Сердце Блэк

— Эл, там кого-то не могут найти! Ученик исчез! — тревожно воскликнула Гермиона. Первое утро в Хогвартсе началось с криков. Голос Гермионы эхом разносился по коридорам. — Я спущусь и посмотрю. Только ты успокойся, — спокойно ответила Элизабет, вставая с кровати. Она прошла в гостиную, затем остановилась на лестнице. Казалось, вокруг тишина, все спят. Может, Гермионе просто приснилось. Эл медленно спустилась вниз, внимательно осмотрелась. — Вроде ничего не происходит, — прошептала она сама себе. Но вдруг на неё из ниоткуда вылилось ведро ледяной воды. Пижама, волосы, лицо — всё промокло до нитки. — Хах, Рон, как ты вообще умудрился встать с постели? — из-за угла вышел высокий рыжий парень с озорной улыбкой. Следом вышел его точно такой же брат. — Фред, мне кажется, это не Рон, — флегматично произнёс второй. Элизабет с удивлением узнала этих парней: яркие рыжие волосы, дерзкие улыбки — она точно видела их раньше. Она взглянула на них с раздражением — и в ответ встретила игривый, почти вызывающий взгляд первого. — Девушка, простите, мы хотели облить брата, сейчас принесу полотенце! — хлопнул дверью второй, быстро убежав. Первый остался и продолжал пристально смотреть. — Почему ты так смотришь? На моём лбу что-то написано? — с раздражением спросила она. — На красивых девушек часто так смотрят, — с ехидной улыбкой ответил он. Элизабет лишь улыбнулась в ответ. В этот момент вернулся второй брат с полотенцем. — Вот, возьмите, — протянул он. — Пожалуй, я лучше пойду в комнату, — сухо ответила Эл и удалилась. Мальчишки уселись на диван у камина. — Джордж, это точно она, та девушка из магазина? — прошептал Фред. — Не кажется, Фредди. Судьба сводит людей снова, — улыбнулся Джордж. — На что намекаешь? — спросил Фред. — Он смотрел на неё так, что даже имени не спросил, — хитро улыбнулся Джордж. — Знаешь, если мы опоздаем на урок у Снейпа, он нас убьет, — вздохнул Джордж. — А нам-то что? — зевнул Фред. — Нам нет, но мама будет в ярости, — парни встали и пошли собираться. Тем временем Эл высушила волосы. Гермиона уже была готова. — Кто тебя так? — спросила она. — Два рыжих близнеца, — ответила Эл. — Снова они. Фред и Джордж — старшие братья Рона, все шутники, постоянно в беде. Макгонагалл с ними на короткой ноге, — объяснила Гермиона. Элизабет быстро собралась: привычная форма Гриффиндора, волосы собраны в небрежный пучок, браслет покойной матери — подарок тётушки Андромеды — не покидал её запястье. Казалось, ничего не может испортить этот день. Эл и Гермиона были готовы к новому учебному году, но не Гарри и Рон. Девочки ждали их в гостиной. — О, кто нас ждет? — саркастично произнёс Рон, входя. — Конь в пальто, Рональд, — ответила Гермиона. — Главное, чтобы не пауки, — хмыкнул Рон. Они были небрежно одеты: галстуки болтались на шеях, волосы взъерошены. — Мне нужно отлучиться, а вы присмотрите за Эл, — сказала Гермиона и исчезла. — Как она это делает? — удивлённо спросил Рон. — Понятия не имею, — пожал плечами Гарри. Все втроём направились в Большой зал. Там уже было много учеников. — Эл, не волнуйся, — сказал Гарри, заметив, как её руки дрожат. Взгляды всех словно цеплялись за неё. Она искала, где бы сесть, и Гарри предложил присоединиться к рыжей девочке рядом с двумя рыжими близнецами. Эл собралась с духом и подошла. — Здесь можно? — спросила она. — Конечно! — улыбнулась девочка. — Ты новенькая? — Да, я на третьем курсе, — ответила Эл. — Учиться будешь с моим братом, — добавила она. — Дай угадаю — Рон? — Эл улыбнулась. — Ты гадалка! — засмеялись они. — Меня зовут Элизабет, — представилась она. — Я Джинни, — ответила рыжеволосая девочка, но её прервали Фред и Джордж. — А нас спросить? — встали парни и окружили Эл. — Я Фред, а это Джордж. — Верно, — Эл улыбнулась. — Быстро отстаньте от неё! — строго сказала Джинни. — Как скажешь, грозная Джинни, — посмеялись братья и отошли. — Не обращай на них внимания. — Постараюсь, — ответила Эл. Они весело разговаривали, Джинни рассказывала о разных учениках и курсах. Вскоре Гарри напомнил: — Эл, скоро ЗОТИ. Элизабет попрощалась и направилась на урок. Гермионы не было, урок вел новый преподаватель — профессор Люпин. В кабинете собрались ученики разных факультетов. Профессор рассказывал о новом заклинании, но мысли Эл летали где-то далеко — о её семье, о тайнах, которые ей не раскрыла тётушка Андромеда. Как погибли её родители? Это было загадкой. Вдруг к ней подошёл блондин из Слизерина — Драко Малфой, о котором говорила тётя. — Нашла на кого смотреть, — прошептала Гермиона, появившись рядом. — Как ты здесь оказалась? — Не важно. Вижу, ты и Малфой не отрываете взгляд друг от друга. — Гермиона, не неси чепуху.