герой для минги

      почему-то сейчас юнхо кажется, что остановиться на одном из малоэтажных домов в куинсе, было лучшим решением. боро огромный и достаточно тихий, но чон выбирает место недалеко от метро, если вдруг их разговор зайдет не туда и минги не захочет возвращаться домой вместе с ним, а решит отправиться своим ходом. всю дорогу сон просто молчит и сопит ему в шею, но хо хотя бы больше не слышит всхлипываний, хотя готов отдать руку на отсечение, что минги нужно высморкаться и протереть глаза после слез.       - отпустишь меня? – тихо спрашивает юнхо, когда они уже стоят на крыше, а вокруг них только тишина, что прерывается редкими сигналами машин, и темнота, потому что в райончике, куда они забрались, почти везде отключен свет. точнее, свет есть в дальних местах района, а там, где юнхо решил поговорить с соном, света нет от слова совсем. чон от этого факта даже не настораживается, хотя весь нью-йорк, и даже самые дальние его уголки, никогда не спит и тот факт, что целый район устроил комендантский час должен хотя бы навести на подозрения, которые юнхо полностью игнорирует. его волнует сейчас только то, что минги в ужасном раздрае и его нужно поддержать и постараться привести в чувства, каких бы усилий это все не стоило.       - нет, - бормочет минги. он крепче прижимается к пауку, сильно сжимая руками его шею так, что юнхо морщится от неприятного ощущения, но минги он не отталкивает, а лишь прижимается щекой к макушке, жалея, что через маску не может в полной мере вдохнуть запах его волос, - если я тебя отпущу, то тогда нам придется поговорить. а я не готов. я вообще не знаю, что говорить. я так сильно запутался и совсем не знаю, что мне делать дальше.       - мы можем просто посидеть вместе и помолчать, а если вдруг ты поймешь, что готов поговорить о том, что тебя беспокоит, то я буду рядом, - мягко гладит юнхо сона по спине и прямо через маску оставляет поцелуй на виске. он знает, что поговорить им стоит, но не тогда, когда ги в таком подавленном состоянии. а еще он знает, что если минги поддержать, то тот быстрее вывалит все, что его беспокоит. точнее, обычно это работает с ним – юнхо – а как это работает с другими друзьями и знакомыми сона при которых он может показывать все свои чувства, он не имеет понятия.       минги, нехотя, отпускает паука и отходит на пару шагов назад, чтобы усесться прямо на холодную поверхность крыши и опереться спиной о старую трубу, которая когда-то служила дымоходом, а теперь была полуразвалена и засыпана всяким мусором. сон смотрит вдаль, пытаясь разглядеть в темноте района хоть что-то, но перед глазами только пляшут блики от отражения фар редких машин в темных окнах домов напротив. юнхо тихо подходит и усаживается рядом, даже не прикасаясь и оставляя между ними достаточное расстояние, чтобы ги, ни в коем случае не подумал, что чон на него давит. хо тоже погружается в нерадужные мысли, но, в отличие от минги, он думает о том, что сон загрузился так сильно потому, что ему не понравилось поведение чона на катке. вдруг он был слишком навязчив? эти его игры в паука-парня и юнхо-друга слишком размыли рамки общения, которое у них было раньше. и теперь хо не уверен, что он мог себе позволить раньше, а что начал позволять сейчас, когда минги дал пауку зеленый свет.       - ты когда-нибудь влюблялся так, что даже не понимал этого? – неожиданно спрашивает минги, не отводя взгляда от дома напротив. он так пристально в него вглядывается, что кажется, будто он увидел там действительно что-то интересное, хотя на самом деле, он просто не осмеливается обернуться на паука.       - что? – удивленно спрашивает юнхо, не понимая, что хочет услышать сон в ответ. он косится на друга, а после переводит взгляд туда же. сердце чона начинает стучать сильнее, хотя сам хо все еще не понимает от чего именно.       - ну, - ги так тяжело вздыхает, что создается впечатление, что ему физически больно объяснять свои же слова, но все же продолжает, - вот ты очень долго общаешься с человеком, но из-за того, что вы постоянно проводите время вместе, ты не замечаешь того, что твои чувства от дружбы уже давно перешли в стадию влюбленности? просто, тебя настолько все устраивает, что ничего и не хочется менять. хочется оставить все, как есть. ночевки, совместные прогулки, обеды и даже прогулы. будто все так, как и должно быть? – сон всего на секунду обращает взгляд на паука, но у того от этого выступает холодный пот на спине, - один мой друг пытался донести до меня, что я в кое-кого влюблен, но я отрицал это. это даже звучало дико и я не мог поверить, что влюблен в того, кого знаю так давно. но сегодня… сегодня я почувствовал то, чего не должен чувствовать к другу и у меня возникло ощущение, что я всегда именно это испытываю рядом с ним.       - ты влюблен в своего соседа? – пытается прощупать почву хо, но минги бросает на него испепеляющий взгляд.       - прошу, просто ответь. мне и так очень нелегко говорить об этом именно с тобой, потому что это все очень похоже на расставание.       - нет, - отрицательно качает головой юнхо, грустно улыбаясь в ткань маски. ему очень хочется думать о том, что сейчас сон говорит именно о нем настоящем, и хотя все факты указывают на это, он не дает себе утонуть в мечтах. он даже не думает о том, что в данный момент он предстает совсем другим человеком и, что слова ги должны были бы его ранить, - я влюблялся всего один раз и это было настолько давно, что я уже точно и не помню, как это произошло и как я понял, что этот человек намного дороже мне, чем просто друг.       - и ты больше никогда не любил? – удивленно спрашивает минги. его больно колет осознание того, что паук мог ему соврать тогда, когда извинялся и пытался вымолить прощение всеми доступными ему способами. ведь если он знает минги в обычной жизни и они в ней даже общаются, то он точно знает, что ги слишком мягкий и впечатлительный, что его слишком легко в чем-то убедить. сон мысленно проклинает себя за то, что его чувства похожи на огромный запутанный клубок и он не может понять, кто из двоих дорогих ему людей нужен ему больше.       - никогда. я влюбился один раз много лет назад и это чувство до сих пор со мной, - тихо произносит юнхо. ему страшно смотреть на сона, потому что более явного намека на то, кем он является он уже дать не сможет.       - ты… ты говоришь обо мне? – сдавленно выдыхает ги, прижимая руку к сердцу. он, со страхом ждет ответа, потому что если слова паука подтвердятся, то все станет еще сложнее.       - о тебе, - кивает чон, наконец, поворачиваясь к минги и усаживаясь так, чтобы смотреть теперь только на него, - я не врал тебе, когда признавался в любви. и я не врал, когда говорил, что давно знаю тебя. ты – моя первая любовь. и, возможно, последняя.       сон задыхается от такого признания и больно сжимает руку, которую продолжает жать к груди, в кулак. он надеется, что боль отрезвит его, но его сердце ведет себя, как сумасшедшее – то пропускает удары, то начинает скакать галопом и абсолютно не дает здраво мыслить. минги чувствует, как в уголках глаз вновь собираются слезы и он только и может, что отчаянно зашептать:       - нет. нет, нет, нет, - сон трясет головой, зарываясь одной рукой в волосы, а второй прикрывая рот, - ты не можешь сейчас мне это все говорить. я не… я не могу. это все так сложно. это неправильно. я - неправильный. и я недостоин твоих чувств, особенно тогда, когда говорю тебе, что мне нравится другой человек.       - нет, минги, послушай, - пытается успокоить паук минги, но, как только пробует взять того за руку, чтобы отвести ее от волос, в которые ги впивается с невероятной силой, сон дергается назад. юнхо поднимает руки вверх, показывая, что он не тронет его без согласия, но минги все равно напряженно отползает вбок, - я просто хочу сказать, что ты… не неправильный. ты не можешь контролировать свои чувства и тебе не стоит себя винить за то, что ты не можешь изменить, - чон хочет ударить себя за то, что на последних словах голос его подводит и срывается.       - я чувствуя себя ужасно, - тихо признается ги. он обхватывает себя руками и не знает, куда деть глаза, - мне же не может нравится два человека одновременно, да?       - такое возможно, - пожимает плечами юнхо, - тем более, что сейчас многие заводят полигамные отношения.       - я так точно не смогу, - отрицательно качает головой сон, - не смогу делить любимого человека с кем-то, - он хмурится, а после ставит свои брови домиком, - но и выбрать сейчас я не могу. правда, не могу. я только осознал, что целую кучу времени хранил в себе чувства к другу и мне нужно время, чтобы это все обдумать.       - минги, я не знаю, подходящее ли сейчас время, но, наверное, мне стоит признаться? чтобы тебе было легче и ты знал из кого ты выбираешь.       сон испуганно вскидывает глаза, боясь услышать то, что раньше он хотел узнать больше всего на свете. а сейчас он не хочет узнавать кто скрывается под маской, тем более, что тогда ему придется общаться с этим человеком, будто ничего и не было. если им, конечно, удастся сохранить хоть какие-то отношения.       - нет, не нужно.       - ги, просто послушай, - юнхо все-таки хватает минги за руку, - тебе будет легче, если ты узнаешь. просто доверься мне, - сон жалостливо смотрит на него, неуверенно кивает, но руку высвобождает и прячет ее за спину. ему кажется, что все прикосновения паука обжигают его и приносят боль. он почти уверен, что на месте касаний остаются ожоги.       человек-паук глубоко вдыхает, пытаясь успокоить сердце, потому что сейчас он собирается сделать то, из-за чего его дальнейшая дружба с минги может закончиться одним махом. даже несмотря на то, что сон, вроде как признался, что влюблен в него. и в паука тоже. юнхо хватается за низ своей маски и тянет ее так медленно вверх, что минги кажется, будто он наблюдает за всем этим в замедленной съемке. вот ткань ползет открывая губы, которые минги уже не один раз целовал, следом она открывает нос, который ги кажется безумно знакомым, и тогда, когда маска почти открывает глаза, вокруг резко становится слишком светло. они синхронно поворачивают головы и ахают, потому что небо над квинсом озаряется так, будто его подсвечивает северное сияние. зрелище правда завораживающе, особенно для тех, кто никогда не видел такой красоты в живую, а тем более в нью-йорке.       - это что? – тихо спрашивает минги, пока сам находит руку паука наощупь и крепко сжимает ее.       - не имею ни малейшего понятия, - так же тихо отвечает ему юнхо, но руку сона прижимает к своей груди и напряженно смотрит на небо. такого точно никогда не происходило в их городе. его маска так и остается болтаться выше носа, но сейчас никого из них это абсолютно не волнует.       - ты думаешь, у нас может быть северное сияние? – невинно спрашивает минги, полуоборачиваясь к чону. видимая часть его лица подсвечивается, но из-за зеленого света, она искажается и выглядит даже скорее жутко, чем красиво, поэтому сон почти сразу отворачивается, испытывая непонятное чувство тревоги.       - очень сомневаюсь, - вздыхает юнхо. он еще раз крепко сжимает ладонь сона в своей руке и, в тот момент, когда собирается ее отпустить, в той стороне, откуда исходит необъяснимое свечение, раздается мощный взрыв. минги испуганно вскрикивает, инстинктивно прижимаясь к боку паука, и таращится огромными глазами, не зная, что ему сейчас делать. чон хватает ги за плечи, разворачивает к себе лицом и близко наклоняется к нему, - минги, послушай меня. послушай.       - я… я слушаю, - голос сона дрожит, но он старается изо всех сил, чтобы взять себя в руки.       - сейчас я опущу тебе вниз, и ты на метро доберешься до дома, хорошо? ты не пойдешь проверять, что там случилось, не будешь смотреть новости, ты просто поедешь домой, заберешься в кровать и будешь ждать, пока я не приду к тебе, хорошо?       - да, - медленно кивает сон, а после цепляется пальцами за плечи юнхо и почти со слезами шепчет, - подожди, ты пойдешь туда? там опасно, ты не должен.       - прости, - хо прижимается губами ко лбу минги, - именно я и должен. и ты знаешь об этом лучше, чем кто-либо.       минги даже пытается сопротивляться, когда юнхо подталкивает его ко входу в метро, но паук непреклонен. он снова просит сона послушать его, умоляет пройти турникет и добраться до дома, чтобы он был в безопасности. чтобы юнхо не переживал за него. у сона трясется губа, когда чон чуть повышает голос, но сейчас, когда ги, как никогда, понимает, насколько герой постоянно рискует своей жизнью, то просто подлетает к нему, быстро целует в губы, которые снова спрятаны за маской, и скрывается за стеклянными дверями. абсолютно ничего не говоря. хо кажется, что это похоже на прощание.

