it’s very cold

Вокс нахмурился. — Ты можешь меня выслушать? Или тебе совсем неинтересно о чём я тут распинаюсь перед тобой? — демон закатил глаза; были видны маленькие электрические волны, которые расплылись по синему экрану. И без того пустую тёмную комнату начал освещать не только экран шоумена, но и алые демонические глазки Аластора. Последний лишь усмехается, желая продолжать гнуть свою линию: — То, что Кармилла не поддаётся твоим силам — вполне естественно. Я бы не стал на твоём месте возглашать, что она может поддаваться твоему гипнозу даже с объединением сил. К тому же, — Аластор устремил взгляд куда-то вверх, держа хитрую улыбку, — тебе не кажется, что вся эта банальная муть с объединением... Если ближе к делу, то Кармилла имеет вполне здравые запасы ангельского оружия, и соглашусь, что дело совершенно не на нашей стороне, — демон приподнялся, подхватив микрофон. — Предлагаю начать с того, чтобы узнать правду о происхождении столько поставок ангельских орудий. Как раз твоя чепуха со сближением может вполне стать рабочей идеей! — окончательно поднялся с обширной кровати тот, тыкнув тростью в чужую грудь. Вокс действительно пытался сдержать свою агрессию, отчего его взгляд приобрёл весьма суровый вид. — И каким образом ты предлагаешь это выяснить? — вкрадчиво спросил шоумен, вскинув брови. — Ты сам прекрасно видел, что она очень слаба сейчас, но на её стороне одни из самых сильных оверлордов, — отвёл в сторону взгляд телезвезда. — Я разделяю мысли об ангельском оружии, и считаю, что оно должно быть под контролем, так как поставки неизвестны и неоднозначны, как и сама личность этой... Кармиллы, — Вокс пожал плечами. — Так что, как сотрудник троицы... — Тебе, как сотруднику сия кучке трёх... — Только попробуй продолжить, — рыкнул Вокс, но собеседника это не остановило. Радиоприёмник в ответ лишь усмехнулся. — ... Трёх весьма повёрнутых идиотов, — улыбался во всё худощавое лицо Аластор, с неподдельным весельем смотря в экран. Издеваться — точно конёк красного. И, стоит признать, это безумно выводило из себя временами. — Уверен, что такой "гипнотизёр", как ты, вполне может втереться в доверие и выполнить задание Кармиллы... Понимаешь, о чём я? — Конкретнее, — сощурился оппонент, фыркнув. — Ну, я пытаюсь тебе сказать, что согласен на твоё предложение сблизиться. И эта ответственность лежит именно на твоих плечах, поэтому позволь мне делать свою работу, не отвлекаясь на межличностные отношения, — ужасно противоречиво и нелогично звучал Аластор, однако вопросов далее не последовало. Если радио-демон соглашался на подобной ноте, он доводит дело до конца. Осталось понять: готов ли Вокс к этому?

***

— О чём ты договорился с ним? — бездумно затягиваясь розовым гаревом, Валентино расхаживал по пустому коридору рядом с коллегой. Ночное время давало о себе знать — обстановка была более чем тихой, приглушённый свет гладил глаз теплотой и тусклостью, создав невероятную атмосферу покоя. Однако стоит заметить, что тянущийся разговор разбавлял происходящее тревожностью и раздражением. — Пока что всё под контролем, Вал, — с некоторым вздохом отвечает Вокс, ступая за собеседником. — Он, конечно, ещё тот мудила, но стоит отметить, что мне идёт такая хаотичная работа с "врагом", — неловко посмеялся телезвезда, на что получил незаслуженное рычание. — Прекрати, — резко сменив тон, огрызается тот, взмахом когтистых пальцев подключая свет вокруг. Валентино щурится, но сдерживается. Хорошая дрессировка за много прошедших лет. — Тем не менее, — с виду судорожно вдыхая в себя больше убийственного розового дыма, мотылёк продолжал диалог, — будь осторожен, — хмыкнул сутенёр, заставив оппонента принять весьма взбешённый вид. Шоумен не ответил. Скорее, он не знал, как реагировать на попытки заботы от Валентино, ведь они никогда толком не были искренними. Обычно вся поддержка заканчивалась постелью, в лучшем случае — алкоголем и обсуждением проституток, которых каждый день становилось всё больше в студии... Но сейчас Вокс действительно заинтересован в поведении некогда своей пассии. Что-то изменилось, или ему просто казалось? — Ты знаешь, что пойти против меня — неудачное решение, — шоумен пытался сгладить углы неуютного разговора, плавно уходя в другие темы... — Я не об этом, — выдыхает очередную затяжку сутенёр.— Радио-демон готовит и свои планы. Иногда мне кажется, что ты теряешь смысл всей вашей... Интриги, — вскинул брови тот. — Извини? — барахлившим голосом послышалось от Вокса, чьё электричество начало скакать мелкими линиями по всему экрану. — Я долго знаю тебя, Вокси, — пропустил некоторый смешок Валентино. — Тебе ведь нравится происходящее, не так ли? — Заткнись. У нас есть общий интерес в этом деле, — рычал демон, на что его дружище не останавливался: — Действительно? Ты думаешь, я твоего поведения не замечаю? Твоих взглядов? — Хватит нести херню, — оппонент мотылька резко потянул того за воротник шубы, приблизив лицом к себе. — Ты пожалеешь о том, что позволяешь себе так много рядом с ним. Валентино вырвался из чужой хватки, ускорив шаг. За считанные секунды демон пропал в своём дурманящем дыме, будто его не было вовсе.

