Осколки мира

Спор тех мужчин не влиял на судьбу; Камень взяла — так играй же в игру: Камня владелец сильно жесток. Чтобы найти — плыви на восток, После пролива найдется земля, Сойдёшь через год — и добыча твоя…

***

Три дня, которые неспешно текли своим чередом, стали раем для команды, подарив ясную погоду и долгожданный отдых. Так всегда бывает во время «передышки» между походами в море. Пираты, забыв про пари двух товарищей, сливали все заработанное на пустые развлечения по типу выпивки и красоток из трактиров, являющимися таковыми только после пары кружек рома. Плотники в свободное от похмелья время чинили мелкие поломки своего почти нового корабля, на котором сушились постиравшиеся вещи. Другие члены команды уже в который раз купались в близлежащей речке, а умирающий со скуки и уже «постиравшийся» Вальтер ножом стриг в своей каюте непослушные волнистые волосы, отросшие ниже своей нормы — ниже плеч. Алан все эти дни скитался по городу, не отходя слишком далеко от корабля из-за страха быть оставленным на суше. Сильная тоска по матери проявлялась ближе к вечеру, отчего ему плохо спалось по ночам. Но днём мальчик мог вполне искренне радоваться новому месту и заводить новых знакомых, делая это, возможно, для того чтобы отвлечь себя от дурных мыслей. На корабле всем было не до него, и это вполне устраивало Алана. В отличие от его прошлой жизни в поместье, здесь он мог делать все, что вздумается. И быть тем, кем вздумается. Девушки, торгующие в различных лавках, запоем слушали его жуткие, захватывающие и, естественно, тайно выдуманные истории, где он был главным героем. Не переходя грань и стараясь сделать историю как можно более достоверной, он добавлял все больше деталей, иногда выставляя себя не в лучшем свете. Но девушки верили, и это льстило. Начиналось все всегда с преувеличенной, но правды: «Я мог бы стать наследником целого состояния в свои-то семь лет, если бы моя мать не вышла замуж во второй раз за мужчину, который прибрал к рукам все ее состояние. Собственно, на встречу к нему мы и плыли…» И все правда было так. Только не в семь лет, а в четырнадцать, ведь было это чуть больше недели назад. И не состояние, а лишь поместье, потому что, по сути, это единственное, что у них осталось из-за проигравшей все имущество матери. Истории Алана вызывали неподдельный восторг. Люди, а в особенности девушки, во время рассказа могли угощать мальчика, поить его чаем и дарить что-либо в дальнейшее путешествие, что маленькому обманщику было только на руку. — Да бросьте, я не могу это принять, — смущаясь и улыбаясь, ответил он, когда очередная женщина спустя несколько минут вошла в лавку со стопкой вещей. Вроде эту женщину звали Эвери, она каждый день заходила в эту лавку после обеда, чтобы поговорить с продавщицей и передать что-нибудь Алану. Сегодня же ее «дары» во много раз превзошли предыдущие. Обычно после завязывался долгий разговор, перетекающий в очередную выдуманную историю, но сегодня все шло как-то не так. Странное предчувствие того, что ему вот-вот нужно было отправиться к причалу, не давало покоя на протяжении часа, а потому мальчик решил побыстрее покинуть лавку. — Даже не думай отказываться, дорогой! Это вещи моего сына, которые ему малы. В самом деле, не выбрасывать же их? Отличное качество и… — Да-да, спасибо, я возьму, — быстро согласился Алан, вставая со стула, — благодарю Вас и, наверное, пойду в свою каюту. Уже поздно, а капитан явно ждёт меня, без моей помощи ей не обойтись… Алан быстрым шагом шёл по вечерней улице, здороваясь с уже знакомыми продавцами и держа в руке довольно тяжелую стопку. По дороге он заметил светлые, убранные в косу волосы девочки, стоявшей рядом с таким же светлым парнем. Они стояли довольно далеко от лавки Альфреда и о чём-то говорили. Узнав в лице девчонки Беатрису и переглянувшись с ней взглядом, мальчик показал язык, на что та ответила довольно красноречиво, показав кулак за спиной. Алан, закатив глаза, пошёл дальше. — Беатриса, ты же юная леди, — спокойно, но, вместе с тем, строго сказал Себастьян, — ты должна… — Нет-нет-нет, даже не думай! Тебе явно есть кого воспитывать на корабле. Меня же не смей, — твёрдо ответила она, — Алан, Вальтер — без разницы. Займись ими. Сделай из них пиратов высшего