***

      когда юнхо добирается до места предполагаемого взрыва, то там оказывается уже несколько пожарных машин и скорых. они издают непрекращающиеся сигналы, их мигалки и сирены включены и, в какофонии людских криков, звуков обрушающегося здания и еще нескольких слабых хлопков, это все звучит, как вопли из самого ада.       - взорвался трансформатор, - слышит чон рядом с собой и ни капли не удивляется, когда замечает рядом с собой черного кота. больше его поражает то, что есан выглядит просто до безумия серьезным. в его позе и выражении лица нет ни капли от того озорства и самодовольства, которые хо привык видеть, поэтому он зависает на пару секунд, забывая ответить, - то свечение было от первого взрыва. а следом за ним одновременно взорвались еще два трансформатора. внутри были люди, но пока о погибших не сообщали.       - как давно ты здесь, что успел столько узнать?       - всего на пару минут дольше, чем ты. просто повезло услышать переговоры по рации.       чон только кивает на это и пытается осмотреть насколько все плачевно. здание цеха полностью в огне и несколько несущих балок готовы вот-вот рухнуть, погребая под собой всех оставшихся внутри. и живых и мертвых. юнхо просто уверен, что без жертв не обошлось и ему нужно поторопиться, чтобы успеть вытащить, как можно больше рабочих, которые все еще прячутся в здании.       - работаем вместе? – спрашивает юнхо, пока есан уже что-то просчитывает в голове, разглядывая обстановку так, будто сканирует ее.       есан просто протягивает ладонь, ничего не отвечая, но чон, понимая его, отбивает пять и первым срывается вниз, залетая через пустой оконный проем прямо в пекло. его маска снова исправна, так что фильтр от углекислого газа работает на ура, но это тоже временный эффект. ему нужно появляться на чистом воздухе хотя бы раз в десять минут, чтобы поменять фильтры и снова бросаться спасать жизни. есан следует за ним, как приклеенный. он ловко обходит горящие обломки, что падают везде, где бы они оба не находились, и даже уворачивается, когда прямо над ним обрушивается одна из балок.       - я посмотрю здесь, а ты беги в ту сторону, - кричит юнхо, надеясь, что сквозь бушующее пламя его слышно. кан показывает пальцами, что все понял, поправляет на лице фильтрующий лепесток с наворотами и скользит в ту сторону, в которую указал чон.       юнхо находит несколько человек, которые прячутся в подсобке и не имеют ни малейшей возможности пробраться через огонь к выходу. парень и две девушки жмутся друг к другу и судя по тому, что они пытались смастерить из подручных материалов что-то наподобие лестницы к окну в потолке, они пытались спастись, но у них ничего не вышло.       - итак, ваш дружелюбный сосед-паучок уже здесь, и он вас вытащит, - гордо произносит чон, смотря, как ребята расслабляются при виде него. он захлопывает дверь, чтобы огонь не пробрался к ним внутрь и выбивает ногами стекло, выбираясь на крышу. он нарушает все мыслимые правила безопасности, находясь на горящем здании сверху, но у него нет другого выхода, - сейчас я по очереди подниму каждого из вас и спущу вниз. не паникуйте и просто доверьтесь мне.       крыша под ногами раскаленная, но юнхо вначале терпит, а после сооружает что-то наподобие толстого покрытия из паутины, чтобы не получить серьезные ожоги. он осторожно поднимает сначала девушек и, даже не давая им стать на горячий металл, спускает вниз, где к ним сразу же подбегают спасатели, чтобы увести в сторону машин с помощью, и только после этого принимается за парня. тот уже успевает надышаться угарным газом и почти отключается, но чон пытается привести его в чувства. тот мычит в ответ, но даже не открывает глаз. паук громко стонет про себя и просто спускается к машинам скорой сам, чтобы передать пострадавшего в надежные руки. юнхо оглядывается назад, видит, как есан тащит к ним на себе еще двоих надышавшихся газом и бросается к нему на помощь.       - проверь еще, мы вывели слишком мало, - отмахивается от него кан, злобно шипя, - не тупи, чон. ты супергерой или где?       юнхо салютует ему и бежит к зданию, на ходу меняя фильтр в маске, хотя старый еще можно было бы использовать, он не хочет рисковать. на секунду ему кажется, что в толпе зевак за желтой лентой, он видит испуганное лицо минги, но он тут же отметает все посторонние мысли, потому что сон уже должен быть дома и дожидаться его в теплой постели, а не толкаться там, где ему строго запретили появляться. минги должен был его послушаться и не должен был заставлять волноваться еще и за себя. но до цеха чон не добегает. его паучье чутье громко верещит об опасности, но все происходит так резко, что юнхо не успевает сориентироваться. у него даже не хватает времени, чтобы сгруппироваться и защитить хотя бы голову от удара. новый мощный взрыв обрушивается, как лавина. сам огонь до чона не достает, зато ужасающая ударная волна бьет будто бы сразу во все тело и отбрасывает так далеко, что юнхо всем собой ломает несколько деревьев и пропахивает несколько десятков метров земли, пока, наконец, не ударяется головой о соседнее здание и не отключается от боли.

***

      - эй, паучок, - юнхо чувствует, как его трясут и пытается приоткрыть глаза. это дается с огромным трудом, потому что все тело сразу же начинает болеть, а рука горит так, будто он окунул ее в кипяток и подождал, пока получится бульон. чон стонет сквозь сжатые зубы, а кот, который нависает над ним, облегченно выдыхает, - живой, слава богу. ты устроил просто эпический полет, все в восторге. если бы это были соревнования, то я бы отдал тебе все десять балов, - кан язвит, но за его тоном и словами юнхо угадывает волнение.       - сколько я здесь лежу? – хрипит хо. его легкие не дают сделать полноценный вдох, будто они оба пробиты, но юнхо знает, что это не так. он и не в такие передряги попадал, за время своего геройства, так что и сейчас выкарабкается. не впервой.       - хм, - есан с сосредоточенным лицом смотрит на свое пустое запястье и серьезно отвечает, - минуты три. может четыре. пришлось пробежаться по твоим следам, чтобы найти то, что от тебя осталось. но ты живехонек и даже почти цел.       юнхо хрипло смеется, сразу же морщась от того, как все его тело выше пояса начинает болеть, но, несмотря на это, пытается сесть. кот, с тяжелым вздохом, подхватывает его под руку, помогая облокотиться о холодный бетон сзади и дает звучный и сильный щелбан.       - не думал, что ты такой идиот.       - вообще-то, именно ты сказал мне проверить здание снова.       - вообще-то, это у тебя есть кричащая штука в мозгах, которая предупреждает об опасности. ты должен был понять, что не стоит туда соваться, а не лезть на рожон. или ты делаешь все, что тебе говорят?       - ладно, победа в этой битве за тобой, но война еще не проиграна, - улыбается чон. он касается рукой лица, понимая, что от его маски осталось меньше половины, и стонет так болезненно, будто лишился большей части туловища, - я потратил на этот костюм и его улучшения последние годы своей жизни. он был почти идеален.       - скажи спасибо, что вообще жив остался, придурок. твой мальчик там с ума сходит с тех пор, как ты решил улететь в неведомые дали.       - минги? – чон подскакивает на месте, забывая о том, что у него вообще что-то болит и ему нужно провести в покое еще хотя бы несколько минут, чтобы регенерация затянула некоторые раны, - он здесь? почему?       - кто вас разберет? – закатывает глаза есан, - не знаю, сколько он здесь, но момент взрыва он точно видел.       