***

Алое небо вновь наскучило своими красками. Вечно смотреть в окно было неинтересно, но что поделать, если дело важное и до безумия скучное. Развлечь себя в тотальной тишине было сложно, ведь даже нельзя было напевать любимые музыкальные новинки тридцатых годов. Это одурманивало, отчего радио-демон пропустил слышный вздох, обратив этим внимание на вид уставшей главы оверлордов. Мраморный стол сиял от света, которым был окружен. Обстановка была несколько тоскливой, учитывая, что Аластор соизволил прийти на разговор к Кармилле, не сказав об этом Воксу. В конце концов, это не столь важно для самого шоумена, как предполагал радио-демон, ну, или же ему было просто удобно думать подобным образом. Вроде цели и были общими, но каждый стремился добиться своего. Вазы с цветами бросались в глаза — человеческие; редчайшие зелёные листья каким-то образом выживали в Аду. Что стоит сказать о... — Я слушаю, Аластор, — грозно прозвучало со стороны. — У меня не так много времени. — А жаль, — хмыкнул красный. — Мне понравилось складывать описание этого места у себя в голове. — Ближе к делу, — не теряя непоколебимости, Кармилла сдержанно смотрела в сторону оленьего отродья. Она не двигалась; каждое её возможное действие было бы продуманным, особенно рядом с таким демоном, как Аластор. Однако сейчас глава будто хотела что-то сказать, но с упорством сдерживала это в себе. — Объединение сил... Знаю, это всё не просто так, но в своё дело лезть я не буду, — отмахнулся Аластор, поднявшись со своего места. Демон упёрся ладонями в свой микрофон, продолжив: — Ты ведь полагаешь, что ангелов можно победить подобным образом? — наигранный тон начинал раздражать. — Иначе у меня слишком много вопросов, откуда это оружие у тебя в принципе. — Это не твое дело, Аластор, как бы банально это ни звучало, — отрезала демонесса. — Ты прекрасно знаешь… — Да, знаю. Точнее, предполагаю, — перебил ту радиоприёмник, — что, объединившись, можно достигнуть силы самих ангелов, — Аластор начал расхаживать по кабинету, показывая, насколько инфантильным он пытался казаться. — И у меня есть лишь одно предположение, почему у тебя столько... Всего, — пропустил смешок он. — Падший ангел Кармилла, что решила провозгласить себя одной из нас, так несерьёзно относясь к своим сотрудникам сверху. Не так ли? — Не испытывай моё терпение, — сощурилась оверледи, не давая чётких ответов на весьма значимые вопросы собеседника. — Я предлагаю заключить сделку, — тенью передвинувшись падшей за спину, предложил радио-демон. — Пока что в моих интересах сохранить связь с обеими сторонами, а в твоих... Сохранить свой статус и силу, которая непременно досталась тебе свыше. Иначе говоря, мне придётся взять дело в свои руки. — Это не звучит выгодно для меня, — рыкнула та. — Не выгодно? Не выгодно, чтобы все узнали, что ты предатель? — неподдельно засмеялся Аластор, прокрутив трость-микрофон в руке. — Не смеши меня. Ты проявила невероятную слабость и инфантильность, не оставив мне выбора. Иначе как объяснить весь склад ангельского барахла? Как объяснить твои знания об объединении сил? Как такое может прийти в голову обычному самовлюблённому демону, который откажется от любого оружия, дабы доказать свою силу кулаками, что, конечно, является ещё более инфантильным? — приподнял бровь красный, расширяя бешеную улыбку, что не выражала настоящих эмоций. — Я бы посоветовал тебе подумать над моим предложением. Считай, что это своего рода компромисс. Кармилла стояла камнем. Её уставшее лицо говорило о невероятном «изыди». Еле видно прикусив губу от злости, та поворачивается к владыке, продолжив: — Сделай свою работу. Более у тебя мне нечего просить. — Полагаю, ты согласна? — уточнил Аластор, как зал наполнился зелёным свечением и разнообразными символами Вуду... Кармилла пожала руку без единого слова. Красный лишь зловеще улыбнулся, сделав то, что хотел. Ему не стоит больше оставаться в дряхлом и побеленном зале. Теперь его работа переходит только в руки Вокса. Скорее всего, было отвратительным, что Аластор решил идти именно по пути обмана, смешанного с личным интересом. Его никогда не привлекала идея романтических отношений. Что уж и говорить — кажется, кроме матери его никто не целовал. Однако демон был вполне осведомлён слабостями грешников и мёртвых душ; и Вокс был не исключением. Интересный же этот шоумен — забавно злится; за его попытками прихорошиться было интересно наблюдать, так пытался сделаться статным и важным, что это переходило границы всякого юмора. В любом случае, Аластор мог утверждать, что "игра" шла тем чередом, в котором ему хотелось бы. Что не лучше, если твой путь спонсирует сама удача, или же случайные обстоятельства, делающие всё так, как ты хочешь? «Ха-ха, лишь бы это продлилось в подходящий момент.» Вернувшись в свои апартаменты, радио-демон в первую очередь поставил букет человечески-выращенных цветов в вазу с кристально чистой водой: «Интересно, здесь есть хоть что-то, что не спонсируют новые технологии?» Конечно, он мог создать их своими силами, но тут же демон правда постарался: выкупил темно-красные розы прямо из мира живых. Воксу должно понравиться.

