Пройти по самому краю

Много лет назад В кабинете Айвори госпожа Ноксанид разложила по рабочему столу все таблички с символами и наговаривала перевод на кристалл памяти. Хранитель Библиотеки дождался, пока она закончит очередную табличку и выключит запись. - Сегодня буквально день моей мечты! – объявил Айвори, - Первый Меч согласился ответить на вопросы! - Ого, - хранительница Секции алфавитов, наречий и символов поправила очки и с ещё большим интересом оглядела разглядывающего таблички с символами Сварда, - может быть, уважаемый Первый Меч что-нибудь может сказать о нашей загадочной посылке? - Я? – удивился Свард, - Не очень хорошо разбираюсь в… редких изданиях. - Тем не менее, - улыбнулась госпожа Ноксанид, - может быть, что-нибудь сможете сказать? Первый Меч вопросительно глянул на Айвори, хранитель Библиотеки сделал приглашающий жест. Он понятия не имел, как Мечи видят реальность и материальные объекты, и это был отличный случай это узнать. - Я могу взять в руки? – уточнил Свард. - Да-да, конечно. Вряд ли это такое уж редкое издание, больше похоже на новодел, - разрешил Айвори. Первый Меч предельно аккуратно взял одну табличку, внимательно изучил, вернул на место. Потом ещё одну из середины раскладки, и последнюю из самого нижнего ряда. - При изготовлении этих предметов все законы места, где они производились, были соблюдены, - ноты металла в голосе Сварда стали слышнее, - изготовители не подвергались принуждению. - Вы это видите? – заинтересовался Айвори. - Да. Это очень хорошо видно, - кивнул Первый Меч. - Красота! – восхитилась хранительница Ноксанид, - Айвори, помнишь ту проблемную сутру? Которая вроде бы ксилография, а вроде бы и нет. Может быть, уважаемый Свард посмотрит на неё? Во взгляде Первого Меча, брошенном на хранителя Библиотеки, ясно читался ужас. Кажется, тот понял, что есть реальный шанс никогда не выйти из книгохранилища. Айвори подавил смешок. Первый Меч боится библиотекарей! Кто бы в это поверил? - Дорогая, красную рыбу на пустой крючок не поймаешь, - фыркнул хранитель Библиотеки, - я обещал уважаемому Мечу сперва кофе, а потом вопросы. - И карты, - осторожно напомнил Свард. - Карты мы собирались отправить смотреть ваших коллег, - ответил Айвори, - даже если хранителя Нарсейжа не радуют потенциально вооружённые посетители. Кстати, вот, это те три распечатанные карты. Первый Меч кивнул. - Потенциально вооружённые? – не поняла хранительница Секции алфавитов, наречий и символов. - Мечи могут призвать своё оружие из любой точки Вселенной, - объяснил хранитель Библиотеки, - то, что уважаемый Первый Меч сейчас безоружен, значит буквально ничего. И нет, мы не будем просить устроить демонстрацию. Ноксанид показательно надулась. - Я не против… демонстрации, - Свард явно сдерживал улыбку, - но не хотел бы устраивать её в Библиотеки. Хранители переглянулись. Азарт в их взглядах светился совершенно одинаковый. - Мы заканчиваем в семь вечера по местному времени, - сказал Айвори, - если вас не призовут, можем ли мы рассчитывать?... - Можете, - кивнул Первый Меч, - а сейчас – могу я рассчитывать на кофе и карты? - Да-да, - хранитель Библиотеки сделал жест в сторону двери, - идёмте. Ноксанид, если ты поймаешь моего референта и попросишь организовать нам кофе и сандвичи, я буду признателен бесконечно. Свард, к кофе – сахар, сливки, что-то ещё? - Тёртый горький шоколад, жирные сливки и мускатный орех, - с готовностью отозвался Первый Меч, - сахар не надо. - Понятно, - кивнул Айвори, - Ноксанид? Хранительница Секции кивнула в ответ и ушла искать загадочного референта, который был типичный котом Шрёдингера, только референтом. Оба Меча, оставленные в малом гостевом зале, не выказали ни малейшего восторга при появлении высокого начальства – им уже составили компанию сотрудники Секции карт, атласов и глобусов всех существующих в этом секторе Вселенной полов, прослышавшие об уважаемых гостях. В отличие от хранителя Секции, её сотрудники не имели предубеждений против потенциально вооружённых гостей, и Мечи наслаждались беседой, угощением и просто возможностью провести время мирно. Свард вежливо, но непреклонно отправил коллег в кабинет хранителя Нарсейжа, снабдив свёрнутыми трубочкой распечатками из закрытой секции. Куда они должны были отправиться дальше, Айвори не понял – Мечи говорили на своём языке. К этому языку металлические тона в голосах Мечей подходили идеально. - Кажется, у нас нет словаря вашего языка, - встретил вернувшегося Сварда хранитель Библиотеки. - Скорее всего, нет, - согласился Свард, - Круг Мечей весьма ценит свои тайны. Это пошло от Древнейших, они до сих пор считают, что у нас есть враги. - Враги у Мечей Закона? – не поверил Айвори. - У меня пока нет своего мнения на этот счёт, - пожал плечами Первый Меч, - но мой предшественник был убит, а