. Нагини уже не спала, наверное, проголодалась и желала отправиться на охоту. Гарри помнил эту жуткую змею из своих снов, и радовался, что в этот раз она не желает причинить ему вред. Хотя, одно слово Тома, и Гарри труп. Но прежнего страха перед Томом не было. Он не такой уж и Волдеморт. Открыв полог, Гарри заметил, что пологи ребят открыты. Все уснули с палочками в руках в таких странных позах, будто боялись уснуть, но сон взял своё под утро. Гарри хмыкнул, и змея лизнула его щеку, соглашаясь с настроением Поттера. — Умница, — прошептал Поттер, вылезая. — Я сейчас приму ванные процедуры и выпущу тебя. Нагини снова лизнула щеку мальчика, говоря, что согласна на такой расклад. Драко, Тео и Блейз так крепко спали, что даже не услышали, как собирался Поттер. — Доброе утро, — Дафна улыбнулась брюнету. — Я уже собиралась идти тебя будить. — Не стоит. Я спал не один, оттого три параноика завтрак точно проспят, а на уроки их точно разбудит Паркинсон. Увы. — Хм, — расплылась в улыбке Дафна, — беру её внимание на себя. Я не могу упустить такой возможности. — Тогда мы пойдём на завтрак первыми? — понял Гойл. Девочка кивнула, отправляя троих мальчишек идти вперёд. Ещё вчера вечером Дафне понравился браслет у Пэнси. Новых себе не хочет, но та явно видела интерес, оттого поведает историю украшения. Гарри был удивлён, что Гринграсс удался план, и две девочки вошли вместе, а вот остальные трое парней так на завтрак и не явились. Пэнси это заметила только к концу завтрака. — Поттер, а где ребята? — Так боялись укуса Нагини, что не спали всю ночь. Отсыпаются, — расплылся в улыбке Гарри. Паркинсон под смех гриффиндорцев, слушающих разговор, просверлила взглядом Блэка. Том поиграл бровями, говоря, что это только начало мести. Если два мальчика будут играть вместе против Слизерина, то они точно победят. Пэнси рванула в подземелье под смех присутствующих. Том и Гарри перевели взгляд на Люпина с Блэком, которые хихикали, слушая разговор детей, явно заметившие, что троих студентов не хватает. Морфин и Минерва попытались притвориться, что они возмущены таким поведением, но оба, опустив головы, улыбались. Первым занятием была Защита, оттого Гарри поспешил к Сириусу. Войдя, сразу заметил, что Том за первой партой ряда у окна сидит один, а Рон и Невилл за ним. Блэк смотрел на Поттера немигающим взглядом и Гарри всё понял. Дафна тут же спокойно капитулировала, решив, что сядет позади Лонгботтома и Уизли, а за ней разместились Крэбб и Гойл. Гарри плюхнулся возле Тома, который оставил Гарри место поближе у окна. — Не люблю загар, — самодовольно произнёс Блэк. — А я люблю солнце. — Лёд и огонь, какая романтика, — шипел вошедший Малфой, а за ним закрылась дверь, извещая о прибытии Сириуса. Несмотря на то, что слизеринцы вошли ровно дыша, их покрасневшие щеки говорили, что они бежали, а после отдышались под дверью. Гарри и Том переглянулись и улыбнулись. Всё-таки враждовать с теми, кто умел играть, кто был старше, весьма опасно. Жаль, Малфой этого не знал. — А почему романтика? — спросил Симус, которого волновал этот вопрос, пока профессор не вошёл. Драко расплылся в улыбке, глядя на Гарри, после на Тома и уже собирался открыть рот, когда хлопнула вторая дверь. — Приветствую, первый курс. Я — профессор Сириус Блэк, буду читать у вас Защиту от Тёмных искусств. Напоминаю, что мой предмет очень важный. Маньяк может напасть на любого мага, не только на аврора или