Останусь

      — Опять лес, — проворчал Кормак, когда они приземлились в сугробы между деревьями. — Грейнджер, ну это уже день сурка какой-то…       — Предлагаешь устроить привал на Трафальгарской площади? Или сразу в Косой переулок податься? А ещё лучше, давайте в Азкабан нагрянем, сразу и Того-Кого-Нельзя-Называть обрадуем, и дементоров! Они, небось, успели заскучать по твоему слону, — огрызнулась Гермиона, швыряя ему палатку. — Мы с Гарри займёмся чарами.       — Помереть со скуки можно, — буркнул МакЛагген и принялся расчищать место для установки временного брезентового жилища.       Лаванда суетилась вокруг него, стряхивая снег с воротника мантии.       Когда место стоянки было полностью оборудовано, Гермиона принялась распихивать по шкафам раздобытую провизию. Улов был небольшим, деньги кончились, и она не предполагала, что же делать дальше.       Гарри листал экземпляр сказок Барда Бидля, чтобы хоть чем-то себя занять. Он и не надеялся найти там хоть что-то полезное после того, как подруга проштудировала её от корки до корки и всё безрезультатно. Просто коротал время. После встречи с дементорами все они были вымотаны и напуганы.       — Интересно, как они выследили нас? — решил озвучить волнующую мысль Гарри.       — Мамочки… — Лаванда продолжала кутаться в мантию и никак не могла согреться. — Может, они случайно там оказались?       — Ага. Случайно выбрались целой толпой в маггловский город. Не думаю, — Гермиона залила водой какую-то крупу и поставила кастрюлю на плиту.       — Да хер с ними, — Кормак сцапал со стола плитку шоколада и откусил сразу половину. — Клаффно мы им напофдали…       — Что, Кач-Кач?       — Наподдали классно этим чучелам в капюшонах, говорю, — повторил МакЛагген.       — О, Кач-Кач, ты был великолепен! — Лаванда театрально взмахнула пушистыми ресницами. — Твой слон так их… прям… ну…       — Ага. Пусть больше не высовываются, а то и похлеще натянем…       — Кстати, ты так и не объяснил, где взял меч Гриффиндора, — решил перевести тему Гарри. Он не горел желанием обсуждать размеры достоинства МакЛаггеновского Патронуса.       — Да говорю же, слизень подземелий подогнал.       — Профессор Снейп? — вклинилась в разговор Гермиона. — И куда он делся?       — А хер его знает, — запихивая остаток шоколадки в рот, отмахнулся МакЛагген. — Вышел я на берег, смотрю, стоит этот немытый, под нос себе бормочет, и меч держит. Ну я его шуганул, меч отобрал. Он обосрался и — бежать. Нырнул в озеро, а там и след его простыл. Трансгрессировал, наверное, или утоп.       — Утоп?! — Гарри не верил своим ушам.       — Это вряд ли… Дерьмо не тонет! — заржал Кормак, смачно вытирая рот рукой. — Грейнджер, ну сколько там твоя похлёбка вариться будет, жрать охота!       — Больше тебе ничего не охота? — огрызнулась Гермиона и отвернулась к плите.       — Охота, но я занят, — невозмутимый МакЛагген подмигнул Лаванде. — Так что, если хочешь сбросить напряжение, воспользуйся Поттером.       — Ты достал! — Гарри моментально выхватил палочку.       — Мальчики, ну вы что?! — тут же между ними протиснулась Лаванда. — Только драк нам тут не хватало. Успокойтесь сейчас же!       — Гарри, да не связывайся ты с ним! Ему, видимо, бладжерами все мозги отшибло, — выдала Гермиона и взмахом палочки накрыла на стол. — Ешьте, а я подежурю.       — Я с тобой, — буркнул Гарри, схватил со стула куртку и направился следом за подругой к выходу из палатки.       — Я не пойму, хули они тележатся, как породистые единорожки на случке, — пожал плечами Комак, когда друзья вышли на улицу. — В крестраже вон как отжигали. Нас, поди, стесняются?       Он бухнулся за стол и придвинул к себе поближе тарелку с кашей.       — А если у них и правда ничего нет? — задумчиво предположила Лаванда, неспешно помешивая ложечкой горячий чай.       — Да брось… после всего, что мы видели? Ты ещё скажи, что Грейнджер до сих пор влюблена в этого рыжего упыря… как там его? Бон-Бон мудозвон?       — Очень смешно, — скривилась Лаванда. — С Гермионой мне давно всё ясно. Но вот Гарри… А если он влюблён в Джинни? Он же с ней встречался в прошлом году…       — Чё? — МакЛагген едва не подавался кашей. — То есть, он торчит в палатке с Грейнджер больше полугода и даже не попытался её… ну, это самое? Он что, больной по-твоему?       — Ну почему сразу больной? Может, он поступает честно. Джинни любит и остаётся верен ей.       — Честно поступает?! — заржал гриффиндорец. — Ой, не могу, ты меня до истерики доведёшь своими домыслами. Уизли давно с Долгопупсом бесоёбит. Сечёшь? А наш так называемый Избранный… Ты что, не видишь, как он на меня кидается, когда речь о Грейнджер заходит? От той картинки и вовсе засмущался, как баба, да едва в штаны не кончил.       — Реально думаешь, что Джинни и Нев…       — Зуб даю! — МакЛагген сделал внушительный глоток из чашки. — Ты видела, какие у того кубики? Не устоит рыжая! Да и у Поттера уже фокус внимания сместился, говорю тебе…       — Я, в общем-то, тоже вижу связь между ними. И карты об этом говорят, и звёзды! Может, они нас стесняются? В таком случае, у меня есть идея! — воскликнула Лаванда. — Мы должны им помочь. Это же так романтично, Кач-Кач! Сведём влюблённых вместе, почти как Купидоны!       — Ой мля, — Кормак почесал затылок, — Купидоном я ещё не работал…       — Кач-Качик, ну пожа-а-алуйста… — она вцепилась в его локоть и жалобно заглянула в глаза.       — Ох, — вздохнул МакЛагген, — ладно. Только что я должен делать-то? Знал бы заранее, за Джинькой бы в Хоге приударил, а сейчас… — он тут же осёкся, видя каким взглядом наградила его Лаванда. — Эй, не смотри ты так! Это же до тебя было! Теперь эта рыжая выскочка мне не интересна.       — То-то же… — смягчилась Лаванда. — В общем, у меня есть парочка идей. Слушай…

***

      Эйфория, вызванная избавлением от крестража, постепенно сошла на нет. Через четыре дня они вновь сменили стоянку, так как в предыдущем месте стали в опасной близости шнырять егеря, и требовалось поскорее убраться. К концу недели провизия практически закончилась. Новую вылазку Гермиона не планировала, ведь последние деньги оставила в магазине ещё в прошлый раз, а грабить магглов ей не хотелось. Они продолжали тренироваться, благодаря чему тело стало более выносливым и сильным. Хоть в чём-то от Кормака была польза. Сначала они упражнялись в боевой магии, а потом МакЛагген гонял всех до седьмого пота. Даже Лаванде не делал поблажек, хотя та порой капризничала и применяла запретные женские приёмчики, пытаясь флиртовать с ним прямо во время занятий.       Парни иногда ходили на охоту, но дичь словно испарилась и всего раз им удалось добыть какую-то мелкую птичку, из которой сварили суп.       Ко всем существующим неприятностям в виде неразгаданных символов в книге Дамблдора да неизвестных мест расположения остальных крестражей добавилось ещё и странное поведение Браун и МакЛаггена. Те явно что-то замышляли. Их непристойное поведение уже давно вошло в привычку и не удивляло, но они, казалось, задались целью превзойти в этом самих себя. Гермиона заметила, что эти двое явно подталкивают их с Гарри друг к другу. Постоянно оставляли их наедине, дежурить взялись исключительно вдвоём, бросали в их сторону двойную порцию идиотских шуток и пошлых намёков, утверждали, что они — идеальная пара и однажды даже попытались их напоить. Однако, пить Гермиона не стала и на провокации не поддавалась. Как и Гарри. У них обоих уже выработался стойкий иммунитет к этим извращенцам и, как следствие, отсутствие былой гневной реакции на вынужденных соседей по палатке.       