— Эл улыбнулась. Гермиона тихо посмеялась и присоединилась к уроку. Профессор Люпин заметил, что Эл не слушает, и обратился к ней: — Мисс Блэк, что за заклинание мы изучаем? — Ридикулус, — ответила она. — Что оно делает? — Помогает превратить пугающую фигуру боггарта в смешную, — уверенно объяснила Эл. — Отлично, — улыбнулся профессор. Во время практики Гарри вызвал боггарта в виде дементора. Поттер растерялся, но быстро справился. — Урок закончен, — сказал Люпин. Ученики уже расходились по коридорам, голоса затихали, кабинеты опустели. В кабинете профессора остались только несколько человек. — Мисс Блэк, я вас попрошу задержаться, — спокойно, но с лёгкой настороженностью произнёс профессор Люпин. Его глаза внимательно смотрели на Элизабет. — А ты, Поттер, подойди ко мне чуть позже, хорошо? Гарри кивнул и вышел, а Элизабет шагнула вперёд. — Профессор, вы хотели что-то сказать? — её голос чуть дрожал, но она старалась сохранять спокойствие. Люпин указал на её руку, где на запястье мерцал тонкий браслет, покрытый древними узорами. — Откуда у тебя этот браслет? — спросил он, не скрывая интереса. — Это браслет моей покойной матери, сэр, — ответила Эл тихо, словно боясь, что произнесённые слова нарушат тишину. Профессор задумался, его взгляд потёк в воспоминания. — Я заметил, что на уроке ты не совсем была внимательна, но ответы твои были безупречны. Ты ведь здесь новенькая? — Простите, профессор, — улыбнулась Элизабет, — я просто была сосредоточена на другом. Все эти заклинания… я знаю их уже давно наизусть. Люпин слегка улыбнулся, и в его взгляде мелькнула теплая ностальгия. — Твой отец, напротив, не был так прилежен, — тихо сказал он. — Знал их хорошо, — Да? — Не просто знал, они были моей семьёй. Твой отец был настоящим хулиганом, обожавшим приключения, а потом — тихим часами, проведёнными в кабинете профессора Макгонагалл. — он улыбнулся, и в голосе его прозвучала нежность. — А твоя мать… она была исключительной женщиной — сильной, умной, способной поставить на место любого. Её уважали все, но любили особенно. Она жила учёбой и квиддичем, а твой отец — ею и квиддичем. Они были лучшими людьми, которых я знал. — Вы были очень близки с ними, — тихо сказала Эл, в душе пробегая дрожь. — Они были моей семьёй, — ответил Люпин и мягко положил руку на её плечо. — Если тебе понадобится помощь, знай — я всегда рядом. Элизабет почувствовала тепло и поддержку, впервые за долгое время в её душе забрезжила надежда. — Твоя тётушка рассказывала, что ты любишь сладкое, — улыбнулся профессор, доставая из-за стола две плитки молочного шоколада с орехами — твой любимый. — Мой любимый! — глаза Элизабет засияли благодарностью. — Спасибо большое! Мне можно идти? — Да, можешь идти. Элизабет только вышла из кабинета профессора, как услышала резкий голос позади. — Блэк. Ты думаешь, что можешь просто уйти, как будто мы не родственники? — сказал Драко, преграждая ей путь. — Если ты тут, чтобы устроить мне допрос, — холодно ответила она, — можешь сразу идти обратно. Драко нахмурился, его взгляд был напряжён и немного недоверчив. — Мне нужно понять, кто ты такая. Слишком много вопросов, слишком мало ответов. Ты всегда одна, закрытая. Никто толком не знает твоей истории. — И не узнают. — Эл посмотрела прямо в его глаза. — Мне не нужно лишних проблем. — Мы хоть как-то связаны, — Драко сделал шаг ближе, — но ты ведёшь себя так, будто я твой враг. Почему? — Потому что к тебе нельзя просто так доверять, — коротко сказала она. — Ты — слизерин , а я — гриффиндор. У нас разные пути. На секунду между ними повисло