Let's not be friends

Сонхун стоял в коридоре, обперевшись спиной о стену. Он ждал, пока закончится пара у Хисына, чтобы вместе пойти в столовку. Он вообще любил ждать товарища с пар. К тому же, так он мог пересечься с Юной. Раздался звонок на перемену, и из аудитории постепенно начали выходить студенты. Среди них вышла и Юна и спешно направилась к Паку. — Хун, здравствуй. — Девушка улыбнулась и подошла к нему ближе. — У меня есть к тебе разговор, не против? — Здравствуй Юна, что у тебя? — Пак сразу выпрямился. Юна была одногрупницей Хисына и уже давно нравилась Хуну. А ей - нравился Хисын, и Хун прекрасно это знал, однако, он не знал, была ли эта симпатия взаимной со стороны Хисына. С этим всё было немного сложно. Но, в любом случае, Хун особо ни на что не рассчитывал в плане Юны и почти не проявлял к ней знаки внимания. Он всегда был с ней вежлив и дружелюбен, но не более, даже когда Хисына не было рядом, Хун всё равно держал дружескую дистанцию с Юной. — Ты же знаешь, что ты очень красиво рисуешь? — начала Юна. — А ты разве видела мои рисунки ? — слегка удивился Хун. — Ну да, помнишь, ты как-то забыл свой альбом в аудитории на совместной лекции? Это же я его тогда подобрала и передала Хисыну, а он - тебе. Я успела просмотреть его содержимое, уж извини. — Девушка мило улыбнулась и продолжила — Твои рисунки это нечто! Особенно портреты. — Спасибо, Юна. — просиял Хун. — Я редко кому показываю, но раз ты уже сама видела…я польщен. Хун действительно очень хорошо умел рисовать. Особенно он любил срисовывать что-то увиденное, делая рисунок максимально глубоким. Глубину его картинам придавали предельно точные линии тёмных карандашей и страсть к детализации. — Позволь мне проявить немного наглости и попросить тебя. — продолжила Юна. Она знала, что нравилась Хуну. Не потому что это было очевидно со стороны, а просто знала. Бывает так, когда на уровне интуиции понимаешь, кому ты нравишься. А интуиция у нее была на такие дела - отличной. Она взяла в руки телефон и протянула его экраном к лицу Хуна. На экране было лицо Хисына, немного в профиль, а его глаза смотрели куда-то в сторону. — О, Хисын. Какой он тут прямо эффектный и статный юноша. — усмехнулся Хун. — Эта фотография, я считаю, очень хорошо отражает его красоту. Сделала, пока сидели на парах. — Мило улыбнулась Юна. — Но этой фотографии не хватает жизни. И оживить её смогли бы только твои руки и твой волшебный карандаш. Юна подняла взгляд на Хуна и посмотрела немного виновато, но с надеждой. — Пожалуйста, если у тебя будет свободное время и силы - нарисуй его портрет. Для меня. Хун сделал удивлённый вдох. Внутри него что-то приятно защекотало под ребрами, а настроение ощутимо изменилось в сторону приподнятого. Юна о чём-то его попросила. Он был нужен Юне, пускай даже для того, чтобы потом она могла любоваться другим. Ей нужен был его талант и умелые руки. И это было чертовски как лестно и приятно. Он взял из её рук телефон и еще раз уже деловито посмотрел на экран. — Да, качество сойдет для перерисовки. — Сойдет? Ой как хорошо. — Юна сжала руки в маленькие кулачки и радостно потрясла ими. — Так что, сможешь? — Хорошо, я нарисую тебе твоего принца. — самодовольно улыбнулся Хун. — Дай мне свой КакаоТок и я тебе перешлю фотку. Они обменялись номерами. Впервые за то долгое время, что они были знакомы. И это было вдвойне приятно для Хуна, хоть, по-сути, мало что для него меняло. Она кивнула Хуну и быстро исчезла, пока не появился Хисын. *** — Как можно ставить физкультуру в расписании после большой перемены? — сетовал Хисын, аппетитно уплетая обед. — Просто не понимаю. — Не повезло вашему потоку. А у нас всё стабильно - сплошная рутина из спец. предметов. Освободившись с пары чуть пораньше, Хун направился в спортзал. Сев на скамейку сбоку, он стал ждать, наблюдая за тем, как Хисына, как обычно, обступили девчонки и они все вместе что-то воодушевленно обсуждали, смеясь. Хисын всегда был окружен женским вниманием. Потом Хисын помахал в сторону Хуна и направился к нему. Усевшись рядом он облокотился о стену и устало закрыл глаза. Хун посмотрел на его профиль, пока тот сидел с закрытыми глазами. Хисын действительно был эффектным юношей. Хун машинально задумался над тем, как проведет карандашом линию его подбородка на бумаге. Какой она будет плавной и с изгибом. Потом он вдруг обратил внимание на ресницы Хисына. Те лежали почти что на его щеках и казались неестественно длинными. — Погоди ка, это что, тушь? — вдруг удивился Хун, когда понял, что зрение его не подводит. Хисын рассмеялся и устало провел по волосам рукой. — Та да. Это девчонки в раздевалке баловались. Сказали, что согласятся на совместную партию в волейбол, если я разрешу им накрасить мои ресницы. — А тебе идет, на принцеску похож. — рассмеялся в ответ Хун. — Смотри осторожнее, дамский угодник. Сегодня тушь, завтра помада, а послезавтра - чулки в сеточку. Придя домой, Хун решил приняться за дело, не откладывая. Он открыл КАКАОТОК. Хун: *приветственный смайлик* Юна: …*печатает* Хун: Ресницы нашего принца - это твоих