не перешёл в какой-то другой ранг. И до него Первый Меч погиб. Хотя традиционно именно Первый Меч считается лучшим воином Круга. - А Древнейшие действительно, гм, сохранились при смене кальп? – не удержался от вопроса хранитель Библиотеки. - Ряд законов возобновились при смерти и возрождении Вселенной. Так что – да, Древнейшие пережили Большой Взрыв. Айвори замолчал. Мысль о том, что потенциально можно встретить существо, видевшее другую Вселенную, его всегда завораживала. А тут его собеседник об этом говорит так просто. И даже общается с такими существами лично. * - А что-то ещё странное происходило последние пять-десять циклов? – спросила Вессла, обращаясь к Мечу и капитану Komorant, - Или хотя бы нетипичное? Оба пожали плечами. - Нетипичное… Возможно, возобновление старых дел, - сказал Укусса, - Лорд Круга Меч Аларти год назад приказал вернуться к некоторым старым расследованиям. Больше ничего нетипичного не происходило. - Что это за статус? – удивился Айвори, - Нигде не встречал упоминаний. Капитан Айко тоже выглядел удивлённым. - Меч Аларти – это его Свард постоянно приставлял смотреть за Икой? – спросил капитан Komorant. - Да-да, точно! Меч с белыми перьями в волосах – это же он? – вспомнил Айвори. - Именно, - подтвердил Древнейший, - одно время Меч Аларти был склонен к украшениям в стиле, который называют «этнический». - А что за статус – Лорд Круга Мечей? – напомнила Вессла. - В отсутствие Первого Меча кто-то должен исполнять его представительские функции, - в голосе Укусса звучало что-то очень профессорское, - поскольку светоч Первого Меча указывает на то, что тот жив, мы не можем просить Первоисточник создать нам другой. Меч Аларти много времени провёл с Первым Мечом, хорошо знает его позицию и образ мыслей. Законных противоречий не было найдено, и мы создали новый статус в Круге. - Гм, - высказался Айко. - Давно его не видела, - задумчиво сказала Вессла. - Я тоже, - кивнул Айвори, - если возобновили старые дела, как вы говорите, к нам никто не приходил. - К нам тоже, - подал голос Тако. - Учитель Укусса, - спросил хранитель Библиотеки, - я никогда не спрашивал – а где личное боевое оружие Сварда? Учебные и бальные клинки хранятся у меня. А Лебедь и Ворон? - Они не возвращались, - голос Древнейшего потерял все интонации, что в случае Мечей означало глубокую скорбь, - мы считаем их погибшими. В комнате словно стало ещё темнее. Айвори отстранённо порадовался, что сидит в кресле – горе Мечей до сих пор сбивало его с ног, усиливало личное горе. - Я думаю, когда мы найдём Сварда, найдём и его мечи, - сказала целительница, - мы наконец знаем его местонахождение. Первый Меч вернулся в миры, вернётся и к нам. - Ты так думаешь? – мрачно спросил Тако. - Я уверена, - твёрдо ответила Вессла, - когда шьёшь кому-то раны, хорошо понимаешь его характер, уж поверь мне. Айко хмыкнул. Хранитель Библиотеки посмотрел на кузину, вспоминая, что та когда-то сказала про Сварда и велела никому не упоминать. - Капитан, - обратился Укусса, - можете подробнее описать, в чём состоит повреждение Первого Меча? Как именно он вас призвал? Как он участвовал в штурме, если не помнит себя? Его сила не проявлялась в Круге. По каким признакам вы определили, что к нему опасно приближаться? - Действительно! - энергично кивнула Вессла, - Мне систему полного жизнеобеспечения готовить для его возвращения или хватит реанимационной капсулы? Айвори невольно вздрогнул. То, как говорила кузина - кажется, она была полностью уверена, что Свард вернётся. И почему-то сейчас это вызвало страх. Ждать возвращения - это стало привычным, как дыхание и нетронутая пустая подушка рядом на постели. Что будет, когда Первый Меч действительно вернётся? И, главное, каким он вернётся? - Я бы приготовил систему полного жизнеобеспечения, - подумав, ответил капитан Komorant, - то, как мерцает его сила... У меня крайне странное впечатление. Свард вёл расследование в согласии с волей Демиурга Голубой Жемчужины. У него есть их местный статус. Его знают специалисты Демиурга. Правда, называют внутренним именем Круга Мечей, а не официальным. - Уттэ? - удивился Древнейший Меч, - Они зовут его Уттэ? - Да, учитель Укусса, - кивнул Айко, - я в первый момент не понял, что за Меч Уттэ нас призывает. На имя Свард он не откликнулся. Никого из нас по имени не назвал, хотя он знаком со мной и половиной офицеров штурмовой группы. Он не носит оружия, и во время штурма не участвовал в бою, держался сзади. Хранитель Библиотеки, Тако и Вессла переглянулись. Чтобы Свард упустил возможность подраться в каком-нибудь неудобьсказуемом месте - это было что-то из разряда невероятного чуть более, чем полностью. - Если помните, кто-то из детей Хаоса научил его маскировке - он заворачивался в тени и растворялся в пространстве, - капитан сделал