Каратель

      Торжественный прием ничем не отличался от сотен других, на которых ей доводилось присутствовать. Санзу держался чуть поодаль, но его присутствие все равно ощущалось так же ярко, как вкус вина во рту — Хоши позволила себе выпить бокал, чтобы снизить напряжение, но алкоголь только усугубил ситуацию.        Ей не следовало быть здесь. Казалось, весь мир уже знал о нападении на наследницу Саито и неспособности отца обеспечить должную защиту своей семье. Хоши чувствовала на себе чужие взгляды — любопытные, наглые, сочувствующие. Они рассматривали ее, словно она была зверушкой под стеклом террариума.        — Я отойду, — вполголоса сказала она Санзу, который на удивление гармонично выглядел в разношерстной толпе политиков, прожигателей жизни и бизнесменов.        Сегодня он смотрелся даже… Нормальным. Не пугающим, как обычно. Со стороны их можно было принять за пару, если бы не дистанция в метр, которую Санзу тщательно соблюдал.        — Куда?       — В уборную, — процедила Хоши сквозь зубы.        Боже, она действительно должна отчитываться даже о таком?       — Только недолго.        Чуть качнувшись на каблуках, Саито пробормотала:       — Конечно. Обязательно передам своему организму твои пожелания.        Прежде, чем она успела развернуться, Санзу схватил ее за локоть. Хоши вопросительно уставилась на чужие пальцы, подняла взгляд выше.        — Не усложняй мне работу.        В его голосе скользнуло предостережение. Завеса безобидного посетителя ресторана на мгновение спала, обнажая истинную суть. Хоши мигом утратила все желание спорить.        — Я просто пошутила.        — Вряд ли я тот, с кем стоит шутить.        — Определенно, — вырвалось у Саито.        — Не провоцируй, пока шутить не начал я. Вещи, которые кажутся мне смешными, тебе не понравятся.        — Хватит пугать, — рассерженно зашипела Хоши, выдергивая руку. — Надоело. Разве ты не должен быть на моей стороне? Мы оба хотим одного.        Она вспомнила мужчину, что бросился на нее с желанием убить, и добавила:       — Если бы ты сказал мне имя, мы бы закончили быстрее.        — Все идет своим чередом, — равнодушно ответил он. — Иди. Я подожду здесь.        Хоши смерила его недовольным взглядом, который Санзу проигнорировал. Поняв, что больше ничего не добьется, она неторопливо направилась в уборную, кипя от возмущения.       Оказавшись в просторной комнате, Хоши дала волю эмоциям: выругалась, бросила сумочку на столик.        — Вы в порядке? — участливо спросила светловолосая девушка в красном платье.        — Да, — буркнула Хоши, не настроенная вести беседу с незнакомкой.        Девушка, пожав плечами, продолжила поправлять макияж, а затем будто невзначай обронила:       — Чудесно выглядите. Только синяки все портят.       Она указала на ногу Хоши, видневшуюся в разрезе платья — цепочка темно-синих пятен опоясывала щиколотку как браслет. Саито из-за отсутствия каких-либо болевых ощущений совершенно позабыла об «украшении».       Сколько присутствующих уже успело рассмотреть их? Она не сомневалась, что вскоре услышит самые извращенные сплетни, объясняющие происхождение синяков.        — Вы точно в порядке? — чуть более настойчиво спросила девушка. — Помощь не нужна?       — Да, — вздохнула Хоши. — Это не то, о чем вы подумали.        — Откуда вы знаете, о чем я подумала?       — Синяки, нервный вид, — перечислила Саито. — Решили, что я жертва насилия.        — И еще ваш спутник, — добавила девушка, поджав губы. — Санзу Харучиё. Его трудно назвать обходительным кавалером.        Хоши насторожилась.       — Вы знакомы?       — Наслышана, — обтекаемо ответила девушка. — Прошу прощения, я не представилась. Сэйери.        Хоши не знала никого с таким именем. Беспокойство стало еще сильнее, борясь с любопытством. Последнее победило — сдавшись, Саито спросила:       — И что такого ужасного вы слышали?       Сэйери захлопнула пудреницу и насмешливо взглянула на Хоши из-под длинных ресниц.        — Вы не в курсе, чем известен ваш спутник? Конечно, помимо организации, название которой не принято упоминать в приличном обществе.        — Если бы я была в курсе, то не спрашивала бы, — с легким раздражением ответила Хоши.       Сэйери рассмеялась и, прикрыв рот рукой, извинилась:       — Простите. Ваша неосведомленность кажется очаровательной, но в то же время пугает. Скажу только одно: из всех монстров вы выбрали самого ужасного.        Вопреки предостережению, она только больше разозлилась. Санзу мог быть совершенно невыносимым, аморальным и жестоким, но Хоши никогда не забывала одной важной вещи: он спас ей жизнь, и сделал это не единожды.        — Легко распространять сплетни, — недобро заметила она. — Но осмелитесь ли вы сказать то же самое в его присутствии?       Сэйери намек на лицемерие нисколько не задел. Пожав плечами, она легко ответила:       — Конечно, нет. Поверьте...        — Я вас впервые вижу, — оборвала ее речь Хоши. — С чего я должна вам верить?       — Не должны, — согласилась Сэйери. — Но вскоре поймете, что я права. Меня можно найти, если спросить бармена этого ресторана. Если... Нет. Когда вам понадобится помощь, обратитесь к нему. Он все устроит.         Она направилась к выходу, звонко цокая каблуками, но на половине пути остановилась.        — Вот еще что… Вам просили передать.        Дружелюбно улыбаясь, Сэйери протянула клочок бумаги, похожий на визитную карточку. Хоши осторожно приняла записку, пробежалась глазами по содержанию.        — Что за шутка? — она вскинула голову, но увидела лишь закрывающуюся дверь.        Сэйери, воспользовавшись заминкой, ускользнула, оставив после себя только тонкий аромат цитрусовых духов и множество вопросов. Хоши еще раз взглянула на клочок бумаги, зажатый в ладони.        «Коридор за баром, последняя дверь справа. Жду, Звездочка».        Помимо отца, Звездочкой ее называл только один человек, которому Хоши беззаветно доверяла. Но вот загвоздка — он мертв более пяти лет. Она осознавала, что будет верхом глупости идти в указанное место, но количество загадок, появившихся в последние дни, неимоверно раздражало.        Все вокруг знали больше, чем она. И никто не собирался что-либо объяснять, словно она являлась несмышленым ребенком, которого нужно опекать. Даже отец, неоднократно выражающий желание видеть дочь во главе семейного бизнеса, так и не начал относиться к ней как к взрослой.        Хоши смяла листок в руке. Ресторан принадлежал уважаемой семье, родителям ее подруги. Никто из персонала не станет препятствовать, если она решит заглянуть в бар или пройтись по служебным помещениям. Санзу даже не заметит ее отсутствия…        Понимая, что судорожно придумывает оправдания своей глупости, Хоши вздохнула. Любопытство всегда было ее отрицательной чертой, но она ничего не могла с этим поделать. Отец, посмеиваясь, называл это «любознательностью», Хоши же рассуждала значительно проще — информация правит миром.        Она осторожно приоткрыла дверь и выглянула наружу: Санзу стоял спиной, о чем-то разговаривая с молодым мужчиной в безупречно сшитом костюме. Его лицо показалось знакомым, но времени на раздумья не было — стараясь двигаться естественно, Хоши проскользнула вдоль стены к бару, держась за спинами гостей.        Кто-то окликнул ее, но возглас утонул в звуке бешено колотящегося сердца. Как воришка, она прокралась за барную стойку, откуда попала в длинный коридор. Навстречу шагал официант — Хоши незамедлительно расправила плечи и нахмурилась, состроив самое грозное выражение лица, на которое была способна. Еще одна маленькая хитрость — люди, как правило, не спешат вступить в контакт с человеком, вызывающим у них отрицательные эмоции.        Последняя дверь отличалась от десятка других — стальная, закрытая на массивную щеколду. Несколько секунд Хоши смотрела на засов. Что ждало ее внутри, если комната заперта?        Существовал только один способ узнать. Она потянула щеколду вправо — та поддалась на удивление легко и бесшумно, — толкнула дверь… Запах уличной еды ударил в нос, по ногам прошелся холодный ветер. Дверь вела на улицу — плохо освещенную, тонущую во мраке…        Плохая идея.        Хоши попятилась назад, в безопасное и светлое нутро ресторана, но тихий голос, доносящийся с очередным порывом ветра, заставил ее замереть.        — Звездочка?        Она прижала руку ко рту, пряча жалобный звук. Ноги подогнулись, по телу разлилась страшная слабость.       Призрак умершего брата смотрел на нее из осенних сумерек — взгляд Хоши метался с растрепанных волос до крохотного шрама на подбородке и обратно…        Невозможно.        Она видела останки его обгоревшего тела — авария превратила некогда красивого мужчину в обугленное нечто, стерла черты лица до неузнаваемости.        — Пожалуйста, не падай в обморок, — мягко, как умел только Райден, сказал он. — Я все объясню.        И протянул ей руку — широкая ладонь, запястье, обмотанное простеньким веревочным браслетом… Хоши сама сплела его в детстве, прицепив в качестве украшения пару бусин. Они с отцом решили, что браслет сгорел в пожаре, охватившем машину.        — Не сгорел, — прошептала она, глядя на тоненькую ниточку, являющуюся неопровержимым доказательством. — Райден…         Он улыбнулся и приглашающе раскрыл объятия, перенося их обоих в прошлое плавным движением рук: будучи маленькой, Хоши всегда бежала ему навстречу — а Райден подхватывал ее и поднимал вверх, безостановочно кружа.        — Звездам место в небе, — любил приговаривать он.        Она сделала первый неуверенный шаг, второй… И побежала к нему, врезавшись с такой силой, что Райден едва устоял на ногах. Слезы полились сами собой, стоило оказаться в знакомых с детства объятиях.        — Знал, что ты не из тех девчонок, что будут кричать от страха при виде восставшего из могилы брата, — гладя ее по волосам, сказал брат.        — Верно, я не из таких.        Хоши отстранилась и, хорошенько размахнувшись, влепила ему пощечину. Райден зашипел, отшатнулся, держась за щеку.        — С ума сошла?        Хоши толкнула его в грудь, вынудив отступить назад. И еще раз, еще… Каждый толчок сопровождался гневным криком:        — Да мы все чуть не сошли, когда нам позвонили и сказали, что ты… Что тебя больше нет! Я была там, Райден, я все видела! Где ты был, почему не сказал… Почему…        Силы внезапно закончились. Остановившись, Хоши тяжело дышала, глядя на него со слезами на глазах. Цветущий вид брата не оставлял сомнений — он неплохо провел эти пять лет.        — Как ты мог так поступить? — с холодной яростью спросила она. — Притворяться мертвым все это время?        Райден умоляюще посмотрел на сестру.        — Я же сказал — я все объясню.        — Уж постарайся, — она скрестила руки на груди. — Я тебя внимательно слушаю.       — Но не сейчас, — Райден нервно оглянулся. — У нас мало времени. Слушай, Звездочка… Я пришел предупредить тебя. Ты не должна доверять Санзу.        Хоши нервно рассмеялась.        — Санзу? При чем тут он? Только не говори…        Она замолчала, потерянно уставившись куда-то поверх его плеча. Авария, чужое тело с кольцом брата… Покушение.        — Нет, — торопливо произнес Райден, без труда угадав направление ее мыслей. — В той аварии виноваты другие люди. Ты не должна никому говорить, что видела меня. Никому, слышишь? Это важно, Хоши.        Она заторможено кивнула: разум не справлялся с потрясением, вызванным обрушившейся на нее информацией. Эмоции не просто захлестывали — каждая била наотмашь: радость, испуг, изумление, гнев… Хоши сама не понимала, что чувствовала в тот момент, не смогла бы описать свое состояние словами — словно ее затянуло в водоворот, и все, что оставалось делать — держаться на плаву, позволив инстинктам взять верх.        — Что до Санзу, — Райден взял ее руки в свои, аккуратно сжал кончики пальцев, — то ты должна избавиться от него. Знаю, он тебя охраняет, но брать в охранники убийцу — не лучшая идея.        — Кто сможет защитить меня от монстров? Только другой монстр, — прошептала Хоши. — Я устала сражаться в одиночку, Райден.        Брат словно не услышал ее. Может быть, он просто не захотел ее слышать.        — Ты должна сказать отцу, что Санзу перестал тебя устраивать, — повторил Райден. — С ним ты в большей опасности, чем можешь себе представить. Черт, у него столько врагов, что я бы за его жизнь и йены не дал!       Хоши сердито вырвала ладонь из рук брата.        — Ты потерял право давать мне советы, когда стал изображать из себя мертвеца, Райден. Я сама решу, как поступить с Санзу.        — Справедливо, — признал брат. — Я подвел тебя, но все исправлю. То, что сейчас происходит…        — Что ты знаешь? — Хоши внимательно посмотрела на Райдена.        Он выглядел как прежде: те же непослушные темные волосы, шрам на подбородке, привычка заводить руки за спину… Лишь тонкая сеть морщинок вокруг глаз указывала на прожитые годы. Но могла ли она ему доверять?       — Многое. Сколько у тебя времени?        — Нисколько, — призналась Хоши.        Санзу наверняка начал ее искать. Она боялась представить его реакцию, когда он обнаружил пропажу.        — Бармен в ресторане знает, как меня найти. Сможешь улизнуть от своего охранника — обратись к нему за помощью. Поговорим в спокойной обстановке, — брат на прощание слегка сжал ее руку и виновато улыбнулся. — Я буду ждать, Звездочка. А сейчас возвращайся.        Хоши хотела возразить — да плевать на то, что ее ищут, — но Райден уже взял ее за плечи и подтолкнул обратно к двери. Когда она смогла вывернуться и обернулась, то увидела лишь удаляющуюся быстрым шагом фигуру.        Он снова ушел.        Хоши осталась одна.       Ветер налетел со спины, сердито ударил, словно был заодно с братом. Обхватив себя руками, она задрожала от холода, огляделась по сторонам, вдруг осознав, что стоит посреди темной подворотни в полном одиночестве. Облачко пара сорвалось с губ и растворилось в ночном небе, откуда-то послышался громкий мужский смех, предвещающий неприятности.        Хоши поспешила обратно в ресторан, пытаясь на ходу придумать логичное оправдание своей задержке. Повезло, если Санзу не ворвался в женский туалет и не понял, что ее там нет… Она схватилась за ручку двери, потянула на себя — та не шелохнулась. Кто-то задвинул щеколду.        Выругавшись, Хоши пнула дверь ногой, посылая парочку проклятий на головы бдительных работников. Вернуться в ресторан теперь можно было только через главный вход — и ее появление, разумеется, не останется незамеченным. С другой стороны, какой у нее выбор…        Кажется, никакого, — пронеслась пугающая мысль, когда она услышала шаги за спиной. В скудном освещении нельзя было разглядеть лица идущего, но в одном Хоши была уверена точно — это не Санзу.