мракоборца. Несмотря на то, что Малфоя перебили, он не забыл вопрос, оттого решил, что перед Историей магии ответит Финнигану, чтобы юные сплетницы точно услышали. — Финниган, помнишь, ты спрашивал о романтике? — Малфой! — рыкнул Гарри, доставая палочку. — Что? Ты ведь сам летом признался, что тебе мальчики нравятся, а Томурас желал твоего поцелуя на свой день рождения. Голубая любовь? Гарри хотел разнести Драко, но его за руку с палочкой ухватил Том, плотоядно улыбаясь. — А у тебя ревность? Тоже желаешь Гарри? — уши Драко сразу покраснели, когда на него обратили внимание. — Малфой, неужели ты ревнуешь меня? То-то ты залез ко мне в постель и обнимал всю ночь, лёжа на груди, — расплылся в улыбке Гарри, понимая, как нужно вести игру. — Малфой — гей! — закричали Лаванда и Парвати. — Нет! Я… Я буду помолвлен с Асторией Гринграсс! — Только в твоих мечтах, пупсик, я отцу всё расскажу, — расплылась в хищном оскале Дафна. Том и Гарри так легко переключили внимание на Малфоя, что все забыли о мальчиках. Гарри благодарно улыбнулся Тому. — Нужно поговорить. С глазу на глаз, — прошептал Том. — Встретимся в туалете… Ты понял, в каком. — Угу. Гарри сел возле Дафны, которая завороженно слушала шуточки в сторону Малфоя от всех парней и девчонок, даже Крэбб и Гойл столько хейта не получали. «Может, Шляпа ошиблась? Какой из меня слизеринец?» «Не накручивай себя». «Пошёл вон из моей головы!» Гарри сразу опустил голову, чтобы Том не мог пролезть в его мысли, что веселило Блэка. После урока Том и Гарри вышли первыми в неизвестном направлении. И кто бы ни желал их догнать, у них не получилось. — Ну какой из меня слизеринец?! Зато ты вновь на него смахиваешь! — Дело в том, что мы остались прежними, Гарри, но что у нас на лопатках? — Это основатели приказали Шляпе! — догадался Поттер, а Том угукнул. — Смотри, меня побоялись снова отправлять в Слизерин, чтобы я не создал армию. Слизеринцы из-за своих традиций самые послушные. Марионетки, на самом деле. Главное это понять ещё в школе. Оттого меня отправили к почетным гриффиндорцам. Там такие огненные характеры, что кошмар просто. Но! Мы можем их обучать. Ты можешь научить змей быть попроще и чтить всех магов, а главное, не идти на поводу у традиций. А я же могу научить львов дисциплине и заставить учиться. Их шутки просто ужасны! Они не умеют быть единым целым. Друг друга готовы загрызть! Никакой львиной отваги. Гарри вспомнил, как его травили на втором и четвёртом курсе свои же, оттого не мог не согласиться с Томом. — Да, наши основатели явно в ужасе от того, во что превратились гриффиндорцы и слизеринцы. — Именно. Но есть ещё «но»: мы не можем работать поодиночке. Мы заставим подружиться свои компании и они послужат примером остальным. Со мной Рон и Невилл, а с тобой Дафна, Крэбб и Гойл. — Гермиона и Падма тоже могут войти в наш круг общения, — вспомнил девочек Поттер. — Отлично. — Но как заставить их работать сообща? — Мы знаем будущее. Мы можем дать им желанные знания. — Точнее, за знания отвечаешь ты, — нахмурился Гарри. — А ты за будущее. Ты помнишь, что происходило в Хогвартсе? — Дааа, — протянул Гарри, понимающий ход событий. Том и Гарри переглянулись, понимая, что им придётся играть. Лев в шкуре змея и змей в шкуре льва — очень сложно, но подъёмно. — А может ты решил вырастить и меня тёмным, чтобы твой Волдеморт не был такой важной проблемой? Гарри смеялся, а Том прищурил глаза. Ему понравилась такая