***

The third dance.

— Твою мать, Аластор! — Бежим, скорее!.. — Чарли!.. — Ангелы!

Множество голосов раздавалось в размытой картинке поля боя. Кто-то кричал от боли, кто-то сражался, кто-то просто наблюдал... Смерть близко, нужно было скорее бежать. Вокс бежал. Его одежда была изорвана, тело ныло, умирало, в каком-то смысле... Мысли смешаны, он ничего не понимал, но продолжал бесследно бежать. Бежать, пока его глаза не встретились с парой алых, уставших и... Кто-то забыл о том, что даже телевизор имеет право отдыхать, поэтому его безжалостно дёргают, дабы поднять со дна сновидений. — Ох, отъебись, Вал, — пнул оппонента Вокс, в полудрёме что-то неважно пробурчав себе под нос. Мотылёк заулыбался, проводя острым пальцем по экрану. — Я уж думал, что ты больше не согласишься на наши игры, — хихикает он, на что шоумену оставалось только проснуться. Да, опять. Опять он переспал с Валентино. — Ты опять меня накачал своей розовой хернёй, — со вздохом поднялся Вокс. Его экран не выражал определённой эмоции: глаза смотрели в никуда, и не было понятно, доволен ли телезвезда произошедшим. Валентино тоже вёл себя странно. В этот раз он не бросил его посреди ночи, не устраивал балаган с демонами лёгкого поведения, всё прошло... Более чем спокойно. По крайней мере, Вокс помнит, что, даже будучи одурманенным, акт был некоторым поводом, чтобы снять стресс или... Почему Вокс пытается оправдаться перед самим собой за это? Ранее подобной реакции у него не возникало. Не то что бы его трогало, что с Валентино никаких отношений подавно не получится, но в душе определённо давала о себе знать некоторая боль. — Почему ты до сих пор не на работе? — шоумен вскинул брови, поднимаясь с кровати. Пару моментов, и он уже одет в фирменный жакет. — Я ждал тебя. Валентино думал, что это было романтичным? Бред. — Не неси херню, занимайся тем, чем занимался. У меня много работы, — отмахнулся демон, пропустив вздох. — У меня сегодня встреча с Аластором, поэтому я не хочу засирать свой диск D очередным ненужным барахлом. Он не видел взгляда мотылька, о чём вовсе не жалел. Дверь комнаты захлопнулась, оставив сутенёра в одиночестве. Валентино устремил взгляд на свои руки, после чего зло зарычал, сдерживая себя от того, чтобы не сломать что-нибудь ещё, помимо стаканов с алкоголем. — Он правда не понимает, вот же сука!

