Хозяин золотой горы

Питер замычал, тяжело приподнявшись на локтях, браслеты на запястьях коротко звякнули. Тони рядом не было, и парень, по привычке, огляделся по сторонам. Вот так частенько и заканчивались все его веселые ночки. Красавчик просто собирал шмотки и покидал отель, напоследок оставив от себя, в лучшем случае, записку, а тут красавчика еще и обломали. Повод для записки был даже более весомый. Питер приподнялся, скрипя всем своим телом, и стал искать на тумбочке или хотя бы столе хоть что-то похожее на записку. Её не было. Дверь неожиданно приоткрылась и внутрь, сверкая как медный таз, вошёл Старк. В руках у него был поднос. — Моя душа наконец проснулась. Надо же, я уже собирался вызывать скорую. Парень едва успел приоткрыть рот, когда его с силой дернули на себя. Рука обняла собой тонкий торс и припечатала к себе намертво, а губы обожгло жестким поцелуем. Тони блаженно терзал его, ни на йоту не уступая личного пространства. Питеру оставалось только беспомощно сдаться и провиснуть абсолютно голым в руках полностью одетого Старка. Мужчина перехватил его за бедра и подтолкнул вверх, куда более нежные поцелуи затронули открытую шею и грудь. — Как поспал? — проурчал Старк, подняв на него кошачий взгляд. — Кажется… — не сразу нашелся он от такой страстной встречи и поцелуев спросонья. — Кажется я отключился вчера. — В самом деле? — он улыбнулся. — Да…да…я помню лишь то, что пошел в ванну. Как я оказался в кровати? Тони лукаво сощурился и решил подыграть его лжи. Что ж, раз мальчишка решил снова корчить из себя невинность, он скорчит такую же. — Я перенес тебя из ванны в кровать, вытер полотенцем и сам лег спать. — Я… — Питер неуютно потупился. Помни лишь о том, что ты выбрал меня, Питер. А значит, ты уже стал моим. Разумеется он помнил о всём, что вчера было сказано, и бархатный голос до сих пор ласкал все его мысли так же, как руки могли бы ласкать тело. Питер прокашлялся и чуть сильнее сжал чужие плечи. — Мы вчера так и не…ну…не дошли до консумации. Должно быть, вы расстроены? — Драконам не привыкать к долгим ухаживаниям. Возможно, наши ухаживания самые долгие из всех существующих, так что я не сильно расстроен. — У драконов есть ухаживания? — Разумеется есть. Итак, как насчет завтрака? Лицо Тони в мгновение изменилось, вдруг став серьезным. Он опустил Питера и посмотрел в сторону двери. Как-то уж очень напряженно посмотрел. — Быстро встань за мной. Голову не поднимать, рта не открывать. Ноги покорно исполнили просьбу и паренек встал прямо за чужой спиной так, словно в комнате его и нет. А на пол брызнула кровь, пачкая ковер. Порыв ветра, врезавшийся в дверь, хлопком открыл её, и внутрь бодрым злым шагом прошёл мужчина. Питер его не видел, но, по сути, понял, это явно не человек. — Ты, — начал прямо с порога их гость, направив палец в сторону Старка, — я прибью тебя. Тони оставался спокойным и завел руки за спину. Питер заметил мелкие рубиновые капли, что стекали вниз по ладони. Их гость, полный ярости, попытался подойти чуть ближе, но заскреб ногами прямо по половицам, так и не сумев сдвинуться с места. — Заклятье наложил? Серьезно? — рыкнул незнакомец. — На всякий случай. Вдруг в порыве ярости глотку мне перегрызешь? — Перегрыз бы, если бы мог достать до тебя. Что это вчера такое было? Ты на уши поставил всех. Мне на орехи тоже досталось, а я ведь вообще был тут не при чём. Где человек? — Он скромный и тебе не покажется на глаза. — Где этот говнюк, из-за которого мы вчера летали половину ночи по всему септону? — супруга совершила ровно ту же ошибку, попавшись в капкан. Глаза её округлились. — Ты что, чары наложил? — Вот теперь спокойно поговорим, — улыбнулся Старк. — Итак, что же вчера там такое было, что сегодня вы такие злые? — У меня была овуляция, а твоя выходка нам всё сорвала. Теперь ждать еще полгода. — Скверно, — цокнул языком Старк. — Старики вчера такой гомон устроили, лаяли как собаки. Я никогда не слышал, чтобы они так орали. — У него всё упало. — Давайте без лишних подробностей о старческом сексе с чавками, мне как-то…бррр… — Мы старше тебя всего на каких-то четыре века. — Поэтому я и сказал про чавки. Что же до всех остальных родительских заботах, так вы уже лет пятьдесят пыхтите, можете еще немного попыхтеть. — Хотел бы ты детей, знал бы каково это — пытаться и не иметь успеха долгие годы. — вздохнула женщина. — Спасибо, но, пожалуй, обойдусь без всего этого. Теперь можем поговорить о делах. Я привез ваш груз, — Старк с места не сдвинулся, вместо этого