Sadron

Бильбо так привык к грубой пище гномов за время пути, что завтрак в доме Беорна показался ему пиром. Парно‌е молоко и тосты с мёдом напомнили о спокойных, солнечных и бесконечно долгих утренних часах дома, в Бэг Энде. Сейчас всё это казалось таким далёким, будто с тех пор прошла сотня лет. Бильбо чувствовал, что уже никогда не сможет быть прежним, даже если вернётся домой целым и невредимым. Всё будет на своих местах: его книги, мебель в гостиной, трава во дворе и пятна солнца на полу в спальне. Даже соседи останутся такими же, какими Бильбо их оставил, но он вернётся другим. Он принесёт с собой всё, что повстречал на пути: подземелья гоблинов, бесконечные дороги, трактиры и голоса своих спутников. Гномы больше не казались Бильбо шумной, раздражающей толпой, теперь он смотрел на них совсем другими глазами. Теперь он их знал. На самом деле у них было гораздо больше общего, чем он мог бы подумать. Для гномов эта передышка была так же необходима, как для него самого. Они, так же как он, могли сомневаться и уставать. Орки преследовали их от самого Ривенделла и, спасаясь от одной опасности, отряд тут же попадал в другую. Бильбо начинало казаться, что всё это не случайно. Ощущение постоянной, близкой опасности истощило их силы, потому провести хотя бы одну ночь в безопасности и спокойно подкрепиться оказалось очень кстати. Кроме того, Беорн дал им своих пони, чтобы они быстрее добрались до леса. Бильбо держался в седле уже гораздо увереннее, чем в тот день, когда только присоединился к отряду. — Вы быстро учитесь, мистер Бэггинс, — со смехом заметил Бофур, поравнявшись с ним. — Что же будет к концу похода? — Ты удивишься, узнав на какие невероятные вещи способны хоббиты, друг мой, — отозвался Гэндальф. До этого момента Бильбо казалось, что он глубоко погружен в свои мысли и совсем не замечает, что происходит вокруг. — Наш Бильбо — парень не промах, это точно! — весело вклинился в разговор Фили. — Я и подумать не мог, что взломщики умеют так здорово махать мечом! Бильбо неловко улыбнулся. Он знал о чём они говорят, этот момент до сих пор стоял у него перед глазами. Занесённый над головой ятаган и то, как его собственный короткий меч вонзается в тело орка... Бильбо отыскал глазами спину Торина впереди и подумал, что, поступи он иначе в тот день, Торин был бы мёртв. На самом деле, похвала и благодарность гномов казались ему незаслуженными. Разве это был он? Бильбо Бэггинс? Не может быть. И в то же время, ничто и никогда не казалось ему более реальным. Будто он проспал всю свою жизнь и проснулся лишь для того, чтобы с мечом в руках встать на защиту своих друзей. Возможно, благодарность казалась ему излишней ещё и потому, что он сделал это в своих интересах — потому что просто не смог бы смотреть, как Торин умрёт. — Боюсь всё это не имело бы смысла, если бы не Гэндальф и орлы. Вот кому нам точно следует быть благодарными. — Ладно, оставим мистера Бэггинса вместе с его заслугами в покое, — усмехнулся Гэндальф. — У нас ещё будет время вспомнить об этом, а пока не отставайте. Торин спешит и он прав, чем быстрее мы доберёмся до Лихолесья, тем лучше. Отряд растянулся в цепочку и Бильбо остался наедине со своими мыслями. Если до встречи с гоблинами он действительно думал о возвращении домой, то сейчас эти мысли растворились без следа. Возвращаться было поздно, он уже стал частью этого похода и хотел довести дело до конца, увидеть, как гномы вернут себе гору и объединят своих рассеянных братьев в один народ, а Торин