Прекрасный ад

Валера и Асия в широкую квартиру заходят. Юноша пока на первые два месяца снял её за очень низкую цену. Как оказалось, арендатором была милая старушка, с которой Туркин быстро нашел общий язык. Асия сумки разгружала на полу, иногда вновь к животу руками прикасаясь. По телу тепло разрасталось, только представляя её совместное будущее с Валерой и ребенком. Она правда была счастлива, хоть и никому не рассказала о своем маленьком побеге, но Кощей уверил, что сам обо всем позаботится. Конечно, сомнений было множество. Что если Валера снова сойдёт с ума или что если он попросту не изменился, а своих демонов в узде научился держать? Впрочем, Асия эти мысли быстро отгоняла. Валера незаметно дверь отпер, войдя в широкую спальню с видом на московский университет. — Что делаешь? — смотрел, как девушка одежду поправляет, убирая в ничем не примечательный небольшой шкаф. — Порядок навожу, — Аська голову поднимает, улыбаясь, а на дне сумки пачку презервативов нетронутых находит. В руках их держит впервые в своей жизни, рассматривая. Текст на немецком, как и название. — На всякий случай, — пригнулся, чтобы забрать пачку. Вглубь своих карманов положил, улыбаясь. А у Асии мурашки по телу пробежали. Валера на неё со своим глубоким взглядом смотрел, отчего между ног становилось влажно, а руки неестественно дрожать начинали. Он её за подбородок взял, заставляя в свои острия зеленые взглянуть. Облизнул губы и мягко чмокнул девушку. — У меня есть идея. Не знаю, как ты на это отреагируешь, — садится на корточки. — Да? И какая? — Ты знаешь что такое БДСМ?

***

Туркин в строительном магазине. На одном из стендов особенно свое внимание остановил. Консультанты и прочие не смели подходить к нему. Он правда выглядел грозно, явно что-то изучая. В руках уже моток веревки держал. Мягкой. По ней пальцами проходил. Значит, Асие не сильно натирать будет. Около пяти метров веревки взял, оплатил и в супермаркет напротив зашел. Взял то ли вино игристое, то ли шампанское, на название даже и не смотрел. Оплатив покупку, уже выходил к дому. Благо, все эти места рядом с друг другом находились. Несмотря на то, что Москва намного больше, здесь потеряться почти что невозможно. А в голове продолжение этого вечера. Помимо всего прочего, в его голове особенно появлялся новый комплект эротического белья. Черный. Как он и любит. Он оставил его Асие перед уходом. Стринги, чулки такого же цвета. Бюстгальтер тонкий, который легко сорвать, немного прозрачный. В голове представлял как срывать с девушки будет это всё и в штанах своих сразу тесно становилось. Прошипел, до боли губу кусая. Держался за поручни автобуса и только о ней думал. Не стеснялся. Хоть сексом они и занимались много раз, но этот раз будет самый особенный. Почему-то, но Валера считал именно так. Боялся как бы не навредить девушке в её то положении. Как бы с рычажка своего не сойти и не переключиться на Турбо. Уже в подъезд заходил. Руки дрожали. Отпер дверь. На знакомый этаж поднимался, а ноги дрожали. В квартиру заходит. Темно. Вглубь заходит, дверь на ключ закрывая. Разувается по пути, откидывая свои белые кроссовки в какой-то угол. У самого беспокойство в душе, но приятное и щекочущее стенки беспокойство. В гостиную заходит, а сам Асию видит. Точнее, очертания её тонкой и изящной фигурки. Она спиной стоит. Уже вечер был. Как же потемнело быстро. Уличные фонари еле как дымкой оранжевой по комнате разрастались, освещав тонкости её талии. Изгибы её попы, обтягивающие хрупкие трусики. Спинка утонченная. Девушка в окно смотрела, а у самой душа давно в пятки ушла. Чулки черного цвета, немного спадали с худых ножек, но она порой поправляла их. Сейчас же не смела к Валере поворачиваться. Волосы распущены, раскиданы по плечикам, спинке. Отрасли маленько. Валера пакет с содержимым положил, достав оттуда только веревку. Снял с неё упаковку и голыми руками порвал. Медленно, но верно к Асе подходить начал и сам её дыхание слышал. Частое, рваное. Свое сердцебиение мог прочувствовать. А в глазах черная дымка. Сам не помнит, как грубо повернул её к себе, рот затыкая своей ладонью. Освободил. Короткий поцелуй на губах оставил, как бы прощаясь с нежностью. Шлепнул её по грудям, сжал в своей ладошке, а Асия только простонала, губу свою до крови снова прокусив. Он