предпочел махнуть рукой, чтобы кейс сам подъехал к заказчикам. — Я бы на вашем месте предпочел бы эту штуку хранить в закрытом стеллаже, за витриной и с талисманами. Использовать настоятельно не рекомендую. — Это уже не твоя забота, — отозвалась Пегги. — Я лишь предупредил, только и всего. Детей можно и старым добрым способом заделать. А то вдруг родится крокодил? — Или такой как ты, гоблин с горы, что дружит с людьми. — На гоблина я похож разве что со спины. — Успокойся, Пегги. Нет смысла теперь уже бесноваться, мы как-нибудь решим наш вопрос без помощи Тони. Питер расслышал, как открылся кейс. Интересно, эти два чешуйчатых кретина в самом деле вознамерились использовать лапку? Что, прямо здесь, дабы доказать, как сильно Тони заблуждался в своих словах? Кривая и сухая конечность, имевшая в распоряжении всего три пальца, оказалась в руках женщины, Пегги покрутила её так и сяк, повертела и, бросив чересчур самодовольный взгляд в сторону Старка, проговорила: — Я думаю, что стоит проверить, настоящая ли она, прежде чем Стив тебе заплатит. — В порыве гнева совершаются самые крупные ошибки. Ты рискуешь совершить в данный момент фатальную. Прожив тысячу лет… — Прожив тысячу лет я потеряла всякий страх. Вначале моей жизни люди думали, что грядет апокалипсис и воевали. Сейчас дело обстоит так же, за тем лишь исключением, что войны ведут ядерным оружием. Тони лишь покачал головой. — Я хочу… — начала она, — хочу бифштекс с кровью и, желательно, из какого-нибудь симпатичного мальчика. Первый палец плавно загнулся с тем неприятным хрустом, с каким обычно загибают пальцы древние старики. Возможно она рассчитывала, что бифштекс будет из того самого мальчика, что стоял сейчас за спиной Старка. Хотя, почему возможно? Она действительно рассчитывала на это. К несчастью, вместо этого в дверь тактично постучались. Непонятно кто именно, но, открыв её, Пегги обнаружила стоящий на пороге сервис с позолотой. Под стальной крышкой в самом деле её ожидал бифштекс, стоило полагать, из мальчика. Порция картошки прилагалась бонусом. — Похоже, лапка и правда работает. В таком случае и мы не имеем никаких претензий. Дорогой, отдай ему то, что мы должны. Стив достал из внутреннего кармана куртки сверток и поставил его на столик. Он бы передал его в руки, если бы мог подойти. Мужчина медленно кивнул. — Спасибо за работу, Тони. Я тебе очень признателен. — Помяни моё слово, очень скоро ты придешь вновь, и твоя неприязнь растает. Ты готов будешь отдать что угодно, чтобы поправить ситуацию, Стив. — Иногда ты о себе слишком высокого мнения даже по меркам дракона, — старый товарищ ответил ему лишь легкой улыбкой. — Теперь послушай мой совет: люди хороши для закуски, хороши для забавы, но не для любви. Я знаю, что ты не волен был выбирать свою судьбу, но если продолжишь держаться своих маргинальных принципов, очень скоро от тебя отвернуться все наши, а я не смогу покрывать тебя перед стариками вечно. Тони ничего не ответил, только сильнее нахмурился. Дверь закрылась в последний раз, оставив после своего щелчка противное ощущение кислого во рту. Питер, замерший в своей покорной позе, всё еще ожидал, когда же оковы чужого приказа спадут, и ему дадут возможность высказаться. — Теперь можешь говорить и двигаться. Питер выдохнул с облегчением, размял затекшую шею и руки. Хорошо было вернуть себе прежнюю подвижность. — Уф-ф-ф…ну и кретины у вас друзья. — Они мне не друзья, — сухо ответил Старк, подняв со стола мешочек. — А кто же они тогда? — Всего лишь соплеменники. Мы вообще не склонны заводить друзей, это довольно утомительное занятие. — Ну, с такими гарпиями и я бы водить дружбу не стал. Старк улыбнулся, а затем извлек пару золотых монет из мешочка и протянул руку вперед, предложив их пареньку. Питер удивленно приподнял брови. — Бери, не стесняйся. Деньги выглядели странными, хотя бы по номиналу. — Пять долларов? — фыркнул парень. — В оцениваете меня в десять баксов? — Что ж, в таком случае положи их на удачу в кошелек или в карман. Возможно, однажды они тебе пригодятся. Только не покупай на них газировку в магазине, предпочтение отдай музею, а еще лучше аукциону. — И сколько за них можно выручить? Сто долларов? — Кто знает. Кто знает. — Ладно, раз вы настаиваете, то я их сохраню. Было бы правда в чём. Одежда моя умерла вчера в страшном кошмаре портного. Трусы, надо заметить тоже. — С этой задачкой я расправлюсь одной левой. — Трусы только не делайте с драконами, умоляю. И без золотой тесьмы. — Хорошо, ограничимся пикачу.

