Smells Like Teen Spirit

      В последний учебный день Гарри сунул микстейп в сумку Питера, прежде чем они получили табели с годовыми оценками. Благодаря отстранению Флэша от занятий в школе теперь все шло как прежде.       Гарри не знал, что будет с Флэшем после летних каникул, но ему было все равно. Джон и Эдди снова проводили с Гарри гораздо больше времени, и ему показалось, что он ошибался на их счет.       Они всегда были верными друзьями.       На уроке математики Гарри получил табель. Было не очень приятно, что мистер Уокер мог видеть все его оценки, но Гарри усердно готовился к финалу, так что, какие бы оценки он ни получил, то старался изо всех сил, и никто не мог этого отрицать.       — Гарри Осборн, — объявил мистер Уокер, и Гарри встал, чтобы подойти к учителю и получить свой аттестат. — Я рад, что мне не придется учить тебя в следующем году. Не знаю, что ты сделал, чтобы получить четверку на моих занятиях, но, по крайней мере, я наконец-то смогу от тебя избавиться.       — Поверьте мне, Уокер, так будет лучше для нас обоих, — подмигнув, сказал Гарри. — Кстати, вы не думали о том, что дело не в ученике, а в учителе? Нет? Я так и думал, — класс рассмеялся, заставив Гарри ухмыльнуться. — Вы мог бы поучиться Питера Паркера.       Питер уже ждал Гарри перед кабинетом математики.       — Пит, ты не поверишь, но у меня вышла твердая четверка! — Гарри ярко улыбнулся и крепко обнял его. — Я всем этим обязан тебе.       — Это неправда. Ты приложил кучу усилий. Но я так рад за тебя. Ты заслужил это, — Питер взял его за руку, и они вышли из здания школы.       — Какой средний балл у тебя? — спросил Гарри.       — Пять, — Питер улыбнулся.       — Я так горжусь тобой, Пит. Однажды ты станешь более знаменитым, чем Эйнштейн, клянусь, — Питер захихикал, и Гарри поцеловал его.       Но не успел Питер ответить на поцелуй, как Гарри толкнули в спину, заставив его упасть на землю.       — Теперь ты доволен, сученыш? — крикнул Флэш и хотел ударить снова, но Гарри увернулся и вскочил на ноги.       — Я больше не боюсь тебя, Флэш, — крикнул Гарри и оттолкнул противника.       — А стоило бы. Я выбью из тебя все дерьмо за то, что ты рассказал Джеймсону.       — Он ведь исключил тебя, верно? — Гарри не смог подавить ухмылку. Но не успел он ничего сделать, как Флэш врезал ему по лицу.       — Гарри, ты в порядке? У тебя кровь! — воскликнул Питер и протянул ему салфетки, чтобы утереть кровь.       — Да, все нормально.       — Что это все значит? — раздался мужской голос. К ним приближался Норман Озборн. Гарри быстро отпустил ладонь Питера, как только понял, что они держатся за руки.       Флэш рассмеялся:       — Боишься, что папочка узнает, что ты пидор, Озборн?       — Что ты себе позволяешь? — крикнул Норман на Флэша. — Думаешь, это смешно — оскорблять моего сына, потому что он кого-то любит? Похоже, тебе не хватило любви в детстве.       Гарри просто уставился на отца, тараща глаза и открыв рот. Его отец унижал Флэша, чтобы защитить его, и вся школа наблюдала за этим.       — Ты неудачник. Только неудачники нападают на тех, кто слабее их. Никогда нельзя издеваться над кем-то, — продолжал Норман. — А личная жизнь моего сына — не твое дело, разве что он будет встречаться с тобой, но ты явно его недостоин.              Окружающие засмеялись и зааплодировали, но Гарри не мог перестать смотреть на отца       — Пит, это мой отец или у меня галлюцинации?       — Это он, — подтвердил Питер.       — Ты понял? — спросил Норман у Флэша, который выглядел как пятилетний ребенок, на которого лает опасная собака.       — Да, — пробормотал Флэш, уставившись на свои ноги.       — Гарри, сынок, ты слышал что он сказал?       — Боюсь, что нет, — ответил Гарри с усмешкой.       — Ты понял? — снова спросил Норман.       — Да, — прокричал Флэш. На этот раз его услышала вся школа.       — Хороший мальчик.       — Ты труп. Я до всех доберусь! — прорычал Флэш и убежал.       — Папа, это было потрясающе, — сказал Гарри. Он все еще не мог поверить в произошедшее.       — Ну, кому-то явно нужно было заняться его воспитанием, — ответил его отец с озорной улыбкой.       — Гарри! — к ним подошли Джон и Эдди. — Можно с тобой поговорить?       — Конечно. О чем?       — Мы давно хотели спросить тебя, но сразу после того, как тебя выписали из больницы, не хотели наседать с вопросами, — сказал Джон. — В общем, не хочешь снова присоединиться к группе.       — Как ты уже знаешь, мы выгнали Флэша. Он все равно был ужасным гитаристом, — добавил Эдди.       