Осколки мира

Восемь месяцев пролетели быстро, как чайка, своровавшая рыбу из сети торгового судна «le phrase». Именно оно и было приговорено к уничтожению «Баронессой». Случайно попавший в поле зрения Рича корабль был единогласно принят за очередную хорошую добычу, а потому команда принялась за привычную работу: подготовку к нападению. Пушки были заряжены ядрами, сабли ждали своего часа, а экипаж предвкушал победу в предстоящей битве, если вдруг «торгаши» не сдадутся без боя. Капитан Рид вложила пулю в мушкет. Молодой интендант, медленно пройдясь по палубе, подошёл к мальчику, что стоял у одной из шлюпок. — Капитан спрашивает, нашел ли ты место, где будешь прятаться? — Я не буду скрываться. Буду как все, — уверенно ответил Алан. — Ах-х, как это мило. Мальчик хочет поиграть в настоящих пиратов, — с сарказмом ответил Морган, проведя пальцем по сабле, — Алан, это не игра, тебя прирежут на месте. — Но я слышал план! Не хочу опять прятаться… Я смогу помочь! Морган на это лишь закатил глаза. Но вдруг в голову пришла гениальная идея, заставившая его слабо улыбнуться. Подумав, интендант сказал: — Ты не… А хотя, знаешь…Прекрасно…Прекрасно!..Тогда, полагаю, у меня есть для тебя специальное задание…Ты будешь следить за тем, чтобы все шло по плану. Понял? — Понял…А куда надо встать? — спросил мальчик, едва сдержавший радостную улыбку. — Для начала тебе нужно спуститься вниз, в мою каюту… — В твою?! — Сегодня разрешаю и в мою…Открыть шкаф… — Так…И… — Встать туда и закрыть дверь! — рассмеявшись, закончил Вальтер, — Алан, не будь дураком. Просто спрячься. Мальчик прищурил глаза и достал кортик, висевший сбоку на ремне. Медленно провёл рукой по металлу, ощутив его холод. — А если нет? — А если нет, то тебя прирежут. Выбирай сам, я тебя предупредил. Ты этим атаковать будешь?! Хах, умница, выбрал оружие себе по размеру, — с усмешкой ответил Вальтер и развернулся, намереваясь уйти. Неожиданный, но слабый укол в бок заставил его обернуться. Было совсем не больно, скорее, неприятно. И немного обидно. Мальчик улыбнулся уголком рта, держа в руке кортик. — Разве Аманда не учила тому, что нельзя поворачиваться к противнику спиной, м? — А ты, я погляжу, слишком смелый? — ответил Вальтер, аккуратно взявшись за рукоять сабли. Картер отвлеченно смотрел на действия «противника», который в этот момент приблизился к нему. Мальчик и сам не понял, как уколол его - настолько быстрой была реакция на очередную издевку. Ещё несколько месяцев назад в его голове прочно засела мысль, что Морган ничего ему не сделает. Все восемь месяцев тот относился к нему с равнодушием и едва уловимым пренебрежением. Говорил он лишь в те моменты, когда капитан Рид просила передать что-то Алану, а сама отвлекаться не хотела. Игнорирование как способ избегания проблемы - это было нечто нетипичное для Вальтера. Ведь интендант не избегает проблем. Он борется с источником. И сейчас, почувствовав боль в районе копчика, сбитый с ног Картер с ужасом осознал, что именно сейчас этот момент настал: Морган перестал игнорировать «проблему». — Ты не имеешь права называть капитана по имени, — направив саблю к горлу мальчика, сказал Вальтер, — и я не позволяю тебе открывать свой дрянной рот в мою сторону. Ты понял?! — Вальтер, прекрати! — сверху послышался рычащий голос штурмана. Боцман, наблюдавший за скандальной сценой, рявкнул: — Пацан же пошутил. Прирежешь же! — Я разберусь с ним сам! Алан, ты все уяснил? — Ты… Да. Да, я понял, — ответил мальчик, поджав губы и сжав кулаки. — Отлично. Тогда спрячься, пока не поздно, мы почти приплыли… Деревянные шкафы, что обычно стоят в трюме, вмещают в себя довольно много разного барахла. Главное учитывать максимальный вес будущего награбленного, чтобы не утопить судно вследствие перегруза. В шкафу Вальтера лежало множество самых разных вещей, начиная от книг и заканчивая странными украшениями, которые, скорее всего, должны были стать хорошим