Кормак готов был биться головой о ближайший ствол дерева. Они с Лавандой перепробовали попросту всё. Он не раз намекал этому оленю, что Грейнджер — сексуальная штучка, и не будь он занят Лавандой, сам бы за ней с удовольствием приударил. Даже прямо сказал, что он будет тупее горного тролля, если уступит такую девушку обжоре Уизли. Но Гарри все его слова были до одного места. Чаще всего он просто молчал или же предлагал Кормаку заткнуться и подумать, где искать оставшиеся крестражи. Да почём ему знать, где эта зелёная рожа их попрятал? Совсем уже ебанулись с этими крестражами! МакЛагген всё ещё мечтал стать героем магической Британии, но эти мытарства по лесам и житьё в палатке ему порядком надоели. Скучно, однообразно, да ещё и жратва заканчивалась.       В один из дней Гарри внимательно изучал карту Мародёров. В этот раз он не искал на ней никого конкретного, а просто пытался понять, где мог Волан-де-Морт спрятать предмет с частицей своей души. Интуиция не успокаивалась и твердила Гарри, что Хогвартс — то место, которое Тёмный лорд явно не обошёл бы стороной при выборе очередного своего тайника.       — О! — над ним нависла медвежья фигура Кормака, и он тыкнул пальцем прямо в середину карты. — Твоя рыжая опять с Долгопупсом зажигает!       Гарри невольно перевёл взгляд туда, куда указал МакЛагген. Две точки: Джинни Уизли и Невилл Долгопупс действительно находились рядом в одном из классов на третьем этаже. Гарри не видел в этом ничего предосудительного. Джинни и Невилл вполне могли подружиться и сблизиться в суровых условиях борьбы со Снейповым режимом. Он лишь пожал плечами и постарался вновь сосредоточиться на крестраже, но идиот МакЛагген не унимался.       — Да я ж, блядь, знаю этот кабинет! Он давно заброшен, даже Филч туда свою рожу не суёт, я как-то там ебал… — он осёкся, взглянув на хмурую Лаванду. — В общем, рыжуля пристроена, так что вам с Грейнджер путь открыт!       — Мерлин, да ты совсем остолоп?! Ведёшь себя, как старая сплетница, которой моль мозги проела! — Гермиона, до этого читавшая книгу, вскочила на ноги. — Гарри, не слушай его. Я уверена, Джинни ждёт тебя…       Лаванда демонстративно закатила глаза. Ей непонятна была логика Грейнджер. Лишь слепой не заметит, как сильно она влюблена в лучшего друга. И какого дракла защищает эту рыжую шалашовку? С этой парочкой тугодумов в упор не работали никакие намёки, надо было действовать решительно.

***

      Ужин вышел скудным. Гермиона даже отказалась от своей порции сосисок, отдав её парням. Лаванда тоже лениво ковырялась ложкой в клейкой субстанции, напоминавшей кашу. Кормак же заглотил всё в два приёма и теперь недовольно шарил по шкафам, пытаясь найти, чем ещё можно подкрепиться.       — Пора бы в магаз заскочить, — констатировал он. — А то я так скоро стану таким же доходягой, как вы с Поттером.       Гермиона скорчила гримасу.       — Деньги кончились, — фыркнула она, подливая себе в чашку кипятка.       — Нашла проблему! Приложи магглов Конфудусом и бери, что хочешь! — отмахнулся бравый гриффиндорец, вытаскивая из закромов последнюю пачку печенья.       — Я не стану воровать!       — Могучие яйца Мерлина, Грейнджер, какая же ты зануда! Хули раньше-то молчала? Я думал, ты эти маггловские фунты оставляешь чисто ради прикола, думал, заёб у тебя такой индивидуальный, а ты у нас моралистка, оказывается! Давай в Гринготтс заскочим, у меня галлеонов, как у дурака — махорки. Дворец в Дубае оплатить можно, а не бегать срать в кусты за этой ебучей палаткой.       — Какой великолепный план, МакЛагген! — хлопнул в ладоши Гарри. — Гермиона, у нас, часом, нигде не завалялось подарочных рождественских лент? Хочу обмотать ими вас и себя, а то неудобно делать такой подарок Сами-Знаете-Кому без должного оформления!       — Ой, блядь, точно, там же эта морда… — Кормак задумчиво почесал затылок, — чё-то об этом я не подумал.       Он хоть и верил в своё геройство, а прошлую встречу с Волан-де-Мортом помнил и вот так с наскоку снова нарываться на змеемордого желанием не горел. Это тебе не вонючка Снейп, которого соплёй перешибить можно.       — Вот именно, — поддакнула Гермиона, игриво толкая плечом Гарри. — Думать иногда полезно, МакЛагген. Так что придётся сидеть в палатке и питаться тем, что найдём.       Кормак какое-то время молча жевал печенье, уставившись в одну точку. И вдруг его осенило.       — Как же раньше мне не пришло это в голову?! Да чтоб кентавры затоптали эту сраную палатку! Я знаю, куда мы отправимся! Собирай вещи, Грейнджер, ты охуеешь.       — Ещё чего. Я твоим планам не очень-то доверяю, — хмыкнула Гермиона, переглянувшись с лучшим другом. Гарри кивнул ей в знак согласия.       — Ну и зря! У моего дяди есть добротный охотничий домик в горах. О нём практически никто не знает. Райское местечко. И запасов там на год вперёд, и домовик в распоряжении имеется. Сейчас, скорее всего, дом пустует. Дядя как ушёл из Министерства, так охоту забросил. Он с настоящими Министрами дружит, а не с этой Пожирательской шавкой, что сейчас на посту.       — Ты уверен, что место тайное, и там никого нет? — уточнил Гарри, пока Гермиона что-то усиленно обдумывала.       — Конечно! Ну… — МакЛагген немного замялся, — бывает, конечно, дядя туда моделей приглашает погостить, но сейчас не сезон…       — Кач-Кач, это же чудесно! — очнулась Лаванда, которая до этого сидела молча, навострив уши. Ей давно хотелось перебраться в более комфортные условия. — Что тут думать-то?!       — Не знаю, а если нас вычислят…       — Да кому нужен охотничий дом моего дяди? Он уважаемый работник Министерства, чистокровный волшебник. Нас в палатке быстрее повяжут. Сколько можно скакать с места на место без жратвы нормальной?       — Смотри, МакЛагген, если что…       — Да не ссы ты, Поттер! Всё будет заебись! Давайте собираться, а то я уже заебался кочевать по лесам!       Гермиона с Гарри снова переглянулись.       — Ладно, — с явной неохотой согласилась Гермиона. — Но если подведёшь, я применю к тебе Секо!       — Ого-го, какие угрозы! — заржал Кормак. — Поттер, смотри, она у тебя штучка опасная! Хуй не проеби ненароком…       Гарри лишь закатил глаза. Ожидать от этого остолопа других шуток и не стоило.

***

      — Ого! — вырвалось из Лаванды, когда они приземлились на расчищенной мощёной дорожке, ведущей к аккуратному домику.       Небольшое запрятанное в шотландских горах строение выглядело весьма добротным. Снежная шапка покрывала черепичную крышу, у входа и вдоль дорожки мерцали голубым светом волшебные огоньки, выполнявшие роль фонарей, огромные окна прикрывали массивные ставни, из трубы тянулась в небо струйка дыма.       — Там кто-то есть, — прошептала Гермиона, вцепившись Гарри в локоть.       — Ты капитан Очевидность, Грейнджер, — развёл руками Кормак и смело шагнул вперёд, — там же домовики. Что им, замерзать, что ли? Они тут постоянно обитают, вот и греются, камин топят.       Лаванда посеменила следом, поправляя рукой идеальную укладку, с которой провозилась несколько часов и извела пару флаконов «Простоблеска». Гарри с Гермионой осторожно последовали за ними, крепко сжимая палочки на всякий случай. Дом действительно находился в укромном месте. Прикрытый от ветров отвесной скалой, утопающий среди многолетних сосен, он представлял собой идеальное убежище.       МакЛагген стукнул по двери огромным кулаком, и та через секунду отворилась. На пороге возник ухоженный домовой эльф, вовсе не похожий на Добби или Кикимера. На нём были просторные красные штаны и золотой кафтан с вышитым гербом, что приятно удивило Гермиону.       — Хозяин Кормак, Фангус приветствует вас! Что вам угодно? — он низко поклонился, почти касаясь пола огромным носом.       — Нам бы ужин посытнее, две спальни: мне с дамой и моим гостям. И никому не слова, что мы здесь. Это приказ.       — Будет исполнено, хозяин, — эльф с хлопком испарился, а Кормак усмехнулся и махнул рукой, предлагая остальным следовать за ним. — Да закрой ты рот Грейнджер, МакЛаггены не садисты. Никто тут твоих ушастых коротышек не обижает. Фангус проживает тут с женой всю жизнь и вполне счастлив, уверяю тебя.       Он скинул мантию, взмахом палочки зажёг десяток огоньков, которые, подобно лампочкам осветили окружающее пространство. Под потолком красовалась кованая люстра с множеством свечей, которые так же вспыхнули, отчего вокруг заплясали причудливые тени. Резьба из чёрного дерева, мраморные элементы, камин, в котором лениво потрескивали поленья, и окна в деревянных рамах навевали атмосферу Викторианской эпохи. Стены украшали тёмные узорчатые обои, кое-где висели рога животных, иллюстрируя основное хобби Тиберия МакЛаггена.       — Вау! — Лаванда, открыв рот, глазела по сторонам. — Красота-то какая! Кач-Кач, что же мы сразу сюда не отправились?       — Да я чё-то не подумал. Видно, крестраж окаянный мне мозги запарил, — МакЛагген бухнулся на диван и вытянул ноги. С кухни уже потянуло чем-то жареным, от чего аппетит разыгрался даже у Гарри с Гермионой.       По обе стороны от камина висело несколько картин. На одной из них был изображён высокий статный мужчина средних лет в обнимку с молодой брюнеткой весьма яркой и приятной наружности.       — А кто это? — поинтересовалась Лаванда, невинно хлопая глазками в ответ подмигивающему ей портрету.       — Тиберий МакЛагген, юная леди. Рад приветствовать вас в своём скромном убежище, — Тиберий отвесил приветственный поклон и скользнул взглядом по декольте Лаванды, которое виднелось из-под расстёгнутой мантии.       — Эй, дядь! Это моя девушка! — оживился Кормак. — Продолжай тискать за задницу свою Мисс Июль.       — Кормак! Где твои манеры?!       — Мерлин! Ты в живую меня заколебал, можешь хоть на портрете помолчать? И вообще, мы выполняем план Дамблдора, так что не мешай. Я избран стариком для великих дел, между прочим.       Гермиона ошалело наблюдала за перепалкой дяди и племянника, а Гарри, тем временем, заметил в углу ещё одну картину. Изображённая на ней сцена показалась ему смутно знакомой. Он подошёл поближе и просто обалдел.       — Мой дядюшка не очень любит квиддич, предпочитая дуэльную магию, конный спорт, крикет и бокс. Однако я уговорил его прийти на мой первый матч, и… У него очень странное чувство юмора, он пожелал увековечить мой провал и заказал картину, отправил художнику омнинокль с записью того самого момента, где я сбросил тебя с метлы, — пояснил Кормак, увидев, куда направлено внимание Гарри.       — Да уж, лишить команду капитана… — задумчиво протянул Тиберий, на этот раз разглядывая Гермиону, — ты превзошёл себя, племянничек.       — Но как? — почти одними губами переспросила Гермиона, наконец, немного придя в себя. — Разве подобные портреты оживают не после смерти изображённой на нём личности?       — Ха! — Кормак хлопнул себя по ногам и подмигнул ей. — Обычно да, на такое способны только жмурики, но мой дядя знает одного умельца… В общем, удовольствие, конечно, не из дешёвых, но результат его устроил. Теперь вот висит тут и выпендривается.       — Кормак! — обиженно нахмурился Тиберий. — Когда-нибудь я лишу тебя наследства за полное неуважение к старшим. Прекращай сквернословить, как маггл из подворотни.       Спор МакЛаггенов грозил разгореться с новой силой, но тут в гостиной появился домовой эльф с предложением отужинать.

