Осколки мира

Впервые в жизни каждого члена команды два дня плавания до залива казались адом в сравнении с месяцами ожидания очередной «жертвы». И все из-за необдуманного поступка капитана. Аманда Рид, раскрыв свои лидерские качества и харизму после гибели прошлого капитана, избиралась на эту должность уже три года подряд, и за это время ни разу не подвела команду, чем заслужила уважение каждого. Сейчас же половина людей на палубе знали: Аманда облажалась. Не вовремя проявив своё неравнодушие в тот злополучный день, женщина уже вторые сутки расплачивалась за это. Пацан мешал всем. Началось все жуткого рева, который на палубе не прекращался целый день. От него болели уши, а у некоторых - сердце. Но на просьбы заткнуться мальчик не реагировал от слова совсем. Впрочем, так же, как и на дальнейшие угрозы. Старик Ро, которому доверили проследить за Аланом, чтобы тот не выбросился за борт (хотя такой исход бы, наверное, порадовал всех), свои попытки привести его в чувства оставил на первом же часу. По итогу «спасённый», скрючившись как креветка, целые сутки пролежал в носу корабля, роняя на палубу не сравнимые по солености с мертвым морем слёзы. — Эй, ну все-все, парень. Ничего уже не изменить. По крайней мере, не всем так везёт, как тебе. Ты жив, — наутро попытался успокоить его старик, когда его сердце, не выдержав очередного потока рыданий, облилось жалостью. Все же, горе утраты не сравнится ни с чем. Мальчик, не ответив, отвернулся, столкнувшись лицом с корпусом судна и услышав прихрамывающие шаги отдаляющегося Ро. Днём принесли еду. — Поешь, — хмуро сказал Рыжий, поставив на ящик тарелку. — Нет, — сипло ответил Алан. — Тебя никто уговаривать не будет. Не хочешь - не ешь, съем я. Пацан нехотя сел, прикрывая красные глаза от солнца и мешая ложкой бульон в тарелке. Есть хотелось до жути. Попробовав мясо, которое по вкусу напоминало нечто среднее между курятиной и рыбой, он спросил: — Что это? — Черепаховый суп, — спокойно ответил мужчина, накручивая ус, и, увидев удивленное выражение лица пацана, рассмеялся, — знал, что тебе понравится. Ну что, двое суток и ты на воле. Радуйся. — Не могу. Мне идти некуда. Лучше бы я тогда… — Тебе даровали жизнь. Будь добр, живи. Да, тебе больно. Но судьбу не изменить, понимаешь? Особенно чужую. И сейчас ты можешь либо ворошить прошлое, либо жить настоящим и показать, что ты полезен. Выбор за тобой. Ты, пацан, далеко не дурак… Вроде симпатичный, не хромой, — изрёк Рыжий, и, посмотрев в глаза мальчику, с ужасом воскликнул, — ох ты ж! Да у тебя даже глаза разные! Мальчик горько усмехнулся: — Ага…Давно уже так. Мама говорила, что в левый мне что-то попало, когда я гулял с ней… И, видимо, там и осталось. Я помню только, что было очень больно. — Значит у тебя осталось воспоминание о матери. И золотая штука в глазу. — Получается, что так… — сухо ответил Алан. — С такой особенностью тебя даже можно было бы дорого продать, — рассмеялся мужчина, — но мы этого делать не будем. Алан хмыкнул, взяв в руки тарелку и выпив вкусный горячий бульон, который, казалось, согрел тело и душу. Никогда он не пробовал настолько вкусного супа. — До чего же вкусно…Спасибо, — признался мальчик. — А то. Метла своё дело знает…В общем, хватит ныть и давай затыкайся. От твоих криков болят уши и ты всех уже замучал… Тарелку отнесёшь в трюм, — честно сказал Рыжий, вставая и удаляясь в другую часть корабля. Алан сел на ящик, задумавшись. Рыжий прав, прошлое