Прекрасный ад

Асия проснулась на своей постели. Подумала, что все вчерашнее — глупый сон или фантазия. Но, боль в бедрах, в спине отдавалась звоном по всему телу. Было неприятно. В горле пересохло. Рядом Валера лежит, спит. Живой, невредимый. Кощей сдержал свое слово. Вытащил почти всех. Осталось пару человек. Они посидят условно. Пятнадцать суток. Асие больно. Асие плохо. Асия была разбита. В сердце туго. Оно разбито. На множество разных осколков. Ей мерзко от себя. Ненавидела себя. Хотела повторить то же самое, что и Айгуль. Она ненавидела себя. Потерла веки до разноцветных кругов. Посмотрела под одеяло. В одном белье. Шмыгнула носом. Вчера ночью, когда вернулся Туркин, он трогал её. Трогал там, где прикасался Кощей. Асия закусила губу почти до крови, плача. Старалась закрыть рот ладонью, но выпустила жалостливое хныканье. Валера разомкнул веки. Посмотрел на девушку, вытирая подступающие слезы большим пальцем. — Ты чего? — он еле улыбнулся, гладя девушку по щеке. — Я должна кое в чем признаться, — хоть и Кощей говорил не говорить никому, но она так не может. Пускай её поливают грязью, называют дешевой шлюхой. Но, она сделала это ради любви. Ради своего Валеры. — В чем? — парень поднял брови, смыкая их в центре, хмурясь. — Я… — сглотнула тяжелый ком, прочистила горло от сухости, — Кощей… он… у нас была близость. — И? — губы парня дрожали. Он убрал руку с лица девушки, чуть отодвигаясь от неё. — Чтобы ты вышел. Чтобы универсам был свободен. Он… — Помолчи, — Валера зажмурил глаза. Не верил ей. — Правда? — Да, — выдыхая ответила Асия. — Ты можешь всем рассказать. Можешь меня загнобить. Я достойна этого. — Нет, — перебивает её. — Никому не говори, ясно? — его взгляд стал грозным, злым. — Я убью его, если он проболтается. — Не станет. Я несовершеннолетняя. Он попросту забоится, — успокоила Суворова. — Тебе было приятно? — Нет. Ни разу. — Ладно, — он потёр лоб. — Но, мне нужно будет тебя наказать… — протянул парень. Его зеленые острия заискрились каким-то похотливым огоньком. Асия сжала руки в кулаки, вонзая ногти в ладони. Оставляя красные отметины. Не верила словам Туркина. — Как… в смысле? — Узнаешь, — он улыбнулся. — Если в школу пойдешь, задержись. Домой в семь приходи. Хорошо? — Хорошо. Но зачем? — Говорю ж, узнаешь, — и чмокает её в лоб. — Собирайся. Спустя час девушка собралась. Надевала куртку, шарф. Взяла в руку портфель со скрипкой. Попрощалась с Туркиным. Он даже ей завтрак приготовил. Вел себя непринужденно. Словно ничего и не было. Словно её признание проскользнуло мимо его ушей. Она ушла. Плакала. Была виновата. Безумно ненавидела себя. Хотела вскрыть вены, застрелиться, задушить себя. Всё что угодно, дабы проститься с жизнью. А Валера набрал знакомый номер. На той стороне гудки. На той стороне тихо. Дышал рвано. Руки тряслись. — У аппарата, — знакомый голос словно эхом раздался в ушах парня. Поднялось давление. Сердце начало биться учащеннее. — Это Турбо, — сказал он. — Придешь? Пятый микрорайон, дом семнадцать. Подъезд третий, квартира двадцать пять. — Зачем? — Вопрос решить надо. — Приду. Во сколько? — К шести. И человек на том проводе сбросил трубку. Валера выронил телефон с рук, спускаясь спиной по стене. Сжал челюсть, плакал. По щекам знакомые дорожки слез, обжигая холодную кожу. Шмыгал носом. Тер глаза. Повесил обратно телефон. Ушел в ванну. Ему нужно принять душ. Потом зашел в аптеку. Купил смазку, пачку презервативов. Зашел в магазин. Купил вино, сыр. Потратил последние деньги с видеосалона. Вновь потер глаза от соленых слез. Зашел домой. На часах пять. Решил убраться. Ровно в шесть раздался звонок в дверь. На Валере его черная кофта, черные спортивки. Открыл дверь. В подъезде мужчина. Стоял, облокотившись, нагло улыбаясь. Валера отошел, впустив его внутрь. Закрыл за ним дверь. Мужчина разделся. Повесил пальто, положив коричневую шапку на тумбу. Валера провел его на кухню. На столе мужчина заметил