***

      Массивный деревянный стол буквально ломился от закусок. Сосиски, колбаски, пироги, пудинги, булочки. Графины с цветными напитками на любой вкус, а прямо по центру красовалась целая запечённая индейка.       — Ничего себе! — подивился Гарри. — Мы будто на Рождественский ужин попали.       — Кили всегда радует хозяев своими кулинарными изысками, — заявил довольный Кормак, запихивая в рот крупный кусок телячьей отбивной. — Это фам не палатофная жратфа…       — Ты прямо как Рон, — улыбнулась Гермиона, накладывая в свою тарелку всего понемногу.       МакЛагген чуть не подавился от подобного сравнения и громко закашлялся. Лаванда заботливо похлопала его по спине и протянула стакан апельсинового сока.       — Грейнджер, ты меня с этим прокажённым, лишаем поражённым не сравнивай! У тебя явно что-то со зрением, если разницы не видишь. Рыжий твой — жирный и долговязый, а у меня вон: бицепс, трицепс, брахиалис! — гриффиндорец напряг руку, демонстрируя внушительные мышцы.       Гарри лишь покачал головой. Даже упоминание Рона не могло в данный момент испортить ему настроения. В охотничьем домике Тиберия МакЛаггена было уютно, тепло и сытно — всё это давало некоторое ощущение безопасности, которое, казалось, было давно позабытым.       Кили, супруга Фангуса, была облачена в длинное свободное платьице. Она пожелала гостям приятного аппетита, разулыбалась от похвалы хозяина и исчезла.       — Ну, за такой ужин грех не выпить! — пробасил Кормак, наполняя взмахом палочки бокалы отменным шампанским.       На этот раз Гарри и Гермиона даже не стали отказываться. Им действительно хотелось немного расслабиться. Вкусно поесть, нормально выспаться на мягкой постели, не думать о егерях, дежурствах, крестражах и о том, где раздобыть денег или продуктов.       — Кхм-кхм, — раздалось откуда-то сбоку и, повернув голову, Гарри в очередной раз за вечер потерял дар речи. На дальней стене, куда практически не попадал свет от свечей и огоньков, висел портрет Альбуса Дамблдора. Директор с интересом взирал на собравшуюся за столом компанию.       — Жаль, я не могу присоединиться к вам, но позвольте помочь советом: следует начинать трапезу вон с той бутылки с красной этикеткой. Помню, распивали мы подобное с Тиберием. Ох, какой букет, какой аромат, какое божественное послевкусие… ммм… — старик блаженно закатил глаза и недовольно взглянул на пустой бокал в своей руке. — Шампанское — напиток для прекрасных дам. А вот молодым людям больше подходит…       — Вы?! — Гарри сбросил оцепенение и вскочил на ноги, перебивая мечтательную речь старика. — Пока мы ищем проклятые крестажи, рискуя жизнями, вы рассуждаете о каких-то там напитках?! Вы в своём уме? Вы не оставили нам ничего! Дурацкий снитч, книгу сказок и делюминатор! Вы издеваетесь?! Что мы должны понять из этого шикарного набора?! На кой чёрт нам сдалась куча бесполезных предметов?!       Альбус распахнул глаза и удивлённо уставился на орущего Гарри. Гермиона молчала, так как, откровенно говоря, тоже была немного зла на профессора. Кормак же с Лавандой просто с интересом наблюдали за разворачивающимся представлением.       — Гарри, я контролирую ситуацию. Как видишь, я послал тебе на помощь мистера МакЛаггена. Да и мистер Уизли воспользовался моим делюминатором, но вы же сами его прогнали… Всё идёт по плану…       — По какому плану?! Вы бредите?!       — По плану Альбуса Дамблдора, мальчик мой, — старик разочарованно перевернул пустой бокал, содержимое которого давно вылакал. — В помещении наверняка жарко, вот ты и перевозбудился. Эмоции шалят… Кстати, Гарри, знаешь, что при нагревании вина теряется его чарующий, пьянящий эффект, и алхимики пытались долгое время поймать этот дух вина? Дух или спиритус по латыни, отсюда и слово спирт. Тут же вокруг тебя столько паров спирта, что ты практически провёл спиритический сеанс.       — Да что вы несёте?! Ваш план давно провалился, пора признать это! Школа захвачена Пожирателями, Снейп третирует учеников! В Министерстве правит человек Вол… Того-кого-Нельзя-Называть! Мы понятия не имеем, где остальные крестражи! А от Ордена осталось три с половиной бойца! Или вы серьёзно надеялись, что МакЛагген, которого вы отправили к нам, одолеет Тёмного Лорда кулаками?       — Эй, у меня почти получилось! — не удержался Кормак. — Я нормально ему в бубен заехал! Даже вырубил ненадолго!       — Вот. Я видел в вас потенциал, молодой человек, — улыбнулся Дамблдор МакЛаггену. — Да и школе всё не так уж плохо. Снейп на нашей стороне, Гарри, я давно твержу тебе об этом. Ученики в порядке. Учатся, гуляют, влюбляются… Не далее, как вчера юная мисс Уизли целовались с мистером Долгопупсом в Запретной секции библиотеки. Да были так увлечены, что не заметили там мой маленький портрет. Первая любовь такая прекрасная, такая великая…       Гарри не верил собственным ушам.       — Вот! Я же говорил, что Пупсяра давно поёбывает рыжую! — потирал ручищи довольный МакЛагген.       — Хватит! — Гермиона не выдержала и тоже вскочила на ноги, бросив салфетку на стол. — Вы что тут, с ума посходили?! Профессор Дамблдор, не думала, что вы опуститесь до того, чтобы подглядывать за учениками и распускать пустые сплетни. Джинни ждёт Гарри!       — Ага, в объятиях Пупсяры, — перебил Кормак, отправляя в рот очередной кусок пирога.       — Мисс Грейнджер, прошу прощения, — стушевался бывший директор Хогвартса. — Я, право, взболтнул лишнего. Гарри, и ты извини старика. Видишь ли… алкоголь — это особая прекрасная магия, но она иногда лишает нас самого главного — остроты ума. Последние годы я немного увлёкся, возможно, поэтому…       — Вы страдали алкоголизмом? — перебил Гарри.       — Ну почему же сразу страдал? — поднял брови Дамблдор. — Я им наслаждался. Ох уж эти посиделки с Хагридом, а презенты Горация, а бар, который мне великодушно установил Тиберий… Эх, такие запасы достались Северусу, а он не ценит.       — Мерлин! — Гарри схватился за голову, не в силах дальше выслушивать весь этот бред. — Что же нам теперь делать?! Вы так и не скажете, где искать оставшиеся крестражи?! КАК? Как нам одолеть ЕГО?       — Кто ищет — тот всегда находит. Счастье можно найти даже в самые тёмные времена, если не забывать обращаться к свету, — вдумчиво произнёс Альбус, запутывая собеседников всё сильнее. — Кстати, мистер МакЛагген, у меня к вам есть небольшая просьба. Не могли бы вы повесить тут новую картину с натюрмортом? Да бутылок побольше, а то с прошлой всё быстро закончилось, — он бросил многозначительный взгляд на пустой стакан и тяжело вздохнул.       — Так, Гарри, — Гермиона подлетела к ошарашенному другу, схватила его за руку и потащила обратно к столу, где протянула ему полный бокал шампанского. — Пей! Сейчас это точно не помешает. И тебе надо нормально поесть.       Гарри не глядя осушил бокал и медленно опустился на скамью. Аппетит пропал, в голове творился настоящий кавардак, а недавнее чувство безопасности сменилось бескрайней фрустрацией. Не было, оказывается, никакого тайного плана! Дамблдор по пьяни нагородил какой-то чуши и сам не знал, как победить Волан-де-Морта. Да и Джинни давно забыла его, от слов директора не получалось отмахнуться с той же лёгкостью, как от намёков МакЛаггена. На удивление, эта скверная новость волновала его куда меньше всего остального. Окончательно запутавшись в себе, Гарри потянулся к бутылке и плеснул в бокал ещё алкоголя. Гори всё адским пламенем! Разочарование и обида на Дамблдора заполняли его до краёв. Когда-то он верил ему. Восхищался даже. Надеялся, на его чёртов план. План старого алкаша, который давным-давно выжил из ума! Гарри испытал омерзительное чувство, когда думаешь, что ты уже достиг дна, но неожиданный стук снизу оповещает о том, что неприятности ещё впереди.