чон обреченно стонет. он должен показаться ги, чтобы тот не волновался. минги слишком чувствительный и юнхо уверен, что сейчас он не находит себе места, а может даже уже пытался пробраться через запрещающую ленту, чтобы самому найти паука или то, что от него осталось.       - мне нужна твоя помощь, - наконец говорит хо. он кряхтит, вставая сначала на колени, а после поднимаясь на ноги и держась все это время за стену, чтобы позорно не рухнуть обратно.       - только не говори, что ты хочешь, чтобы я тащил твою тушу за несколько сотен метров, чтобы ты помахал минги?       - вообще, я хотел попросить тебя протащить мою тушу несколько сотен метров и еще немного, чтобы минги увидел меня на расстоянии нескольких метров, а не издалека, - юнхо неопределенно машет рукой, которой не упирается в стену, - он почти ничего не видит без очков и вероятно решит, что ты тащишь мой труп на себе, если мы будем далеко.       - вы два идиота, которые портят мою жизнь, ты знаешь? – ворчит кан, закидывая руку юнхо себе на плечо и удобнее перехватывая того за талию. хорошо хоть силы ему не занимать и вес паука он почти не чувствует и единственное, что их тормозит – то что хо стонет и хрипит каждый раз, когда цепляется ногами за рытвины в земле, которые он сам же и оставил.       - ты можешь говорить обо мне все, что вздумается, но я знаю, что минги тебе нравится, - чон дергается, когда есан бросает на него испепеляющий взгляд и пытается разрядить обстановку, - не в том смысле, пушистый.       - я сейчас брошу тебя здесь и прикопаю землей, ты понял? – шипит, прямо, как разъяренный кот, есан и подбрасывает юнхо, чтобы больно впиться пальцами тому в бок.       - человек-паук, - шепчет минги, когда видит, как парень в костюме кота тащит на себе второго героя. тот медленно переставляет ноги, но сон чувствует почти безразмерное облегчение от осознания, что паук живой.       - вы оба будете мне должны, потому что этот мешок картошки не помогал мне ни капли, - ворчит есан, когда они подбираются ближе. минги смеется, вытирая со щек слезы, но его глаза заполняются по-новой, когда кот просто сбрасывает с себя паука, но тот умудряется устоять на ногах, хотя ему и приходится схватиться за руки сона.       - ну, принцесса, - шепчет юнхо, проходясь ладонью по чужой щеке и стирая слезы, - все в порядке, видишь?       минги хватает рукой ладонь паука и крепко прижимает ее к своей щеке, он утыкается в нее носом и тихо всхлипывает от осознания, что тот здесь и все в порядке. несколько царапин заживут сами, а остальные минги поможет смазывать мазями и будет делать компрессы, чтобы герою стало легче. в этот момент он даже не думает о том, что у паука хорошая регенерация и на нем даже переломы срастаются, максимум, за неделю. все, что сона сейчас волнует – он жив.       - я просил тебя ехать домой, здесь опасно, - тем временем продолжает юнхо, но не смеет прерывать ги, когда тот утыкается в его ладонь носом и, кажется, касается губами.       - я заметил, - нервно отвечает сон на замечание, потому что до него доходит то, как к нему обратились, - ты назвал меня принцессой.       - назвал, - паук отпускает и вторую руку, чтобы снова вытереть чужие щеки, и даже проходится подушечкой пальца по векам сона, собирая лишнюю влагу, - посмотри на меня. я не успел раскрыть тебе свою тайну раньше, но теперь у меня не получится от тебя спрятаться. моего костюма почти не осталось.       минги сначала качает головой, так и не открывая глаз после того, как герой их вытер, но, когда тот подхватывает его пальцами под подбородок и приподнимает лицо минги, он с опаской смотрит через одни ресницы.       - хо-я, - неверяще шепчет сон, разглядывая то лицо, которое он каждое утро видит в их общей квартире, - это все время… все время это был ты.       - это постоянно был я, - кивает юнхо. он пытается улыбаться, несмотря на боль в рассеченной губе и несмотря на то, что минги сейчас выглядит так, будто он готов закопать его в той траншее, что сам чон собой и выкопал, и еще плюнуть сверху, - я не мог признаться тебе раньше, потому что это было опасно. и ты не представляешь сколько раз, я хотел раскрыться после того, как это странное нечто закрутилось между нами. я не хотел недосказанности, но струсил и вот к чему это все привело.       - тогда почему ты не раскрылся? – минги дергается, но чон не дает ему отстраниться, мягко удерживая на месте. для юнхо это хороший знак, потому что если бы ги действительно хотел отойти от него или просто сбросить его руки с себя, то ему не составило бы труда это сделать.       - потому что я боялся потерять те отношения, что у нас появились. а еще больше я боялся потерять тебя и нашу дружбу.       - все то, что ты мне говорил раньше – правда?       юнхо кивает. у него нет пути назад и все, что ему остается – признаться и принять любой исход этой ситуации. даже если он и нравится минги больше, чем друг, это не отменяет того факта, что он столько времени ему врал и что это простить очень и очень сложно.       - я влюблен в тебя еще со школы.       минги после этих слов все же отходит назад. он смотрит по сторонам, но люди вокруг не обращают на них двоих никакого внимания. они заняты тем, что помогают скорой или снимают догорающее здание на камеру, чтобы потом выложить в интернет. сон переводит взгляд на потерянного юнхо, поджимает губы, а после подается вперед:       - будь осторожен и возвращайся ко мне, - говорит он очень тихо, целует в самый уголок губ и отдаляется, бросая напоследок, - но мы поговорим дома.

***

      - мне кажется, или в вас произошли какие-то изменения? – подозрительно тянет уен, пока пристально разглядывает юнхо и минги. те переглядываются между собой и синхронно жмут плечами, сразу же возвращаясь к учебникам и делая вид, что ничего не происходит.       в понедельник с самого утра половина преподавателей уезжает на научный слет, поэтому минги с юнхо решают не ехать обратно домой, а идут в библиотеку, чтобы позаниматься и освободить вечер от домашней работы и зубрежки. они как раз усаживаются за стол, когда к ним присоединяется уен и радостно сообщает, что скоро к ним присоединится и сан тоже, а пока тот толкается в очереди в кофейне, чтобы принести всем кофе и чего-нибудь сладкого.       - нет, серьезно. вы от меня ничего не скроете, и я вижу по вам, что что-то случилось, но не могу понять что.       - все в порядке, уен, - говорит чон, не отрываясь от конспекта и пытаясь найти место, на котором он остановился писать, - у нас все так же, как всегда.       - да, ен-и, - минги неловко улыбается, - ты что-то себе придумал.       - ну уж нет, -дует губы ен, скрещивая руки на груди, - я знаю вас двоих много лет, и вы обычно ведете себя не так, - уен сверлит обоих взглядом, а после вскрикивает, сразу же закрывая себе рот руками, - только не говорите, что вы серьезно поругались.       - что? – прыскает сон, махая руками, - ничего подобного. ты же нас знаешь – мы никогда серьезно не ругаемся. можем поспорить и подуться, но никогда это не перерастает в настоящую ссору.       - тогда почему вы не шепчетесь, как обычно, а сидите, как два человека, которые впервые друг друга увидели и им пришлось делать один проект против их воли?       - уен, правда, ты слишком накручиваешь, - хмурится хо, поднимая взгляд. у него все еще болят ребра, а это не добавляет настроения ни на грамм. радует только то, что царапины на лице затянулись и от них остались лишь несколько розовеющих следов, которые до завтра полностью сойдут, - мы не ругались, у нас все хорошо, и мы ведем себя, как обычно. закрыли тему.       