Замена 2. Потерпеть поражение.

Утро среды начинается с твёрдой и непоколебимой решимости Гордеевой наведаться к руководству и потребовать вернуть её к работе, потому что «почти месячный отпуск — это уже слишком». Заодно встретиться с сестрой, подругой и кем-то ещё Джокеру незнакомым, чьё имя она не называет. Слова Джокера о том, что Завьялову виднее и вообще сейчас не то время, чтобы спокойненько шляться по Охте и разгребать чужое дерьмо, успеха не возымели. Дублировать Дианины же угрозы он не рискнул, тем более что и прав у него таких нет. Пришлось смириться и отпустить на все четыре стороны, взяв обещание: звонить по любому поводу и, в случае чего, подключать всех его людей. Когда в полдень за Дианой закрываются ворота, Джокер садится за стол с бокалом чая и исписанным блокнотом. За неделю парням удалось нарыть не так много информации, но некоторые детали напрямую указывают на то, что нужен им именно Сутылин. Если всё, что он сейчас проворачивает, напрямую касается Ворона и того, из-за чего он погиб, пора начинать ответные действия. — Ещё ж с Клещёвым и Сватом спелся. От одного упоминания последнего сводит зубы. Болезненные воспоминания рвутся на первый план, но места для них слишком мало. Отступая, задевают нервы. Но Сашу волнуют не собственные эмоции, а чужие мотивы. Всё не просто так, не случайно и внезапно, а взвешенно и продуманно. Вопрос в том: как давно зам главы района и старый «друг» решили пойти против Ворона и устранить его? И кто ещё из приближенных и знакомых к этому причастен? «И зачем подставлять Диану?» Это хуже всего укладывается в голове. Не проще ли и надёжнее свалить всё на самого Джокера, ведь они же в курсе, что он остался в живых. Его люди вряд ли поверят, но у тех, кто всё это провернул, наверняка есть доказательства того, что он не сгорел со всеми остальными. А если он жив и до сих пор ни с кем не связался — подозрительно. Зачем приплетать девчонку, которая не представляет никакой угрозы? Она ведь на Ворона не работала. Либо же это сделали, чтобы выманить Джокера наружу. — Да что за херня?! Дёрнув себя за волосы, он роняет голову на стол. Плечо отзывается слабым давлением в зажившей ране, и Саша тяжело вздыхает. Он совершенно ничего не понимает. Ну не могли его случайно не устранить, по невнимательности. Не могли. Значит это кому-то надо. Но кому и с какой целью? Выставить предателем, спустить всех собак вместе с остатками штата Ворона и ментами, посадить и… Что? Не проще ли сразу убить, чем отпускать и потом выманивать? Разве что он нужен кому-то живым и частично беспомощным, чтобы можно было для чего-то использовать. — Ладно. — Он качает головой и проводит пальцами по подбородку. — Подождём, когда предъявят. От пацанов новостей нет, значит Сутылин в офис со всеми обещанными сопровождающими ещё не заявился. И пока неясно — хорошо это или плохо. Готовится ударить посильнее, чтобы решить всё и сразу, или всё же что-то не получается? Да и Сват с Клещёвым последние дни заняты другими делами, с Сутылиным контактируют только по телефону, никаких личных встреч. Последний раз пацаны видели всю троицу вместе утром субботы, когда зам главы района передал Сутылину деньги и какие-то документы. Встреча длилась тридцать две минуты, после неё все разошлись в разные стороны и больше не пересекались. Может уже всё решено и им незачем больше встречаться. Джокеру же с парнями остаётся только собрать информацию, набраться сил и выйти в свет с доказательствами предательства. Не так уж и сложно на первый взгляд, учитывая всё то, что у них уже есть. И больше Сашу радует, что выдастся шанс отомстить Свату. Он же не думал, что на прощении Ворона всё закончится?

