Общажные будни

С тех пор, как Чанбин узнал о желаниях Хёнджина, омега начал делиться собой не только с лидером. Его вполне хватало на двоих. Когда у Хвана был свободен вечер и впереди вся ночь, он «работал» дырочкой для них обоих. Для этого Джисона специально гнали спать, хотя, учитывая его лёгкую форму нарколепсии, они могли бы развлекаться с омегой и при нём. — Спермоприемник, — Со вдалбливался в обёрнутое латексом тело и кайфовал. Хёнджин действительно был телом. Обычным телом для них, в которое можно было бы кончить. Спустить, избавиться от спермы. Омега стонал в кляп через раз. Глаза были завязаны, а ноги и руки были согнуты в локтях и коленях и обёрнуты широкими ремнями, из-за чего казалось, что они ампутированы. Но это ещё не всё: дабы избежать ворочаний и попыток выбраться, Хван был пристёгнут ремнями к небольшому матрасу за талию, плечи и бёдра. На шее широкий ошейник, не дающий повернуть голову. В подобных аутфитах Хёнджин не был похож на самого себя — это спасало немного его психику. Кончив в омегу, он заткнул отверстие пробкой, которую Джин носит почти постоянно, и принялся развязывать его. Сначала снял кляп и тут же столкнулся с одним предложением. — Помоги мне с гоном Чана. — В смысле? — У Чана скоро гон, я хочу сделать для него кое-что. Именно так Хёнджин оказался внутри большого плюшевого пони. Где он его нашёл, он не сказал. Чанбин в назначенный день поместил его связанного внутрь этой специальной игрушки, имеющей нужные отверстия в нужных местах, просунул трубку для дыхания между ртом омеги и мордой пони и обмотал игрушку подарочной лентой. Поставил её прямо в комнату Чана, когда тот был на работе, не забыл про смазку. Целый тюбик стоял возле пони вместе с салфетками на всякий случай, а омеге оставалось ждать и находиться в абсолютном неведении, так как зрения и слуха он был лишён. Джин лишь глухо молчал, пока его не взяли за задницу и не потащили чуть назад. Очень много смазки, два пальца. С них скорей всего капает. Долго его пальцами не трахают, сразу переходят к члену. Тут Хван понял, что трахает его именно Чан, размер члена он узнает всегда, его изгиб и толщину. Открыты были его обе дырочки, и Чан пользовался ими всеми четыре часа. На ляжке пони была прикреплена бумажка с подсказкой об использовании презервативов, но альфу разве это остановило? Чан кончал, пускал всё внутрь, повязывал столько, сколько не счесть, и всегда глубоко, хорошо, отчего Хёнджин терял сознание из раза в раз. То ли удовольствие всему виной, то ли сенсорная депривация и постоянное давящее чувство снаружи со всех сторон. Бан в конце концов обнял игрушку и лёг с ней рядом, заснув, оставив дырочки Хвана использованными и грязными, полными густой белой спермы. Обычно лидер очень следит за чтистоплотностью Джина, но не в гон, когда сил хватает только на потрахаться. Именно поэтому в самый подходящий момент появляется Чанбин, чтобы забрать у него пони и в другой комнате развязать Хёнджина. Следующие их возможные игры только через несколько недель, потому что впереди много работы.