жест, словно скручивал что-то в фунтик, - вот он так постоянно ходит. Его просто не видно, пока он не обратится напрямую. Но когда он обратился с призывом к нам, власть Первого Меча сработала абсолютно нормальным образом. Как всегда. Вопросы он тоже задавал, как всегда. - То есть он в разуме? - уточнила целительница. - У него определённо сохранился ряд профессиональных навыков, - кивнул Айко, - но он почти не двигается. Мне кажется, у него справа слепая зона. И самое странное - хотя он работал с согласия Демиурга, он крайне негативно реагировал на любое упоминание о Демиургах, Мечах, внешних мирах. Он полон ненависти и ярости. Все уставились на капитана Komorant недоумённо. Меч закона, полный ненависти и ярости? Первый Меч, полный ненависти? Базовая характеристика силы Мечей препятствовала сильным эмоциям вообще и сильным негативным эмоциям в частности. Как и все высокоспециализированные функционалы, Мечи очень ограниченно испытывали чувства и эмоции. Если это не касалось их функции. То есть нарушения законов вызывали у Мечей чувство сильнейшего отвращения. Свард периодически давал понять, что гибель важных для гармонии Вселенной существ вызывает у него глубокую печаль. До состояния ярости его могли довести только попытки техномагов Порядка достичь Первоисточника... - Капитан, - спросил Айвори, - эта секта имеет отношение к техномагам? - Нет, - Айко покачал головой, - её создатели точно из техногенного мира, но реализация методов совершенно иная, чем у техномагов. И у меня создалось впечатление, что он держится на ногах исключительно благодаря своей ярости. - Как странно, - задумчиво пробормотала Вессла, - я думала, лет через тысячу он просто перестанет носиться, как хаосская гончая, потому что все дыры во Вселенной уже излазит. Древнейший Меч согласно кивнул. Свард был уже третьим его учеником статуса Первого Меча и самым любопытным и беспокойным из них. Активнее Сварда в попытках свернуть себе шею был только его младший брат. - То есть Первый Меч обратился к той части своей силы, которую традиционно называют "властью"? - спросил Айвори, - И вы отреагировали стандартным образом, как на призыв? - Так и было, - подтвердил капитан, - поскольку это был призыв Первого Меча, то он адресовался непосредственно ко мне. Я его не узнал. Наступила полная тишина. Капитан Komorant, как и все функционалы, в исполнении своей функции обладал абсолютной памятью. И их с Первым Мечом сотрудничество продолжалось веками. Айко должен был опознать силу Сварда с первого касания призыва. * Когда никто не видит Комната едва освещалась золотистым светом небольшой настольной лампы. Правда, стояла лампа на полу, а потолок комнаты терялся где-то вверху в полумраке. Полукруг хорошо выделанных каменных плит пола и угол старого шерстяного ковра с коротким ворсом были видны хорошо, а что там дальше - не понятно, но, кажется, что это всё-таки комната, а не зал или коридор. На стене над лампой висело прямоугольное тёмное, практически чёрное стекло достаточного размера, чтобы в него прошёл взрослый мужчина роста и ширины плеч Меча Закона. Свет лампы и сидящая на полу рядом со стеклом закутанная в слишком большую для неё тёмную накидку девочка в черноте не отражались, а вот встрёпанный золотой котёнок на плече - отражался. Правда, в отражении был большой лохматый кот, серый - словно котёнок в отражении вырос в фильме ужасов. Но это точно был один и тот же кот - одновременно котёнок и взрослый. И на ком в отражении сидит кот - чернота не давала разглядеть. - По мнению некоторых исследователей зиккураты являются первичной телесной формой материализации Великих Древних в существующей Вселенной, - девочка сосредоточенно читала вслух, водя пальцем по строчкам, - В частности, развалины самого старого на данный момент зиккурата, законсервированные в системе Звёздных Яслей, состоят из органических минералов, таких как гагат, кварцит, аммолит. Что такое аммолит? - девочка подняла голову. Стекло издало низкий странный звук, что-то среднее между гулом и рычанием очень крупного хищника. -А! Я попрошу Меч Укусса сводить меня в хранилище. Стекло откликнулось коротким звоном. - Мне не очень интересно про зиккураты, - призналась девочка, но послушно вернулась к книге, - Также зиккурат является популярной в человеческих мирах формой храмового комплекса. Как правило, по мере развития инженерного дела зиккураты сменяются формой полноценной пирамиды с тремя или четырьмя гранями и острой верхушкой. Ой! Кажется, меня зовут! Наверное, учитель закончил свои дела... Чао! Девочка вскочила, захлопнула книгу, сбросила накидку на пол, котёнок успел соскочить и обиженно мявкнуть, подхватила лампу и поспешила к выходу из комнаты. Чёрное стекло, возможно, это всё же было зеркало, а не стекло, растворилось в стене, словно его и не было.