не поменять. Но что делать сейчас? А что будет после прибытия в порт? Эти вопросы терзали мальчика, заставляя осознать простую, но до слез грустную истину: он не умеет ничего. Всю его жизнь, начиная с рождения, вокруг него были помощники в виде слуг, дворецких и гувернанток, которые абсолютно не давали ему свободы и всячески ограничивали. Сейчас же ситуация перевернулась с ног на голову, предоставляя ему возможность полной свободы. А ее упускать нельзя. «Как там говорил Рыжий? Показать, что ты полезен. Я покажу им. Покажу, и меня оставят в команде. Всяко лучше, чем идти в неизвестность,» — думал он, пока спускался вниз по ступенькам с тарелкой в руках. Нечаянно оступившись в темноте, Алан перепрыгнул через две ступеньки и наступил на чужую ногу. Не успевая дотянуться до перил, мальчик тут же полетел вниз, попутно прихватив за собой высокую худощавую фигуру. — Извините, — тихо пискнул он, лежа на сбитом с ног человеке и пытаясь встать. — Ай! Черт! — выругался парень, отталкивая от себя мальчика. Встав и посмотрев в ему глаза, Алан испугался. Взгляд брюнета ничего хорошего не сулил. — Так это ты - причина моей звенящей боли в ушах, — медленно вставая, недовольно сказал он. — Вальтер, дорогой, у тебя все хорошо? — прозвучал спокойный мужской голос вдалеке за дверью. — Да! — рявкнул Морган, быстро поднимаясь по ступеням вверх. Алан молча взял тарелку в руки и направился на звук голосов, которые доносились где-то в конце «коридора». Неудачная встреча с парнем ещё сильнее ухудшило его настроение. Вальтер. До чего же имя странное… И сам он показался до жути неприятным. Но, видимо, его здесь любят. «Значит и меня полюбят,» — мысленно сделал вывод мальчик, заворачивая за угол. В камбузе царил идеальный порядок. За длинным столом сидели двое мужчин, блондин и рыжий, и периодически смеялись. У отдельного стола стоял третий мужчина, лысый, лет тридцати, который свистел что-то под нос и нарезал овощи. Пройдя вовнутрь, Алан решил как можно более незаметно поставить тарелку и быстро выйти, но тому помешал едкий смех одного из «сидящих»: — Ха! А вот и наша Сирена! Ты что тут делаешь? — Мне сказали отнести… — Сказали отнести… Хех, поставь на стол. Тебя как звать то? — Алан. — Алан значит…Вальтера не видел? Парень такой, примерно как ты… — Ну ты уж загнул, — перебил его кок. — А что, не правда чтоли? — ответил блондин, рассмеявшись, — ладно-ладно, высокий такой, с чёрными… — Видел, — ответил мальчик, тихо добавив, — он из-за меня упал с лестницы… Договорить ему не дал адски громкий хохот двух мужчин и тихий, приятный смех готовящего - Метлы. — Я то думал, что за грохот… — Бедняжка, новый костюм замарал. — Орал сильно наверное, да, салага? — мягко спросил «повар». — Нет…Он просто недоволен. — А что он, радоваться должен? — с издевкой ответил рыжий, — иди-ка наверх, сделай что-нибудь полезное. А то ревешь так, что рыба всплывает. И снова засмеялись. — Может, сами вы тоже будете вести себя хоть немного тише? — послышался все тот же уравновешенный голос у входа на кухню. — Да ладно тебе, Себастьян. Над птичкой поиздеваться за святое. Тем более, когда он не слышит. — Издеваться над молодым интендантом… Как это низко, — изрёк вошедший высокий парень лет двадцати, зачесав белые, как морская пена, волосы. Заметив мальчика, так же спокойно добавил, — а вот и причина моей бессонницы. — Как ты посмел разбудить аристократа? — не сдерживая смеха прогремел рыжий. — Гром, тебя ж