снова к себе её повернул, волосы её скинул на плечо, за тонкие запястья взял. На пальце безымянном колечко серебряное увидел, улыбнулся. Вокруг запястий мягкую строительную веревку обмотал, хотя это вроде как канат. Валера не разбирался в этом. Туго завязал, отчего девушке даже больно стало, но она перечить не смела. Завязал крепко, а потом за волосы взял, к стенке ведя свободной. Прижал её, к себе попой поворачивая. Ладонями скользил и изучал давно приученное к его члену тело. Он чувствовал каждую мурашку кончиками пальцев своих. Уперся стояком между ягодиц, пошлепывая, заставляя Асию стонать прямо в стенку, себе под нос. Пусть слышит насколько она грязная. Ладонью к влагалищу потянулся, раздвигая ткань ненужных трусиков. Прикоснулся к клитору, грубо надавив, потом складочки влажные давно изученные раздвинул и к проходу заветному потянулся. Вошел двумя пальцами, перед этим увлажнив их смазкой девушкой. Она мокрая. Чересчур. Сделал два грубых толчка, всем телом на неё давя. А она чуть не упала. — Стой на месте. — Не могу. — Тебе рот заткнуть? — свободной рукой вновь шлепок на попке оставил, сжимая до покраснения саму плоть. А она выгнулась в спине, на его член через ткань штанов насаживаясь, немного потерлась. Неудобно ей так было. Спина выла, руки болели, а ноги дрожали, уже ватными становясь. Валера растягивал её, словно впервые. Так умело его пальцы в ней блуждали, что она и забылась в повторениях своих сладких стонов. Сама до основания его пальцев насаживается, всхлип выдавливая, а Туркина это только возбуждает. Он усмехается, также грубо девчонку за волосы берет, натягивая на кулак. За волосы тащит к дивану, грубо бросая. Она падает на подушки, с его взглядом похотливым сталкиваясь. Валера ремень с себя отбрасывает, ширинку джинс расстегивая. Боксеры летят также к остальной одежде. Кофту снимает, под ней ничего. Остаётся голым, не считая носков. Парень за челюсть её берет, пальцами сжимая щеки. К паху своему тянет, сам напротив становясь, как можно ближе. Членом водит по лицу, губам. В ноздри пару раз толкается, улыбаясь, а Асия глаза жмурит. — На меня смотри. — Что? — На меня смотри, когда со старшими дело имеешь, — постанывает, а она послушно губки размыкает и он головкой входит. В щеку её упирается, шипение издает. По лицу ударяет, легонько. Её это заводит. Она извивается на диване, еле как с возбуждением справляется. Он толкается членом вглубь горла, доводя Асю до рвотного рефлекса. Членом язычка касается, пока она разные хлопанья издает. Давится его членом, из глаз слезы машинально выходят. А он снова её по лицу шлепает. У них стоп-слово есть: «Яд» Короткое, понятное, быстро произносимое. Выходит полностью. По её губам слюнки стекают, диван пачкая. Запястья канат обжигает. Плечи болят, затекли. Он её лиф срывает, ей в рот кладет, затыкая. Она послушно зубами в него впивается. Валера глубоко белье нижнее ей сует. Мягкая ткань приятно на языке чувствуется. Валера снова за волосы её берет, к себе задом ставя, а лицо девушки утыкает в диван. Она голову только успевает повернуть, чтобы дышать спокойнее стало. На её спину ногу кладет, вдавливая в матрац дивана. Асия свою попу выпячивает в его следах кроваво-красных. Дурак. Зачем так бить нужно было? Но вид девушки: беспомощный, уязвимый, желанный, потешал его. Стринги эти развратные разрывает, выкидывая их на пол. Членом пристраивается ко влагалищу. Хотел бы в анус зайти, но смазки не было. Всё же не было в его планах больно делать любимой. Толкается резко, только кайф испытывая. Асия под ним, в спине достаточно выгнулась, что позвонки виднеются, лопатки её Валера чувствует ногой своей. Вдавливает её сильнее. Хочет, чтобы у неё доступа к кислороду не было. Посчитал, что так будет интереснее. Не стесняясь и долбить начинает, между тем грубые и короткие шлепки оставляя. Он пальцами к её клитору тянется и даже нежно массировать его начал. Резкие толчки, нежные и даже нужные прикосновения — всё это давало сойти с ума Асие. Эти чувства новые, прежде никогда не испытываемые ей. Подобное только случилось, когда её изнасиловали. Только от нынешнего секса она в начале только удовольствие получила. Сама согласилась. Только не знает, как стоп-слово выкрикивать будет. Валера выходит, затем снова по основание входит, яйцами своими бился пару