уен затыкается ровно до того момента, пока рядом с ним не усаживается сан, расставляя на столе четыре больших бумажных стакана. чон подставляет ему щеку для поцелуя, хотя они не виделись всего минут двадцать, а после притягивает его голову к себе и возмущенно шепчет тому на ухо, постоянно тыча пальцами то в юнхо, то в минги.       - ен-и, - сан ласково улыбается своему парню, пока тот надувается и отворачивается от него, думая, что и чхве тоже сейчас начнет все отрицать, - посмотри внимательнее.       уен недоверчиво косится на сана, а после переводит взгляд на румяного минги, который дергается каждый раз, когда хо случайно его задевает локтем или ладонью. ен приоткрывает рот и впивается взглядом в юнхо, чтобы заметить, как тот пытается сосредоточиться на учебе, но у него это не получается от слова совсем.       - о боже, они-       - ага, - улыбается чхве, - они начали встречаться, - сан выставляет кулак вперед и обращается уже только к одному хо, - молодец. я знал, что у тебя получится.       юнхо улыбается как-то смущенно, что для него почти невероятно, и ударяет своим кулаком в ответ. сон рядом с ним краснеет еще больше и не знает куда ему деться от неловкости, что прямо сейчас возникает у них за столом и, кажется, не собирается никуда исчезать. ги бегает глазами по друзьям, косится на своего – уже – парня и просто страдальчески вхздыхает.       - что? нет! – уен прямо подпрыгивает на месте, - я не верю! – он зло тычет пальцем в ги и почти шипит, - я же тебе вдалбливал в голову про юнхо столько времени и, когда ты смог вытащить голову из песка и сделать его своим парнем, ничего не сказал мне? и ты считаешь, что можешь быть моим другом после этого?       - мы начали встречаться только вчера, - виновато бормочет сон, не рискуя поднимать взгляд. он надеется только на то, что сейчас появится библиотекарь, который сможет угомонить взбеленившегося чона, а еще лучше выставить его за дверь, чтобы у минги были лишние пару часов на осмысление ситуации и продумывание того, как ему попросить прощения за молчание.       - прошли уже сутки, - поднимает руки вверх ен, - ты меня очень обидел!       - мы должны были хотя бы осмыслить наш новый статус, - становится на защиту своего парня юнхо, - и ему было не до тебя вчера. ой! – хо обиженно смотрит на ги, который только что шлепнул его по плечу за то, что он не может держать язык за зубами, и снова поворачивается к уену, - ты же тоже не сразу рассказал нам, когда начал встречаться с саном.       ен поджимает губы, но понимает, что юнхо прав. как только сан и он сошлись, они двое суток не вылезали из постели, так что в словах чона есть смысл.       - не верю, что весь вчерашний день вы не вылезали из постели, - все равно хмурится уен, - не похоже на тебя, сон минги.       - мы правда не вылезали из нее. но не потому, что ты там надумал, а потому что просто обнимались и целовались, - снова отвечает за ги юнхо, а сон розовеет ушами, вспоминая. потому что после часового выяснения отношений, они на самом деле просто завалились в кровать и не могли перестать целоваться. будто если бы они остановились, то сразу же произошло бы что-то ужасное.       - подожди! – вдруг громко кричит ен, а все остальные за столом морщатся, - а как же человек-паук? ты что, расстался с ним?       минги улыбается, косясь на юнхо, а тот в ответ сжимает его бедро под столом, чтобы сон не сболтнул лишнего.       - ну, не совсем, - загадочно отвечает ги и понимает, что это было зря, потому что уен сразу же переходит на ультразвук.       - вы что, теперь встречаетесь втроем? юнхо, и ты позволил? боже мой, расскажите мне все!       юнхо закатывает глаза, а сан только посмеивается, с интересом ожидая того, как эти двое сейчас будут выкручиваться.