когда-нибудь выкинут за борт… Обречённо вздохнув, Алан вышел из трюма наверх, вдохнул морской воздух и огляделся. Корабль был просто огромен. Гигантская по величине палуба, роскошные белые паруса и крепкие мачты из ещё не рассохшегося дерева создавали впечатление, что судно было абсолютно новым. Вокруг работали люди, каждый был занят своим делом: кто-то связывал верёвкой деревянные ящики, несколько матросов поднимали сетку с рыбой, штурман стоял у штурвала. Палуба была сухой. А потому идея ее отдраить пришла почти сразу же. Еле найдя старую швабру и такое же побитое временем ведро, мальчик привязал к последнему веревку с палубы и спустил за борт. Набрав соленую воду и с трудом подняв на судно, он разлил ее по полу. Вода постепенно растекалась, в то время как Алан начал медленно водить по палубе шваброй. По итогу вода странно скопилась в одном месте, превратившись в лужу. «Нет. Не получается,» — подумал он, откидывая швабру и уходя на другой конец палубы, где двадцать матросов поднимали белый парус. Встав сзади и взявшись за канат, Картер начал подражать действиям матросов, как вдруг последний из них рявкнул на него: — Пацан, отойди и не мешайся! — Я хочу помочь! — упрямо сказал мальчик, потянув за канат. Выругавшись, матрос отвернулся. Тянуть за канат оказалось легко. Связав этот факт со своей физической силой, а не с тем, что кроме него канат тянули двадцать человек, пацан самодовольно улыбнулся и продолжил тянуть, как вдруг услышал грохот упавшего ведра, всплеск воды и громкий лай. На полной скорости прямо на Алана неслась большая пятнистая собака. — Ловите Кракена! — вскрикнула капитан, поднявшаяся наверх из своей каюты. Мальчик вскрикнул, неосознанно двигаясь назад и со всей силы расталкивая матросов, отчего некоторые падали и отпускали канат. Парус опустился, на прежнее место, а двое мужчин в прыжке пытались отгородить собаку, но та лишь сильнее рычала и пыталась добраться до Алана. — Кракен, ко мне! — свистнул Рыжий, из-за чего собака сразу отступила, прибежав к нему. Мальчик встал, отряхнувшись и взглянув на людей, которые смотрели на него так же, как до этого Вальтер. — Подойди-ка ко мне, парень, — громко сказала женщина, потерев виски. Алан послушался. — Буду честна с тобой: я поражаюсь тому, как ты дожил до своих малых лет. Ты хоть что-нибудь умеешь? — спросила она, отходя с мальчиком дальше, к носу корабля. — Я… — Это ты разлил воду? — Я пытался… — Кто просил тебя поднимать паруса? — Никто. Если бы не соба… — Вот именно: никто. А теперь выполни всего одну просьбу: сядь куда-нибудь и не мешайся! — подытожила женщина. — Я всего лишь хотел помочь! Аманда тяжело вдохнула через нос, пытаясь не терять самообладания. Успокоившись и посмотрев ребёнку в глаза, она ответила: — Малыш, в нашей команде шестьдесят человек. И ты думаешь, что нам нужна помощь? — Возьмите меня к себе, — прямо сказал мальчик, на что капитан рассмеялась. — Это исключено. — Но почему?! — Назови хотя бы одну причину почему я должна тебя взять. На это Алану ответить было нечего, из-за чего Аманда усмехнулась. — Я научусь всему, что потребуется. Пожалуйста, возьмите меня к себе. — Никогда. Слышишь? Никогда не умоляй меня, — строго ответила она, добавив уже мягче, — я понимаю, что всю жизнь за тобой носились взрослые. Тяжело осознавать, но то время прошло. Жизнь жестока. Твоя доля - адаптироваться под новые условия, и сейчас никто не будет бегать за тобой, исполняя любые твои «хочу». Так