общества, но меня… Себастьян, рассмеялся, не дослушав сестру. Успокоившись, тихо сказал: — Пиратов высшего общества… Что ж, я тебя услышал… — Альфред всегда говорит эту фразу… А сегодня он сам не свой. Ходит из стороны в сторону, что-то бормочет и говорит про камни… Может зря Аманда с ним поговорила?.. Сегодня снова была у нас… Мальчик все же дошёл до причала и, забравшись на корабль, погладил уже привыкшего к нему Кракена. Они не уплыли без него. — Нашёлся-таки, гуляка, — сказал Шип — один из матросов, — не видел Смита? — Нет, — ответил Алан, убирая одежду в ящик, который вскоре должны были спустить вниз, — а у вас все хорошо? — Все как всегда, не хуже, не лучше. — Странно это все… — прошептал Алан, сев на ящик и посмотрев на морской горизонт. Небо стало розовым от закатного солнца. Третий день близился к концу, Джо все ещё ходил с длинными, но чистыми усами, а Алан, судя по всему, был единственным, кто помнил о пари, заключённом между двумя пиратами. — А вот и наш главный помощник, — прыская со смеху, объявил Гром. Мальчик помнил, что именно он в первый день смеялся над ним в трюме, а потому знал, что особой симпатии тот к нему не питает. — Не понял, — сказал Шип. — А ты у него спроси. Врет как дышит! Во всех лавках побывал, всем историй навыдумывал… — И со всех все собрал, — уверенно закончил за ним Алан и, увидев недоуменный взгляд мужчины, с улыбкой прояснил, — наболтал на два ящика добра. Сам посмотри. Шип и Гром приблизились к ящику, внутри которого лежали овощи, фрукты, странные банки, а в углу были мешочки со специями и пучки с травой. — Во втором одежда, но я на нем сижу, — уточнил мальчик, — уж что-что, а вру только с выгодой… — Ну, пацан, даёшь… Видимо болтаешь не хуже Себастьяна, — почесал бороду Шип, — он раньше тоже таким промышлял. Картер улыбнулся. Себастьян, в отличие от Вальтера, вызывал страх и отторжение в куда меньших масштабах. Алан словно зачарованный смотрел на то, как плавно он передвигался по кораблю, слушал его приятный спокойный голос и по-своему им восхищался. Безусловно, между ними двоими существовала пропасть, которая по глубине не уступала марианской впадине, но сравнение Алана с Себастьяном будто сделало эту пропасть чуть менее глубокой. Присутствие статного блондина на корабле дарило необъяснимое спокойствие всей команде. Даже Аманде, с характером которой не мог сравниться даже морской шторм. Сейчас она уже второй день отсыпалась в своей прибранной каюте, почти не выходя на свет и не показываясь на глаза друзьям. — Как же я устал, — вышел из трюма Вальтер, потягиваясь и держа в левой руке трубку. Затянувшись дымом, медленно осмотрел присутствующих. — Только встал — уже устал, — рассмеялся Гром, — курить, кстати, вредно. — Пить не просыхая тоже, кстати, не полезно. — Ах ты маленький паршивец! — Каким Бог создал, — растянувшись на одном из ящиков, ответил Морган, даже не смотря на Алана. — Ты смотри, что пацан принёс! — воскликнул Шип, — болтает чушь, но работает! — Хах… Болтать — не людей грабить, — ухмыльнулся юноша. Все три дня они не сказали друг другу ни слова. Морган делал вид, что мальчика не существует, а Алан и не напоминал о своём присутствии. Причина такого вида презрения Картеру была неизвестна. Он делал все, чтобы заслужить уважение команды, но унижаться перед Вальтером было выше его сил, поэтому он пресёк эту мысль на корню. — Да ладно тебе, Воронёнок! Алан тебе ничего не сделал, — сказал спустившийся на палубу с мачты Рыжий, накручивая ус, — или же ты конкурента нашел, м? — Да он бы никогда не смог стать им!.. — Погоди, — остановил его испуганный Шип, — Слышите?! Парни прислушались. Внизу послышался грохот и хлопок деревянной двери, а затем громкий топот. В следующую секунду, громко ругаясь, из своей каюты на палубу выбежала капитан. Волосы были взлохмачены, одежда — «ночная», а лицо исказил страх. «Случилось», — подумал Картер. — Это случилось, — еле слышно сказала она, будто прочитав мысли Алана. — О чем Вы?.. — Сон. У нас есть путь… Оно душило меня, — ещё не придя в себя после сна, ответила Аманда, ещё сильнее запутав и напугав товарищей. — Я понял! — резко встав с ящика, воскликнул Морган, — дайте пергамент, я пишу! Капитан, говорите, пока вы ещё помните… Мы с Аланом будем запоминать.

