Даже если вам немного под сорок...

"Лассо, ты блядь не поверишь!" – пораженный в самое сердце Гарри отправил лучшему другу сообщение, а следом полетела фотка. На ней чуть поодаль от одногруппников стоял Драко Малфой в идеально скроенном по его фигуре темно-сером костюме. Тедди ответил на сообщение сразу же. В его телефоне Гарри был записан как Флэш. У них обоих остались прозвища со времен футбольной команды в Итоне. У Гарри из-за шрама на лбу и феноменальной скорости, впрочем как и к любви перекусить при любой возможности. Свое прозвище Тедди заработал в последнем матче сезона, когда идеально спародировал Теда Лассо. Так и прилепилось. "Какого хрена там делает Хорек?" – набрал он, никак не ожидая увидеть Малфоя. "Он тоже в Гринвиче. Хвала всем богам, на бизнес факультете, но серьезно, за что мне это?" О том, что Гарри считает Драко привлекательным, знал только Тедди. Сообщать об этом Малфою он ни при каких обстоятельствах не собирался, учитывая, что во время учебы в Итоне они, мягко говоря, не ладили. Однажды и вовсе чуть не дошло до драки, когда Гарри и Тедди привычно дурачились, Драко посоветовал им снять номер, как говорится, слово за слово... После выпускного в Итоне Гарри с внешней безграничной радостью и внутренней тщательно скрываемой горечью делился с Тедди мыслями о том, что больше никогда не увидит Хорька. И вот, пришла беда, откуда не ждали. "У Вселенной своеобразное чувство юмора. Но знаешь, может быть это знак? В Гринвиче никто не в курсе вашей школьной вражды, и если Малфой не такой засранец, каким хочет казаться, может он перерастет это?" Тедди постарался утешить друга как смог. В этой истории все было плохо с самого начала. Во-первых, их вражда с первого года в школе подпитывалась тем, что Драко сын Люциуса Малфоя. Их соперничество в конном спорте перешло в семейную вражду уровня Монтекки против Капулетти. И как в чертовой пьесе Шекспира, лет в четырнадцать Гарри осознал, что ненависть к Драко смешивается с тем фактом, что у него на него стоит. Они выросли в максимально либеральной обстановке, секс-просвет для них начался с момента первой ночной поллюции и слава всем богам, никто не говорил им, что от мастурбации они ослепнут, и что только одна любовь правильная. Тедди довольно быстро идентифицировал себя как гея, хоть Ремус и провел с ним беседу на тему бисексуальности. Но за обе команды играл скорее Гарри. И до Малфоя даже встречался с девочками. Впрочем, на всех мероприятиях, предполагавших присутствие девушек из женских школ, Гарри и Тедди всегда были звездами. А Тедди так и вовсе получил звание Казановы Итонского Колледжа, после того как в один из Дней святого Валентина его чуть не погребло под тонной валентинок. Хотя не могло быть иначе: танцевать их научил Сириус, галантно обращаться с дамами – Ремус, болтать по-французски Регулус, а Джеймс отвечал за безупречную физическую форму. Только вот это никак не помогло с Малфоем, да и не могло помочь. Гарри мрачно шутил, как всю семью хватит удар, если он заикнется о своей влюбленности. И Сириус будет первым в очереди. "Если бы ты видел, каким взглядом он на меня посмотрел... Будь у меня хоть какая-то надежда, что оптимизм передается половым путем, я бы тебя уже трахнул", – отправив очередное сообщение, Гарри печально вздохнул и, убрав телефон, отправился на последнюю в тот день пару. Их отношения с Тедди многих вводили в заблуждение. Между ними даже прилюдно не было никаких ограничений в плане телесного контакта, на переменах они постоянно обнимались, шутливо боролись, могли чмокнуть друг друга в губы. Но все это было лишь следствием той самой открытости в семье. Они никогда не были парой, и относились друг к другу, как братья. Хотя, разумеется, первые эксперименты с собственной сексуальностью они проводили совместно. Ну а кому не будет интересно, каково это, когда тебя ласкает не собственная, а чья-то другая рука. Вот только не у всех есть возможность выяснить это в период полового созревания. Из пучины рефлексии его выдернул чей-то голос. – Извини, тут свободно? – Гарри поднял голову и увидел девушку с такой пышной и непослушной копной волос, что его собственный бардак на голове выглядел почти прилично. Но ей этот хаос