Часть 6
28 июня 2024 г., 00:21
***
Шрам как будто первый раз в своей жизни проснулся без ощущения постоянной тревоги за свою жизнь. Казалось, впервые сон принес такую большую дозу комфорта.
Всю малину подпортила резкая боль где-то в районе живота. Еще не до конца открыв глаза, Шрам зашипел от боли.
— Блин, у тебя тут походу бинт размотался. — Флеш приподнялся с кровати и сел напротив лежащего лидера. Голос его был все еще сонный, видимо, проснулся не так уж давно.
Ртуть в тупую смотрел на Шрама секунд 5. Повязки распустились и из под них виднелась налитая кровью рана. Простыни вокруг бесцеремонно были обляпаны, но Одиннадцатого это, если честно, волновало в последнюю очередь. Лидер смотрел без какой-либо ненависти, надо же. В глазах теперь самую малость читался…страх? Чего?
Футболка задралась, открывая вид на бледный забинтованный живот. Первый резко ощутил себя очень неуютно, захотелось прикрыться и перестать ловить на себе пристальный взгляд. Шрам старался не пускать в голову мысли о вчерашней ночи.
— Ты сможешь сесть?
КБ, ничего не ответив, постарался аккуратно присесть. Вмиг все тело сковала адская боль, но Шрам уже и так показал слишком много слабости за такой короткий промежуток времени, большего он позволить себе категорически не мог.
Затаив дыхание, Первый старался смотреть куда угодно, но не на Флеша, который бегал приятно холодными руками по его животу. От касаний почему то больше не хотелось отворачиваться, они ощущались приятным холодком по всему телу.
Бинты (почти)белыми лентами небрежно падали куда-то на пол. За секунду ладони Одиннадцатого покрывались неприятно красными разводами, но его это, походу, нисколько не останавливало.
Шрам сдерживался. Очень сдерживался, но когда Флеш случайно надавил где-то в районе самой болезненной раны и, по его мнению, в наглую пялился, терпение иссякло.
— Ты можешь перестать? — сам не понимая что именно просит, лидер отполз назад, обхватывая себя руками, дабы хотя бы чуть-чуть защититься от юркого взгляда.
— Что? — Ртуть заметил, что на него даже не смотрят. Шрам втупую осматривал свои синюшние культяпки, даже не считая нужным наградить собеседника зрительным контактом. — Знаешь ведь, что я точно уж не специально. —
Флеш ждет пару секунд как его пациент снова будет готов к тесному физическому контакту и начинает (теперь с самой предельной аккуратностью) накладывать бинты.
Лидер все так же напряжно дышит и не поднимает взгляда. Видимо что-то у Одиннадцатого коротнуло в голове, и поэтому, наложив последний слой бинтов, он свободной рукой хватает Шрама за подбородок и заставляет посмотреть на себя.
Флеш видимо поймал самый неудачный для Первого момент. Тусклые красные глаза ну уж очень приятно смотрелись с почти такими же красными щеками, он замешкался и старался смотреть куда угодно, лишь бы не на довольную рожу предателя.
Слегка надавив пальцами на подбородок, Одиннадцатый невинно сделал вид, что просто обрабатывает рану где-то около глаза.
Шрам от этого окончательно поплыл.
Внутри смешалась лютая злость и приятно-странное спокойствие. Флеш осторожно поглаживал кончиками пальцев немного шершавую щеку, удивляясь тому, как с каждым новым прикосновением Первый дышит все более глубже и нервознее.
Ртуть, если честно, смотреть на такую картину долго не смог. В голове уже не специально мелькали сюжеты как он аккуратно опускает лидера полностью на кровать и впивается пальцами еще сильнее, блокируя все попытки сопротивления и отступления.
Он, если честно, так и собирался сделать, если бы в один миг Шрам не вдарил ему со всей дури по руке. Что ж, забывать с кем Одиннадцатый имеет дело тоже не стоило.
Флеш испустил нервный смешок удивляясь своим мыслям. Первый сверлил самым глубоким взглядом и, казалось, сейчас вывернется наружу от смущения и злости.
— Пойдем завтракать? — Ртуть решил понизить высокий уровень неловкости у них обоих одним разом.
Шрам, ничего сказав и даже не бросив прощального взора на предателя, поспешил удалится из комнаты.
*
Молчаливо размазывая еду по тарелке, Флеш обдумывал все прошедшие за последние сутки события.
От постоянного нахождения лидера рядом с ним больше не хотелось блевать. Шрам резко стал слишком интересен, слишком сильно притягивал по непонятным причинам и вызывал шквал самых странных эмоций.
Минувшая ночь всплывала в памяти слишком явно. Ртуть поймал себя на мысли, что отдал бы все что у него есть, лишь бы Шрам еще раз сбивчиво подышал ему в шею или, хотя бы, дал себя крепко обнять.
Удивительно.
*
Шрам все еще не успел до конца отойти вообще от всего что произошло. Все было дико непонятно. Флеш с какого-то перепугу больше не бесил и не вызывал такого бешеного отвращения как несколькими днями ранее, находится с ним становилось все менее и менее противно.
От такого умозаключения хотелось лезть на стенку. Это что еще за выводы такие? Когда он успел перестать считать Ртуть самым ужасным человеком в мире?
В голове вертелись уже покрытые пылью воспоминания об их взаимоотношениях в далекие времена революции. В них не было ничего особенного, Шрам вспоминал бытовуху и незначительные пересечения с Флешем до его предательства.
Пересечений было не так уж и много, но даже до конца не осознавая, Первый замечает, что немного скучает по тому непринужденному и немного рассеянному Флешу. В команде он особо и не выделялся, но с самых первых секунд спасения подсознательно чем-то зацепил.
Красный помнит, как они сталкивались в общей столовой после бессонных ночей Шрама, как Ртуть вычитывал какие-то вещи похожие на поддержку и сочувствие.
Он так же помнит, как Одиннадцатый единственный таскал ему забытые ужины или пропущенные завтраки в его загаженную каморку, гордо названную «лабораторией»
Вспоминалось как в самые тяжелые моменты с ним под боком ни с того ни с сего оказывался именно Флеш.
Черт.