напряжение. Но потом Драко откинулся на стену и с легкой усмешкой сказал: — Может, ты и права. Но если мы не начнём общаться, у нас никогда не будет выбора. — Я не ищу друзей, — ответила Эл, но голос стал чуть мягче. — Тогда хотя бы союзников. — Он кивнул. — Может, в этом году нам всем понадобится поддержка. — Если ты не начнёшь доставать меня с вопросами, — Эл кивнула в знак согласия, — можно попытаться. — Тогда пойдём в библиотеку. Тебе здесь не место одной. — Ладно. — Она глубоко вздохнула и сделала шаг рядом с ним. Они пошли вдвоём, напряжённость не исчезла полностью, но шаг к пониманию был сделан. В библиотеке, среди пыльных полок с древними томами и тихого шелеста страниц, Элизабет и Драко начали разговор с осторожностью и взаимным недоверием. Драко спросил прямо и даже немного резко, почему она не хочет играть по обычным правилам и почему так холодно относится к большинству учеников — особенно к нему и другим слизеринцам. Элизабет в ответ не стала смягчать тон, объяснив, что прошлое Хогвартса и сложные отношения между факультетами заставили её быть настороженной, особенно к тем, кто мог иметь предвзятое отношение к ней из-за её фамилии. Между ними возникали острые вопросы о лояльности, семье и принадлежности — и каждый пытался понять, где проходит черта между предрассудками и реальностью. Драко признавал, что часто Слизерин воспринимают как «плохих парней», но он старался держать свою собственную позицию, не желая быть просто тенью своей семьи. Постепенно разговор стал менее враждебным — они нашли общие точки соприкосновения в том, что оба чувствуют себя немного чужими в Хогвартсе, что не всегда можно доверять людям вокруг и что каждый вынужден бороться со своими внутренними страхами и ожиданиями. Элизабет удивила Драко своей прямотой и независимостью, а он — её стойкостью и умением держать себя в сложных ситуациях. В итоге они согласились, что лучше не усложнять отношения ненужной враждой и что им стоит попробовать понять друг друга, пока судьба держит их вместе в одном месте. Они вышли из библиотеки, где царила полумрак и запах старых книг. Холодный вечерний воздух Хогвартса будто остужал напряжение, которое всё ещё висело между ними. Элизабет стояла прямо, держа плечи чуть напряжёнными. Её тёмные волосы аккуратно спадали на плечи, а глаза, несмотря на усталость, блестели решимостью. В её взгляде читалась и осторожность, и готовность к новым испытаниям. Она была невысокого роста, но в ней чувствовалась внутренняя сила, которая заставляла обратить на неё внимание. Драко же, высокий и стройный, оперся спиной о каменную стену замка. Его светло-русые волосы слегка взъерошились, а холодные зелёные глаза внимательно изучали Элизабет. В его жестах была и некоторая непримиримость, и скрытая усталость от постоянной борьбы за своё место в этом мире. Но в этот момент он выглядел чуть мягче, словно готовый сделать шаг навстречу, несмотря на гордость. — Ну, — сказал Драко, слегка улыбнувшись, — надеюсь, это начало… хотя бы временного перемирия. — Временного? — Эл усмехнулась, чуть расслабляя плечи. — Тогда будем считать, что мы договорились. Он кивнул и протянул руку. — Драко. Она взяла его ладонь крепко, но без излишней теплоты. — Элизабет. На мгновение их взгляды встретились, и в этом простом контакте было что-то новое — нечто между осторожностью и зарождающимся взаимопониманием. — Увидимся завтра, — сказал Драко, отступая назад к коридору. — Да, — ответила она, — до завтра. Они разошлись в разные стороны, каждый унося с собой тяжесть прошлого, но уже с тенью надежды на будущее. Элизабет рванулась к Большому залу, сердце бешено колотилось, будто пыталось вырваться из груди. По коридорам Хогвартса бежала лёгкая прохлада, смешанная с запахом старых каменных стен и тонкой горечи дровяного дыма из каминов. В зале уже собрались Гарри, Рон, Гермиона и ещё несколько учеников, шумно болтавших и смеявшихся. Рон, с набитым ртом и красным лицом, прищурился на Элизабет и спросил с подозрением: — Ты где была? Мы уже думали, что тебя сдуло в Чертову Болотину! — Рон, — Гермиона встала между ними, голос её прозвучал резче, чем обычно, — не