станет королём под горой. Он ведь этого хочет? Вернуть свой дом и свои сокровища. Бильбо нахмурился и потянулся к карману жилета. Ощущение тяжести не покидало его с тех пор, как он забрал кольцо из пещеры Голлума. Маленькое, блестящее сокровище, дающее ощущение силы и уверенности. Оно будто делало своего обладателя выше на пару футов или дарило крылья, которых его почему-то лишили в младенчестве. Бильбо казалось, что кольцо было частью его самого, абсолютно необходимой, неотделимой от него частью. Он знал, что это колдовство, знал, что стоит держаться подальше… Но как отказаться от кольца теперь, зная, чего себя лишаешь? Он вытащил руку из кармана и с опаской разжал пальцы. Кольцо лежало на его ладони, притаившись, прислушиваясь к его мыслям. Оно будто спрашивало: «что ты замышляешь?», и Бильбо отвечал ему тем же. Когда бо́льшая часть пути осталась позади, погода внезапно испортилась. Солнце спряталось за облаками, с севера повеяло холодом и отрядом завладели угрюмые предчувствия. От весёлого утреннего настроения не осталось и следа. Чем ближе отряд подходил к Лихолесью, тем тревожнее становилось у Бильбо на душе. В конце концов, ему стало казаться, что не только они идут вперёд, но и сам лес ползёт им навстречу. — А нам обязательно идти напрямик? — стараясь не выдать своего волнения, спросил Бильбо, поравнявшись с Гэндальфом. — Нельзя пойти в обход? — Боюсь, у нас нет на это времени, мистер Бэггинс, — ответил вместо него Торин, хмуро вглядываясь вперёд. — Ты и представить себе не можешь, как огромен этот лес. «Потому и не хочу идти через него», — подумал Бильбо, зябко поёжившись. — Если преодолеем эту часть пути без приключений, придём даже раньше положенного, — попытался подбодрить их Гэндальф. — Бо́льшая часть позади. Торин смерил его недоверчивым взглядом. — Без приключений? — сухо переспросил он. Бильбо ощущал повисшее в воздухе напряжение, должно быть, так на Торина влияла необходимость идти через земли эльфов, к которым он питал давнее отвращение. Так или иначе, Бильбо понял, что продолжать этот разговор не стоит и потихоньку отстал. Может, теперь он и знал своих спутников лучше, чем раньше, но только не Торина. От неожиданных перемен его настроения, у Бильбо кружилась голова. Так, ожидая бури, он вдруг попадал в объятия, а, добродушно улыбаясь, натыкался на холод и презрение. — Балин, почему Торин так ненавидит эльфов? Старый гном отвечал на его вопросы охотнее прочих и Бильбо любил его слушать. — Знаю, ваши народы не ладят, но Торин, кажется, действительно их ненавидит… Балин задумчиво покачал головой и натянул вожжи, будто опасаясь, что Торин их услышит. — Ты прав, Бильбо, у Торина с королём эльфов личные счёты, — вздохнул он. — Торин считает, что эльфы предали нас, когда остались в стороне после нападения на Эребор. Дракон разрушил наш дом, а эльфы отвернулись от нас, когда мы больше всего в них нуждались. — Ты говоришь об этом так, будто считаешь иначе, — заметил Бильбо. — Что ты думаешь об этом на самом деле? — Я думаю, что у каждого своя правда, — уклончиво хмыкнул Балин, качая головой. — И я предпочитаю придерживаться правды своего короля. Эти слова поразили Бильбо. Раньше он не слышал, чтобы кто-то из гномов так легко и уверенно называл Торина своим королём. Обычно это звучало торжественным обещанием, или несбыточной мечтой, к которой все они стремились. Но что значит «придерживаться правды»? Значит ли это, что преданность для Балина ценнее собственного мнения, или что он благоразумно не решается