***

— Вот что мы имеем: какой-никакой путь длиною в год, предупреждение о хозяине камня и доказательство того, что спор Ваш — полная чушь, — объявил интендант ближе к ночи, когда вся команда была в сборе. Послышался смех, адресованный Клещу и Джо. — Прошу тишины на палубе, — устало рявкнула капитан, — вопрос, адресованный всем: что мы будем делать? По судну разнесся шёпот, который длился дольше минуты. На суше любой вопрос решался намного дольше. — Озвучу мнение большинства: год — это очень большой срок, — сказал Себастьян. — Да. Протянем ли мы? — Уж ты то протянешь, если будешь как всегда жрать за пятерых. — Да я! — Жрешь как свинья! — Тихо! — гаркнула Аманда, медленно встав с места, — сейчас мы должны принять важное решение. Так что давайте не будем идиотами и вместе подумаем. Даю вам час. Картер тихо сидел на своём месте, пытаясь поверить в случившееся. Вальтер обратился к нему за помощью. Да, конечно, не конкретно к нему. Но все же он позвал его, что было приятно. Пока капитан быстро повторяла строчки, Алан изо всех сил пытался запомнить их. Когда принесли пергамент, Вальтер быстро записывал все, что диктовал мальчик и, благо, все запомнилось. Он справился. Удивительно, но Аманда впервые за долгое время была напугана. Хотя после описания ее своеобразного «видения» страх охватил всех пятерых слушающих. Капитан в красках рассказала о том, как некто странный и «бездушный» тянул к ее шее свои сухие руки. Медленно обхватывая и перекрывая доступ к кислороду, начинал душить и попутно говорить то, что теперь написано на пергаментном листе. Сейчас Рид полусидела на досках, устало закрыв лицо ладонью. Никто не тревожил ее, вопросов лишних не задавал и в размышления не втягивал. Никто. Кроме Вальтера. — Аманда… Капитан. Что будем делать? — Воронёнок, дорогой мой. Все зависит от команды, — сказала она, слабо улыбнувшись, — мы должны выслушать мнение большинства, чтобы понять, к какому выводу идти. — Значит Вы… — Я никогда не склоняю команду к какому-либо мнению. В мирное время они все решают сами. Это ещё одно правило, которое тебе нужно будет запомнить. Команда громко переговаривалась и спорила, из всего этого балагана нельзя было выделить ни одной нормальной фразы. Но время поджимало, а решение уже следовало принять. — Итак, ваше мнение? — спросила капитан спустя ровно час. — Я не думаю, что это хорошая идея…— сказал Джо, — да, я понимаю, что пари есть пари. Но все же это не просто путь на месяц! Это год, вы только вдумайтесь! — Кто-то просто струсил! Опять бежишь от проблем, чернявый? — подколол его Клещ, — мы должны найти эту чёртову сокровищницу. Мы справимся! — Да! Мы в плавание не в первый раз идём, нам все нипочём! Тем более кто нам мешает иногда сходить на землю? Вдруг балаган прервал Росс — боцман. — Друзья мои, давайте успокоимся! Вы оба правы, — взяв в руки почищенный Джо апельсин, сказал он, — Да, путь не близкий, пару недель — это не год. Но ведь мы правда можем делать остановки. Не долгие, но все же этого будет достаточно, чтобы перевести дух, починить судно и плыть дальше. По пути мы все так же будем заниматься привычным нам всем делом, а значит останемся в выгоде. Если капитан увидела подсказку, это значит, что легенда правдива! — Справедливо… Но нужно обязательно посмотреть эту землю на карте. — А что тут смотреть? — весело сказал Росс, показывая апельсин, — это — наша планета. А то, где сейчас мой палец — это мы. Мы просто плывем на восток, а то есть направо и-и-и. Хоп! Находим пролив и ту самую землю. — Идея с апельсином - дно. — Абсолютно, — подтвердил Рыжий. — Точно, — добавил Себастьян. — Тогда решайте сами! — съев апельсиновую дольку, сказал Росс. — Ну так что в итоге? — спросил Вальтер. — Мы плывем, — твёрдо сказал Рич, — Но. Есть пару «но». Во-первых, нам нужно как можно лучше загрузить судно. Во-вторых, карта. Мне нужно пару дней, чтобы понять хотя бы примерный план нашего пути. В целом же меня, как и остальных, полагаю, все устраивает. Все согласны?! — Да! — громко гаркнула команда. — Сбривай свои усы, Джо!