что давай я буду первым человеком, который тебе откажет. Можешь тихо поплакать в сторонке, и посмотреть на взрослых, которые выполняют свою работу. Оставив мальчика на прежнем месте и направившись к «мостику», Аманда услышала четкий вопрос, который заставил ее остановиться: — Тогда зачем вы спасли меня? — Не знаю, — не оборачиваясь, честно ответила капитан после недолгого молчания. И сейчас, стоя около штурмана и гладя подбежавшего Кракена, она прокручивала все то, что произошло за эти двое суток. — А пацан забавный, — вдруг сказал штурман, будто прочитав ее мысли. — Скорее несамостоятельный и безбожно глупый, — ответила Аманда, почесав собаку за ухом. — Да ну? Если бы он был глупым, думаете он бы стал делать всю эту ерунду? Он остаться хочет, зуб даю. — Да знаю я, Рич. Говорили мы с ним часа три назад. Это исключено. — Ну почему же? Вальтера же тоже с трудом, но взяли… — Вальтер это исключение. Таких как он найти ещё надо, — с усмешкой изрекла капитан, сдунув мешающуюся рыжую прядь и посмотрев за борт. — Ну да. Таких капризных неженок только поискать, — рассмеялся Рич, — хотя умнее многих взрослых будет, дела с ним хорошо идут. Научить бы еще нормально картой пользоваться… — Научится…Всего два года прошло. — Так и этот научится. Вы присмотритесь только. Аманда облокотилась о перила, задумавшись. — Почему ты так настаиваешь на том, чтобы он остался? — Я просто верю в судьбу. Мне кажется, ты спасла его не просто так. А значит, для чего-то он все-таки нужен…— спокойно ответил штурман. — И именно здесь? — Но ведь именно наш корабль оказался рядом с его… — Возможно ты прав, — задумчиво протянула капитан.

***

Спустя ещё один день, на протяжении которого пацан почти не показывался, корабль прибыл к порту. Небольшой портовой городок пользовался дурной славой среди богатых сословий и большой популярностью среди пиратов, что спускали все награбленное на портовых девок и вино в первом попавшемся трактире. А потому команда, в планах которой было остаться здесь на нескольких дней, дабы передохнуть перед очередным «заплывом» и развеяться, сошла на землю, как к себе домой. — Ну все, пацан, бывай, — сказал Смит, последним сходя с трапа. — Помогите…Возьмите меня в команду. Я один, — не унимался Алан. — Поверь, это решаем не мы. Да и зачем ты нам? Компания пиратов, переговариваясь, отошли от мальчика. Рядом с ним стоял лишь один Рич. Наклонившись к Алану, он хрипло спросил: — Что, так и не взяли? На что получил лишь отрицательный кивок. — Да уж… Понимаешь, мы за это дело не отвечаем. Ты можешь договориться лишь с Амандой или Вальтером, — продолжил он, и, увидев, как пацан скривился на последнем имени, со смешком добавил, — да, с нашим мальчиком непросто. У тебя два варианта: либо ты сдаёшься и уходишь, либо дожидаешься удобного случая и говоришь с Амандой…Или Вальтером. Понял? — Да…Спасибо… — Рич. — Спасибо Рич. Мы ещё увидимся, — уверенно сказал мальчик, отходя от судна. — Уж не знаю… — со смешком ответил пират. Алан шёл в гору по вечерней улице, наблюдая за гуляками, что облокачивались о фонари, устав идти, и слыша странную смесь, состоящую из громких голосов, поющих песни, криков чаек, топота копыт и звона монет. Народу было достаточно много: кто-то просто разговаривал на улице, других же за шкирку выбрасывали из трактира. Около него Алан увидел рыжие кудри Аманды. — Я говорю нет, — резко сказала она Ро, — ему ещё жить и жить, в отличие от некоторых, а вы хотите