даже шел. На загорелом лице была легкая россыпь веснушек, взгляд был прямой и дружелюбный. В руках уже помимо ноутбука была стопка книг. – Да, конечно, садись, – Гарри подвинулся, оглядывая лекторий, уже почти полностью заполненный студентами. – Я Гарри, кстати, – представился он. – Гермиона, – та деловито протянула руку для приветствия, но, стоило лектору войти в кабинет, тут же сосредоточила на нем все свое внимание. Гарри же, прежде чем последовать ее примеру, сделал фотку относительно молодого – возраста их отцов лектора, с мягкими локонами и элегантными очками, и тут же отправил Тедди, предрекавшему, что на его факультете преподаватели будут чуть моложе, чем фекалии мамонта. В ответ Тедди скинул ему фото обнаженного натурщика, который сейчас сидел перед ним в студии. Основы академического рисунка для иллюстраторов были обязательными. "1–1", – добавил он. На самом деле, Гарри почти готов был признать победу за Тедди – все же одетый преподаватель — это не то же, что обнажённый натурщик, но буквально через полчаса записал половину балла обратно. Профессор Шарп оказался таким интересным рассказчиком, таким увлеченным, что в конце занятия многие испытали искреннее огорчение из-за его окончания. – Ох, надеюсь, у него можно будет писать курсовую, – вздохнула Гермиона. – У него этот год первый в Гринвиче, он заменил ушедшего на пенсию профессора Бинса. Говорят, тот был ужасно скучный. – Не удивлюсь, если на следующей лекции все, кто сидит в первом ряду, напишут на веках "Люблю тебя" и "трахни меня" и будут очень медленно моргать, – пошутил Гарри, собирая свои вещи в сумку. – Но я слышал, что легенда у нас на курсе это Снейп. И можно сразу мылить веревку или готовить вазелин для задницы. – Любишь Индиану Джонса? – прищурилась Гермиона, тоже собирая вещи. – Обожаю! – рассмеялся Гарри, порадовавшись, что девушка так легко считала отсылку к Инди. Когда они вышли из аудитории, она чисто механически направилась за Гарри, продолжая разговор. – По поводу Снейпа. Он ведь еще редактор в литературном журнале, и за все время работы он только два, представляешь, два раза отправил работы студентов в этот журнал со своей рецензией, – понизив голос, поделилась она и замерла, сообразив, что они дошли до спортзала. – У тебя еще занятия? Гарри кивал на её слова относительно Снейпа, но сам для себя уже заочно решил, что едва ли попадёт в число его любимых студентов. – Я в университетской футбольной команде, – пояснил он. – Играл ещё в Итоне. – Надеюсь, ты надеваешь линзы на время тренировки? – строго спросила Гермиона, глядя, казалось бы, в его глаза, но на самом деле на очки. – Да, а вообще планирую сделать лазерную коррекцию зрения через пару лет, – кивнул Гарри. – Хочешь посмотреть на тренировку? – предложил он. – Мм... почему нет, – она пожала плечами. – Но не обижайся, если в какой-то момент поймешь, что я не смотрю на поле, а читаю, – предупредила Гермиона, улыбнувшись. – Где будет тренировка, в зале или на улице? – Я не обижусь, – заверил её Гарри. – Скорее всего, на поле, так что устраивайся на трибунах. Сам он направился в раздевалку, где уже собиралась команда, но знакомить всех тренер начал уже на поле. Обычно у Гарри была неплохая память на имена, но сейчас он не запомнил ни одного, и все опять из-за Малфоя, будь он не ладен – устроился на дальней трибуне с ноутом. Серьезно, неужели больше места нет? Мысленно выругавшись, Поттер повернулся спиной к нему и, повинуясь команде тренера, рванул с места. К счастью, если и было в его жизни что-то, способное прочищать мозги на раз, так это футбол. Было непривычно играть без Тедди в команде, но он слушал тренера, слушал капитана и делал то, что ему велели. Пока было важно присмотреться к сокомандникам, понять, кто в чем силен. К концу тренировки его форму можно было выжимать, но он был очень доволен. Перекинувшись парой слов с командой и получив напоминание о том, что новичков впереди ждёт посвящение, Гарри легко перемахнул через ограждение и подошёл к трибунам, стараясь не смотреть на Малфоя. – Ну что, не заскучала? – улыбнувшись, спросил он Гермиону. Казалось, что она тоже изо всех сил старается не смотреть в ту сторону, где сидит Малфой. Гарри она улыбнулась