Тот самый клон

- Мел, ну почему ты такая скучная? Двадцать лет бывает раз в жизни! Их обязательно надо отметить с размахом! – никак не оставляла в покое сестру Хадижа. - Хади́, я же не сказала, что не хочу отмечать! Просто то, что ты предлагаешь, мне не подходит. Я не хочу созывать половину города. Я хочу отметить свой праздник в кругу семьи. А ты же знаешь, что семья у нас большая, так что недостатка людей точно не будет! – Весело рассмеялась Мел. Подумать только, как за все годы разрослась семья. На все праздники всегда собиралось очень много людей, и почти все они были родственниками. Было шумно, весело, тепло и очень уютно. - Мел, а ты позовёшь на праздник Телминью и Сесео? – при упоминании имени парня Хадижа мечтательно закатила глаза. - Хади́! Помнится мне, что кто-то недавно говорил, что Сесео старый! – хихикнула Мел, вспомнив, как год назад кузина рассуждала о том, что Сесео почти дряхлый старик. - Ничего подобного! Я притворялась! На самом деле, Сесео мне давно нравился, но я же понимала, что я для него ещё совсем малявка. - И что же изменилось сейчас? – Мел с подозрением посмотрела на Хадижу. - То, что мы уже месяц встречаемся! – покраснев, кажется, до кончиков ушей, прошептала Хадижа. - Хадижа! И ты столько времени молчала? – возмутилась Мел. - Ты мне про Шанди вообще бы не рассказала, если бы я вас не увидела, целующимися на пляже! - Хади́, я тебя умоляю, тише! Вдруг папа услышит… - Что я не должен был услышать, дочь? Мел и Хадижа одновременно повернули головы, в проёме двери стоял Зейн и внимательно изучал дочь. - Ой, я, наверное, уже пойду, мне ещё в студию надо успеть. Мел, увидимся вечером, - Хадижа уже хотела уйти, но решила немного отвлечь внимание Зейна от кузины, - Зейн, папа хотел поговорить с тобой про выступление новой группы в твоём клубе. - Хорошо, Хадижа, спасибо. Я попозже сам зайду к Лукасу. – Зейн проговорил всё это, не отрывая взгляда от дочери. Дочь! Если бы Зейну пятнадцать лет назад сказали бы, что вскоре в его жизни появится та, кого он захочет назвать дочерью, то мужчина, пожалуй, не поверил бы. И ещё меньше египтянин поверил бы в то, что его будет просто распирать от счастья и гордости, когда эта маленькая неприступная принцесса в первый раз назовёт его «папой». Сейчас же Зейну казалось, что он и есть самый настоящий папа Мел. Маиза иногда говорила мужу, что дочь он любит больше, чем родного сына. И Зейн со свойственным ему спокойствием отвечал, что оба ребёнка ему родные, и он не видит между ними различий. Мел знала историю своей семьи, поэтому кроме дочерней любви испытывала огромную благодарность к человеку, который взял на себя заботу о них с матерью, и приложил все усилия, чтобы стать самым лучшим отцом для Мел. Может ещё и по этой причине девушка всегда больше боялась огорчить или подвести отца. - Пап, я хотела, чтобы ты узнал новость при других обстоятельствах. Я не собиралась ничего скрывать. Зейн сел на диван рядом с дочерью, обнял её за плечи, и сказал: - Малышка, ты же знаешь, что всегда можешь мне всё рассказать. Если у тебя какие-то проблемы, то мы решим их вместе. А, если у тебя радость, то почему бы не поделиться ей с отцом? – Зейн всегда умел найти правильные слова в разговоре с дочерью. - Нет, что ты, папа! У меня нет проблем… для меня это радость, но… - Мел немного помедлила, а потом резко выдохнула, - я встречаюсь с Шанди! Зейн изумлённо посмотрел на дочь. - Это та новость, которую ты от меня скрывала? Мел кивнула. - Но почему? Я не вижу в этом абсолютно ничего плохого! Шанди замечательный парень. Строит карьеру, трудится. Да, и влюблён в тебя уже достаточно давно. - Папа! Я