***

— Надо же, какие люди объявились, — усмехается Диана, выходя из машины, припаркованной у здания РОВД. Звонок неожиданно поднимает настроение, хотя в любое другое время она послала бы его куда подальше. — Не зубоскаль, Гордеева, ты ж не сестра, — отвечает Виктор Андреевич, вдруг соизволивший напомнить о себе. — Я по делу. — И чего ж вам надо, неуважаемый дезертир? Диана ничего от коллеги не слышала с того самого момента, как улетела в Москву как минимум ради того, чтобы он до неё не докапывался. Номер Тельцова вылетел из чёрного списка в ночь с четверга на пятницу, потому что Гордеева себя убедила, что он всё понял и звонить не станет как минимум до первого рабочего дня. Но тишина от коллеги затянулась ещё на полторы недели. Если учесть, что он исчез не только из города, но и с радаров, Диана вообще не ожидала услышать его раньше, чем закончится весь этот бандитский «бардак». И то, что Тельцов позвонил именно ей, настораживает больше, чем все планы Ворона вместе взятые. — До меня тут слушок дошёл, что виновные в смерти Ворона и Джокера собираются тебя крайней выставить. Диана от такого заявления резко тормозит и, развернувшись, садится на скамейку перед зданием отдела. — Это шутка такая? — Да какие уж тут шутки, — раздражённо бросает Тельцов, слышится шуршание. — Некоторые уверены, что ты полезешь в это дело и раскопаешь чего-нибудь этакое. Поэтому они хотят тебя побыстрее убрать. Они сначала сами хотели, но когда люди Ворона начали действовать, те поняли, что они и без начальства на что-то да способны, и решили их руками тебя… Ну, ты поняла. — Поняла. Диана кивает, уставившись перед собой. Тут она и догадывается, о чём вчера говорили Джокер с Мэтром, когда он ушёл в комнату, а после вернулся заметно напряжённый, но особо вдаваться в подробности не стал. Он рассказал о том, что касалось именно Ворона и Сутылина, явившегося в офис, но некоторые детали всё же упустил. Диана сразу поняла, что он что-то скрыл, но не стала расспрашивать — может потом поделится, когда ситуация разрешится. Хотя кто знает, возможно всё не так, как она считает. Но откуда Тельцов обо всём этом знает? — Виктор Андреевич, вы как-то слишком осведомлены для человека, которого и в городе то нет, не то что в районе. — Я, Гордеева, знаю всё. Работа такая. А ты, будь так добра, не лезь, взрослые сами во всём разберутся. Диана рот открыть не успевает, а в трубке уже короткие гудки. Она невесело усмехается. — Вот уж спасибо. И убирает телефон в сумку. Теперь совсем не удивительно, что Саша что-то скрывает, кошмары не отступают ни на шаг, а тревога так и витает в воздухе. Но стоит ли так сильно переживать? Люди Ворона частично под контролем Джокера и особо доверенных, сам Вениамин Сергеевич жив, здоров и готов в ближайшие дни порешать половину проблем всего района. Ей ведь наверняка ничего не угрожает. «Ты особо-то на других не полагайся, — подсказывает внутренний голос Сабировским тоном. — Джокер может и приказал тебя не трогать, но все ли послушаются? Тем более никто не обязан слушать тех, кто наравне с остальной мелкой шушерой». Неохотно приходится согласиться. Кто-то к Мэтру с Углом прислушается — хотя бы те, кто работает непосредственно на Сашу и прекрасно всё понимают, — но точно не все. И та часть, что пойдёт против, может спокойно подловить её и горло перерезать. Но всё же есть крохотная надежда… Когда Диана поворачивает голову направо, знакомая куртка исчезает на поворотом. — Так, ладно, я не просто так сюда притащилась. Поднявшись, Гордеева заходит в отдел и сразу же направляется в кабинет Завьялова, очень рассчитывая застать его на месте. Конечно, можно будет подождать или наведаться в главк — его больше никуда и не носит, — но это лишняя трата времени и нервов. Но громкий голос из кабинета убеждает, что Диана удачно заглянула. Когда она отвлекает полковника стуком дверь, он с кем-то разговаривает по телефону на повышенных тонах. — Войдите, — кричит Завьялов и, увидев Диану, указывает рукой на стул, продолжая разговор. — Мальчишка грамотно работает, а ты, вместо того, чтобы самому со всем разобраться, видимо, ждёшь, когда он твои проблемы разгребёт. Речь прерывается на короткое время, Роман Евгеньевич устало потирает переносицу и тяжело вздыхает. Собеседник говорит тихо, Диана даже не может по голосу понять кто это, но голова вдруг начинает кружиться, словно мозг уже догадался, но не успел всё разжевать хозяйке. Всё будто на поверхности, стоит только открыть глаза. — Я бы на его месте тебе морду набил и был бы прав, только он слишком тебя уважает. Ладно, узнаешь о встрече — звони, мы тоже подъедем. Завьялов бросает трубку и кривится. Затем переводит взгляд на Диану. — Ты насчёт работы? Та кивает. — Роман Евгеньевич, я не то чтобы не рада лишние пару дней дома посидеть, но мне кажется, что я всё же могу быть полезна здесь. Он смотрит на неё долгим, задумчивым взглядом, будто решение даётся ему с большим трудом. Только вот Гордеева чувствует, что он просто испытывает её на прочность. Ждёт, когда она сдастся и скажет, что поспешила с такими заявлениями. Сам же говорил: «На районе неспокойно, сейчас вся бандитская шайка-лейка выползет и устроит кровавую баню. Нечего тебе пока здесь делать, опасно. Да и мне за тебя… в общем сестра твоя мне не простит, если с тобой что-то случится. И не суй мне в нос свои погоны, я и без тебя всё понимаю!» — Давай так, — начинает Завьялов, — мы подождём до завтра, пока всё не разрешится, а в пятницу можешь выходить. Я знаю, что ты в курсе, — он тычет пальцем в трубку телефона, — того, что сейчас на районе творится. И что знаешь больше, чем Джокер. Деталь мозайки в миг встаёт на место, и Диана испытывает сильное облегчение. В мозгу щёлкает: значит он с Вороном разговаривал, значит не только её втянули в эти тайны мадридского двора. Только за Сашу становится ещё обиднее, будто все про всех всё знают, а его обделили как недостойного. — Надеюсь, он никому морду бить не будет, — бурчит она себе под нос, но Роман Евгеньевич прекрасно всё слышит. — Пусть бьёт, может легче станет. Диана поднимается, чтобы покинуть кабинет руководства, но останавливается почти на пороге и пересказывает Завьялову всё, что рассказал ей Тельцов. На всякий случай имя старшего коллеги остаётся за скобками. Полковник хмурится. — Тогда тем более посиди пока у себя в Заневке. Ничего, поймаем их на сделке, и всё закончится.