идея. Он задумался, представляя двух тёмных красавчиков. В это же мгновение его левую лопатку пронзила ужасная боль. — А! — закричал Том, падая на колени. — Том? — обеспокоился Гарри. — Нельзя думать о таком, — тяжело выдыхая, прошептал парень. — Снимай верхнюю одежду, посмотрим, что у тебя там. Том, не поднимаясь, послушно снял мантию, жилет, чему удивился Гарри, он не всегда носил всю форму, затем приспустил белую рубашку. Ну хоть майки тоже не носил. Гарри сглотнул. — Что там? — обеспокоился Том. — Она стала… её нужно промыть. Том сразу стащил сорочку и увидел на ней кровь. Он молча протянул Поттеру рубашку, которую тот поспешил намочить и промыл рану. — Тебе нужно к Римусу. Срочно. В этот момент Том был очень благодарен, что Римус в курсе, кто он такой, а также то, что Люпин вообще зельевар. Рубашку Том выбросил в мусорное ведро, зная эльфов, те найдут и её, и её хозяина. Застегнув мантию на все пуговицы, набросил на левое больное плечо рюкзак. Поттер удивлённо тыкнул в рюкзак пальцем. — Что? Мне на левом плече удобнее носить. Буду терпеть. — Зато мы знаем, что тебе даже мыслить о тьме нельзя. Да и мне тоже, наверное. Том хмыкнул и быстрым шагом направился в сторону кабинета зельеварения. Им нельзя опоздать на третий урок. Времени оставалось очень мало. — Римус, — ворвался Гарри, где мужчина готовил какое-то зелье. — Бодроперцовое? — удивился Том, по запаху распознавая консистенцию. — Да. Что случилось? — В общем, я пошутил, что тоже мог бы стать Тёмным Лордом, а Том это представил и у него кровоточит тату. — Быстро снимай вещи. Люпин сразу отметил, что рубашку мальчик уже где-то потерял. По линии герба Хогвартса выступала кровь, и она пока не останавливалась. Римус достал мазь, но кровь продолжала идти. — Римус, почему не действует? — ужаснулся Гарри. — Наказание за мысли, — догадался Том. — И сколько мне ждать? — Не знаю. Я наложу тебе марлю с зельем, если до ужина не перестанет кровоточить, приходи ко мне. Будем думать. — Ясно. Мы опоздали на урок к моему деду. Он нас по миру пустит. — А может и нет, — заявил Гарри, понимая, что и самому лучше не попадать в немилость к декану. — Ломайте мне ногу. — Что? — спросили оба. — Ломайте ногу. Скажем, что спорили о действии какого-то зелья, бежали к Римусу, и я упал. Люпин не понимал, Гарри спасает себя или Тома, но мальчики друг за друга переживали. Только друг с другом могли быть собой и говорить открыто. На любые темы. Римус уже представлял, что ему может влететь от Сириуса. — Нет, давайте лучше отработка. Ребята, у меня сейчас занятие, поэтому и вы поспешите. Быстро. Том и Гарри тяжело вздохнули. Не хотелось люлей от Гонта. Добежав до двери, попытались отдышаться. Прошло пятнадцать минут занятия. Переглянувшись, поняли, что нужно действовать. Том постучал первым и первым вошёл. Морфин их ждал. — Простите, профессор, за опоздание. — Простите за опоздание, — произнёс следом Гарри. Малфой ликовал, ведь опоздание пытались подстроить ему, а попадёт Блэку с Поттером. Гарри почти засмеялся, ведь его отец — Поттер, а крёстный и лучший друг Джеймса — Блэк, и они постоянно попадали в передряги. Наследственное. — Прошу объяснить причину опоздания на шестнадцать минут, джентельмены. Оба переглядывались, не зная, как соврать о магическом тату. — У нас нет оправдания, — честно ответил Гарри. — Врать не хотим, а правды не скажем. — А это уже интересно, — хмыкнул Гонт. — Останьтесь после урока, я хочу с обоими поговорить. И, Томурас, как рана? Блэк удивлённо распахнул глаза, а после улыбнулся. Ему было интересна теория деда. — Профессор Люпин меня подлатал. — А кто тебя ранил? — Это случайность. Так вышло. — Садитесь. И на моём занятии ваша первая парта. — Ещё один урок, где мы будем сидеть вместе, — хихикнул Поттер. — Карма? — Карма? Я могу тебе такое о половом воспитании рассказать, что краснеть будешь. Ты хоть до утренних стоявших проблем дожил? — Представь себе. Оба не скрывали своего веселья, садясь за первую парту. Морфин буквально чувствовал флирт мальчишек, что ему не нравилось, но он не видел пока, чтобы Том смотрел на кого-либо более восхищённо, чем на Поттера. Морфин спокойно поведал две темы. Одна из них касалась менструации у девушек, оттого он учил быть парней толерантными, если увидят кровь. И пытался донести до их умов, что любое издевательство в эту сторону, и будут выгребать в присутствии родителей. После занятия друзья Тома и Гарри сочувственно посмотрели на ребят, но, кажется, те не чувствовали опасности. — Эльфы рубашку притащили? — спросил Том. — Нет. Я бродил по коридору, когда услышал ваши голоса. Оба мальчика перепуганно смотрели на Морфина, а после Гарри быстро опустил глаза, не зная, легилимент ли Гонт, а вот Том не боялся. — Я всё услышал. Значит, тату сделал не Сириус, а основатели. Это будто клеймо, контролирующее вас, верно? — Ему придётся рассказать, — прошептал Поттер. — Он не дурак, Том. — Том? — удивился такому обращению Гонт. — Дело в том, что нашим с Гарри душам больше лет, чем кажется. Душе Гарри пятнадцать? — Поттер кивнул. — А моей, — нервно засмеялся Том, — шестьдесят пять. Как тебе. Это я родился в 1926-м году, а ты ещё раньше. Я стал монстром. Убийцей. Тёмным Лордом, устроившим геноцид и чистой, и магглорождённой крови… Разорвал душу. Гарри был избран уничтожить меня. Но между нами была битва, и основатели вернули время, а мою судьбу вообще круто повернули. Здесь дичь творили Лестрейнджи, а там они были моими последователями. Не буду всего рассказывать. Но поскольку Гарри уничтожил половину моей души, то кровь Блэков смогла заполнить пустоту. Морфин хмыкнул, постукивая пальцами по столешнице. — Вас поменяли факультетами? — Да, — заявили оба. — И ты гей, Томурас? — Да, — не стал скрывать своей ориентации мальчик, на что Гонт тяжело вздохнул. — И я не могу заставить тебя жениться, — прикрыл от боли глаза Морфин. — Правда? — Да, ты можешь войти в главенство Рода когда угодно, — заявил Гарри, а Том расплылся в улыбке, понимая, что его свобода очень близка. — Так, за опоздание с каждого по 10 очков. Мистер Поттер, Вы свободны. Томурас, на два слова. Морфину было странно понимать, что бывшие враги так держатся друг друга, но тут скорее дело доверия. — Томурас, послушай меня внимательно. Ты боролся за что в прошлом? — За чистоту крови. — А теперь запоминай, что Люпинов не станет — он гей. Поттеры под вопросом? Хотя не удивлюсь, если ему кто-то нравился из парней в прошлом. — Диггори. У него мысли на поверхности лежат. — Вот. А вы с Сириусом последние Блэки. На вас закончится древнейший Род, который пересекается в твоём случае с самим Слизерином. Змееусты вымрут. Тебе нравятся мужчины, пусть, но ты всегда можешь продлить свой Род. Хоть как-нибудь. Ты полукровка. — Три семьи завершат своё существование… — понял парень. — Именно. И благодаря политике Фаджа, геев и лесбиянок станет больше. А магглорождённых становится ещё больше. Конечно, они потомки сквибов, которые пошли от кого-то из нас, но, Томурас, прошло больше трёхсот лет, чтобы кровь сквибов проснулась. Она пока слаба. — Моя свобода, — тяжело вздохнул мальчик. — Астория Гринграсс! — послышался голос. — Поттер! — закричал Гонт, и Гарри открыл дверь, ухмыляясь. — Если что, она всё равно недолго проживёт. А за неё дают полмиллиона, и Люциус уже положил на неё глаз. Простите, но заглушку нужно ставить. Вы такие беспечные, профессор, видно, что не жили в страхе. Поттер быстро закрыл за собой дверь, а Том засмеялся. Ему очень нравилось поведение Поттера. Он буквально очаровывал всегда правильного Тома, что было видно невооружённым взглядом. — Блэк и Люпин знают? — В отличие от тебя, они знают всё. Я скажу Гарри, чтобы он уведомил их о тебе. — Иди на обед, внучок, — засмеялся старик. — Постой, а в прошлом, кем я был? — Шизиком из-за инцестов, я тебя подставил и отправил в Азкабан. — Оу, — сглотнул маг, — спасибо за новое и светлое будущее. Том прыснул, ведь по сути, если бы он не рехнулся, многие бы не получили лучшей жизни, так что ему есть за что сказать «спасибо». Гарри ждал его у двери, победно ухмыляясь и изворачиваясь от подзатыльника, на что Том закатил глаза, но улыбки не скрывал. — Все мои мысли прочёл? — Все, — спокойно ответил Том, резко остановившись. — Рана перестала ныть. Кажется, затянулась. — Давай поедим, а вечером я осмотрю тебя. — Спасибо, милый. — Не за что, зайка. Подколы в сторону врага были самыми искренними. Оба знали, на что способен оппонент, оттого было интереснее играть. Гарри на входе в Большой зал заметил Сириуса с Римусом и поспешил им всё рассказать. — Ох и змей, а не Морфин, ну хоть знает поменьше. И Минерве точно не скажет, — хмыкнул Блэк. — Лёгок на помине. Гонт шёл навстречу к мужчинам, которые ухмылялись ему. — И каково принять гейскую сущность внука? — не мог не уколоть Сириус, растягивая каждое слово. — Иди в задницу. — Бываю там через день, — засмеялся Блэк, заставляя Римуса краснеть. — Как рана, Томурас? — Кажется, зажила. Вы выясняйте отношения, а я хочу есть. Три занятия отсидел. Он ухватил Гарри за локоть и потащил за собой. Сириус поиграл бровями, глядя на Морфина. — Да я сам вижу, что не разлей вода. Бывшие враги неразлучны. Если будут постоянно вместе, этого не миновать. — Этого — это что? — притворился Сириус. — Любви? Гонт фыркнул и под смех Сириуса пошёл к столу. Римус тоже улыбался, но старался держать лицо, а вот Блэку нравилось, что все планы бывшего Министра идут по пиз… Одним местом. Том сел между Роном и Невиллом, которые обеспокоено смотрели на друга. — Да в порядке я. Люпин подлатал меня. — Кто на тебя напал? Малфой? — рычал Рон. — Никто. Я хочу есть. — Вы с Гарри очень похожи и очень близки. Он хоть помогал тебе? — беспокоился Невилл. — Да. Том ответил резко, но после спихнул на то, что он голодный, говоря ребятам, что хочет есть. По факту единственный, с кем вообще хотелось общаться — это Поттер, но он на другом факультете. А как заставить общаться два факультета, Том не знал. Рон и Невилл после обеда сразу засели учиться, и Том им помогал в библиотеке с чарами, а после Уизли пошёл играть в шахматы с Томасом, а Невилл читать книгу по деревьям, которую Том сам же ему и вручил. Блэк так злился, что пошёл в одиночку в туалет и осмотрел тату. Рана затянулась, а теперь нужно было отдохнуть. Очень сложно