перечить Торину вслух? Как на его месте вёл бы себя Бильбо, если бы считал, что его король ошибается? Сказал бы ему об этом, или промолчал бы? И разве Торин — его король? Размышляя об этом, Бильбо то и дело хмурился и вскидывал брови, так что Балин в конце концов не выдержал этого зрелища и нарушил повисшее молчание. — У Торина сложный характер, но он хороший друг и отважный воин. Я прошёл с ним очень долгий и тяжёлый путь. Поверь, если кто-то будет с ним по-настоящему честен, он ответит тем же, и за преданность отплатит преданностью. Ты рискнул ради него жизнью, он никогда этого не забудет. — Да. То есть что? Я? — Бильбо растерянно моргнул. — Я ведь ничего такого не сделал. Я имею в виду, любой на моём месте поступил бы так же… Я просто был ближе всех. Балин тихо рассмеялся, прерывая его неловкие оправдания. — Точно. Ты был ближе всех, в этом всё дело. — Он пришпорил пони, и Бильбо успел только недоумённо нахмуриться ему вслед. Впервые в жизни Бильбо совсем не хотелось спешиваться. Вблизи Лихолесье казалось не просто мрачным, — оно казалось смертельно больным, покалеченным и разлагающимся. Никогда раньше Бильбо не видел такого жуткого леса, ему даже стало жаль покрытых болезнью деревьев. После встречи с гоблинами вещей у гномов осталось немного, а потому уложить их и расседлать пони не заняло много времени. Когда приготовления были окончены, Гэндальф вернулся к отряду встревоженным. Бильбо показалось, что он нашёл что-то, пока остальные занимались поклажей, и это что-то, похоже, здорово его напугало. — Оставь мою лошадь, она мне пригодится. — Что? Ты не пойдёшь с нами? Очередной удар, к которому Бильбо не был готов. Он привык полагаться на Гэндальфа, особенно, когда переставал понимать своих новых друзей. Он совсем не хотел с ним расставаться, к тому же, иметь в команде волшебника совсем не помешало бы, когда твоя дорога лежит через проклятый лес, полный опасностей. Бильбо отыскал глазами Торина, он хотел узнать, что тот думает по поводу ухода Гэндальфа, но Торина это, похоже, не очень заботило. Он выглядел не более встревоженным, чем до этого, и совсем не казался напуганным. То ли гора так влекла его, что остальное не имело значения, то ли Торин просто не привык полагаться на кого-то кроме себя, даже если этот кто-то — Гэндальф Серый. В любом случае, при взгляде на него Бильбо почему-то стало спокойнее. Оставалось правда ещё кое-что… Кольцо оттягивало карман, будто сопротивляясь замыслам Бильбо. Оно рождало внутри какую-то противную слабость, у Бильбо сохло во рту и слабели ноги, когда он подошёл к Гэндальфу попрощаться. Волшебник взглянул на него с рассеянной улыбкой, было заметно, что его мысли находятся уже далеко отсюда. Бильбо прижал ладонь к карману жилета, сквозь ткань стараясь унять беспокойное кольцо. — Я хочу кое в чём тебе признаться, Гэндальф. Волшебник вопросительно поднял брови и Бильбо почувствовал, что язык абсолютно перестал ему повиноваться. Кольцо не хотело быть узнанным и его наглость внезапно разозлила хоббита. — Я кое-что нашёл в пещерах гоблинов, — с трудом выговорил он и, не давая себе времени передумать, протянул злобное сокровище Гэндальфу на раскрытой ладони. — Оно волшебное. Оно делает меня невидимым, — торопливо добавил он, чувствуя, как кольцо начинает прожигать его кожу. — Забери его, Гэндальф. Стоило волшебнику потянуться к кольцу и Бильбо едва удержался от того, чтобы отдёрнуть руку. Ему не хотелось отдавать кольцо, но его сила пугала. Оно отнимало у Бильбо свободу, и он