***

Джокер успевает дважды переговорить с Мэтром, выпить литр чая, перекусить и пару часиков поспать, прежде чем автомобиль Гордеевой объезжает дом и останавливается у опущенных ворот гаража. На часах почти девять. Вид у Дианы вроде бы вполне обычный — разве что очень уставший, — но Саша подмечает тревогу и волнение, когда её задумчивый взгляд дёргается, стоит ему только коснуться её плеча — на слова она никак не отреагировала. — Всё нормаль… — Мэтр тебе сказал, что на меня там что-то свалить хотят? — перебивает Гордеева, смотря ему в глаза. Чуть сдвинув брови, Саша молча кивает. Она не должна была об этом узнать, по крайней мере пока. Джокер планировал вообще оставить это в тайне, своими силами сведя угрозу к нулю и сделав так, чтобы ни один человек Ворона не посмел усомниться в том, что Диана Гордеева полностью на их стороне. — А ты откуда знаешь? — Тельцов сказал, — пожимает плечами она, а Саша наблюдает расширившимися от удивления глазами. — Мол меня решили устранить руками ваших людей, пока я чего-нибудь интересного не раскопала. Запрокинув голову назад, Джокер выдыхает и садится рядом с ней на ступеньки лестницы. Вот уж от кого он такого не ожидал, так это от Тельцова. И надо же, как он только умудрился заполучить такую информацию, находясь чёрт знает где и чёрт знает как выйдя на связь. Пацаны его отыскать не смогли, а он взял и сам объявился, причём так вовремя. — Ну а он откуда знает? — Связи, — коротко отвечает Гордеева и, усмехнувшись, добавляет: — Работа у него такая: всё знать. Ты сам-то почему мне не сказал? Саша вздыхает. — Думал сам быстренько всё решить, чтобы у тебя было меньше поводов нервничать. Он ожидает, что Диана хотя бы скажет, что стоило обсудить это с ней, а не замалчивать и надеяться, что всё успеет сложиться хорошо, прежде чем до неё дойдёт слух. Но ничего подобного она не произносит. Джокер замечает краем глаза улыбку. Чуть наклонившись вперёд, Диана касается его подбородка кончиками пальцев и целует в щёку. — Ты же мой заботливый человечек, — шепчет она и вдруг резко встаёт, меняет тему. — Надо что-нибудь съесть перед сном. Ты будешь? А у Саши перед глазами будто крохотный взрыв происходит. От одного лёгкого, мимолётного движения прерывается дыхание и закладывает уши. Кажется, словно с ним что-то не так. Только он всё в себе прекрасно понимает, как и то, почему прежде такого никогда не было. И Диана тоже всё поняла, потому и отстранилась. Потому и не смотрит на него. Джокер тут же поднимается следом и берёт её за руку. — Слушай, давай п… В этот момент свет в коридоре мигает и гаснет. Посёлок в одно мгновение погружается в темноту.