***

Гуляя по улочкам Сан-Хуан, а, как выяснилось, они угодили именно сюда, в столицу Пуэрто-Рико, Питер наслаждался открывшимися видами на красочные невысокие домики, напоминавшие ему родные постройки, любовался голубым океаном и таким же голубым небом, с натяжкой отыскивая линию горизонта между одним пространством и другим. Невысокие домики перетекали в здания повыше, сочетая между собой традиции прошлого и настоящего. Питер ловил на себе внимательные взгляды прохожих, разгуливая в белом костюме, сегодня украшенным, как назло, изображениями треклятых пикачу. — Вы выставляли меня клоуном и до этого, но сегодня вышли на новый уровень, мистер Старк. — Ты не любишь Пикачу? — отозвался тот, примерив в лавке третьи по счету солнцезащитные очки. — А можно мне просто футболку и шорты? — Я потратил так много сил для того, чтобы украсить тебя, заставишь меня снова пыхтеть? — Да вы вообще особо не старались! — буркнул тот. — Какие, по твоему мнению, лучше? — он словно бы специально игнорировал все его выпады. Очки, к несчастью, к такой красивой морде подходили все. Питер вздохнул и показал рукой на желтые. Всё равно ведь не отстанет. Питер бы правда не жаловался на гребанных Пикачу, если бы на улице не было бы так жарко. Вы хоть можете себе вообразить, насколько может быть жарко в городе расположенном у моря? Он хотел пить, есть и обливался потом в этом душном бархате. Парень сделал жадный вздох и вытер со лба набежавший пот. Тони, наконец, заметил его мучения и, прищурившись сквозь желтые диоптрии, рассчитался с торговцем. — Кажется, тебе нужна шляпа. — Мне нужна не шляпа, мне нужны шорты и футболка. Питер даже толком не успел отойти от лавки, когда вновь открыв глаза, очутился в торговом центре. Прохладном, к его счастью. Парень выдохнул с невероятным облегчением. — Пойдем, найдем тебе шляпу, — с улыбкой Тони поманил его пальцем вслед за собой. Хотел бы он возмутиться в очередной раз, что ему нужна отнюдь не шляпа, но, к собственному удивлению, Тони манил его отнюдь не в отдел шляп. Тони шел в сторону самого обычного магазина, где можно было найти удобную одежду для жаркой погоды. Старк тактично кивнул, молчаливо предлагая сделать выбор. Питеру потребовалась всего пара минут. Он отыскал парочку легких однотонных шорт, пару футболок и прихватил шлепанцы, ну и напоследок пару комплектов нижнего белья. С недоверием он посмотрел на дракона, что молчаливой тенью ходил за ним следом по рядам. — Вы же вроде бы были против того, чтобы я ходил в недостаточно почтенном виде. С чего вдруг такие перемены? И главное, чего мне будет всё это стоить? — О, шляпа! — отозвался Старк, достав с верхней полки панаму с маленькими желтыми уточками. — В самый раз. — Я не надену это. — Голову напечет. — Она с уточками. Вы издеваетесь? Возьмите хотя бы приличного вида. Вон ту, синюю. Мужчина с урчащим смешком достал всё же ту, что попросил Питер. Обычную синюю панаму. — Как скажешь, малыш. — