Лев или Змей?

Том не мог уснуть в ту ночь. И во все последующие его беспокоила бессоница. Он желал доказать Гарри, что изменился. И пускай травология ему нравилась, он понял, что не желает создавать палочки. Политика снова влекла сердце, как и в прежние времена. Но ради спокойствия любимого, он готов отказаться от мечты властвовать и стать конкурентом Олливандера. Открытие со списками пробудило азарт. Он уже понял, что может разорвать помолвку, но для этого ему нужен Гарри. Он управляет слизеринцами, а значит, сможет выбрать кандидатов дочерям Арчибальда Гринграсса, зная, что списки будут уничтожены. Блэк знал, что если бы Гарри ему доверял, то все слизеринцы стали бы спонсорами его идей, а дед пусть своё состояние передаёт Ильверморни. Плевать. Но в прошлом он сильно косячил. Во всех прошлых жизнях. Оттого Гарри не даст ему попасть в политику. Он создаёт себе армию шпионов. И Том желал бы эту армию, ведь Поттер может заставить даже его думать, а после действовать, но гриффиндорец всё потерял. Он помнил, как Гарри сказал, что ему было плевать на будущее Блэка, если бы он не пытался держать слизеринца на своих условиях. По факту Том пошёл прошлым путём, наступил на те же грабли, и цена снова заплачена: он потерял свою душу. Вот только душой в этом времени стал Гарри Поттер. И Том готов послать амбиции и мечты ради руки и сердца любимого. О да, он окольцует его сразу после школы и никогда не отпустит. Но в одном Том был уверен: Гарри одобрит план с дочерями Гринграсса. Нужно как-то вымолить прощение. Том видел, что Гарри часто болтает с Роном, оттого старался держаться на расстоянии, а после устраивал другу допрос. — Как поживает Гарри? Именно с этих слов всегда начинал разговор Том и в спальне все понимали, что учёбой никто не сможет заняться, пока магия Тома не успокоится. Он настолько волновался, что Гарри ещё больше разочаровался в нём, что в комнате сундуки ездили. Буквально. — Выпросил у Люпина дополнительные занятия по зельям. Сегодня признался, что ему тяжело. — А с чем связано углубление в зелья не сказал? — Сказал, — тяжело вздохнул Рон. — Тебе не понравится. — Слушай, Рон, — Гарри сел с учебником по зельям возле мальчика в библиотеке, глядя на снежинки за окном, набираясь духу, — а Том расспрашивает обо мне? Уизли застонал под смех Невилла, а Дин и Симус закатили глаза, падая головами на стол. — Что? — удивился реакции парней слизеринец. — Да я каждый день даю ему отчёт, если мы виделись. Вот лучше не спрашивай меня ни о чём, а то этот легилимент мне покоя не даст. Симус от смеха хрюкнул, а Дин подавился слюной, Невилл держался, чтобы не засмеяться, но улыбка проступила. Все знали, что Рону придётся выслушать вопрос или Том заставит Уизли на второй день искать Поттера и выведывать суть вопроса. — Так мне уйти? — Ты что? — ужаснулся Рон. — Я ему всё равно всё расскажу. — Ладно, — улыбнулся Гарри. — Он не говорил, что передумал своё будущее? Мы с ним похожи во взглядах, но говорить я с ним пока не стану. Всего четыре месяца прошло. — У него через две недели день рождения, даже не поздравишь? — ужаснулся Невилл. Гарри проигнорировал вопрос Лонгботтома. Он пока не решил, будет ли поздравлять любимую занозу. — Я упросил профессора Люпина на дополнительные занятия. Я настолько люблю азарт и игры с судьбой, с самими жизнью и смертью, как и мои родители, что собираюсь пойти в авроры. Дин, Симус и Невилл перестали смеяться, уставившись удивлённо на Поттера. Сам Рон сглотнул от ужаса, ведь если аврор доживает до пенсии, не тронувшись умом, как Грюм, и не умерев, то уже достижение. — Гарри, Блэк же с ума сойдёт, — прошептал Рон. — Тогда попытайтесь донести до него, что это мой осознанный выбор. Я пытался увлечься чем-то другим, но за два года учёбы понял, что сейчас адреналином меня снабжает школа, а после я без него не смогу. Так что передай этому лорду, что я выбор сделал. А он может делать свой. У нас разные пути. — Разные пути? — улыбка с лица Тома исчезла, а Рон и остальные ребята замерли в ожидании взрыва. — Как это разные пути? Да мы же Певереллы! Мы едины! — Может, он проверяет тебя? — задал вопрос Симус, удивляя всех тем, что он лезет в историю, пытаясь утешить Блэка, презирая его до этого. — Проверяет? — Том, мы все поняли, что, как и любого Блэка, из-за уймы инцестов тебя заносит иногда не туда, — продолжил рассуждать Финниган. — Но Поттер выбор сделал. И ты сделай. Перестань его преследовать. Покажи, что ты уважаешь его выбор. Ты дал понять, что готов ради него на всё, так? — Да, я письмо ему написал и передал Сириусом, заявив, что всё будет так, как хочет он. — Ну вот, а ты теперь дай ему оклематься и показать, на что он готов пойти ради тебя. — Он же не косячил? На что ему идти ради Тома? — не понимал Дин. — На прощение, — спокойно ответил Симус. — Если любит — простит и перевернёт страницу. А если будет упрекать во всём этом, то вам не по пути. — Тебе точно двенадцать? — удивился Блэк мыслям парня. — Тебе тоже двенадцать, а ты силён, как столетний маг, и? И вообще, я выставился тортом в ноябре, мне уже тринадцать, — засмеялся мальчик. — Спасибо, — произнёс отчётливо Том, понимая, что Финниган прав. Том сделал шаг, теперь ход чёрных на шахматной доске. Он сел на кровать и начал думать. Даже завис почти на час, не замечая, что Нагини куда-то уползла. А затем встал и направился к бабуле. До отбоя ещё полчаса, а назад она сама его сопроводит. — Честь и храбрость, — произнёс пароль горгулье и отправился к родному человеку. — Тук-тук, можно? — Томурас? — удивилась женщина. — Почти десять, что стряслось? — Можно обратиться как к бабушке? Минерва расплылась в улыбке и указала Тому на диванчик, садясь рядышком. — Конечно. Цель визита? — Ты была бы против, если бы я, как и твой муж, — дедом он называть Гонта не хотел, вызывая этим обращением смешок МакГонагалл, — пошёл в политику? — Ну, почти все Блэки были в политике. Я помню, что Орион работал в Министерстве, а Регулус мечтал стать Министром, как и Меропа, так что у тебя это желание в крови. А что? — Мне дорог Гарри, а он против того, чтобы я шёл в Министры. — Почему? Вы помирились? — Нет. Он и раньше был против моего помешательства на политике, но я бы мог сделать жизнь волшебников лучше. Хотя, Гарри как-то заявил, что если бы я не лез к нему, то ему всё равно было бы на мою деятельность. — Томурас, всем известно, что Гонты жили инцестами почти три сотни лет, а Блэки вообще постоянно, но только иногда разбавляли кровь, чтобы после кузен с кузиной поженился. И я уверена, что ты не безумен. — А если безумен? Если я помешанный на власти? — Откуда ты знаешь? — засмеялась женщина. — Потому что я желаю власть. Минерва считала, что внук слишком строг к себе, оттого и не видит дальше политики, но что если это его? — Иди за сердцем. Если откажешь себе в желаемом, то будешь сожалеть всю жизнь. — То есть, если от меня все отвернутся, если я выберу желанное сердцем, то ты останешься со мной? Я очень боюсь остаться один. — Я всегда буду рядом. Минерва крепко обняла внука, который пытался привести мысли в порядок. Ему нужна поддержка, поэтому он пришёл к бабушке. Если Гарри откажется от него, то Том желал бы не оставаться один, как в приюте. Минерва напоила его успокоительным чаем, прося отоспаться, видя тёмные круги под глазами внука, а после провела к башне Гриффиндора. Несмотря на уйму мыслей в голове, Том заставил себя уснуть. Снился, к несчастью, кошмар. Вуд кричал на него за то, что он не смог поймать снитч у Чжоу Чанг. Несмотря на поимку снитча, Рейвенкло не были сильной командой. У них на счёту, как и у Гриффиндора, после первой игры 200 очков, но Хаффлпафф настолько сильная команда, один Диггори забил десять очков за игру, да и другие два охотника были крутыми, что барсуки без поимки снитча имели 150 очков, и были более опасны, чем орлы. Проснулся Том в ужасном настроении и до рассвета пошёл бродить по Хогвартсу. Выглянув из окна, заметил фигуру, летающую на квиддичном поле. Том знал, кто это. И он решил, что им с Гарри нужно поговорить. Поттер без Тома сходил с ума, но пытался себя занять чем-то. Учитывая, что его метла в этом году стоит без толку, ведь Малфою Люциус специально купил «Нимбус-2001», то решил до рассвета полетать. Том стоял внизу, ожидая, когда его заметят. Гарри удивился Блэку, но решил не быть гадом и поговорить. — Слушаю. — Я больше не буду тебя тревожить. Рон поведал, что ты знаешь о моих распросах. Отныне и это закончилось. — С чего это? — не понимал Поттер. — Если ты отрёкся от меня, игнорируешь, и сам говорил, что не доставай я тебя, то мог бы жить для себя, то я так и поступлю. — Пойдёшь в политику? — Да. Спонсоров найду. Я найду способ воплотить мечты. Магических семей хватает. — Ладно. Ни один из них не показал, что разговор делает больно. Гарри перестал быть благородным, сейчас поступал, как эгоист, да и Том не лучше на самом деле. Но возле Гарри совсем иной. — Не забудь уничтожить все связи Гонта, когда станешь всесильным. — Не сомневайся, Морфин получит по… Том умолк. Он понимал свои причины ненавидеть деда, но Гарри из-за одного квиддича не стал бы желать тому расправы. — Он тебе угрожал? — Ты сам сказал, что у нас разные пути. — Потому что ты отдалился. И ты подросток. Ты импульсивен. Тебе нужно понять свои желания. И вхожу ли я в твои будущие планы, тоже тебе нужно понять! Но если тебе угрожал Гонт! Гарри, он и мне угрожает! Его не за что жалеть! — Ты собрался идти своей дорогой. Пусть. — На каждой дороге есть остановка. Останови меня, когда захочешь вернуться. Гарри расплылся в улыбке, благодаря Тома за кислород. Может, не заставляй Том друзей следить за Гарри, тот бы раньше его простил. Но Блэк умеет ждать. Он тринадцать лет ждал тела, обида и рядом не стоит. — Я теперь живу только с бабулей, но на эти каникулы на Гриффиндоре весь седьмой курс остаётся, поэтому она хочет проследить за ними. Наверняка напьются в Рождество. А потом она вернётся домой. До 25 числа я мог бы создать воспоминание. — Я попрошу Римуса с Сириусом притащить тебе Омут и нужное воспоминание. — То есть, я не могу ступить шаг в дом Сириуса? — обиженно прошептал Том. — Можешь. Только мне сообщи, я к Драко упорхну или к Блейзу, или к Тео. — Ты и Тео... Том запнулся, понимая, что это не его дело, а Гарри расплылся в улыбке от ревности Блэка. — Друзья. Гарри не хотелось терзать душу Тома, которая только училась уживаться с эмоциями. Блэк выдохнул слишком явно и громко, улыбаясь, как Чеширский кот. Оба хотели поделиться информацией о списках и оба молчали, обещая перед этим не лезть в жизни друг друга. Обещание в голове каждого уже нарушилось. — Гарри, я правильно понял, что если я убью Морфина, ты и слова не скажешь? Поттер не хотел показывать своей тёмной части души. Но в нём много лет жила часть души Тома, о которой он не подозревал, но которая научила его защищаться. — Да. — Ты не такой светлый, как думал старик Дамби, — оскалился Том. — А ты можешь быть умным, в чём Дамблдор ошибался. — Он ошибся в нас обоих. Меня не остановил, когда я хотел стать преступником, а тебя растил на убой, как героя. Милый старичок. — Он желал магическому миру покой, а ты его нарушал. Гарри по привычке пытался оправдать Дамблдора, наверное, так легче жилось. Не хотелось думать, что наставник был полным козлом. — Как будто до меня не было убийц и маньяков. Гарри хмыкнул, ловя рукой снежинки, уворачиваясь действием от разговора. Ветер усиливался, погода портилась, становилось холодно обоим. — С кем следующая игра? — С Рейвенкло, — ответил Том, когда Гарри молча сделал шаг в сторону замка, но не прогонял Блэка, оттого лев пошагал рядом. — Будь осторожен с Чанг. На третьем курсе она меня чуть с метлы не сбросила. — Хорошо. — Вуду очень важна победа, Том. Он очень хочет, чтобы его имя осталось в зале славы. — Я понимаю. А Смитт? — Он не очень хороший ловец. Насколько помню, его заменят после третьего курса, когда Гриффиндор их обыграл. Но вы обыграете в этом году, а значит, что в следующем будет кто-то неизвестный. Том угукнул, сыграв в разговор Поттера о квиддиче, желая рискнуть и кое-что спросить. Но может ли он это сделать, ведь Гарри наконец заговорил с ним? Лучше начать издалека. — В прошлом году я свой день рождения праздновал с друзьями, а в этом хочу в кругу близких, — Гарри закатил глаза, принимая речь за манипуляции. — Гарри, я скоро «вырасту», бабуля всё чаще спрашивает меня, почему я хочу купить земли в лесах Шотландии, но я пока не готов заявить ей, что в Лондоне дышать нечем, — Гарри хмыкнул, решая дослушать речь из вежливости. — Я хочу провести один день рождения в кругу родственников. Ты сам решай, явишься ли. Сириуса и Римуса я пригласил вчера утром. — А меня не собирался? — Не рисковал. Мы не обязаны быть вместе, но мы можем уважать границы друг друга, быть друзьями. — Я изначально этого и хотел. — Гарри, мне шестьдесят пять лет доходило это в прошлой жизни и так и не дошло, а ты хотел тут мгновенный результат? Я только полтора года как нормально живу. Оба студента засмеялись, ведь Том был абсолютно прав. Гарри слишком многого хотел от того, кто раньше не умел чувствовать и жил холодным расчётом. — Подумай над моим предложением. — Том, я тебе запрещаю являться к Сириусу, говоря, что если придёшь, то уйду я, а ты приглашаешь к себе? — не понимал тактики Блэка Поттер, ища подвох в словах. — Гарри, мне седьмой десяток лет. Пора научиться первым подымать белый флаг. Ты подросток, твои эмоции на пределе. Я не смею от тебя требовать рациональных решений. Просто подумай. Я буду тебя ждать. Как друга, — добавил последнее Том. — Тебе нужны слизеринские связи? — это был последний вопрос-аргумент, который мог загнать Тома в тупик. — Без них никуда, но тобой пользоваться не стану. Ты от меня пострадал больше всех на свете. Гарри затормозил. Том ответил честно. Не увиливал. Слизеринцу стало откровенно стыдно, что игнорировал Тома три с половиной месяца. Через неделю начинаются каникулы, через две недели — Рождество, через три — день рождения Тома. Гарри должен принять решение. — Не отвечай сейчас, подумай… — Я приду, — перебил Гарри Тома. — И ты можешь приходить. Только давай друг другу не указывать, как правильно поступать. — Это ты следишь, чтобы я Волдемортом не заделался. Даже целый план придумал летом, — хмыкнул Том, чувствуя победу. — Да, но только потому, что ты мне прохода не давал. — 1:1? — Да, — засмеялся Гарри. — Только мы не лучшие друзья, у нас просто один на двоих Сириус. — Разумеется. Оба переглянулись и засмеялись, зная, что врут друг другу. Но такая игра даже больше нравилась. — Ужасно выглядишь, кстати, — подметил Гарри. — Не спишь? — Угу. А ты чего такой бледный? Постоянный стресс из-за Гонта? — Он достал, — признался Гарри, решив пересказать Тому пару претензий. — Поттер, хватит скрипеть пером после десяти. Мешаешь читать старшим курсам, а у них, между прочим, С.О.В. и Ж.А.Б.А. в этом году! — Поттер, почему профессор Синистра заявила, что ты до сих пор не разбираешься в созвездиях? Как выглядит Сириус, грех не знать! — Поттер, ещё раз псина с оборотнем подловят меня и будут угрожать, что я плохой декан, то я выгоню не дипломированного профессора Блэка, уяснил? По закону, могу! Если Фадж не поможет, то его заместитель Амбридж точно! Она умная женщина и у нас одинаковые взгляды! — Псина с оборотнем? — шипел Том. — Из-за анимагической формы Грима и волка, — тихо прошептал Гарри. — Я не сказал об этом опекунам. Они не заслужили таких оскорблений. Да и Сириус любит работу, но с его темпераментом он молчать не станет, руки могут пойти в ход... — Да эти анимагические формы самые опасные на данный момент в Британии. — Ага, — вздохнул Гарри. — И это ещё не весь список. Так каждый вечер. Едва успеваю учиться. С библиотеки стараюсь не вылезать, но знаю, что тебе она тоже нужна… Прости за библиотеку. — Прости за контракт о помолвке. — Так это не помолвка? — оживился Гарри, но Том не стал его обнадёживать. — Считай одно и то же…. — Так её можно разорвать? — мальчик желал узнать побольше. — А ты хочешь? Мы как бы договорились отпустить друг друга. — Мы соврали, — пройдя мимо, произнёс Гарри, заставляя Тома расплыться в победной улыбке. Но оба притворятся, что последней фразы не было. Им нужно время.

***

— Финниган, — Том уселся напротив парня на завтраке, — что я тебе должен? Симус расплылся в улыбке, посмеиваясь. Он притворился, что действительно размышляет. — Подтяни по зельям, а то котлы постоянно взрываются. — Не вопрос. — У тебя появился аппетит? — удивился Рон. — Мы с Гарри помирились. Мы не делим Сириуса. Такой уговор. — Ага, — протянули все на Гриффиндоре. Все, кроме Анджелины, которая распереживалась, что Том разорвёт помолвку, но Блэк подмигнул ей, заставляя выдохнуть. Она питала надежду, что её отец последний, кто попал в её роду в лапы проклятого Гринграсса. — Итого продержался три с половиной месяца, — протянул Блейз, доедая яичницу. — Каждый на Слизерине мне должен по десять галлеонов. Я говорил, что до Рождества кошка, пробежавшая между вами, подохнет, — самодовольно говорил мулат, отчего Поттер улыбался. — Я давно его простил. — Вы говорили о помолвке? — прошептал Драко. — Всему своё время, — коротко ответил Поттер, закрывая разговор. Им с Томом предстоит научиться жить без тайн и лжи, доверять друг другу, а может потом оба будут думать, как спасти задницу Блэка. Хотя идея с женихом для Дафны пролетела в головах обоих. Если жених Дафны будет тем, кто уничтожит списки, то можно и помолвку расторгать. А если нет, то Том и Гарри будут создавать план «Б».

***

Морфин после ужина шёл угрюм, как никогда. Видя, что Гарри и Том сияют, означило их примирение. Все его планы летели коту под хвост и не дай Салазар Гринграсс прознает об этом. Он открыл дверь в покои, а дальше не успел ничего сделать. Нагини напала со спины, обвила его тело и шею, готовая покусать лицо. За Блэком закрылась дверь, обозначающая, что Том выжидал. — И каково тебе, когда не можешь ответить? — засмеялся Том, располагаясь в кресле. — Давай напомню, что это я в прошлой жизни отправил тебя в Азкабан. А ты не можешь на меня пожаловаться в этой. Ты дал Непреложный. И дай Мерлин Римусу долгих лет жизни, ведь он указал пункт, что ты не можешь угрожать расправой или предавать нас с Гарри. Непреложный убьёт тебя. Ты забыл? Я спрашиваю, ты забыл? Тома забавлял страх деда, чью палочку гриффиндорец нагло вынул из кармана. Руки не двигались из-за захвата змеи, готовой укусить. — У неё особый яд. А ещё она мой фамильяр. Ты не переживёшь и одного укуса. А тело я отправлю в Тайную комнату и тебя никогда не найдут. Без вести пропал, как тебе такой финал, а? — засмеялся Том, скалясь, отчего Гонт описался. — Ничтожество, — выплюнул Том, минуту наблюдая за трясущимся от страха дедом. — Тоже мне наследник Слизерина и Певерелла. Нагини сдавила тело Гонта ещё сильнее, а тот заплакал. Он никогда не испытывал такого страха. — Давай напомню, что Лестрейнджи — мои ученики в прошлом. Их навыки — моя заслуга и они остались в этом времени. А теперь представь, дедуля, какой я, — цедил сквозь зубы Том. — Ещё раз полезешь в мою жизнь — тебя съест Нагини. Ещё раз оскорбишь Гарри — тебя съест Нагини. В этом году он уже и играть не хочет. А в следующем ты подаёшь на пенсию или, клянусь, будешь умолять об Азкабане. Я не рассказывал, что произошло с родителями Невилла, но поведаю: Белла пытала их Круциатусом до забвения. И я сделаю то же самое с тобой. А я сделаю. Кто-то должен занять их место. Хочешь такого финала? — Н-н-е-т, — прошептал Морфин, плача в панике. Том хмыкнул и открыл дверь, желая покинуть вонючее из-за мочи помещение. Нагини клацнула пастью, отпуская Гонта и следуя за Блэком. Морфин упал на пол, рыдая. Тело не держало. Том был доволен собой как никогда. Он больше не позволит обижать ни себя, ни любимых. Гарри принял его тёмную сторону, поэтому теперь жить стало легче. А на место декана Слизерина кто-то обязательно найдётся.

***

В гостиной Слизерина давно не было так шумно. Все обсуждали возвращение прежнего Гарри, который заряжал своей улыбкой. — Так вы помирились? — уточнила Дафна. — Мы простили друг друга, — спокойно ответил Гарри, прислонившись спиной к стене. — Тебе не за что извиняться перед Блэком, — заявил Тео. — Я игнорировал его почти четыре месяца, думаешь, он не заслужил извинений? — засмеялся Гарри. — Главное, что у него мозг встал на место. — Может, он заставит Гонта вернуть тебя в команду? — с надеждой спросил Пьюси, заставляя всех умолкнуть. — Что я не так сказал? — А как же я? — закричал Драко. — Я не вернусь. В этом году точно. Гарри желал победы Вуду любой ценой, даже если год не будет садиться на метлу во время матчей. — Малфой, вообще-то тебя Гонт в команду внедрил, как и Нотта. Если на следующий год всё будет нормально, я лично буду выбирать человека на место охотника, — фыркнул капитан. — А загонщики тебя устраивают? — обиделся Драко. — Крэбб и Гойл с лета знали, что я собираюсь их взять в команду, — заявил Маркус. — Вот выпустимся мы с Флинтом, тогда делайте, что хотите, — фыркнул Тадеус. — А я? — засмеялся Пьюси. — Ты тоже с нами учишься, забыл, — хихикнул Фарли. — Вот и будет вам через полтора года целых три места. И Поттер в капитаны. Гарри улыбнулся Малфою, а тот закатил глаза. Уж слишком не хотел он терять место ловца, но первая игра показала, что Слизерин без Поттера вообще не готов играть. — В любом случае, я буду рад, если выиграет Гриффиндор, — засмеялся Флинт. — Порадуюсь за Оливера. Все тут же подхватили смену разговора, говоря о любовных похождениях гриффиндорцев. Гарри же решил пораньше лечь спать. В этот вечер Гонт не доставал его, а значит можно отдохнуть. На сердце стало тепло, вернулись в жизнь краски, хотелось есть и учиться. Том и Гарри были зависимы друг от друга. И обоих зависимость устраивала. Но доверия пока не было. Они будут общаться только по существу. Точка? Скорее, многоточие.