понимал, что с каждым днём всё будет становиться только хуже. — Забери его… Если до этого момента Гэндальф выглядел просто встревоженным, то теперь на его лице отразился откровенный ужас. Он коснулся кольца едва ли на секунду и отшатнулся, пряча руки в длинных рукавах. — Я не могу его забрать, Бильбо. Но и оставить тебя с ним не могу. Если Оно — то, о чём я думаю… — он многозначительно замолчал, уперев взгляд в одну точку, потом резко вздрогнул, будто проснувшись и суетливо схватил Бильбо за плечо. — Ты поедешь со мной. На юг. В Лотлориэн. Сейчас же. — Подожди, Гэндальф, что значит поеду с тобой?! — испугался Бильбо. — А как же поход? Мы что бросим их?! Мы не можем. Я не могу. Я им нужен! Его слова привлекли внимание гномов, даже Торин, готовый уже идти вперёд, вернулся, чтобы понять, что происходит. — Что это значит, Гэндальф? Ты дал мне взломщика, а теперь забираешь его? — воскликнул он, не глядя на Бильбо, будто речь шла вовсе не о нём, а о чём-то неодушевлённом, вроде ключа или лопаты. — Прости, Торин, но дело чрезвычайной важности и не терпит ни дня промедления, — отозвался Гэндальф. — Мы встретим вас у отрога накануне дня Дурина. У Бильбо была уйма вопросов к Гэндальфу, но тот ужасно спешил и не собирался ничего объяснять. Торин, похоже, тоже это почувствовал и вид его стал ещё более угрюмым. Он наконец перевёл взгляд на Бильбо и тот, к своему удивлению, разглядел в нём не раздражение, а скорее беспокойство. — Я рассчитываю, что вы явитесь вовремя, Гэндальф, — проговорил он, не отводя хмурого взгляда от Бильбо. — Не беспокойся, Торин, у нас ещё есть время. Всё еще не находя слов для возражения, Бильбо сам не заметил, как оказался в седле. Всего четверть часа назад он был бы счастлив избежать дороги через Лихолесье, но сейчас не испытывал никакого облегчения от перемены своей судьбы, ведь теперь отряд пойдёт туда без него. — И ещё, Гэндальф! — окликнул Торин, когда они уже готовы были сорваться с места. — Верни мне моего взломщика целым, будь добр. — Обязательно, — крикнул волшебник и пришпорил коня.

• • •

Когда Бильбо думал, что уже привык путешествовать верхом, он не предполагал, что ему придётся мчать на настоящей лошади несколько дней подряд, почти без остановки. Лошадь Беорна справлялась с этим тяжёлым испытанием не в пример лучше Бильбо. Хоббит же изнывал от усталости и голода. Он спал в седле, облокотившись о Гэндальфа, и ему снилась его постель в Бэг Энде. Он просыпался и думал о том, как здорово было бы лечь где-то здесь на обочине и пролежать так пару дней, пока не перестанет кружиться голова и боль в теле не утихнет. Бильбо обещал себе, что, если эта бесконечная гонка когда-нибудь закончится, он никогда больше не сядет в седло. Хотя, по правде, сдержать это обещание ему вряд ли бы удалось, ведь он должен был догнать отряд у отрога… Гэндальф, к счастью, не стал отмалчиваться и, как мог, рассказал Бильбо историю кольца. Часть её Бильбо уже слышал когда-то, но и представить не мог, что это может каким-то образом его коснуться. Дела минувших дней казались ему не более, чем сказками. И хотя Бильбо ещё не осознал всей важности своей находки, беспокойство и спешка Гэндальфа стали ему понятны. Речь шла о силе настолько грозной, что становилось не по себе. Кольцо притаилось в кармане и не напоминало о себе, будто надеялось, что о нём просто забудут. Бильбо казалось, что оно опасается присутствия Гэндальфа, или, наоборот, выбрало его, сочтя более удачным выбором. — Почему ты не можешь взять его? С тобой оно