вино, презервативы, сыр и смазку. Ухмыльнулся. — Ты че? — Кощей рассмеялся, — Я с тобой ебаться не собираюсь. — Не со мной, — Валера выпустил смешок. — У тебя были тройнички? — Только с девушками, — ответил он. — Будет со мной. И с Асией. Я все знаю. — Ебанулся? — Кощей повел пальцем у виска, — Я не буду ебать её на твоих глазах. Дебилоид, блять. — Тогда, я схожу в полицию и расскажу, что вы трахались. Что это было изнасилование. В курсе же, что она несовершеннолетняя? Кощей закусил губу. — Ладно, — поставил руки в качестве защиты, шмыгая носом. — Когда она придет? — Через час. Посиди пока в спальне. Это сюрприз. — Ага. Долбаеб… Спустя час Асия пришла. Открыла дверь своим ключом. В квартире темно. Свет горел только в спальне. На улице темно. — Валер? — шепнула она, проходя в свою комнату. — Привет, — встретил парень, целуя девушку в щеку, держа руки за спиной. Дверь закрылась. Асия повернулась. А там Кощей. Самодовольно улыбаясь. Чертов извращенец. — Что происходит? — голос девушки дрожал. — Твое наказание, — Туркин расплылся в ухмылке. Асия задержала дыхание. К ней сзади подошел Кощей, скользнув ладонями по её фигуре, сжимая бедра. Валере было больно смотреть на это, но другого способа наказать девушку не было. Она чуть вздрогнула, но стояла на месте. Взгляд парня манил её. Касания мужчины прошли вниз, касаясь её зада. Он сжал булки, а затем шлепнул. Валера подошел спереди, прижавшись к её груди. Положил руку на бугорки, стал сжимать, касаясь сосков, теребя их. — Что… что вы делаете?! — вскрикнула девушка. Но они ничего не ответили. Кощей взял девушку на руки, грубо кинув её на постель. Она упала на мягкие подушки, зажмурив глаза. Боялась. Стала плакать. Слезы Асии убивали Валеру. Но он молчал. Не мог прервать процесс. — Раздень её, — сказал Кощей. Валера стал снимать с неё школьную форму, чуть не разрывая ткань. Туркин бросил одежду на пол, попутно снимая с себя колючую кофту, оставаясь топлес. Кощей последовал его примеру. Теперь парни стояли полуголыми, улыбаясь. Асия подумала бы, что это страшный сон. Ущипнула себя по руке, но не проснулась. Это реально. Весьма. Руки Кощея прикоснулись к её грудям, сжимая их. Он впился губами в её соски, беря в кольцо. А Туркин же скользнул вниз, прикасаясь уже к влажному клитору, разъединяя мокрые складочки. Асия выпустила стон. Парни ласкали её, портили. Кощей расстегнул ширинку своих джинс, опуская их вниз. А затем полностью избавился от одежды. Его член стоял. Твердый, упругий. Чуть больше, чем у Валеры. Затем прикоснулся членом к её щеке, подставляя к губам, шлепая им. Она невольно открыла рот и Кощей протолкнулся внутрь в её щечку, улыбаясь, простанывая. Валера закрыл глаза. Смотреть на это и возбуждает, и раздражает. Хотел врезать мужчине, но не мог. Его член стоял. Настолько же твердый. Затем провел членом по её грудям, пока Кощей грубо трахал девушку в рот. По всей комнате разрастались хлопки его яиц об её щеки, хлюпание и другие мерзкие звуки. Асия хотела закрыть уши, но руки словно превратились в огромные мешки с песком. Тяжелыми. Туркин надел на член презерватив, затем надавил на кончик пальца смазку. Размазал содержимое по всей длине и пристроился к влагалищу девушки. Даже не спрашивал разрешения. Даже ничего не сказал. Грубо толкнулся бедрами, войдя во всю длину. Асия промычала. Член мужчины заполнял её рот, проходился головкой по стенкам горла. Асия давилась. — Хорошая девочка, — шлепнул её по щеке рукой. Вытащил член, затем снова вошел в рот. А Туркин начал трахать. Бил её ладонями по ляжкам, оставляя красные следы от ладоней. Он стонал. Громко. Пошло. Девушку перевернули задом. Туркин под ней, врывался в её влагалище. Кощей надел на член презерватив, выдавливая смазку. Обмазал им орган, затем надавил содержимое на кончики пальцев. Пристроился ими к её анусу. Дырочка была узкой, маленькой, еле видимой. От прикосновения к сокровенному месту прошлась волна