убить его конской дозой рома? — Ну может и вина… — донёсся рядом протяжный голос Себастьяна. — Да плевать чего, я… — Аманда, я могу себя контролировать, я не маленький, — подал голос Вальтер, — и ты не можешь просто запретить мне пить. — Могу, — твердо ответила она, но, встретившись взглядом с членами команды, с обречённой улыбкой вздохнула, — могу, но не буду. Так и быть. Ро, проследи, чтобы он не умер на следующее утро. Матросы радостно заверещали, потрепав брюнета по голове, а Ро с издёвкой добавил: — Второй раз следить за детишками? Это уже слишком. — Ой, заткнись, — закатил глаза Морган, заходя в трактир и слыша бархатный смех блондина. Дождавшись, пока вся команда разбредется по своим делам, Аманда и прибившийся к ней Кракен пошли дальше, по прямой, в спешке минуя каменные домики и торговые лавки. Алан, незаметно следя за женщиной, шёл сзади, пока она резко не обернулась. Мальчик спрятался за угол дома. — Выходи уже. Я заметила тебя с самого начала, — недовольно и, возможно, немного устало, сказала она, удерживая собаку. Повстречавшись лицом к лицу с капитаном, Картер спросил: — Куда вы идёте? — Не твое дело, — отрезала женщина, на сбавляя шага. — Можно с вами? — Нет. — Ну пожалуйста…Я пригожусь вам. Я умный, смелый… — И очень скромный, да? — Ну да. В общем возьмите меня и не ошибётесь, — уверенно отчеканил он, встав перед Амандой. Кракен подошёл ближе и лизнул его руку, а капитан лишь подвинула его тело, смотря куда-то сквозь и идя прямо. Мальчик упрямо пошёл следом. Постучавшись в дверь, рядом с которой наверху была прибита странного рода вывеска, рыжеволосая женщина, Кракен и Алан вошли в помещение. За дверью оказалась до безумия странная и большая библиотека, которая была чем-то средним между хранилищем для книг и оранжереей. Вокруг раскинулись кусты с цветами всевозможных цветов и оттенков, а листья папоротников свисали с верхних полок, словно щупальца огромных осьминогов, и загораживали корочки книг. Мальчик приблизился к капитану. — Альфред, — крикнула она, оглядываясь по сторонам. Никто не отозвался, из-за чего женщине пришлось кричать ещё раз. Вдруг из кустов донёсся шорох. Собака зарычала, а Аманда взялась за саблю в тот момент, когда из них вышла девочка, по виду не младше Алана. Она несла три большие книги в руках. Одетая в белое платье, с растрепавшимися белоснежными волосами, она была похожа на призрака, которые, судя по байкам, всегда обитают в таких странных местах. — Дядя Альфред ушел довольно давно. Придёт с минуты на минуту, — пояснила она, поймав два испуганных взгляда. Голос был таким же «призрачным» и легким. — А ты кто такая? — недоуменно спросила капитан Рид. — А вам зачем? — недоверчиво прищурилась девочка. Алан же молча стоял, изучая девчонку. Лучи от лампы мягко отражались на ее коже, отчего та выглядела будто прозрачной, а зелёные глаза с недоверием смотрели на женщину. — Деточка, я вообще-то… — Аманда! — как гром среди ясного неба прозвучал громкий рычащий голос, — сколько лет, сколько зим! И Кракен здесь… Как всегда недовольный. Постарел, бродяга, за пять лет то… Мужчина, возраста капитана, но вдвое больше по размерам, крепко сжал женщину в объятиях. Чёрная борода, побитая сединой, смялась. — Альфред! Слишком долго не виделись… Борода? Опять? — рассмеялась Рид. — Все не могу дойти подстричься. А это у нас… — Алан. Найдёныш. — Приятно познакомиться, малыш, — подмигнул ему Альфред и добавил, — ну и глазища… Своих не