товаром на земле. А ещё в нем было душно. Даже очень. Алан потерял счёт времени, пока сидел внутри, слушая звуки боя и пытаясь расслышать своё имя в наивной надежде, что его позовут или, еще лучше, попросят помочь. Он был уверен, что сможет принести хоть какую-то пользу. Хотя Аманда с Вальтером явно так не считали. Сама собой в голове родилась идеальная, на его взгляд, идея, заставившая Алана быстро выйти из шкафа и незаметно прихватить с собой чью-то саблю, лежащую в кухне на «обеденном» столе. Картер решил доказать, что он не трус. А потому тоже сможет участвовать в драке. Тихо поднявшись на палубу, мальчик поборол желание позорно сбежать вниз и залезть обратно в ненавистный шкаф. Перед глазами предстали ужас и хаос: звон металла мерк на фоне ругательств, выстрелов и звуков ударов. Два экипажа на обоих кораблях смешались в одну дерущуюся массу, а Аманда, стоя на корме корабля, почти голыми руками отбивалась от капитана соседнего судна. В момент на помощь ей пришел Рыжий, который, встав позади мужчины, начал душить его верёвкой. «Торгаши» не стали сдаваться, и даже осознание потери большей половины команды не заставило их отступить. При этом ни один экипаж не стал стрелять в чужое судно, бой происходил сразу на обоих кораблях, и ни одна сторона не хотела лишаться корабля и оставшихся членов команды. Было видно, что битва шла к логическому завершению, но обстановка все равно выглядела довольно жутко. Алан крепче сжал довольно тяжелую саблю в руках. Глазами найдя Себастьяна, уверенно побежал к нему, тогда как сам блондин довольно хорошо справлялся и в одиночку, попросту топя противников. — Вы могли просто сдаться. Тогда бы никто на марал руки, — с привычным спокойствием в голосе ответил он, держа за шкирку мужчину и в эту же секунду сбрасывая его за борт, — и особенно я. Картер остановился рядом с «убийцей», а вся самоуверенность резко пропала. В голове пронеслось осознание: почти такая же команда убила его мать. Именно из-за таких, как они, весь экипаж лежит мёртвый под водой, а он остался совершенно один. И ведь Аманда говорила абсолютную истину: доброту сьедает жажда наживы. Эта жажда присуща всем пиратам, и команда, членом которой он стал, не являлась исключением. Они такие же монстры. Мальчик опустил саблю и начал неуверенно пятиться назад, как вдруг почувствовал спиной опору в виде человека, который тут же схватил пацана за шею. — Хах, ты то что здесь делаешь, щенок? — сказал незнакомец в форме, развернув его к себе, — пошёл бы ты отсюда, пока не прирезали. И оттолкнул Алана от себя. — Ну, что стоишь? Беги. Я детей убивать не собираюсь... Страх мальчика сменился на гнев. Даже враги не воспринимали его всерьёз и шпыняли, как «щенка». На душе стало противно, а злость полностью захватила его, отчего Алан взмахнул оружием перед лицом противника, начиная драку, в которой так давно желал себя показать. Но мужчина моментально среагировал, достав саблю и вовремя отбившись. — Видимо, придётся поступиться принципами… — ответил он, скрутив свободной рукой чужую и убрав оружие. Вместо сабли достал мушкет, который направил прямо на Картера, чья самонадеянность вмиг улетучилась, оставляя за собой шлейф жизни, что проносилась перед глазами. Шатен затаил дыхание, ожидая конца. Но нажать на курок не дал удар в голову, от которого незнакомец прикрыл глаза и упал на деревянные доски. Вальтер стоял позади, отряхивая руку. — Ты совсем идиот?! — рявкнул он, — живо ушел! Себастьян плавно подошёл к Алану, усмехаясь: — Вальтер, перестань обзываться. Алан, если ты хотел помочь, то пришел довольно поздно. Похоже, враг повержен… Обстановка и вправду стала тише, оставшиеся из «торгашей» постепенно сдавались, другие же лежали на палубах обоих кораблей. Лишь четверо все ещё пытались дать отпор, но с ними разбирались капитан и ещё восемь членов команды. — Но они не враги, — резко сказал Алан, — враги - мы. Это мы напали! Вы все