и покачала головой. – Оказалось, что довольно интересно. Мне было любопытно посмотреть на команду, где много новичков. – Надеюсь, нас позорно не сожгут в конце сезона, – рассмеялся Гарри. – Подождешь еще минут пятнадцать? Я приму душ и подброшу тебя домой, – с его воспитанием, иного он и не предложил бы. Гермиона согласилась, и Гарри постарался переодеться побыстрее, но когда он вернулся на стадион, застал странную сцену – Гермиона и Малфой весьма холодно обменивались колкостями. Не особо раздумывая над причинами, по которым между ними вообще завязался диалог, Гарри поспешил подойти. – Малфой! – не утруждаясь приветствием, обратился он, посмотрев прямо в серо-голубые глаза. Полюбоваться длинными стройными ногами он успел на подходе. – Все в порядке, Гермиона? – Вы знакомы? – Гермиона удивленно посмотрела на Гарри. У Малфоя на лице читался тот же вопрос. – Вместе учились в Итоне, – ответил ей Гарри и, конечно, не мог не задать встречный. – А вы? – Мы встречались, – хором ответили они и с прищуром посмотрели друг на друга. – Но расстались, – добавила Гермиона. По ее лицу было видно, что она сдерживает эмоции. Малфой же насмешливо глянул на Гарри. – А ты подбираешь чужие объедки? Кстати, Гермиона, если что, он педик, так что на многое не рассчитывай, – сказал Малфой. Первым порывом Гарри было врезать Малфою – иногда все благие усилия Ремуса и Регулуса тонули в темпераменте, унаследованном от Джеймса, и эмоциональности, перенятой от Сириуса. Но он просто не успел. Гермиона шагнула вперёд и дала Малфою пощечину, не сильную, но хлесткую. – Объедки – это я? – ее глаза метали молнии. – Прощай, Малфой. Было неприятно с тобой увидеться, – она взмахнула своей гривой и, взяв Гарри за руку, потянула к выходу с поля. Гарри оглянулся на Малфоя, которого похоже, ударили в первый раз в жизни. Он ошарашено держался за щеку и от этой картины Гарри ощутил смесь удовлетворения и жалости. – И как я не разглядела с самого начала, какой он мудак? – кипятилась Гермиона. – Философский вопрос, – вздохнул Гарри, к Гермионе тоже испытывая смешанные чувства – зависти и облегчения. – Долго вы встречались? – не удержался он, галантно распахнув перед ней пассажирскую дверь пикапа. – Три месяца прошлым летом, на Ривьере, а потом была пара месяцев не пойми чего, когда стало ясно, что его родители меня не одобряют. Я из-за этого придурка не пошла в Оксфорд, потому что он должен был поступить туда, а я не хотела его видеть. Скотина! – Гермиона никак не могла успокоиться. – Полностью согласен! – поддержал Гарри и, больше пока ничего не спрашивая, решительно поехал в сторону "Трех метел". Они были в дороге, когда ему пришло сообщение от Тедди, который интересовался, как дела. Гарри предложил ему подтягиваться туда же. "Я собираю клуб ненависти к Малфою", – написал он, пользуясь остановкой на светофоре. "Клуб ненависти к Малфою? Там больше одного члена?" – спросил Тедди. Но в паб все-таки приехал и застал Гарри на их обычном месте, но в компании. – Членов у нас прежнее количество, – усмехнулся Гарри, поднявшись навстречу Тедди, по пути уже затисканному Розмертой. Сам он тоже прошел через ее объятья, но Тедди, сменившему имидж, досталось чуть больше внимания. – Знакомься, это Гермиона, – представил он. – Моя одногруппница. Гермиона, это Тедди, мой... брат, в общем, – он вечно спотыкался на этом моменте, потому что назвать Тедди просто другом у него язык не поворачивался. – Приятно познакомиться, – Гермиона пожала ему руку, задержавшись взглядом на ярко-голубых кудряшках. – Вы не похожи, – заметила она. – Итак, теперь вы оба ненавидите Малфоя? – спросил Тедди, когда Розмерта принесла им имбирный лимонад и их заказ. Для Тедди Гарри сразу заказал, впрочем, Розмерта и сама прекрасно знала, что они обычно заказывают. – Мы не родные братья, – для начала решил пояснить Гарри. – История не то, чтобы длинная... в общем, мои родители развелись... эээ... лет пятнадцать назад. Ну не важно. Потом папа стал встречаться с братом моего крестного. А потом мой крестный стал встречаться с отцом Тедди. Вот, коротко получилось, – улыбнулся он, довольный собой. – И, да, теперь у нас клуб по интересам. Гермиона встречалась с Малфоем прошлым летом и не