Тихийдом

Однажды ты поймешь, о чем именно я говорил тебе, вспомнишь холодный шепот в красное, разгоряченное ухо. Проведешь по горящей коже ладонью. Все только начинается.

— Куда ты меня тащишь? — спрашивает Акутагава, ступая за блондином. Художника куда-то слишком убедительно тащат, так что приходится подчиниться и ползти за ним как червячок. — Я устал! А что? Ему поныть своему парню нельзя о том, как устал? Можно. Тем более этот парень всегда рад выслушать Рюноске будь то плачем, нытьем, радостной новостью или ощущениями после просмотра хорошей дорамы. В отношениях Ацуши оказался очень мягким и прекрасным человеком, очень понимающим и ищущим разного рода компромиссы. А еще они отлично сходятся во вкусах и предпочтениях. Едят почти одну и ту же еду, любят одних исполнителей и жанр литературы. А Рюноске перестал стесняться всего на свете, потому что у него появился Накаджима, с которым можно все спокойно обсудить и поведать ему о самых страшных тайнах внутри парня. Вот так и живут душа в душу, а разница в возрасте всего лишь два года, которые вообще не ощущаются. Ацуши по природе своей больше на собак смахивает. Этакий белый лабрадор с веселыми глазами, любящий обниматься. А Акутагава черная кошка, которая постоянно одна и никого не подпускает. Но вместе они терпкое и красивое сочетание. — Так все же, куда именно мы идем? Старший поворачивается, закусывая губу, но все равно молчит. Во дурак! Но какой же любимый дурак. Акутагава не привык брать, но вместе с Ацуши начинает учиться не стесняться отвечать на поцелуи, обнимать за талию и просто контактировать. Накаджима потихоньку одомашнивает дикого хорька Рюноске. Меж тем он ведёт младшего за руку по странному месту, а после открывает дверь появившегося такси. Этот вечер все еще больше напоминает Акутагаве франшизу «Пила». — Надеюсь, ты меня не в лес везешь, — тихо говорит Акутагава, пристегиваясь на заднем. А следом за ним заползает Накаджима и также пристегивается для безопасности, проверяя правильно ли все сделал его парень, чтоб уж наверняка. — Изнасиловать? — Убить и снова изнасиловать, а потом расчленить, отвезти части моего тела на свалку, а более-менее съедобное оставить себе на рамэн. Очень вкусно, не пробовал? Ацуши смотрит удивленно, а потом выдыхает и протягивает Акутагаве один наушник и хлопает себе по плечу, намекая прилечь. А Рюноске не пальцем деланный, он и ложиться аккуратно, пока машина тихо едет. Наушник заботливо в ухо вставляет Накаджима. Музыка тихая такая и спокойная. Расслабляет, а теплые руки Ацуши топят в заботе и нежности, в ласке и любви бедного Акутагаву, не знавшего такого все свое бренное существование. — Нет, Рю, не изнасиловать и не убить. Просто выдались каникулы, и я свободен от лечения. И я решил, что нам нужно немного отдохнуть от городской суеты. — М, спасибо, Ацуши-кун, — с закрытыми глазами мычит в ответ Рюноске, чмокая губами. Теплые и сильные руки обвивают его торс, а джинсовка Накаджимы оказывается заботливо накинутой на тело Акутагавы. — Я люблю тебя, Рю! — И я тебя люблю! И да, Акутагава готов повторять это постоянно. Всегда. Лишь бы Ацуши поверил в силу его любви и смог полюбить себя. *** — Все хорошо, Рюноске? — спрашивает Ацуши. Они приехали в маленький отельчик на краю города. Здесь просто чудесный вид и хороший номер. Сюда подростки приехали на дня три-четыре, чтобы отдохнуть как следует и насладиться компанией друг друга. Акутагава расслабленно падает на кровать, глазами следя за тем, что делает Накаджима. А тот отбрасывает рюкзак и снимает джинсовку и джинсы. Остается в трусах и длинной футболке. Парень