оторвать. Аманда, ты хоть видела? У пацана глаза - загляденье! Капитан безразлично повела плечами. — А это Беатриса. Моя правая рука и помощница. — Девчонка за словом в трюм не полезет, — с усмешкой отметила Аманда, — раньше совсем маленькой была, даже не узнать теперь. — Вы раньше тоже моложе были. Но все же узнала, — хмыкнула девочка. — Вы присаживайтесь, — засуетился мужчина, двигая стулья из-за стола, — места всем хватит. Аманда, ты пока рассказывай. Надолго тут? Как команда? У Себастьяна все хорошо? Хочешь чаю? — Да, все хорошо. У всех. Чай не нужен, спасибо. На отдых закладываем неделю, не больше…Иначе наши все спустят на дешевых портовых и невкусное вино в первом попавшемся трактире. Ты же их знаешь… — Знаю-знаю. Ну а как же… Должны же люди развлекаться. Я вот свою команду уже год не видел, — садясь напротив, усмехнулся Альфред, — как Себастьян? А Ро еще жив? — Хах, Ро нас всех переживет. У Себастьяна все прекрасно, недавно создал новое лекарство, — гордо сказала женщина, подвигаясь на стуле, — справляется он отлично. — Кто бы сомневался... Дети, вы пока погуляйте, нам нужно поговорить наедине… Беатриса, кивнув Алану, вышла из-за стола и отошла вместе с мальчиком куда-то за кусты желтых цветов, что росли рядом со стеллажом старых, потертых временем, книг. — А теперь рассказывай… Что было, где были, — серьезно сказал капитану Альфред. — И давно ты тут живешь? — спросил Алан, раздвигая стебли и заходя в некое подобие «домика». — Давно. Родители бросили меня и брата, а дядя Альфред приютил у себя… Брата, правда, направил на корабль к Аманде лекарем. Себастьян, если знаешь… А ты сам откуда? — А я с другого судна. Аманда нашла и взяла к себе в команду, — соврал мальчик, — я ее… Второй помощник. — Да? А я думала разноглазых пустозвонов и трусов на корабль не берут. — Да я… — Полип у корабля. Кончай врать, я про иерархию на корабле все знаю, — резко ответила Беатриса, — хочешь впечатлить? Лучше помоги. Смотри сюда. Видишь подол моего платья? Да, ты держи низ, а я режу. Фыркнув, Картер присмотрелся, замечая около лампы три модельки кораблей: две большие и одну маленькую. — Этим кораблям просто необходимы паруса… — уточнила девочка, ножом разрезая ткань на длинном платье. — Прямо умоляет? — рассмеялся Альфред, уже второй час слушая о похождениях знакомой, — ну даёт. Со шваброй, конечно, додуматься надо было. Может, все-таки сжалишься? — Ты не первый, кто так говорит. Но сам же кого попало на свое судно не брал. — Зато свою команду сам обучал… Скучаю я по ним, жду когда навестят… И долю отдадут… Так о чем я? Этого мальчика тоже обучить можно. Другого же смогла научить, сама только что хвасталась. Подумай. — Предчувствие у меня нехорошее. Будто не надо его брать. Зря мы вообще на то судно сошли, спор того не стоил… Кстати, я ж к тебе по делу, — сказала капитан, доставая из кармана штанов камень, — ты же профессионал в этом деле. Скажи пожалуйста, что это за вид. Я уже проверила все, что могла. Он не похож ни на сапфир, ни на танзалит… Даже синий алмаз мимо, оттенок совершенно иной. Продать хочу. — Давай-ка посмотрим… — прищурился Альфред, взяв камень в руки. Но тут же выронив его на стол. — Ай! — Альфред, что с тобой? — вскрикнула капитан, глядя на согнувшееся тело напротив. На крик сию же секунду сбежались Алан и Беатриса. — Все… Все в порядке. Сердце. Закололо, — с отдышкой тихо произнёс Альфред, — пора заканчивать с ромом. А то скоро развалюсь… Аманда