понравилась его родителям, – он фыркнул, демонстрируя свое отношение к ситуации. – То есть Малфой у нас все-таки гетеро? – спросил Тедди, при этом испытующе посмотрев на Гарри. До этого они сомневались, а тут живое доказательство. – Я знаю вас меньше суток, а тебя меньше получаса, – хмыкнула Гермиона, посмотрев на Тедди. – Но, учитывая, что он мне сказал, думаю, я имею право выдать некоторые интимные тайны. Малфой совсем не против иногда, чтобы его... культурно выражаясь, поимели в зад. – Я знал, – хмыкнул Гарри и пихнул Тедди. – Ты должен мне полтинник. Мы зарубились с этим спором еще два года назад, но не могли найти доказательств, – пояснил он Гермионе. – А о чем вы спорили? – усмехнувшись, спросила Гермиона, похрустывая сырной палочкой в пряном кляре. – Гей Малфой или нет, – ответил Гарри. – Он нас в Итоне ненавидел, в частности, за "телячьи нежности", клеймил педиками и прочим. Мы заподозрили его в том, что он и сам латентный гей. – А, ну справедливо, в общем, заподозрили, – признала Гермиона, с улыбкой наблюдая, как Гарри протягивает Тедди купюру. – Ну, то есть, он не стопроцентный гей, но то, что он, скажем так, не против, это факт. Просто кол, который ему в детстве вогнали в зад, такой величины, что члену там места может уже не хватить... вот он и страдает. Гарри и Тедди переглянулись. Было о чем поболтать вечером перед сном, это точно. – А как он вообще в отношениях? – не удержался Гарри. – Не всегда же он такой мудак? – Вообще, это самое обидное, – вздохнула Гермиона, подперев кулачком щеку. – Я бы даже подумать не могла, что человек может так измениться. Он был очень внимательный, заботливый, какой-то... предупредительный. Когда я, сказала, что цветам предпочитаю книги, на каждое свидание он стал дарить мне какую-то новую, причем, действительно интересную книгу, – было очевидно, что расставание ее по-настоящему задело. – Может у него есть брат-близнец, о котором мы не знаем? – предположил Тедди. – И когда все изменилось? – Тогда они как-то слишком уж умело меняются, – горько усмехнулась Гермиона и вздохнула. – К Хэллоуину. Он мне все уши прожужжал, какие праздники они каждый год устраивают в Мэноре. Он так поместье отца называет. Что уж там за Мэнор, я не знаю, ни разу не была. До Хэллоуина оставалось недели две, когда он сообщил, что нам надо расстаться, потому что я ему не пара. Знаете, я так опешила, даже пошутила, что мы можем выбрать другие наряды, если он не хочет надевать парик, чтобы быть Риком О'Коннелом. Я хотела одеться Иви, как вы понимаете. Он сказал, что дело не в нарядах, его родители меня не одобряют, бла-бла-бла, – она дернула плечом и поморщилась. – Нет, я не графиня, конечно, но мы же блин не в девятнадцатом веке живем! У меня достаточно обеспеченные родители. Ну, я к тому, что в обносках я никогда не ходила. Ладно, черт с ним, пусть ищет свою... кто там ему нужен? Сестра Кейт Миддлтон? – К сожалению, для Малфоев и Миддлтоны плебеи, – вздохнул Гарри. – Я помню, как Сириус пародировал высказывание Люциуса на тему королевской свадьбы. В какой ад катится монархия и вот это все. Мне жаль, что с тобой так вышло. – А кто такой Сириус? У вас что, еще и родители общаются? – Гермиона как будто бы немного напряглась, хотя, по большому счету, теперь ей уже было плевать, что там думает Люциус Малфой по поводу королевской семьи. – Сириус – мой крестный и отчим Тедди. И у нас скорее семейная вражда, – вздохнув, Гарри пересказал ей всю предысторию, связанную с конным спортом и соперничеством с Малфоями. – Вот оно что, – протянула Гермиона, выслушав. – Знаете, поймите меня правильно, я хорошо отношусь к лошадям. Но способность Малфоя любую тему свести к скачкам, лошадям, выездке и тому подобному, иной раз просто вымораживала. – У бедняжки просто нет других интересов в жизни, – ответил Тедди. – Но большой карьеры в спорте ему не сделать, тут его отцу пришлось смириться. – Правда? – удивилась Гермиона. – А я думала, его чемпионство, это лишь вопрос времени. С его слов, во всяком случае. – Если бы все так хорошо складывалось, как он говорит, он бы не пошел в университет, а продолжил бы тренироваться. Но в сборную на Олимпиаду он даже не метит, – пожал плечами Тедди. – Ну это как-то