залезает на кровать. А Рюноске решается побыть ласковым и добрым котом. В комнате шкаф-купе с выдвижным зеркалом во весь рост, кровать большая, а также столик и тумбочка. Ну и ванная комната конечно же. Идеальное место для того, чтобы отдохнуть двум парням в полной тишине и покое. Акутагава был очень напряжен последнее время, поэтому для него такая вылазка — действительное успокоительное за последнее время. Младший забирается на бедра блондина и начинает целовать его. В щеки, в шею, в губы предательски дрожащими губами. Акутагава чмокнул даже в мочку уха. Накаджима ловит подрагивающие пальцы от напряжения и целует их костяшки, успокаивая своего возлюбленного. Рюноске смущается еще сильнее от таких действий. — Аку-кун, пора остановиться, — шепчет Накаджима на ухо, приподнимая корпус. — Иначе? — Иначе у меня встанет и будет некомфортно мне. Ацуши даже немного покраснел в силу своих же слов. Он садится и хочет уже скинуть Акутагаву с себя и уйти в ванную комнату по вполне естественным причинам, но его парень целует мокро в шею и прижимается еще сильнее. Отпускать не хочет. — Я хочу, чтобы у тебя встал, — тихо говорит младший. — Мне хочется, чтобы ты возбудился из-за меня. Ацуши руками поглаживает аккуратную талию Рюноске. Он улыбается и ставит поцелуй в шею, а следом чмокает в шею. В глазах скопились слезы. Вообще не к месту, но Накаджима прижимается ближе, боясь отпустить или ранить брюнета. — Малыш, ты правда великолепный, но трахаться в пятнадцать лет плохо. Ты маленький, понимаешь? Я не могу. Акутагава сникает немного, но осторожно двигает бедрами, задевая член старшего собой. Он словно бы специально пытается вывести парня. — Какая разница. Мы не будем трахаться, а заниматься любовью. Я тебя люблю и мне хочется это сделать, так что плохого в том, что я просто хочу сделать приятно своему любимому человеку? Ацуши поглаживает большими пальцами уголок губ, а потом горячо целует, проникая языком внутрь. Теплота разливается по рту и по груди, а Акутагава ближе прижимается, пытается слиться с телом Накаджимы. Он хочет стать единым целым. Они продолжают целоваться, и Рюноске ощущает как ему в задницу упирается возбужденный член. А Ацуши снова хочет уйти и не делать того, что хочется. Он словно боится за Рюноске. — Малыш, ну правда, сдался тебе этот секс, — дуется Накаджима. — Это для взрослых, все со временем будет. Акутагава лишь презрительно выдыхает. Ему такое поведение не нравится, поэтому парень проводит рукой по щеке, снова целует. Губы младшего очаровательно припухли от грубых и страстных поцелуев. Ацуши кладет руки ему на талию, прижимая ближе. Рюноске потирается пахом о живот Накаджимы. — Давай попробуем, Ацуши-кун? — шепчет Акутагава, не переставая тереться о вставший половой член. Ему приносит удовольствие мысль о том, что Накаджима может наслаждаться его телом и его отдачей. — Рю, — совсем тихо произносит Ацуши, снимая кофту с Акутагавы, оставляет его наполовину раздетым. Горячими ладонями ведет по бледной коже, вдоль ребер, по шее. Оглаживает своими руками, ласкает Рюноске. — Ты хоть что-то знаешь о сексе между мужчинами? Брюнет краснеет очаровательно. Глаза руками закрывает, но Ацуши берет их в свои ладони и целует. Он не хочет, чтобы сегодня Акутагава закрывался от него, боялся реакции. Парень хочет слышать стоны, понимать, что тому тоже хорошо. Ох, черт, необходимо унять свой пыл. Не все так просто. — Ну, я знаю, что кто-то кому-то вставляет, — смущенно шепчет Акутагава, ерзая на бедрах своего парня. Закусывает губу. — Ха, я так понимаю вставлять будешь ты в меня? — Если не хочешь, мы можем поменяться