Шоколадно-кофейные драбблы

      В последнюю субботу марта Астольфо впервые отработал целую смену в одиночку и так вымотался, что решил всё воскресенье провести в постели. Ступни гудели, кожа на ладонях всё ещё была чрезмерно чувствительной — наверное, не стоит проверять температуру молока, держась за питчер во время взбивания, но ведь Роланд тоже всегда так делает — однако настроение у него было лучше некуда. Он не просто весь день работал один, он работал один в выходной, да ещё в хорошую погоду, когда проходимость самая высокая. Никакой подстраховки, никаких Роланда и Оливье за спиной. Конечно, оба — причём, видимо, втайне друг от друга — сказали, чтобы он немедленно звонил, если вдруг что, и они немедленно бросят все дела и помчатся на помощь, но это и не понадобилось, он прекрасно справился сам.       С утра в чат кофейни пришло сообщение от Роланда, который бурно восхищался идеальным закрытием. Астольфо закатил глаза и ответил:       Что именно, по-твоему, так уж сложно сделать при закрытии? Впустить уборщика? Задвинуть стимер? Проверить всё по чек-листу?       Но, закончив писать это сообщение, он сам себя поймал на том, что улыбается во весь рот.       Теперь он лежал среди подушек, вытянув уставшие ноги, и читал «Большую энциклопедию кофе и шоколада», которую Роланд с Оливье подарили пару месяцев назад на годовщину его работы в кофейне. Она была не просто большой — огромной, так что в тот день он даже позвонил Марко и попросил заехать за ним, чтоб не тащить тяжеленную книгу на себе.       К слову о Марко… Наверное, надо попросить его принести какой-нибудь перекус. Завтракал Астольфо в постели и к обеду тоже не собирался спускаться.       Но не успел он потянуться за телефоном, как в дверь деликатно постучали, и вошёл Марко с подносом, уставленным посудой.       Даже звонить не пришлось.       — Спасибо, поставь туда, — Астольфо махнул рукой в сторону ночного столика и перевернул страницу. Марко бесшумно, не звякнув ни единой ложечкой, поставил поднос, но не ушёл, его тень заслонила солнце, лившееся в приоткрытое окно.       Ах да. Раньше, если Астольфо целый день валялся в постели, это значило, что он подавлен, в ужасном настроении, лишён сил и желания жить. Как будто не понятно, что сейчас дело в другом! Что, работающий человек не имеет права провести выходной так, как ему хочется?!       Раздражённо вздохнув, он поднял взгляд и начал было:       — Да что вообще… — но прервался, потому что Марко, который растерянно мялся возле кровати, выглядел…       Необычно. Тщательно выглаженный строгий костюм, тёмный галстук с булавкой, старомодные запонки. Волосы тщательно зачёсаны назад, на очках — новая цепочка. И, кажется, он набрызгался духами?..       — Мсье Астольфо, я хотел спросить… Не будете ли вы против, если я… Отлучусь. Мсье Клод меня отпустил до завтрашнего утра, но, разумеется, я останусь, если есть вероятность, что понадоблюсь вам…       — У тебя кто-то умер? — растерянно спросил Астольфо, потому что это было первым, что пришло ему в голову при виде строгого костюма и растерянно-испуганного выражения, которое застыло на лице Марко.       — Нет-нет, что вы! По правде говоря, я… — Марко одёрнул манжеты, откашлялся, выпрямился. Кажется, его щёки слегка порозовели, или это весеннее солнце окрасило их в такой цвет?       — …иду на свидание, — закончил он и, сняв очки, принялся их тщательно протирать.       «На свидание?! Но тебе же лет восемьдесят!» — чуть было не ляпнул Астольфо, но вовремя прикусил язык. Одно дело — сказать что-то подобное Оливье, который немедленно ответит чем-нибудь в том же духе, или Роланду, который только засмеётся и потянет руки, чтобы взъерошить ему волосы или обнять, а совсем другое — Марко: этот только беззащитно заморгает, и Астольфо почувствует себя так паршиво, будто пнул щенка.       Роланд бы точно не одобрил такого поведения.       Марко сорок два. В сорок два года люди очень даже могут ходить на свидания. Но…       Марко — и свидания?!       — Кто она? Или… он?       Они с Марко прожили бок о бок много лет, но что Астольфо знал о нём? Да ничего толком.       Марко чуть ли не шестым чувством угадывает его желания. Марко всегда рядом, а если нет — окажется рядом, стоит только позвонить.       Марко всё ещё чувствует себя виноватым за то, что шесть лет назад произошло с семьёй Гранатумов.       Наверное, Марко его любит. Но Астольфо понятия не имел, кто, например, мог бы у него умереть — у него вообще есть семья? А с кем он может пойти на свидание?       Марко теперь казался ещё более напуганным:       — Мсье Астольфо, я не хотел бы…       — Ладно-ладно, храни свои тайны!       — У горничных сегодня выходной, поэтому я не уверен, стоит ли… — продолжал мяться Марко. — Наверное, надо было выбрать другой день, но вчера, как вы знаете, мсье Клод приглашал бизнес-партнёров, без меня было не обойтись, поэтому я выбрал воскресенье, но это значит, что вы останетесь в одиночестве… Я постараюсь вернуться поскорее, но если вы проголодаетесь, то в холодильнике найдёте суп, рагу, готовые сэндвичи, пирожные… Вы ведь… вы ведь сможете включить микроволновку?       Астольфо не поверил своим ушам, к которым тут же прилила кровь:       — Марко! — рявкнул он. — За кого ты меня принимаешь?! За двухлетку?       — Нет, что вы, мсье Астольфо, я знаю, что вы… — Марко часто заморгал и попятился. — Вы взрослый, но… Но знаете, что, это вообще ужасная идея, я десять лет не ходил на свидания и сейчас не стоит начинать, до встречи ещё два часа, так что у меня есть время всё отменить, я прямо сейчас позвоню, и…       И он действительно суетливо вынул телефон, пытаясь трясущимися руками его разблокировать.       — Да ради всего… — не закончив фразы, Астольфо выхватил телефон у него из рук. — Ты нормальный вообще?! Я тебе запрещаю отменять!       — Но вы… — Марко чуть не плакал. Астольфо одновременно хотелось его встряхнуть как следует — и пожалеть. Он сунул телефон ему в руки:       — Со мной всё будет в порядке! Я не ударюсь об острый угол, не суну пальцы в розетку и уж как-нибудь в свои шестнадцать справлюсь с микроволновкой!       Марко снова снял очки и принялся их протирать, будто и не делал того же самого минуту назад.       — Значит, я вам не нужен? — пробормотал он.       — Нет! — воскликнул Астольфо, радуясь, что до него наконец-то дошло.       В лице Марко что-то дрогнуло и изменилось, он весь как будто застыл и даже перестал очки протирать, так и стоял, зажав их в руках и не поднимая взгляда.       Ох, проклятье.       Люди. Почему с людьми так сложно?!       Что бы Роланд сделал на его месте? Астольфо представил — и понял, что повести себя так, как Роланд, он не сможет никогда. А если вдруг сможет, то потом ему придётся всю оставшуюся жизнь провести на необитаемом острове, видя в кошмарах это ужасающее позорное поведение. Поэтому он нашёл компромисс: выбрался из кровати и неловко дотронулся до его руки:       — Ты мне нужен. Мне нужно, чтобы ты мне помогал. Но не нужно, чтобы ты меня нянчил. Понимаешь?       Всё ещё дрожащими руками Марко надел очки и посмотрел полными слёз глазами:       — Можно я… можно…       Астольфо тяжело вздохнул:       — Да, меня можно обнять.       Отпустив его, Марко отвернулся и опять начал протирать несчастные очки.       — Спасибо, мсье Астольфо. Вы… вы и правда очень выросли, — прошептал он.       — Иди уже на своё свидание. Только галстук переодень, — буркнул Астольфо, забираясь обратно в кровать. Марко повернулся, теребя галстук:       — Вам не нравится? Это подарок мсье Клода… Очень дорогой!       — Не сомневаюсь, но если не хочешь создать впечатление, что ты прямо с похорон приехал, то смени его на что-нибудь посветлее.       — Спасибо, — он переминался с ноги на ногу. — Ну что ж, я пойду… Если вам что-то понадобится, пожалуйста, обязательно звоните, я немедленно…       — Иди уже! — прикрикнул Астольфо. — Повеселись там, только не вздумайте целоваться на публике, это отвратительно!       — Мсье Астольфо! — Марко застыл на месте. — Ни о каких… поцелуях, — он проговорил это слово так опасливо, будто оно могло его укусить, — речи не идёт! Это лишь первое свидание!       Теперь ясно видно было, что он покраснел, бедняга.       — Иди, — повторил Астольфо уже мягче. — И не поглядывай на телефон каждые пять минут, я тебе не позвоню, даже если пожар начнётся… О господи, да не смотри ты на меня так!! Закрой дверь с той стороны и не показывайся мне на глаза до завтрашнего утра!       Он бросил в него подушкой, которую Марко подобрал и, глядя укоризненно, положил в кресло, слегка взбив. После этого он наконец ушёл, и Астольфо растянулся на кровати, закрыв лицо рукой и испытывая смесь неловкости, умиления и раздражения.       Пусть только попробует ему позвонить и спросить, всё ли в порядке. Астольфо не знал, что в этом случае сделает, но знал, что это будет нечто ужасное.

***

Рабочий чат кофейни

             А: Представьте, мой дворецкий пошёл на свидание. Ему 42, и это первое свидание за 10 лет.       Р: Боже мой, так это ведь замечательно!! 🙏🙏🙏 Чудесно!! 😍😍😍 Передай ему мои поздравления!!! 🎉🎉🎉 Как здорово, что он решился на такой важный шаг! Долгий перерыв не помеха любви! 💖💖💖 Даже пустыня может расцвести, даже человек, который надолго закрыл своё сердце, может найти любовь, если наберётся храбрости!!! 💪💪💪       О: Коллеги, напоминаю, что это рабочий чат. Буду чрезвычайно признателен, если вы воздержитесь от обсуждения чьей бы то ни было личной жизни в этом пространстве. ... ... ...       О: С кем свидание-то?