было бы в бо́льшей безопасности. — Я так не думаю, Бильбо, — глухо отозвался Гэндальф над его головой. — Одно то, что ты рассказал мне о нём, уже говорит о неспособности кольца подчинить тебя своей воле. Ты ему не по зубам, пусть так оно и остаётся. — Что мы будем делать, когда доберёмся до Лотлориэна? Гэндальф долго молчал, прежде чем ответить на этот вопрос, и Бильбо уже решил, что он его просто не услышал, когда волшебник всё же нарушил повисшее молчание: — Мне нужен совет. От этих слов у Бильбо на секунду замерло сердце, ведь если самый мудрый и сильный признаётся, что не знает, что делать дальше, то что остаётся таким как Бильбо? — Почему мы не вернулись в Ривэнделл к владыке Элронду? — спросил он, чтобы отвлечься от собственных мыслей и заодно отвлечь Гэндальфа. — Возвращаться через горы было бы слишком опасно. Владения Владычицы Галадриэль не близко, но путь к ним безопаснее. Скоро мы сможем передохнуть. Бильбо старался не жаловаться, но от этого простого утешения на душе у него стало немного легче. В конце концов мудрые эльфы придумают, что делать с кольцом, а он вернётся к гномам. Только бы не опоздать. Солнце село, но Гэндальф продолжал гнать лошадь вперёд, пока сквозь полусомкнутые веки Бильбо не увидел пару горящих вдалеке окон. Сперва он подумал, что это лишь сон, но, когда они подъехали ближе, встрепенулся. — Что это за место, Гэндальф? — Это дом моего старого друга. Он волшебник, как и я. У него мы сможем немного отдохнуть. Радагаст не спешил встречать гостей, стук Гэндальфа остался без ответа, и он уже начал терять терпение, когда дверь перед ними наконец открылась. Досада и раздражение Гэндальфа мигом пропали, и он поражённо уставился на обожжённое, покрытое красными пятнами лицо Радагаста. — О, Эру, что с тобой произошло?! — Здравствуй, Гэндальф, — отозвался Радагаст, пропуская их в дом. — О, с тобой хоббит! Добро пожаловать в Росгобел, мистер… — Бэггинс, — пробормотал Бильбо. — Мистер Бэггинс. Я — Радагаст Бурый. — Ему известно, кто ты, — перебил его Гэндальф. — Налей мистеру Бэггинсу чаю и расскажи мне наконец, что за заразу ты подхватил на этот раз. — О, Гэндальф, эта зараза куда серьёзнее, чем ты думаешь, — мгновенно помрачнел Радагаст. Он хлопотливо снял с огня чайник, наполнил и протянул Бильбо горячую кружку, а затем продолжил: — Эта зараза, как ты выразился, поразила всё Лихолесье и продолжает разрастаться. — Надеюсь её причина не кроется в чашке мистера Бэггинса, — буркнул Гэндальф и Бильбо тут же подавился чаем. — Дней пять назад я встретил на дороге человека, — очень серьёзно продолжил Радагаст. — Он выглядел очень молодо и был похож на обычного странника с севера. Он путешествовал один и это меня насторожило. — Друг мой, — снова прервал его Гэндальф. — Если бы ты знал, какие новости я везу в Лотлориэн, ты бы не стал рассказывать мне о странных людях, встреченных тобой на дороге… — Послушай меня, Гэндальф! Этот человек был некромантом. Некромантом из Дол-Гулдура. Эти слова наконец заставили Гэндальфа замолчать. — Незадолго до этого я нашёл на дороге тела со следами чёрной магии и шёл по следу некроманта на юг, пока не наткнулся на этого человека. Он пытался обмануть меня, хотел, чтобы я принял его за обычного путника, но у него на плече сидела Мари! — Кто? — переспросил Гэндальф, нахмурившись. — Мышь, Гэндальф! Он заколдовал её, я видел, что она уже мертва, понимаешь? — Что было дальше? — Он сбежал — бросил мне в лицо ядовитый порошок и исчез, — развел руками Радагаст. Гэндальф