или остановиться, малыш, — Ацуши аккуратно проворачивается и подминает его под себя, закрывая от всего мира своим телом. — Пожалуйста говори со мной, не молчи если больно или неприятно. Я хочу, чтобы ты наслаждался, понимаешь? Рю кивает, а потом добавляет: — Хорошо, я тоже хочу, чтобы тебе было приятно со мной. Ацуши оглаживает нежную кожу около ребер и живота. Акутагава совсем расслабляется в его нежных и сильных руках, доверясь полностью. Накаджима поцелуями спускается с линии челюсти до груди, а потом и сосков. Он хочет возбудить до невозможности, заставить сгореть от желания. Ацуши продолжает аккуратно целовать, поглаживая в некоторых чувствительных местах особо чутко. — Так хорошо, Ацуши, — шепчет Акутагава, постанывая. Пальцы длинные вплетает в белые волосы старшего, ероша белые пряди. — Еще пожалуйста. Накаджима продолжает целовать, бережно снимая штаны и трусы со своего парня, оставляя его полностью нагим. Какое же прекрасное у Акутагавы тело. Такое нежное, но одновременно мужественное. — Ацуши, сними и с себя, — просит младший. Старший снимает футболку и джинсы, оставаясь в трусах. Для него самым первым действием — ублажать Рюноске, а потом уже собственное возбуждение. — Малыш, ни смазки, ни презервативов у нас нет, — говорит аккуратно Накаджима, предполагая другие варианты сегодняшнего вечера без проникновения. — В моем рюкзаке, — а щеки-то красные у Рюноске, стесняется. — Я готовился. Накаджима быстро находит смазку с презервативами. Вот же Акутагава, он думал об этом вечере и об этих выходных. Так много им еще придется обсудить между собой. Ацуши пальцами скользит в ложбинку между ягодиц, аккуратно поглаживая. — Расскажешь мне потом о каждой своей влажной фантазии, хорошо? — Хорошо, не медли, пожалуйста! Рюноске морально подготовил себя уже достаточно давно. Ему снились определенные сны, да и он подросток, это нормально что ему хочется трахаться со своим парнем. Все-таки они в отношениях, а секс — это нормальное явление. Первый палец входит туго и болезненно. Акутагава морщится, но Ацуши продолжает целовать его везде, успокаивая от этих неприятных ощущений в своей заднице. Когда Накаджима более-менее свободно проталкивает один палец, вставляет и второй. Рю не лежит бревном, тоже целует везде, руками гладит лицо Ацуши. Хочет, чтобы у того до искр перед глазами вставало, и чтобы хорошо было. Очень хорошо. Старший слышит хриплые стоны, чувствует, как выгибается молодое тело, как дрожит Акутагава под ним. И, черт, это чувство опьяняет его полностью. Он быстро надевает презерватив, вытаскивая пальцы из парня и вытирая их о покрывало. Накаджима губами к виску прижимается, понимает, что больно будет, но хочет облегчить ее любыми способами. Возможными и невозможными. — Все хорошо, милый, сейчас пройдет, — шепчет на ухо Ацуши, вставляя наполовину и поглаживает его за грудь и живот, боль пытаясь ослабить. Через несколько минут становится действительно не так больно. наоборот, желание захватывает тело, и Акутагава сам насаживается сильнее, выстанывая имя своего парня. Как же ему сейчас хорошо принимать в себя его член. Ацуши не жалеет себя и Акутагаву, продолжая вбивается в него. Рюноске кончает с ломанным звуком, дрожа на кровати. Его трясет в первом сильном оргазме. За ним кончает Ацуши в презерватив, стягивая его и завязывает в узелок, бросает на пол. А сам ложится ближе к расслабленному младшему и нарывает его одеялом. Целует мягко в щеку, прижимая к себе. — Понравилось хоть? — Очень, спасибо огромное, Ацуши. И Акутагава действительно успокаивается и засыпает в руках дорогого и ценного Накаджимы.