глупо, делать ставку только на конный спорт, и остаться без образования, – начала было Гермиона, но тут зазвонил телефон Гарри, на экране высветилось "Папа". – Хэй, сынок, неужели занятия еще не закончились? – спросил он, когда Гарри ответил. – Мы тут ждем вас с ужином. – Мы скоро будем, пап! – Гарри решил, что объяснять, где они застряли, дольше и не имеет смысла. – Прости, Гермиона, нас потеряли, нам с Тедди пора бежать. Мне очень приятно с тобой познакомиться, надеюсь, мы и дальше будем общаться, – улыбнулся он, без возражений оплачивая их общий счет. – Я тоже очень на это надеюсь, – искренне ответила она и в ответ на их сомнения заверила, что она прекрасно доберется на такси. Ребята привычно закинули Веспу в пикап и, помахав Гермионе, выдвинулись домой. – Итак! – Тедди пихнул Гарри в бедро. – Что итак? Ты буквально был со мной все это время, – удивился Гарри. – Да, но не в твоей голове! – закатил глаза Тедди. – Что ты думаешь по поводу услышанного? Планируешь что-нибудь предпринять? – Даже не знаю, но сегодня Малфой повел себя как мразь и заслужил пощечину. Неужели я жертва стереотипа про влюбленность в плохих парней? – вздохнул Гарри. – Похоже на то, – Тедди сочувствующе похлопал его по бедру. – Если бы Оксфорд не был так далеко, я бы предложил вам с Гермионой перевестись туда, но даже не думай. Я тебе тогда жопу откушу. – Мне сегодня на тренировке без тебя было пиздец как странно, – признался Гарри, сворачивая на их улицу и паркуясь. – Как будто без ноги играю. – О, ну расскажи, как команда? – тут же предложил Тедди, чтобы заодно отвлечь друга от мыслей о Малфое. В дом они ввалились, обсуждая потенциальные плюсы и минусы игроков университетской сборной. – Не прошло и года, – сказал Джеймс, все еще расхаживая в дурацком фартуке с оленями. – Вы где застряли? Мы ждали вас час назад. – Прости, пап! – Гарри тут же подлетел к нему и чмокнул в щеку. – Мы немного посидели в метлах с моей одногруппницей. – Завел подружку? – пошутил он. – А как же Тедди? Разобьешь ему сердце? – подначил его Джеймс. – Кому разобьет сердце? – на пороге появился Сириус с формой для запекания в руках. – Ремус успел сделать лазанью. – Гарри уже завел подружку и разобьет сердце Тедди, – тут же отрапортовал Джеймс, забирая, у Сириуса форму. – На самом деле, она милая, – улыбнулся Тедди. – О, отношения втроем? – прищурился Сириус. – Современно, одобряю! – он потрепал Тедди по голубой шевелюре. Для этого ему пришлось привстать на носочки. – Вы же знаете, что это не так работает, – рассмеялся Тедди. – Но если мы будем одиноки в тридцать, так и быть, я женюсь на Гарри. – Возьмешь замуж, милый, – Ремус поцеловал сына в затылок – ему рост позволял. – И, дело ваше, конечно, но мне кажется, тридцать, это слишком ранняя грань. Мы с Сириусом сошлись, когда обоим было за тридцать. – У тебя за плечами уже был один брак, – ответил ему Тедди. – А у Сириуса куча любовников, нам до вас далеко. Гарри хмыкнул, расставляя тарелки. Наконец они дождались Регулуса и сели за стол. – За ваш первый учебный день, – Сириус поднял бокал с вином. – Уже думали, где будете искать квартиру? – Честно говоря, пока даже не обсуждали, – Гарри чуть виновато посмотрел на Джеймса и Регулуса. Тот тут же дал брату подзатыльник. – Твой безмозглый крестный не имел в виду, что мы уже пакуем ваши вещи, – успокоил его Рег. – Просто скажите, если нужна помощь риелторов. – Я не безмозглый крестный, – закатил глаза Сириус. – Вообще-то я хотел предложить свою старую квартиру. Квартиру дяди Альфи. – О, она довольно удобно расположена, – оценил Джеймс. – Только, пожалуй, требует хотя бы косметического ремонта, – заметил Ремус. – Шебби-шик в моде, знаешь ли, – возразил Сириус. – Но если парни захотят там что-то поправить, на здоровье. – Ты, правда, не против, чтобы мы жили там? – с восторгом и изумлением спросил Гарри. – И никто не против? – Мы не против, при условии, что вы не разнесете квартиру безумными вечеринками, – рассмеялся Сириус. Ремус подмигнул им с Тедди, довольный эффектом от подарка. – Торжественно клянемся! – в один голос отозвались мальчики и кинулись друг к другу обниматься. Правда, потом спохватились и переключились на родителей, чтобы поблагодарить их.