убийцы! Такие же, какие были на моем корабле…Тогда. — Тогда зачем ты сам начал нападать, м? — усмехнулся блондин. Вальтер поджал губы и отвел взгляд, будто стараясь не замечать неловкую тишину. Алан с размаху кинул саблю и все же спустился вниз, так и не сумев дать какого-либо ответа. — Ты ведь тоже думал об этом, — сухо изрёк Себастьян. — Да. До того, как совесть исчезла, — усмехнулся Морган. — Советую тебе поговорить с ним. Без насилия, ты же у нас интендант, ты должен быть сдержаннее. Мальчик многое пережил. Тем более у вас с ним есть что-то общее… — Ни за что! — вспыхнул брюнет, — да он!… — Он теперь часть команды, хочешь ты того или нет. А ты сейчас ведёшь себя как капризный ребёнок. Может, зря тебя… — Только попробуй!.. — …Назначили на эту должность. Вот подрастешь, может и жаловаться на всех перестанешь, — с теплой ухмылкой закончил Себастьян, уходя к Алану. — Вот же мразь, — процедил сквозь зубы Вальтер, до боли сжав кулаки. Все внутри скрутилось в единый комок злости, обиды и страха. Страха того, что Себастьян был прав. Блондин попал прямо в больную точку. Как бы Морган ни старался, как бы ни выкладывался на такого рода «работе», все равно в душе оставалась доля сомнений. Зарабатывать авторитет в команде было трудно, а особенно в ситуации, когда ты тот, «кого пожалели». Да, в этом аспекте у него с Аланом было много общего, хотя признавать это интенданту не хотелось. Так же, как не хотелось признавать факт того, что блондин знает о всех его жалобах капитану. И нет, Аманда бы никогда не рассказала. Все было куда проще: каюта капитана находилась прямо за стенкой от лазарета, где работал Себастьян. Вряд ли тот подслушивал, просто Аманда была слишком громкой, особенно в моментах оправдания поведения каждого члена команды. Вальтер нервно выдохнул. Нет, Себастьян не прав. Он все делал правильно, идеально выполнял все надлежащие обязанности, и, если опустить глупые шутки, команда ценила его. Единственной проблемой, выбивавшей его из колеи, был пацан, но и это можно было решить. Но позже. И потому интендант Морган, отбросив глупые сомнения, но не забыв обиду, уверенно пошёл помогать команде, что постепенно разворовывала чужое судно. Хотя в голове все так же крутились едкие слова блондина, который к тому времени уже нашёл мальчика в трюме. Алана переполняла злость. Сидя на ступеньках, он боролся с подступающей истерикой и желанием разнести все вокруг себя. Но тому препятствовала совесть и появившийся буквально из ниоткуда Себастьян. Парень тихо сел на две ступени выше и совершенно не нарушал тишины, стоящей при входе в трюм. Картера била мелкая дрожь, а нос начало неприятно пощипывать от надвигающегося цунами из слез. — Ну что, хорошо подрался? — усмехнулся Себастьян. — Отстаньте… Я сойду, как только мы доплывем. Ваша жизнь не для меня. Я бы никогда не смог быть… — … Убийцей? Картер поёжился от названного блондином слова, которое комом стояло в горле. — Да. — Ну, никогда не говори «никогда», Картер. — Нет. Я бы не смог…Пока я нахожусь здесь, чем я вообще отличаюсь от тех головорезов? — хрипло спросил Алан, вытирая скатившуюся слезу. Блондин на это лишь вздохнул. Но, помолчав немного, все же бархатно и спокойно ответил: — Ничем. Однажды я сказал это Вальтеру, и теперь скажу тебе: находясь здесь, ты будешь таким же. Сейчас у тебя два варианта: либо ты уходишь и скитаешься где-то совершенно один, либо обретаешь своеобразную, но семью… Выбор за тобой. Алан молчал. Отчаянно хотелось заплакать навзрыд, но слёзы бы не смогли помочь. В голове был настоящий шторм, самые разные мысли и эмоции слились в одну большую массу, сдавливающую голову и перекрывающую кислород. Лёгкие саднило. — Чувствую себя как тот мужчина… — Какой? — Который утонул. Себастьян поджал тонкие губы. — Знаешь, иногда нужно достигнуть дна, чтобы оттолкнуться и всплыть наверх, — сказал он, встав со ступеньки и направившись к выходу, — Алан, ты уже на дне.