с облегчением выдохнула, взяв камень в руки и отойдя от мужчины, который, после недолгой отдышки, надел перчатки и принялся искать инструменты. Не найдя их в ящиках стола, Альфред, почесав бороду, ушел куда-то за стеллажи с книгами. Вернувшись с огромной лупой на лапке, сев на стул и подвинув лампу поближе, со всех сторон начал рассматривать камень. — Интересно…— пробормотал он, поднося камень ближе к лампе, отчего тот начал быстро нагреваться, — и очень странно. — Ну что? — Я не могу сказать точно… Но зуб даю, что это не сапфир и не алмаз. Видишь здесь вкрапления золота? Такого не может быть. Поджав губы и побарабанив по столу, Аманда призналась: — Прозвучит глупо, но этот камень будто горит. Знаешь, чувство тепла ладоней. Но я думала, что это лучи солнца нагрели его… Хотя на холоде случилось то же самое… А потом мне две ночи подряд снился безумный сон про очередное путешествие и ещё один синий камень. И там был голос… В это время он лежал под подушкой, но я списала этот бред на недосып из-за ревущего Алана. И потом снова. Знаю-знаю, связывать это глупо, но ты меня знаешь… — Погоди-погоди, — неожиданно громко остановил ее Альфред, — Синий камень. С золотыми вкраплениями… Как будто что-то знакомое. Вот только откуда?..Не припоминаешь? — Понятия не имею. Я прочитала все книги в своей каюте, сравнила все камни с этим… Он еще и красивый, зараза, будто из сказки. Мужчина задумчиво накрутил чёрный ус. В оранжерее наступило минутное молчание. — В сказке… — Ну или… — Аманда, это было в легенде! — резко вскрикнул Альфред. — Что? — Сейчас найду…Не слово в слово конечно, но очень, очень похоже! Быстро подойдя к стеллажу и подставив к нему лестницу, Альфред с отдышкой забрался на самый верх, попутно раздвигая листья растений. — Где же эта развалина… Вот! Нашел! — Смотри, — стоя у Аманды, и листая страницы старой книги до нужной, попытался прояснить все он, — вот! Это легенда о камне. «Камень небесный»… «Злато»… Помнишь её? Про неё каждый пират знает… Это он! Тем более, учитывая сон про следующий кусок… Аманда, дорогая, это он! — Да ну тебя! Я в легенды не верю. — Сирен видела? — Видела… — В порчи веришь? — не унимался мужчина. — Верю… — А чем это все от сказок отличается, а? Знаешь сколько пиратов желали отыскать ту сокровищницу?! И у тебя такой шанс! Черт побери, ты должна попробовать. Если не получится, ничего не поменяется. Но дай слово, что попытаешься…Или отдай его мне. Аманда задумалась. Найти камень из легенды. Надо же! Глупость какая. Она не поверила ни единому слову Альфреда. С другой же стороны, она ничего не теряет, если вдруг обнаружит где-то ещё один осколок… А если сокровище все же существует?.. — Хорошо. Да-да я попытаюсь. Только потому что не хочу его отдавать, — ухмыльнулась она, — по крайней мере пока что. Но хочу тебя попросить: все же осмотри его лучше. Мне нужна от тебя точная цена, если вдруг камень бесполезен. Я вернусь завтра, идет? — Для тебя все что угодно, Аманда, — кивнул Альфред, положив точеный камень на стол. — А сейчас мы, наверное, пойдём. Посмотрю, не надрались ли наши… — Как же я был рад с тобой увидеться, — с тёплой улыбкой сказал Альфред, пожимая ей руку, — и познакомиться с тобой, Алан… Беатриса! Черт тебя бы побрал! Это четвёртое платье за две недели! — Прощай, второй помощник, — весело сказала Беатриса, подмигнув мальчику. В момент девочка скрылась в другой части оранжереи, показав Альфреду язык. — Вот же дрянная девчонка!