Гарри слегка улыбнулся:       — Мне нужно время, чтобы подумать об этом, если вы не против.       — Конечно. Если что, ты знаешь, где нас найти, — сказал Джон.       — Тебе лучше вернуться. Ты так давно не играл на гитаре, — сказал Питер, когда Джон и Эдди ушли.       — Вообще-то, это неправда. Открой свою сумку и увидишь, — сказал Гарри.       Питер нахмурился и сделал то, что ему сказали. Он обнаружил компакт-диск. На нем почерком Гарри было написано "От твоего good old-fashioned lover boy".       — Ты сделал мне микстейп? Гарри, это так мило.       — Не надо меня хвалить, пока ты его не послушал, — усмехнулся Гарри.       — Я уверен, что он замечательный. Увидимся позже. Меня ждет тетя Мэй.       — Питер — чудесный мальчик, — сказал его отец.       — Он лучший, — согласился Гарри. — Спасибо, папа. За то, что приструнил Флэша.       — Никто не не останется безнаказанным, обидев моего сына.       Шофер отца отвез их домой.       — Думаю, нам нужно немного подкрепиться, как ты думаешь? — сказал отец и принес им прохладный лимонад.       — Пап?       — Да, Гарри?       — Ты ведь не ненавидишь меня, правда? — тихо спросил Гарри.       — О боже, конечно же, нет! С чего ты это взял? — судя по тону, отец был серьезно шокирован вопросом Гарри.       — Потому что я гей. И потому что я был слабаком, раз не дал Флэшу отпор. То есть, я конечно сделал это, но...       — Гарри, ты счастлив с Питером. Это все, что имеет значение. Я люблю тебя независимо от того, кто тебе нравится, — заверил его отец.       — Ты любишь меня? — повторил Гарри. Насколько он помнил, его отец никогда не говорил этого раньше.       — Конечно, люблю! — Норман неумело обнял сына. Они никогда раньше не обнимались, Гарри зарылся лицом в плечо отца и тихонько всхлипнул. Это было так приятно. Его отец любил его. — И что ты имеешь в виду, говоря о том, что недавно дал отпор? Как долго Флеш над тобой издевался?       — Не знаю. Может быть, три или четыре месяца?       — Что? Почему ты мне не сказал? — спросил отец.       — Я боялся. Я не хотел, чтобы ты считал меня слабым, — пробормотал Гарри.       — Ты не слабый, — ответил Норман. — Как я не заметил этого? Я должен был обратить внимание.       — Ты занятой человек.       — Это не оправдание. Как ты справился со всем этим? И что твой друг имел в виду, сказав, что ты был в больнице? Что случилось?       — Я употреблял наркотики, чтобы справиться с ситуацией, а когда Флэш напал на меня с ножом, я случайно получил передозировку, — всхлипнул Гарри.       — Гарри, мне так жаль. Я не справился с ролью отца, теперь я это понимаю, — Норман обнял его крепче. — Какой отец не замечает ранений сына? Хороший родитель знал бы, что его ребенок страдает. Я должен был это заметить.       — Я делал все, чтобы скрыть это, — прошептал Гарри. — Легче было быть сыном, которого ты ненавидишь, чем пытаться быть идеальным, и никогда не стать достойным.       — Ради всего святого, я не знал, что ты в больнице! Ты мог умереть! Если бы я потерял тебя... — Норман не хотел об этом думать. — Меня не было рядом, но это изменится, обещаю. И, Гарри, я хочу, чтобы ты знал, что ты всегда достоин.       Гарри ничего не ответил. Вместо этого он закрыл глаза и прижался к отцу. Он так долго жаждал проявления ласки.       — Я так горжусь тобой, Гарри. Никогда больше не сомневайся в этом. Я постараюсь стать лучше, — голос отца сорвался на слезы. Гарри никогда раньше не видел, чтобы он проявлял эмоции.       — Мой средний балл четыре, — сказал Гарри.       — Я знал, что у тебя все получится, — Норман поцеловал его в лоб. — И я думаю, что Питер прав насчет группы. Возвращайся.       — Что? Я думал, ты ненавидишь то, что я играю на гитаре, — от растерянности Гарри отстранился.       Его отец покачал головой:       — Нет, просто... ты так напоминаешь мне свою мать, когда играешь. Она любила музыку, особенно классический рок. Она бы гордилась тобой, Гарри.       Гарри улыбнулся и вытер слезы:       — Ты действительно считаешь, что мне стоит вернуться?       — Тебе нравится играть на гитаре. Это делает тебя счастливым. Никогда и никому не позволяй отнять это у тебя. Особенно мне. Когда следующий тур конкурса?       — На следующей неделе. У нас всего неделя на репетиции, боже. Как мы сможем победить, если будем готовиться всего неделю?       — У тебя все получится, я в этом уверен, — заверил его отец.       — О боже, я должен идти к Эдди! — Гарри побежал в свою комнату и схатил гитару.              Им нужно было многое успеть.