Закон выше пацанского

Андрей бездумно лежал на кровати в попытке уснуть, когда входная дверь открылась и он услышал недовольный бубнёж тёти. Кажется, она жаловалась на свою коллегу, пока он возвращался в реальность и сгонял флёр усталости. Поэтому встретил недовольную женщину уже на кухне, когда та уже поставила чайник, видимо, для кофе. При появлении подростка Анна нахмурилась пуще прежнего и разочарованно вздохнула со словами: — Я же говорила не делать глупостей до пятницы, а теперь придётся отменить новогодний ужин, — она отвела взгляд в окно и смотрела в него до тех пор, пока чайник не закипел и она залила растворимый кофе водой, добавив туда пару ложек сахара. После чего сделала пробный глоток и недовольно продолжила: — Ты переведёшься в другую школу. Естественно, музыкалка тоже отпадает. А до этого можешь забыть о том, чтобы выйти на улицу. Андрей устало посмотрел на тётю, вовсе не думая возражать, потому что сам бы не смог заявиться в школе, когда его окутывал этот омерзительный запах. Хотя всё равно был огорчён новостью о музыкалке. Он хотел хоть немного отвлечься игрой на пианино или пообщаться с Айгуль, но это в любом случае было чревато. — Хотя нет, — тут же задумчиво оборвала Анна и внимательно осмотрела фигуру мальчишки. — Мне надоели эти проблемы, поэтому переведу на домашнее обучение. Но остальное ты получишь, когда тебя осмотрит врач. И не дай бог он скажет то, что я не хочу слышать! Андрей слегка поморщился, когда к концу речи голос Анны стал громче, но в ответ только кивнул и после безмолвного приказа сел за стол. Он не был голоден, хотя никто его и не спрашивал об этом. Тётя пила свой кофе с оставшимся салатом из холодильника и не думала предлагать еду, на деле просто делая паузу в дальнейшем разговоре. — Взяла на свою голову проблему, — говорила она, уже не обращая внимания на собеседника. — Да если бы я знала, что её сын омега, то никогда бы на это не согласилась. Ладно, Света! Красивая девушка, которая потом выбрала себе хорошего мужа. Но чтобы сын? Омега? Полный абсурд, — она загружено выдохнула и сделала новый глоток кофе, но следующие мысли заставили её с зычным стуком поставить чашку на стол и громче сказать: — Где это видано, чтобы парень… Мужчина! Чтобы мужчина стонал во время течки как последняя сука. На этих словах Андрей резко встал и скрип стула заставил Анну также резко повернуть голову и разозлённо произнести: — Сядь. Я с тобой ещё не закончила. Васильев дрогнул от этого приказного «сядь» и недовольно сморщился, сжав руки в кулаки. И такое бездействие привело тётю в ярость, отчего она также встала со своего места и уже тихо, но не менее свирепо продолжила: — Пока ты находишься в моём доме, будь добр слушаться и выполнять то, что говорят. Иначе мне придётся обратиться к ремню раньше обещанного. — Я не солдат, чтобы выполнять приказы! — выпалил Андрей и запоздало ужаснулся, только теперь заметив яростный взгляд. Верхняя губа тёти слегка подрагивала от злости, но она отвлеклась, когда раздался звонок в дверь. Тогда женщина посмотрела на свой недопитый и ещё тёплый кофе и вылила его на мальчишку со словами: — Тебе нужно остыть. Иди в ванну. Мы с врачом будем в гостиной. Андрей ошарашенно посмотрел на Анну и не в силах что-то сказать сначала взял другую одежду в комнате, а после скрылся в душе. Он вообще не хотел говорить с тётей, потому что любое слово с его стороны влекло за собой не самые приятные последствия. А ему и без того хватало поводов для бессонницы. Просто он не смог спокойно сидеть, когда в очередной раз слышал упрёки из-за своего вторичного пола. Уже стоило бы смириться и просто отпустить ситуацию, но отчего-то не получалось. Возможно, ещё сыграло волнение перед встречей с доктором. Андрей знал, что это будет неудобная встреча, и всё же представлял худшие варианты того, как после осмотра врач также окрестит его шлюхой. Или это будет написано в медицинской карте. Или… Или… Было куча вариантов очередного унижения, поэтому Андрей зашёл в гостиную на ватных ногах, чувствуя как одолевают нервы. — Ну, наконец-то! — тут же воскликнула Анна и плеснула в ладоши. — Доктор, осмотрите это недоразумение. Вчера вернулся бог знает когда! И весь помятый, взъерошенный, сразу понятно откуда! А что я соседям буду говорить? Ладно если б мужчина, а этот забеременеть может! — Успокойтесь, пожалуйста, — начал мужчина со снисходительной улыбкой. — Я всё равно буду говорить с пациентом наедине. Так что подождите, пожалуйста, в другой комнате. — Но я же должна знать! — возмущённо не согласилась тётя. — Кто вам сказал, что вы останетесь в неведении? Но сейчас будьте добры выйти. Мы потом с вами поговорим. Женщина пару раз открыла рот как рыба, и, так и не найдя, что сказать, безмолвно вышла из гостиной. Мужчина улыбнулся ей вслед и с тем же весельем сел на диван со словами: — Родные не принимают твоего парня? Андрей слегка дрогнул от этого предположения и грустно улыбнулся: он бы хотел, чтобы это