***

Спустя ещё три дня все было готово. Рич и Аманда как могли попытались проложить маршрут на карте, Вальтер с матросами полностью загрузили судно, а Джо все же сбрил свои длинные чёрные усы, из-за чего до икоты смешил каждого члена экипажа. Все были настроены на отплытие следующим же утром. Алан наблюдал за тем, как суетятся люди вокруг него и сильно хотел помочь. Но холодный взгляд Себастьяна прекрасно дал понять, что помощь не нужна. Особенно в момент, когда тот нёс скляночки с лекарствами. — Иди погуляй, малыш, — сказал Рыжий, — меньше подзатыльников получишь. — Да, разве не хочешь проведать подружку? — со смешком добавил проходивший мимо Морган с трубкой в руке. — А с чего Вы взяли, что этот обманщик — мой друг? — донёсся звонкий голос у причала. Переглянувшись, парни посмотрели на деревянный трап, по которому поднимались Беатриса и Аманда, несшие в руках стопку вещей. Всем сразу бросился в глаза костюм капитана, состоящий из темно-красного камзола и чёрных широких брюк. Вальтер слабо улыбнулся и в который раз затянулся табаком, наблюдая за тем, как Аманда убирает одежду в ящик. — Дорогуша, курить вредно, —строго сказала она, забирая из его рук трубку и затягиваясь самой на смех Беатрисе и Алану, — мы от Альфреда, я рассказала ему... Он сегодня суетливей, чем обычно, а сердце его периодами так и колит. — Я бы посмотрела на вас, если бы по вам дважды стреляли, — хмыкнула Беатриса. — Деточка, по мне стреляли намного больше двух раз, — усмехнувшись, ответила Аманда, — просто во мне ни одного осколка. — В нем пуля?! — Конечно не вся. Но что-то да осталось… Так о чем это я? Мы с Альфредом разворошили легенду по строчкам, так что мне есть что тебе рассказать, Вальтер. Пойдём. Каюта капитана всегда была воплощением хаоса для Моргана. Как бы сильно Аманда не прибиралась в ней, все равно меньше чем через день бардак захватывал ее в свои сети. Но капитана все устраивало. В основном, хаос и беспорядок были тесно связаны с простым отсутствием времени, ведь улаживание даже мелких проблем в сумме отнимали у Аманды по несколько часов в день. А потому порядком почти всегда приходилось жертвовать. — Итак, вот что мы узнали, — сказала она, разворачивая листок со строчками легенды и накручивая на палец кудрявую прядь, — избранный человек должен быть чист разумом, смирен гордыней и силён духом. Не хочу зазнаваться, но думаю, что здесь все ясно… Столько лет пиратства не должны пройти даром. Тем более сон приснился именно мне. — Справедливо, — ответил брюнет, — а что за «алчная жертва»? — Именно об этом я и хотела поговорить. Боюсь, что здесь говорится о жертвоприношении… — Вы уверены? — Абсолютно… Других вариантов нет. — Но ведь на деле мы даже не нашли второй кусок. Поэтому я думаю, что говорить об этом рано… Никто из нас бы не смог пожертвовать другим ради любого богатства, мы ведь все это знаем и уже проходили… — со слабой улыбкой сказал Вальтер, заламывая кисти рук, — я считаю, что мы сможем «выкрутиться» и обойти эту часть стороной. Аманда задумалась. Строчка из легенды не на шутку пугала. Почему-то в мыслях возникли самые жадные члены команды. Но какими бы порочными не были ее товарищи, она бы никогда не пожертвовала ими. Если бы встал вопрос между ее жизнью и душой друга, то она бы с уверенностью отдала свою. Будучи капитаном, она делала все, чтобы защитить своих. А может, она сама — воплощение алчности? Но ведь не она сподвигла всех плыть за осколком… — Да, ты прав. Это не может быть кто-то из наших, я уверена. Наша команда хотя и любит деньги, но тот же Клещ между деньгами и чужой жизнью выберет последнее. У меня есть год, чтобы догадаться… — Даже больше года. Кто знает, сколько ещё кусков придётся собрать. — И сколько времени на это потребуется… Представляешь, прошло уже два года с того дня, как мы тебя взяли, — улыбнулась Аманда, проведя юноше по щеке, — я тобой очень сильно горжусь, малыш. И очень сильно надеюсь на твою сдержанность в отношении Алана… — Но ты… Вы… Капитан, он же безнадёжен! — начал возмущаться Вальтер, встав с места, — почему вообще нужно было брать его?! — Потому что я так решила. А сейчас он - новичок. Ты тоже допускал много ошибок. И злил меня… Да и вообще всю команду. Помнишь, как ты разбил лекарства Себастьяна? Как же сильно тогда я держалась, чтобы не выпороть тебя прямо там, в лазарете на нашем старом корабле. Алан другой, он не похож на тебя. Он громкий, наглый и много болтает. И я знаю, как тебе это не нравится. Но зачастую, в людях нас раздражает то, что мы не можем позволить себе. У тебя больше опыта, ты на несколько лет его старше, так что будь умнее: не гоняй его, а учи. Договорились, Воронёнок?..