***

По привычке Вокс посетил зал встреч, где они первый раз увиделись с Аластором. Красного долго не было, что существенно не соответствовало его стилю. — Доброго утра, — послышалось в абсолютной тишине, заставив теле-демона вздрогнуть. Оказывается, он слишком засмотрелся в собственные мысли, погрязнув в этом дерьме; Аластор уже сидел напротив, и чего Вокс не мог не заметить, так это пышный букет человеческих роз, что на глазах сушились от спёртого загрязнённого воздуха... — Доброго, полагаю? — вопросительно приподняв бровь, поздоровался шоумен, и ответ не заставил долго ждать: — Было бы славным подарить такой персоне, как ты, цветы. Поэтому прими от меня такой скромный подарок, — хмыкнула оленья рожа. Вокс промолчал. Он до жути глупо вылупился на букет, не зная, чему дивится больше: жалкими попытками Аластора завоевать внимание, что так граничило с абсурдностью, или своим чувствам, которые ударили по груди странными эмоциями... Телезвезда был польщён. Что-то подсказывало ему, что происходящее вовсе не просто так, и, как говорил Валентино — нужно было бы осторожнее вести себя рядом с радиоприёмником. Одновременно с этим, жгучее чувство обиды начинало раздирать все нервные клетки, все диски, ломая личные статусы-кво демона. Эти блядские розы впились своими острыми шипами, окутав всё тело. Ему было очень обидно. Обидно за прошлое. Обидно за отношения в прошлом. Обидно, что это делает тот, кто просто хочет осуществить свои планы. Обидно, потому что это не делает и никогда не сделает некогда его любимая персона... К черту всё это. Вокс хотел уйти от старых времён ровно так же, как и хотел его обдурить Аластор. — Спасибо, Аластор, — натянув на себя действительно "искреннее" удовольствие, которое бы хотел сейчас чувствовать Вокс, сказал он, осмотрев букет. «Играем по твоим правилам, Аластор». Экран теле-демона засиял ярче. Тот поднялся, протянув руки к одному бутону — через момент редкий людской цветок был сорван и перемещён к чужому пушистому уху. — Пусть это украшает не только меня. Аластор сощурился на полсекунды, не отрывая взгляда от встреченного. — Полагаю, это можно считать за комплимент? — хмыкнул тот, сложив руки на столе. — Вполне, — отмахнулся Вокс. Кажется, шоумен уловил то, что Аластор действительно пытался показать. Что ж, у оленя получилось — телезвезда понял, поддавшись своей уверенности. — Один два, Аластор. Красный ничего не ответил, одарив собеседника неоднозначным взглядом. — Тем не менее, — начал Аластор; взмахом руки на столе оказался невероятной красоты пистолет. — Оружие ангелов? — демон напротив прошёлся пальцем по великолепной стали, выкрашенную в бело-золотистые цвета. Узоры, вероятно, ручной работы, гармонично переливались на свету, предполагая под собой довольно дорогое и редкое удовольствие. — Я выполняю часть нашего договора. Но теперь нам бы не помешало заняться тем, что ты обычно называешь "сближением", — закинув ногу на ногу, беспечно вылетело у Аластора. — Я постарался даже ради этого. По твоей реакции можно сказать, что тебе понравился мой скромный подарок. — Конечно, — приторно согласился Вокс с некоторой издёвкой. Самому было тошно повторять привычки бывшего. — Полагаю, мне бы стоило посетить твое радио... Вещание. Думаю, грешники будут рады нашему союзу. Радио-демон заулыбался шире. Не хотелось читать скрытый смысл в его глазах — главным для Вокса было продолжать гонку и отвлечься от всего дерьма, что произошло ночью. Вокс не хотел подобного исхода, и бездумно врал себе о том, что всё было нормально. Ни черта, блядь, не было нормальным.

***