веди себя как свинья. Элизабет тяжело дышала, села рядом с Гермионой и Гарри, чувствуя, как взгляд Рона продолжает неотрывно следить за ней. — Я была в библиотеке, — сказала она, стараясь скрыть дрожь в голосе. Гермиона кивнула, улыбаясь Елизабет с нежностью, как будто пытаясь передать ей силу и уверенность. — И как первый день? — поинтересовалась она. — Хорошо, — Эл ответила коротко, пытаясь улыбнуться, но улыбка получилась натянутой. Гермиона наклонилась к ней ближе, шёпот её был едва слышен: — Ты слышала новости? Из Азкабана сбежал опасный преступник. Эти слова упали на Эл как ледяной душ. Сердце словно остановилось, а потом забилось с двойной силой. Она почувствовала, как холодок пробегает по всему телу, от кончиков пальцев до корней волос. — Кто? — спросила она, голос её стал чуть тише, почти дрожащим. — Сириус Блэк, — ответила Гермиона, её лицо стало серьёзным, а в голосе застыл страх. Эл опустила взгляд, стараясь увести глаза от собеседницы, потому что вдруг внутри что-то защемило. Сириус Блэк — кузен её тёти, но Эл почти ничего не знала о своей семье. Родители умерли, и прошлое казалось обрывками, исчезающими тенями. — А кем он тебе приходится? — тихо спросила Гермиона. — Я не знаю, — прошептала Эл. — Мои родители умерли, и я почти ничего о них не знаю. Гермиона сжала руку Эл, словно передавая ей свою поддержку. — Никому не говори, — попросила она. Вокруг собралась тихая тревожная атмосфера. Гарри и Рон переглянулись, их лица выражали смесь любопытства и беспокойства, но они не смели вмешиваться. После ужина, когда Большой зал пустел, Эл и Гермиона остались сидеть за столом, пытаясь сосредоточиться на уроках, но мысли Эл всё снова возвращались к беглому преступнику и тому, что это может значить для неё самой. — Эл, будь осторожна, — сказала Гермиона, наклоняясь к ней так близко, что их плечи почти соприкасались. — Сириус не просто опасен. Он хитёр, умеет проникать туда, куда никто не ждёт. Не ходи одна. Эл попыталась улыбнуться и, чтобы развеять тревогу, пошутила: — Я буду ходить с ножом в руке. Обе засмеялись, но смех казался слишком звонким в этой ночной тишине. Внезапно в гостиную ворвался шум — мальчишки начали шептаться о беглом преступнике, слова “Сириус Блэк” проносились в воздухе с тревогой и неизвестностью. — По комнатам! — крикнул староста. Эл с Гермионой встали, усталость давила на неё, но тревога не отпускала. Дверь резко распахнулась, и в комнату вошла Джинни, зевая и сонно произнося: — Макгонагалл всех вызывает. Эл почувствовала, как сердце сжалось. — Что случилось? — спросила она, стараясь сохранить спокойствие. — Сириус Блэк был здесь, — тихо ответила Джинни. Профессор Макгонагалл стояла у двери с серьёзным, почти грозным выражением. Взгляд Фреда Уизли всё время скользил в сторону Эл. — На кого смотришь, братец? — насмешливо спросил Джордж. — На стену, — пробормотал Фред, стараясь скрыть смущение. — Не называй девушек стеной, — поддразнил Джордж. — Я не про девушек, — покраснел Фред. — Про Элизабет Блэк, — с загадочной улыбкой подколол Джордж. Макгонагалл резко подняла руку: — Всем по комнатам! Мисс Блэк, семья Уизли, мисс Грейнджер и Поттер — останьтесь. — Что происходит? — спросила Джинни, смотря на Эл с тревогой. — Вы можете идти, — сказала Макгонагалл, закрывая дверь за остальными. — Спокойной ночи. Затем её голос стал холодным и ровным: — Мисс Блэк, вы понимаете, что ваш родственник сбежал из Азкабана? Мы не знаем, зачем он пришёл, но в Хогвартсе есть два ученика, которые могут быть ему интересны — вы и Поттер. Эл почувствовала, как комок тревоги сдавил горло, дыхание перехватило. — Вы меня пугаете, — прошептала она. — Не ходите одна, — строго предупредила Макгонагалл. — Гермиона слишком занята уроками, так что кто-то должен присмотреть за вами. — Мы можем приглядывать за ней, — неожиданно предложил Фред, глядя прямо на Эл. — Надеюсь, справитесь, — с лёгкой улыбкой сказала профессор и удалилась. Ночь была тяжёлой и неспокойной. Эл ворочалась в кровати, погружённая в кошмары, в которых её родители приходили во сне. Их лица были размыты, а слова — неясны, будто сквозь густой туман.