Неприкаянный клан

— Ты, че здесь делаешь? — процедил Кириан. — Вышел в разведку, — ответил юноша. — Кто разрешил?! — повысил голос старший. — Прекратите! — тем же тоном крикнул Ханс. — Я уже боюсь! Кириан сжал челюсти. Госпожа и Аддисон тихо фыркнули. Подобные перепалки с подопечным были для Кириана привычны. Ирису они напоминали споры самого Кириана с Хантером, и он с наслаждением наблюдал за «новым поколением». — Один с рождения башкой побитый, второго, недавно ударили, — произнес Хантер. — Держу пари, первый и ударил, чтоб не одному быть белой вороной. Кириан нахмурился, а Ирис испытал облегчение: Хантер не сдавал позиций. Улыбка Ханса растянулась до ушей. Он гордился, когда доставалось не только ему, но и его наставнику. Он дернул поводья, приблизился к Аддисону и протянул руку: — Мое имя — Ханс. Ученик Кириана. — Аддисон. — Юноша пожал руку. — Пошли домой, Ханс, — вздохнул Кириан. — Подождите! — опомнился Аддисон. Он спешился и опустился на одно колено. Кириан смутился — поклон был адресован ему. — Позвольте мне стать вашим учеником! — Нет! — заверещал Ханс. — Кириан мой наставник! — И Андерса, — не отрывая ошеломленного взгляда от Аддисона, напомнил старший охотник. — Я не могу принять тебя без согласия командира, — проговорил он бесцветно, словно в трансе. — Согласия не будет, — отрезал Хантер. — Что я скажу твоей матери? — Вас это волнует?! — Вскинул голову Аддисон. — В данном случае, — грустно усмехнулся Кириан, — Очень. — Поезжайте в дом Фреда кратчайшим путем, — предложил Ирис. — Леди Анджелину и Аддисона я провожу — длинным. Подача информации Хантера не удовлетворила, но он молча кивнул. Потянув поводья, приблизился к Аддисону. Юноша протянул руки к сестре, но та обвила шею Хантера и, прежде чем пересесть к брату, юркнула под капюшон командира и прошептала на ухо слова благодарности. В груди Ириса похолодело, а затем его накрыла волна разочарования, когда заметил румянец на щеках госпожи. Девушка с жадностью осмотрела командира и наконец, сменила лошадь. Дорога была легкой. Между братом и сестрой витало напряжение. Они молчали, избегали взглядов, но Ирис чувствовал отчаянную потребность Аддисона в разговоре. На мгновение демон прикрыл глаза, отстраняясь, чтобы проверить окрестности на наличие сородичей. Тут же из уст вырвалось ругательство, неподобающее для ушей аристократов. Несмотря на кровные узы, Ирис выхватил меч и встал в боевую стойку. Как и ожидалось, противник появился с противоположной стороны. Демону пришлось перепрыгнуть через лошадь со всадниками, чтобы парировать удар. Чувствуя ловушку, он оттолкнул оружие противника и уклонился. Другой демон, могучего телосложения ударил Ириса и опрокинул на землю. Тот успел сгруппироваться, кувыркнулся через голову и встал в выгодную позицию. Аддисон спрыгнул с лошади и обнажил меч. Ирис бросился на здоровяка и услышал топот множества ног — демоны больше не скрывались. На этот раз противник прижал его к земле. Ногами Ирис оттолкнул его, но недалеко. Аддисон с восторженным лицом сражался с первым выскочившим из укрытия демоном. Третий схватил госпожу за лодыжку и грубо стащил с лошади. Испуганное животное рвануло вглубь леса. Падая девушка швырнула огненный шар, угодивший прямиком в Аддисона. Тот взвыл, упал и начал кататься по траве. Один из противников уже занес руку над спиной Анджелины, но Ирис вскочил ему на спину и вогнал меч между лопаток. Не теряя времени, схватил голову и резко дернул. Следующий набросился на Ириса; тот оступился, но ловко увернулся. — Астарта была права! — рассмеялся противник. Ирис понял, что его перехитрили. Анджелина бросила искры. Те разгорелись в воздухе, достигнув цели. Сразу же последовал еще один удар — рубиновые осколки вырвались из ее предплечий и вонзились