рук дело?) Юна: Приветики. Юна: нет, это всё Наён. Как обычно… *дурашливый смайлик* Хун: кидай фотку Юна: *файл jpeg* Юна: я надеюсь, это останется нашим секретом? У Хуна снова что-то защекотало под ребрами. Мысль о том, что у него с Юной будет что-то исключительно между ними - растеклась по телу приятными волнами. Хун: договорились, Юна. Я начну уже сегодня. Юна: не тороплю)) спасибо тебе, Хун *смайлик* Хун разложил все необходимые принадлежности на столе и поставил телефон перед собой. Руки взялись за дело. Начал он с общего плана и постепенно наслаивал линии одну за другой. Обычно, когда дело доходило до рисования чего-то красивого и прекрасного, Хун смотрел на это как профессионал: холодно и беспристрастно. Но, как и любого художника - его всегда тянуло к прекрасному, чем бы оно ни было. Если б Хун не знал, кто это на фотографии, то скорее бы подумал, что он рисует какого-то айдола или актера, сумасшедше красивого и популярного. Хун был воодушевлен предстоящей работой. Остановившись на прорисовке носа, Хун не мог не почувствовать наслаждение в своих пальцах. Те выводили чёткие и строгие штрихи, повторяющие форму носа. “Хотя бы один этот нос чего только стоит” - подумалось ему. “От него одного уже столько барышень в ловушке обожания” Когда дело дошло до глаз, Хуну вдруг вспомнилась сегодняшняя картина: длинные и густые ресницы Хисына. Он начал особенно тщательно выводить линии ресниц на верхнем веке, специально делая штрихи чуть длиннее и выразительнее. “Везунчик” - подумал Хун. “Он даже не догадывается, что его лицо сейчас буквально в моих руках, и я его преображаю, делая еще прекрасней” . Следующим вечером Хисын навестил Хуна ради их частых совместных посиделок за пивом и кино. Телефон Хуна лежал на столе, когда оттуда раздался звук сообщения. Хисын машинально глянул на экран, т.к. был к тому ближе. На экране высветилось имя “Юна”, а текст сообщения Хисын разобрать не успел. — Тебе там Юна пишет. — сказал он и расплылся в улыбке. Хун суетливо поднялся с дивана и подошел к телефону. Юна: с меня - “кахиноровский профессиональный карандаш НВ”! *подмигивающий смайлик* — Тебе нравится Юна? — вдруг спросил его Хисын. — Я об этом не думал. — соврал Хун. — А я вот уже давно думал о том, что тебе бы к ней присмотреться. Хун вопросительно поднял взгляд на Хисына. — Да, — продолжил тот. — Мне кажется, Юне нравятся парни с холодным типажем. Отрешенные и немного замкнутые. Как ты. Хуну эта информация далась не с первого раза. Он был уверен, что Юне нравился Хисын. Открытый и теплый Хисын. А тут вдруг речь о нем. — Я разве холодный? — Да, холодный и закрытый. А Юна - она как отмычка, быстро нашла бы к тебе подход. Хисын довольно улыбнулся и потрепал волосы Хуна, а потом легонько приложил свой кулак к его груди. — Ты всегда как недотрога. Тебе нужно больше уверенности в себе, дружище. И подходящий человек рядом, который сможет растопить твой лед. — А что, если мне нравится мой лёд? — ухмыльнулся Хун. — Вот видишь, ты даже не отрицаешь этого, снежная королева. — А ты - принцеска. — в шутку передразнил того Хун. — Я ведь хочу как лучше. — сказал Хисын и открыл еще одну банку пива. — Помнишь, как в старшей школе тебе признался Чонвон? — Ой…. — Хун схватился руками за голову и опустил её, рассмеявшись. — Помню я этот ебаный стыд. А чего ты решил вспомнить? — Так вот это я его тогда убедил, что стоит рискнуть и признаться. — Так это с твоей подачи?! — подскочил Хун. — Это из-за тебя я пережил те позорные пару минут, в течение которых я в жуткой панике думал, как бы деликатнее отказать ему!? Всратый ты купидон! Зачем ты это сделал? — В те периоды ты был совсем нелюдим ни с одной девушкой, причём настолько, что я подумал, быть может ты… —... Ты подумал, что я по парням? — удивлённо воскликнул Хун. — Да всякое бывает, знаешь ли. Мне то всё равно, но если это не так, тогда замути с Юной. Ребята принялись разгоряченно обсуждать всю эту тему с девушками, Юной и прочим, и просидели так до позднего вечера. От Хуна Хисын ушел выпившим. Он шел домой и думал о том, что если у Хуна получится с Юной, то всем от этого будет спокойнее. Особенно ЕМУ. Хисыну. “Вот же чёрт хитрожопый. Решил мне даже парня подсунуть, оказывается. Только потому, что из девушек мне никто не нравился? Заботливый какой!” - немного возмущался про себя Хун, сидя за столом и продолжая портрет подлеца. А ведь если подумать, без шуток, то Хисын действительно был заботливым. Он всегда поддерживал Хуна, во всем. Он восхищался его рисунками, помогал с идеями. Со старшей школы они были не разлей вода и всегда и всюду ходили вместе. Хисын не раз заступался за него в школе, давал списывать, а если у того не ладилось с кем-то из коллектива - Хисын умел ненавязчиво сгладить углы. Одинокие вечера они тоже проводили вместе. И если вспомнить, то Хисын не раз пропускал свои свиданки просто для того, чтобы остаться у Хуна на вечер и провести с ним время, говоря обо всем на свете. Будучи в немного опьяневшем состоянии, он вдруг засмотрелся на рисунок. “Подлец, но красивый” - подумалось ему.