мурашек. Асия вскрикнула, когда почувствовала входящий указательный палец в свой узкий проход. Вскоре добавил и второй палец. Асия закусила губу, мыча. Её трахал Валера. Грубо вдалбливал её в свое тело, держа руками за талию, сжимая кожу. Асия хотела бы прикоснуться губами к его губам, но Валера отвернулся. — Ты сосала член, — презренно выдохнул он… — Я бы с радостью, но… Кощей вошел головкой. Асия пискнула. — Больно! — вскрикнула она. Но мужчина проигнорировал. Стал входить по середину, шлепая девушку по попе. Оставлял красные синяки, не следы. Сжимал её плоть до покраснения, вонзая свои ногти. Асия выгнулась. Её анус сжимался кольцом вокруг его члена. Кощей стонал. Так узко, так тесно. — Бедненькая, — с издевкой протянул мужчина, продолжая бить её по ягодицам. А Туркин замедлил темп, чтобы Асия не страдала от двойных ощущений. Кощей стал ускоряться, пока Валера замедлялся. Они словно поменялись местами. Туркин делал долгие заходы, целуя девушку по шее, по грудям. Обхватил сосок своими губами, теребя его языком и грубо кусая зубами. Асия простонала. — Боже… — Бога нет, — перебил Кощей. А затем их толчки стали одинаковыми. Синхронизировали между собой. Кощей натянул её волосы на свой кулак, нагибая девушку. А она стонала. Нежно. Становилось приятно. Потрогала свой клитор, стала массажировать его и выпускать стоны, слюну, порой кричала. Туркин стал быстрее. Хлопки яиц разрывались по всей комнате. Кощей стонал, натягивая девушку за волосы. Было больно, где-то в затылке, но зато приятно. Двойные ощущения обжигали. Резали всё тело. Тепло разрасталось по всему телу. Она не скрывала своего удовольствия. Всё перед глазами плыло. Она закрыла глаза. Затем Кощей резко вышел и шлепнул девушку по попке. Отошел к столу, открыл бутылку вина, наливая в один бокал. А затем поднес его к губам девушки. — Пей. До дна, — грубо отчеканил он. Валера остановился, не вынимая члена с её влагалища. Асия преподнесла бокал ближе к губам. Облизнув их, девушка начала пить. Сначала давилась, но вскоре красная жидкость с горечью расплавилась по стенкам горла, спускаясь вниз. Выпила до дна. Кощей убрал бокал на стол, снова шлепнул по ягодицам. — Умница. Закуси, — поднес к её лицу сыр. Она откусила его. Затем Кощей снова вошел. Его движения стали быстрыми, в то время как Туркин был медленным. Юноша гладил девушку по спине, словно жалея. И вскоре в глазах помутнело, обрываясь все во мрак… Асия проснулась в своей постели. Рядом Валера. Посмотрела под одеяло. Обнаженная. Вдруг подумала, что все было сном. Но ноги дрожали. Бедра болели. Анус по особенному отдавал, пульсируя по всему телу. Асия прохрипела. — Доброе утро, — сказал парень, прикасаясь к её мокрым волосам. — Что случилось? — Все нормально, — успокоил он. — Я тебя помыл. У тебя там кровь… была. Я всё обработал. Не переживай. Устала? — Устала… — согласилась девушка, — Все было правдой? — Да, — Валера прикусил губу. — Наказал тебя. Теперь всё нормально. — Это того стоило? — с дрожащим голосом спросила она. По щекам растекалась дорожка слез. Плакала. Валера вытирал слезки. — Другого быть не могло, — он улыбнулся. — Тебе не больно? Может сходим к врачу? — Не нужно, — зная о том, как врачи сплетничают, девушка отказалась. Хотя ломило всё тело. — Отдыхай. В школу пока ходить не будешь. Когда там родители приезжают? — Послезавтра, — шмыгнула носом. — Хорошо. — Ты всё ещё любишь меня? — Люблю… — выдохнул парень, — Но тебе понравилось. Не так ли? Ты теперь шлюха. — Бросишь меня? Субботник устроишь? — Может быть, — Валера рассмеялся. — Может быть устрою, может быть нет, — испугал её. — Шучу. Она с успокоением выдохнула. — Не брошу. Ты ж моя. Мы с тобой договаривались. А об этом… никто не узнает. — Ты распустил слухи об Айгуль, а сам… — Думаешь я не жалею? Я бы все отдал, чтобы она жива была. — И что? — Буду беречь тебя теперь. Не буду никому говорить. Слово пацана. — Я тебя люблю, Валер. Только тебя. — И я.