в противников… и не только. Один угодил Ирису под ребро. Пронзительная боль скрутила его, он охнул. — Не дергайся! — приказал противник. — Не подходите! — закричала окруженная Анджелина, добавив тише: — Пожалуйста… Демоны сузили кольцо. Девушка развела руки над головой, начертила огненный круг. Он расширился и опалил противников. Двое заполыхали. Следующий поток пламени не успел сформироваться, как порыв ветра раздул его и разбросал. Горящие тела завизжали от невыносимой были. Ирис едва успел отскочить за ствол дерева. — И это мои дети… — раздался голос Астарота. — Сдохните! Его слова пробрали Ириса до костей. Астарот вышел из укрытия, жестом вызвал поток воздуха, который приподнял почти всех его детей над землей, а затем опустил руки и те с неимоверной силой шлепнулись о землю. От них остались лишь «кашицы» и торчавшие кости, но и они вскоре обратились в пепел. Астарот оскалился: — Прекрасное завершение знакомства. Ирис не мог осознать произошедшего. Спас госпожу, но жестоко расправился с собственными детьми. Анджелина завела руку за спину и пощупала шею. Ирис сделал шаг вперед, но девушка отпрянула под сень густых хвойных ветвей. Под ногами Астарота захрустел снег. Анджелина побледнела от холода и ужаса. Она прижалась к стволу, обхватив себя за плечи. Ирис прочел в этом жесте ее нужду в поддержке, но знал, что один не справится с Астаротом. Отец прошел прямо по пеплу собственных детей, ногой не хрустнув и снежинкой, приблизился к Анджелине. Его длинная тень поглотила лунный свет. Опустился на одно колено, склонил голову. Ирис заметил, что отец постарел, в русых волосах серебрилась проседь. Анджелина подняла голову; кровь на ее лице размазалась. Она перенапряглась и энергия была на исходе. Увидев Астарота, девушка рухнула перед ним ниц. Отец опустился на второе колено, наклонился, схватил ее за плечи, поднял и прижал к себе. Его пальцы впились в нее с грубостью мясника. Ирис опешил. Он вспомнил ту, кто всю свою недолгую жизнь жаждала этих объятий и погибла, исполняя любой приказ Астарота, но демон не изменился, хоть и обнимал, отцовской любовью тут и не пахло. Анджелина не ответила. Запрокинула лицо к небу, вырвала одну руку и припечатала ладонь к его лицу. От внезапного крика Ириса пробрали мурашки. — Смотри-ка, я поставила тебя на колени! — воскликнула Анджелина чужим, ледяным голосом. — Продолжай манипулировать мной мнимыми спасениями от твоего же клана — рассыпешься пеплом, как и твои дети! По коже девушки поползли фиолетовые узоры, пульсирующие в темноте в такт ее сердцебиения. Астарот отшвырнул ее и скорчился от боли, спрятав лицо в коленях. Несмотря на ожог, его здоровый глаз сверкал от восторга. На мгновение они оба исчезли в клубящемся мраке. — Ты можешь продолжить дело матери и возродить свой клан к жизни! Он ищет свою предводительницу! Подумай, чертовка! Ты — шедевр! — донеслись крики Астарота. Когда мрак рассеялся, на земле лежала лишь Анджелина. Ирис, хромая, с опаской вышел из укрытия. Шумно подошел к дрожащей девушке, чтобы не испугать ее. Та не отрывала взгляда от ладоней, разглядывая их с немым ужасом, будто не веря, что они способны на такую жестокость. Демон с трудом опустился перед ней на колени. Не успел коснуться ее перепачканной щеки, как Анджелина впилась в его губы. Поцелуй был механическим, лишенным чувств. Без спроса — она забрала часть энергии. Ириса пошатнуло от слабости и внезапно образовавшейся леденящий пустоты. Девушка приняла привычный человеческому взгляду вид. Он почувствовал себя использованным, но встретил ее взгляд. Глубокие голубые глаза словно ножи вонзились в него, как в день первой встречи. Каждый раз, ловя ее взгляд, он ощущал, они ножи поворачиваются в ранах. И это ужасало. Ирис получал удовольствие от