общаться с детьми, когда ты по сути старик. Гарри сначала тоже сидел и учился с Дафной. Но кто ему объяснит зелья лучше Тома? Да, этот предмет только завтра, но он не мог упасть в грязь лицом. Поттер начал искать Блэка по всему Хогвартсу. Но в зáмке его не было, а поймав Парвати и Лаванду, узнал, что Том вообще после обеда не появлялся в башне. Сам Гарри любил сидеть в одиночестве под ивой у озера, может и Том ищет способ уединиться. Он был одиночкой прежде и всех использовал только как достижение цели. Гарри действительно нашёл Тома, лежащего под деревом, на котором отдыхала Нагини. — Вот ты где! Я тебя везде обыскался. — Зачем я тебе, Поттер? День закончился. Ребята пока не очень идут на контакт. — А ничего, что мы здесь второй день учимся? — Том хмыкнул, подняв руку, и вокруг них начали летать листья, что завораживало. — Красиво, — Гарри присел рядом. — А ещё я насчёт конспекта по Истории магии. — Поттер, что ты делал сегодня на уроках, когда не сидел со мной? — Том опустил руку и уставился на то, как на парня опали все листья, отчего Гарри засмеялся. — Спал, ведь замену Бинсу в этом году не нашли, а Дафна сказала, что конспекта не даст. А ты всё знаешь, оттого не конспектировал? — Я на умалишённого похож? Бабуля в любой момент может попросить конспекты. Взрослые так любят делать. Ладно, на, — Том вынул свиток и протянул счастливому Гарри, который сразу же сел переписывать. Пока Гарри писал, Том наслаждался солнцем, пусть и прятался от него в тени. Он снова поднимал руку и играл магией с ветром, заставляя летать камни у берега. Гарри иногда отвлекался на красоту сил Блэка. Он вообще не мог понять, почему именно он был выбран соперником такого сильного мага. — Было пророчество, — произнёс Том, а Гарри и рад бы рассердиться, что влезли в его мысли, но ему было интересно. — Снейп принёс его, но просил за Лили. А я убил её, думаю, он предал меня и стал человеком Дамблдора. В пророчестве было сказано, что тот, кто родился в конце июля... Не особо помню, — нахмурился Том, — чьи родители трижды бросали вызов… Ты и Лонгботтом подходили под описание, но у него день рождения 30 июля, а у тебя — 31-го. Я выбрал тебя. Ошибся или нет, уже не узнаем. Но ты хороший боец, Гарри. Думаю, ты мог бы меня одолеть. У тебя было уйма помощников. Гарри печально улыбнулся. О пророчестве ему никто не поведал. А раз Снейп с Дамблдором, то директор был в курсе и молчал. — Меня растили на убой? — Скорее всего. Если бы ты меня победил, это означало бы, что ты сильнее меня, а значит угроза. Гарри задумался о будущем, которое могло бы его ожидать. Неужели его бы уничтожили? Неужели сделали бы всё, чтобы тот, кто сильнее психопата, пал? Даже если это ребёнок? Гарри передёрнуло от этого понимания. Все готовы были сражаться с Волдемортом, пока есть Гарри, но сколько бы магов потом устроило на него охоту? Гарри не хотел думать о плохом и начал дописывать. Том лежал с закрытыми глазами под деревом, зная, что его подстрахует Нагини. Гарри было интересно, спит ли маг? — Спасибо, Томми, — решил разбавить обстановку Гарри и протянул тому свиток. — Поттер, я тебя сейчас кастрирую и будешь о Диггори мечтать во снах! Гарри зарделся, и как на зло группа из хаффлпаффовцев четвертого курса подошла к Чёрному озеру. Среди них был и Седрик. — Может, познакомишься с ним? — Он натурал, — вздохнул Гарри. — Ему будет нравиться Чжоу Чанг со второго курса. Мне не везёт на тех, кто