***

Землю найти было проще простого,  Теперь избегайте вы гнева людского. У дочери старшей найдешь ты осколок Так часто гуляет та в мире иголок. Свобод не имеет, обман разгляди Везде по пятам ходит пёс на цепи… Спустя ещё два месяца и три разоренных корабля «Баронесса» увидела землю. Прошёл ровно год, а значит, приснившиеся капитану слова оказались правдивы, чему экипаж был несказанно рад. Удручало лишь две проблемы: поиск камня в огромном городе и невозможность «открыто» заплыть в порт, ведь тому мешала стража. Первая решилась почти сразу, когда однажды утром Аманда, в последнее время страдавшая бессонницей, проснулась в панике. Алан, быстро осознав ситуацию, начал снова запоминать очередную подсказку «извне», а Рыжий аккуратно выводил каждое слово на пергаменте рядом с прошлыми плавающими буквами интенданта. На разгадывание ушло трое суток, но команда так и не приблизилась к ответу, и потому обоюдным решением стало решить «загадку» по прибытие в город, где можно поговорить с людьми, что так любят «перемывать кости» правителю. С фактом того, что «старшая дочь» из сна - это наследница престола не спорил ни один из членов команды. Правитель государства, к столице которого подплывало судно, славился своей скрытностью. Страх разорения своей земли был слишком велик, а потому под жесткий контроль попадало абсолютно все, начиная от торговли и заканчивая семьей. У правителя было две дочери. Обе считались завидными красавицами, которых ни один не был достоин. Жизнь их состояла из запретов и беспрекословного подчинения, которых девушки изо всех сил старались не замечать. Старались до смерти младшей, что в итоге не выдержала такого существования. А после трагедии стало хуже. Несчастный отец, поддавшись безумию, сильнее калечил свою теперь единственную дочь, которая попросту лишилась минимальной свободы. Выходить в город без стражи было строго запрещено, за каждым действием следили слуги, а за каждым вдохом - нанятый лекарь. Единственной «отрадой» были многочисленные наряды, на которые отец совершенно не жалел средств. Народ, хотя правителя и уважал, не упускал возможности за глаза обсудить девушку, которая больше была похожа на красивую, но такую неживую куклу, одетую в самые прекрасные платья, ткани для которых доставлялись из других стран. Торговые же отношения были налажены лишь с тремя государствами, а для остальных существовал «занавес». По этой причине было решено спрятать корабль в бухте за скалами, а до туда добираться маленькой командой, которую отобрали Капитан Рид и Вальтер. Последний, к слову, так больше и не заговорил с Себастьяном после их последней ссоры и даже простуда не смогла стать поводом для обращения к лекарю. Болезнь интендант как обычно переживал «на ногах», а любое предложение остаться в каюте воспринимал слишком остро. Особенно, когда капитан начала отбирать людей на поиски. Тогда Вальтер едва уговорил Аманду не оставлять его и даже согласился на компромисс в виде отбора в команду Алана, чтобы тот «проявил себя и разговорил жителей», отчего сам мальчик был на нервах. Два месяца для Картера прошли неспела, но стали слишком насыщенными. Он так же, как и Вальтер, больше не пересекался с лекарем, но вывод из их последнего диалога сделал. На осознание ушли не одни сутки, а принять ситуацию так и не получилось. Поэтому мальчик, чтобы отвлечься, с самых азов постигал «пиратскую жизнь»: учился драить палубу, запоминал созвездия, отбирал нужные вещи на разоренном судне и каждый раз пытался оправдать свои действия. Не получалось. И когда капитан позвала его в команду для поиска, он сразу согласился. Ведь тонущие частно берутся за любую вещь, чтобы не думать о дне.