возможности помочь Анджелине и был готов это сделать вновь. Добровольно. Помочь ей — значило понять себя. Душа девушки изменилась с их первой встречи. Постепенно она наполнялась горестями, обидами и недосказанностями. Ей становилось невыносимо жить. Взгляд Ириса скользнул к Аддисону — тот дышал. Мир охотников был ему привычен и понятен, но то, что происходило с Анджелиной, пугало. И он хотел остаться. — Не надо, — будто прочтя мысли, сказала Анджелина. — Иди. Я хочу поговорить с братом наедине. С чувством выполненного долга демон поднялся, прижал ладонью рану и побрел к Хантеру. К рассвету, ориентируясь на связь с господином, добрел до дома Фреда. Ханса и Кириана не было, зато собрался старший отряд. Взбудораженные нутро после встречи с сородичами, требовало запаха ночи, страха, греховности… но здесь пахло потом, дымом и металлом. Ирис переступил порог, и гул разговоров мгновенно стих. Даже спустя годы демон себя чувствовал чужаком. — Луркарий… — протянул Хантер и посмотрел на Ириса. Мужчина сидел без маски в излюбленном кресле, по-хозяйски развалившись и запрокинув голову. Общая смерть собратьев промелькнула перед глазами демона, но он тут же постарался избавить от них голову. — Мать дома? — Хантер не обвинял, но демон почувствовал вину. — Хоть погибшие собраться и были его родственниками, лично Ирис их не знал. Хантер опустил голову и приподнял брови. Демон закрыл глаза, не желая видеть его реакцию. Перед ним встал образ Анджелины, прикоснувшейся рукой к самому сильному самцу его племени, и оставившей на его лице ожог. Ириса передернуло. Он не расслышал, что сказал Хантер, и выпалил: — Я поговорю с ней. Хантер раскрыл глаза, но промолчал. Не мог говорить. — Что их заставило вернуться? — спросил Дэниел. — Я думал, они предпочитают земли Франции и Германии. Алекс и Ванора уставились на командира. Фред стоял на кухне, опершись на тумбу. — Мой отряд не готов с ними сражаться, — заявила Ванора. — В моем есть люди, которые сражались с Луркарий, — отчитался Алекс. — А я не хочу с ними сражаться! — возмутился Дэниел. Ирис знал: почему. Он с сочувствием оглядел охотника под одеждой у которого скрывались жуткие шрамы. — Может, и не придется, — пожал плечами Алекс. — Реагируешь как новобранец, — покосилась на Дэниела Ванора. Ее тогда еще не было в отряде. «Не ведает, что говорит». — Когда-то он поплатился за свое безрассудство, да? Дэн? — напомнил о прошлом Алекс. — Я был глуп, — пролепетал Дэниел. — А теперь нет и не полезешь на рожон! — Похлопал товарища по плечу Алекс. Дружба Дэниела и Алекса была особенной. Они по-настоящему дорожили здоровьем и душами друг друга. Тесно общались семьями вне «охотничьей» жизни. Ирис подошел к Хантеру. Тот убрал руку с подлокотника. Демон присел на освободившееся место и проворчал: — Как пришли, так и уйдут! Не глупые. — Но сначала завершат то, зачем пришли, — сказал Дэниел. — Мы должны узнать кто их нанял. Ирис перевел взгляд на окно. Голоса охотников слились в гул. Никто из них не понимал демона, да и не стремился. Ирис и сам не знал, как мог помочь себе или госпоже. Он не хотел, чтобы она потеряла душу и стала демоном — это была бы смерть человека в ней. Ее чувства затянулись бы мутной, толстой пеленой. Все, что сейчас она любила, погрузилось бы в безразличную муть. Общий смех вырвал из раздумий. Он оглядел смотревших на него охотников, опустил голову к Хантеру. Тот закатил глаза. Стало ясно — смеялись над ним. Ирис чувствовал их снисходительные взгляды. Для них он был в первую очередь ребенком. Менять облик было поздно, да он и обещал быть честным перед Хантером — быть тем, кем являлся по возрасту. Хантер подпер подбородок рукой и тепло улыбнулся, словно любуясь ручным зверьком. Ирис смутился: — Поедем домой! Надо поговорить.