было настоящей причиной. Потому что с такой проблемой можно справиться парой разговоров. И, возможно, ему стоило бы продолжить эту легенду, но отчего-то он не смог соврать из-за желания хоть кому-то рассказать о своей боли. — Нет, — сказал он и тяжело вздохнул, прежде чем добавить: — Я этого не хотел. — Что ты имеешь в виду? — уточнил мужчина и похлопал по дивану рядом с собой, приглашая сесть. Андрей слегка побледнел от этого, поэтому сделал вид, что не заметил жеста и, заламывая пальцы, полушёпотом произнёс: — Он… он использовал феромоны. А я… я забыл принять блокатор и… И внезапно… Я почувствовал приступ течки и… — он остановился, когда по щекам всё же потекли слёзы, а доктор встал и подбадривающе похлопал по плечу в предложении продолжить. — Я не хотел этого. Правда. — Давай всё-таки присядем, — сказал врач и в этот раз Андрей не стал отпираться и вместе с ним устроился на диване. — Для начала, извини, я должен был представиться. Кирилл Романович. А ты Андрей, верно? — он дождался кивка и продолжил: — Давай по порядку. Ты принимал блокаторы? — Да. Я принимал их несколько недель, — неуверенно ответил он, заёрзав на месте. — И вчера ты забыл принять таблетку? — Я просто не мог! — Андрей тут же начал оправдываться и активно жестикулировать. — Я… Я не знал, где находился. И мне не дали взять портфель, где был блистер. — Андрей, всё хорошо, — успокаивающе сказал Кирилл и слегка погладил подростка по плечу, чтобы немного отвлечь. — Ты знал, что течка должна была начаться в тот день? — Нет, она должна была начаться через неделю. — И когда ты почувствовал, что она закончилась? Андрей недоумённо посмотрел на мужчину и следом попытался вспомнить происходящее, но ничего не лезло в голову. — Не знаю, — задумчиво ответил он и неосознанно обнял себя за плечи. — Было очень больно. Я не обратил внимания. Кирилл в ответ тяжело вздохнул и стал доставать из своего портфеля какие-то документы. — Это плохо? — тут же заволновался Андрей. — Нет, — осторожно ответил мужчина и тяжелее закончил: — но кроме сегодняшнего осмотра, придётся через две недели прийти на УЗИ. Понимаешь… обычно течка идёт около трёх дней. И как я понял, в твоём случае не прошло даже полдня. Обычно это говорит о беременности, но… — Кирилл остановился, когда заметил как мальчишка стал мелко дрожать, и вытащил из портфеля таблетку успокоительного. Он всучил её в чужие руки вместе со стаканом воды с кофейного столика, и принудительно заставил выпить, прежде чем продолжить. — Андрей, ты был на блокаторах. Скорее всего это была ложная течка, поэтому УЗИ больше для формальности. Нужно перестраховаться. Васильев держал в своих руках стакан и не мог поверить, что до сих пор не задумался о том, что после всех узлов он мог оказаться беременным. Он должен был подумать об этом в первую очередь из-за течки, но, возможно, не хотел нового подтверждения того, как раз за разом Колик умело разрушал его. Андрей же не сможет убить ребёнка, а тётя выгонит из дома как только узнает о беременности. И он будет вынужден просить милостыню ради ребёнка Колика или Шакала? — Андрей, — громче позвал врач, заставляя подростка вынырнуть из круга отвратительных мыслей, — ещё ничего не известно. Не нужно паники. Я уверен, на девяносто девять процентов, что ты не беременный. Васильев горько усмехнулся, потому что всё ещё был один процент и малая вероятность того, что теперь его жизнь больше не имела смысла. Да, он не сможет пойти на аборт, но если беременность подтвердится Андрей просто сбросится с крыши. Он не сможет любить ребёнка, каждый раз возвращаясь в тот день и в то кафе. Из-за этих мыслей последующий осмотр прошёл для него как в тумане. Он помнил только то, что тётя наотрез отказалась от вмешательства милиции, убеждая в том, что всё равно не собирается открывать дело. Ей были не нужны шепотки от соседей, когда в квартиру будет заходить какой-нибудь капитан или майор. — Попомни мои слова! — кричала Анна после личного разговора с врачом. — Если беременность подтвердится, то можешь сюда не возвращаться! Да я собственными руками задушу этого ребёнка! — Не говори так, — тихо попросил Андрей, ощущая как от этих криков разболелась голова. — Я бы говорила по-другому, если бы ты вёл себя достойно! Вышел бы замуж и там бы уже рожал детей, тебе бы слово никто не сказал! — Я не хотел этого! — со слезами на глазах отчаянно выкрикнул он. — Если бы ты не хотел, — тише продолжила Анна, тыча указательным пальцем в грудь, — то этого не произошло бы. Значит, спровоцировал! У тебя же началась течка! Какого чёрта тебя не было дома?! — …Я должен был помочь другу. — Так, всё! — тётя сморщилась в отвращении и махнула рукой. — Уйди с глаз моих с этими оправданиями. Не мужчина, а полноценная баба какая-то. Андрей поджал губы, но, ничего не ответив, просто ушёл в спальню. Он всё равно уже давно хотел лечь на кровать и просто забыться. Выпасть из реальности пока не настанет день УЗИ, чтобы не мучиться в неведении.