***

Алан с возмущением посмотрел на Беатрису, которая, наоборот, хитро улыбалась ему, будто пытаясь вывести. Не то чтобы она совсем ему не нравилась. Просто вызывала весьма странные эмоции. В его прошлой жизни было достаточно друзей, но подруг не было от слова совсем. Все девчонки постепенно учились хорошим манерам, танцам и прочей дребедени. О чем с ними было разговаривать? Беатриса же казалась ему другой: она была из «его мира». Мужского. А потому вызывала неприязнь лишь из-за своего недоверия, вечного недовольства и желания показать своё превосходство. Этим она была схожа с Вальтером. Алан в шутку представил себе этих двух рядом. «Да из них бы вышла идеальная пара!» — решил он, улыбнувшись. — Что ты тут забыла? — спросил Картер. — Забыла найти твой мозг, который ты, видимо, обронил, — спокойно ответила она, закатив глаза, — я пришла попрощаться с братом. Завтра же вас здесь уже не будет… Кстати, это тебе. Беатриса открыла чехол, что был закреплён на ремне, и достала оттуда острый кинжал, не больше двадцати сантиметров в длину, с белой ручкой. — Что это? — Это кортик. Подумала, что тебе понравится. — Я же тебе не друг, зачем тебе дарить что-то мне? — недоверчиво спросил Картер, взяв в руки кортик. — Мне забрать его обратно? — нахмурила брови девочка, — бери пока дают, пустозвон, а то ещё прирежут на востоке. — Э-э, спасибо… Большое, — нервно похлопав ее по плечу, сказал Алан, — а откуда ты знаешь, куда мы плывем?! — Аманда доверяет Альфреду. А он, в свою очередь, мне. Беатриса уверенно ухмыльнулась и убрала выбившиеся из причёски волосы за ухо. Её ухмылка так и подразумевала подкол насчёт того, что самому Алану здесь не доверяет никто. Хотя, возможно, так казалось самому мальчику, который все эти дни чувствовал себя не в своей тарелке среди уверенных в себе и в своём предназначении людей. Мальчик снова посмотрел на нее, замечая обилие украшений на ее руках, шее и даже ухе. Множество колец, цепочка с изумрудным камнем, и серьга с ярким синим камешком. Одна. Его мать тоже носила украшения, но даже в отношении красоты она следовала определённым правилам. Одно из них строго-настрого запрещало носить все украшения разом. Но, по-видимому, Беатрисе на любые правила было все равно. — Ладно, мне пора к Себастьяну. Смотри не выткни себе глаз! — сказала она, слабо ткнув его пальцем в бок. — Да…Прощай, — ответил он, смутившись. — Мы ещё свидимся, разноглазый. Девочка, улыбнувшись, спустилась в трюм, из которого уже выходили Вальтер с Амандой. Капитан что-то громко объясняла своему помощнику, но, завидев мальчика, тут же замолчала. Морган улыбнулся и быстро ретировался: — Я вас понял, капитан. Аманда осмотрела палубу, почти расчищенную от ящиков с продуктами, одеждой и другими важными вещами, без которых нельзя было обойтись. Путь предстоял не близкий, а потому весь экипаж был на нервах. Вздохнув, капитан Рид тихо, но уверенно сказала себе: — Все получится.