озадаченно замолчал. — Почему ты решил, что этот человек был Некромантом из Дол-Гулдура? — наконец спросил он. — Потому что… А кем ещё он мог быть? Бильбо с интересом переводил взгляд с одного волшебника на другого, время от времени отпивая из чашки горячий чай. Его клонило в сон, но он старался держать глаза открытыми, чтобы не пропустить ничего интересного. — Если Некромант из Дол-Гулдура тот, о ком я думаю, — с сомнением начал Гэндальф. — То человек, встреченный тобой на дороге, просто не может быть им. Подумай сам, разве станет настоящий некромант заколдовывать мышь? Радагаст нахмурился. — Будь я некромантом, может и заколдовал бы себе пару мышей для компании, — пожал плечами он. На лице Гэндальфа мелькнула досада, и это показалось Бильбо очень забавным. — Сейчас речь не о тебе, Радагаст, а о Сауроне! Станет он заколдовывать мышей? Бурый волшебник мгновенно побледнел, отчего красные пятна на его лице стали ещё заметнее. — Почему мы заговорили о Сауроне, Гэндальф? — с беспокойством спросил он. Гэндальф наклонился ближе и понизил голос почти до шёпота. — Единое кольцо вернулось, Радагаст. Грядёт война. — Не говори! Не говори об этом здесь! — Замахал на него руками Радагаст. — Если ты прав, и Некромант Дол-Гулдура — Саурон… Нас отделяет от него меньше ста миль. Он почти здесь. У Бильбо по спине побежали мурашки и затылок онемел от внезапно нахлынувшего страха. Гэндальф, видимо, заметил это, потому что голос его вдруг зазвучал как-то обманчиво уверенно. — Не преувеличивай, он ещё не вернул себе прежнюю силу. Его сдерживают законы нематериального мира. — Поэтому он так хочет вернуть кольцо? — подал голос Бильбо. — Он хочет вернуть свой облик? — Свой облик и свою силу, — кивнул Гэндальф. «Свою гору и свои сокровища, — подумал Бильбо. — Разве не все они хотят одного и того же?» — Так вы несёте весть о кольце в Лотлориэн? — чуть погодя спросил Радагаст, всё так же не решаясь говорить в полный голос. — Мы несём кольцо в Лотлориэн, друг мой, — выдержав паузу, ответил Гэндальф. Несмотря на спешку и близость Дол-Гулдура, они остались ночевать в Росгобеле с тем, чтобы вместе отправиться в путь на рассвете. Бильбо быстро задремал, сморённый чаем и теплом, а Гэндальф и Радагаст ещё долго переговаривались между собой. Упряжка Радагаста могла значительно упростить остаток пути, и к завтрашнему вечеру они были бы в Лотлориэне, но Гэндальфа беспокоил Дол-Гулдур. Он понимал, что вслепую вступать в борьбу с Сауроном нельзя, и хотел узнать о враге хоть что-то, прежде чем что-то делать. — Если Саурон в Дол-Гулдуре, я хочу это знать. Если он собирает армию, я должен сообщить об этом Совету. Кто-то должен пробраться туда и увидеть всё своими глазами. — Это безумие, Гэндальф. Ты не знаешь, что нас там ждёт. К тому же, ты сам сказал, что кольцо должно быть доставлено как можно скорее, мы не можем идти в крепость Саурона с его кольцом! — Кольцо отправится в Лотлориэн и будет там под надёжной защитой, а я тем временем узнаю, что происходит в Дол-Гулдуре. Мы разделимся по пути и встретимся в Лотлориэне. Я ведь могу доверить тебе это? — Ох, Гэндальф, не нравится мне, что ты пойдёшь в Дол-Гулдур в одиночку. Что прикажешь делать, если в условленное время ты не появишься? — Не беспокойся обо мне, я прибуду вовремя. Помолчав немного, Гэндальф добавил: — В Лотлориэне ты будешь не один. В крайнем случае, Владычица Галадриэль соберёт Совет… Они справятся и без меня. — Гэндальф! — Не буди Бильбо, Радагаст, ему нужен отдых. Отправляемся на рассвете.