раз даже. Он стон протягивает. Глубокий. Дышит между тем очень-очень рвано. А его пот по ключицам стекал, по лбу. Его пот на неё капал. Выходит и Асю за волосы снова тянет. Он ложится на диван, меняясь с ней местами. На член свой насаживает. Туркин глубоко входит в неё, по основание. А она только нелепо промычала. Теперь парень будет видеть её лицо, её глаза. Ей стало стыдно. Чувствует себя самой грязной шлюхой. Бедрами толкается, яйцами шлепая её попку, а она снова выгибается, грудь свою выпячивая, как бы показывая. Она мычит. Так сладко, так покорно. Свои ладони к ней на бедра кладет, снова шлепки оставляет. Отросшими ногтями в плоть вонзается, почти до крови царапая. Она и сама того не поняла, как прыгать начала. Тепло по телу развивалось, туго было очень там, внизу живота, но боли это никакой не приносило. Сама мурашками через раз покрывалась, а в голове молила, чтобы этот вечер никогда не заканчивался. Чтобы отныне таких вечеров было много и больше. Валеру такого она пускай и видела. Даже его прикосновения пускай и жестокие, но сделаны были они с самой нежностью, с той самой заботой, с любовью. Его прикосновения обжигали кожу, резали её, но были сладкими, словно мед. Были желаемые. Он ладонями широкими грудь её накрывает, за сосочки щипает и звонкий шлепок оставляет. Он проделывает это столько раз, как бы заставляя Асию ускориться. Пару раз член случайно выскальзывал, выходил. Валера только за основание брал, заставляя Асию саму насаживаться. Вскоре руки свои за свои голову положил, на подушки откидываясь. Смотрел на неё с удовольствием, со слащавостью. Она податливая. Покорная. Послушная. Сам бедрами не толкался больше. Она сама прыгала. Мычала и кусала ткань бюстгальтера в своем рту. А он улыбался. Давно подобное в мыслях держал, только считал, что она откажется. Не отказалась. Сама безумно того хотела. Вскоре сделал пару грубых толчков и оттолкнул Асю от себя. Она недоуменно посмотрела на него, но он спустя мгновение навис над ней, в глаза её заглядывая. Её лицо румянцем покрылось. Ноги её к себе на плечи положил, а сам у входа во влагалище головкой потерся. Дразнил. Заходил и снова также резко выходил, она выгнулась, промычав. — Я не слышу тебя. Сквозь всхлипы что-то говорит, но он только смотрит на это с забавой. Она беспомощна. Жалка. Входит по основание, руки по обе стороны кладет от неё и в лобик мягко чмокает. Двигается медленно, как бы давая ей привыкнуть к новым ощущениям. Узел давно натянутым был. Он так легко обращался с ней. Так умело. Его руки вскоре и по телу скользили, по животику. Ударил по лицу. Звон. Шлепок. На щеке красные следы. Бил он без жалости, как грязную и потасканную на хуях шлюху. Только она такой далеко не являлась. Большим пальцем клитор теребил, так быстро, что она и глаза уже закатывала. Сами толчки его внутри девушки медленные, вызывающие полное доверие. Она в его руках обмякает, когда чувствует напор тепла и странной непривычной дрожи. Ощущения новые. Это тепло сковывало движения. Внизу животика что-то сокращалось, полностью давая ей расслабиться. Она пару стонов сквозь набитый рот протянула, откидываясь головой. Хоть и руки было далеко в неудобном положении, но было ей удобно. Очень даже. А он видит, как Асия кончает. С каким напором она пытается сдержать ещё волну новых стонов его только потешает. Входит по основание. Остаётся там. Не двигается. Дышит глубоко. И кончает внутрь. У самого ноги дрожат. Стонет. — Господи, блять, — протягивает парень, наполняя её влагалище густой и жгучей спермой. Выходит. Выдавливает содержимое прямо на диван. Откидывается рядом, еле умещаясь. А она только в потолок смотрит. Вынимает с её рта лиф. Улыбается. — Понравилось? — единственное на что у парня хватило сил. — Да… — голос дрожит. Он нежный поцелуй на её виске оставляет, совсем не заботясь о её связанных руках. Однозначно, этот секс Асия может приписать к самым лучшим, если не считая последнего, перед тем, как она вышла замуж. Однозначно, этот опыт Асие понравился. Пускай в моментах больно, а на языке стоп-слово крутилось. Осознавать, что парень долбит тебя со всем своим желанием, со всей своей скрытой похотью — это было наилучшее, о чем она когда либо задумывалась. Его прикосновения, поцелуи, шлепки и грубые удары — всё говорило о зависимости юноши.