нравится: один умер от руки Хвоста, второй от моей… — Гарри умолк, а Том сразу подсел поближе и расплылся в улыбке. Поттер закричал и прикрыл глаза, чтобы его мысли не читали, а после перевернулся на живот и закрыл лицо руками и капюшоном мантии. Том засмеялся и прилёг рядом, сложив руки под подбородком. — Гарриииииии, — протянул гриффиндорец. — Уйди, — тихо прошептал мальчик. — Твоя шестнадцатилетняя версия меня почти убила. Если бы не Фоукс, яд василиска забрал бы меня на тот свет… — Я был весьма эксцентричным магом в прошлом, — говорил Том, играя пальцами по спине слизеринца. — Ладно, не буду тебя доставать. В конце-то концов, на меня слюнки даже Слизнорт пускал. Я умел управлять обаянием, когда мне это было нужно. Что не так с зельями? Вылезай! Или я не стану помогать. Гарри слышал по голосу, что Том сердится, оттого несмело поднялся на колени, пока сам Блэк уже стоял у воды, сложив руки за спиной. У Гарри случилось дежавю, ведь Реддл из дневника так же ходил. «Не будь идиотом, это один и тот же человек». — Почему тебе так важен первый урок зельеварения? — Снейп весь урок стоял надо мной, комментируя каждое движение. Я завалил самое простое зелье, для того, чтобы запустить желудок, если переест студент. Типа маггловского активированного угля. — Гарри, я был лучшим студентом, я понял. Что из этого списка, — Том начал перечислять состав зелья, — трава золототысячника, корень цикория, трава тысячелистника, лист подорожника, семя горчицы, трава полыни, плоды шиповника, корень одуванчика, трава чабреца, семя укропа, семя тмина, корень аира, — ты завалил? — Ну, — Гарри покраснел и подошёл к Тому, — всё… Он меня уничтожал всё занятие. — За что вцепился? — Говорил, что раз я хорошо пишу стихи, то должен так же варить. — Ты пишешь стихи? — удивился Том. — Да, я увлёкся и не услышал, как он вошёл и начал говорить. Гарри было стыдно, но он очень боялся теперь это зелье. А когда увидел, что в плане Римуса оно тоже первое, то готов был завыть. Том наблюдал за обидой на лице слизеринца, готового заплакать от несправедливости. Нужно его отвлечь. — А обо мне стихи писал? — Том! Как настоящий переспевший помидор, Гарри покрылся краской и поспешил убраться. Ухватив вещи, был подло атакован Нагини, ухватившей его за ногу. — Ну нет. Том! — умолял Гарри, видя превосходство на лице Блэка. — Зачитай, и я помогу на занятии. Хоть одно! — Гори в аду! Гарри не контролировал свой разум, а Том легко вошёл в его сознание, найдя первое стихотворение. Но сразу же почувствовал панику парня и вышел из разума, решая, что поступил плохо. Теперь он будет лучше. — Чуток переборщил. Нагини, отпусти его. А теперь слушай и запоминай, как нарезать и добавлять ингредиенты. Внимательно слушай. Том повернулся к Гарри спиной, сложив руки позади, и начал медленно рассказывать. Гарри запоминал каждое сказанное слово, впитывал, как губка, даже не догадываясь, что Том делает одолжение. Ему никто не посвящал стихотворений. Тайных. Все, кто желал его, действовали явно, но мальчик явно фаворит. И знание, что ему писали, грело душу, надеясь, что в будущем он ещё получит стихотворение о любви. От Гарри? Этого Блэк пока не ведал. Но хотелось бы. ВРЕМЯ ЗАНЯТИЙ: Подъем: 6:30 Завтрак: 7:30 — 8:00 Первое занятие: 8:30 — 9:50 Второе: 10:10 — 11:30 Третье: 11:50 — 13:10 Обед: 13:30 — 14:00 Четвёртое: 14:30 — 15:50 Пятое: 16:10 — 17:30 Шестое: 17:50 — 19:10 Ужин: 19:30 — 20:30 Отбой: 22:00