думала, что ты будешь недоволен, ведь Шанди гораздо старше меня… - Почему я должен быть недоволен твоим выбором? Тебе с ним комфортно? Ты любишь его? Тебе хочется строить с ним далеко идущие планы? На все вопросы отца Мел утвердительно кивнула. - Просто я помню, что, когда я встречалась с мальчиком в школе, ты этого не одобрил. - Мел, начнём с того, что тогда тебе было пятнадцать, «мальчику», как ты его называешь, было двадцать семь, у него не было работы, и он курил далеко не обычные сигареты. Я не хотел, чтобы этот человек втянул тебя во что-то плохое. - А Шанди? - А Шанди старше тебя всего на шесть лет, серьёзный, ответственный, знает, чего хочет от жизни, и… - Зейн лукаво улыбнулся – и вчера парень приходил ко мне в клуб, спросить, не буду ли я против того, чтобы вы встречались. - Папа! – воскликнула Мел, - но почему ты мне ещё вчера об этом не сказал? - Я надеялся, что моя взрослая и самостоятельная дочь сама поделится радостью со своим отцом! - Папочка, я тебя очень люблю! Ты лучший в мире отец! Мел звонко чмокнула Зейна в щёку, и выбежала из гостиной. В тот же момент шире распахнулась дверь, ведущая в кабинет Маизы. Женщина прошла через всю комнату, села рядом с мужем на подлокотник дивана, и обвила руками шею любимого. - Сказала? - Да, но только после того, как я её слегка к этому подтолкнул. Я не могу понять, Маиза, почему Мел стала меня бояться. - Нет, дорогой, она тебя не боится. Она очень уважает тебя, и не хочет тебя огорчать. Мел недавно сказала мне, что не представляет себе, как наша жизнь сложилась бы, если бы не ты. - Я тоже себе не представляю своей жизни без вас. Маиза провела рукой по щеке мужа, а он, перехватив изящную ручку, нежно поцеловал. - Кто звонил утром? - Учительница Амуна. Зейн моментально нахмурился. - Что на этот раз? Маиза, мне иногда кажется, что этот ребёнок впитал в себя только самые отрицательные черты своего отца! Маиза громко рассмеялась. - Ты себе даже не представляешь насколько, дорогой! Из-за Амуна подрались четыре девочки! Кажется «проклятье фараона» - это действительно, наследственная черта! - Если подрались девочки, то почему учительница звонила нам? – ещё сильнее нахмурился Зейн. - Потому что наш сын назначил свидания всем четырём девочкам одновременно! – Маиза больше не могла сдержать смех, и снова от души рассмеялась. - Я вечером с ним поговорю! Мне кажется, что в двенадцать лет я был гораздо скромнее. Зейн улыбнулся. - А знаешь, о чём ещё меня спрашивал Шанди? - Нет, конечно же, откуда я могу знать?! - Парень просил у меня руки Мел. Он хочет сделать предложение в её день рождения. - Зейн! Это же очень рано! Мел же ещё совсем ребёнок! - Маиза! Ты, кажется, забыла, что нашей дочери через месяц исполнится двадцать лет. А напомни-ка мне, во сколько ты первый раз вышла замуж? Улыбка пропала с лица Маизы. Зейн моментально уловил перемены в настроении жены и поспешил извиниться: - Прости, любовь моя! Я не хотел причинить тебе боль. Я знаю, как тяжело тебе вспоминать про Дьогу. Я понимаю тебя, как никто другой. - Нет, Зейн, всё в порядке. Это уже не боль… скорее похоже на то, что ты просто очень давно не виделся с человеком, и… - И иногда хочется с ним поговорить… Зейн крепко обнял жену, вдыхая терпкий аромат её духов. Мужчина, как никто другой понимал, что творится в душе, когда вспоминаешь об ушедшей любви. - Ты очень сильная, Маиза. И я счастлив, что ты когда-то позволила мне войти в твою жизнь, в вашу жизнь… Поцелуй мужа и жены прервал звонкий мальчишеский голос из прихожей: - Мам, пап, я дома. Зейн, вздохнув, поднялся и, подмигнув Маизе, сказал: - Пора заняться воспитанием сына.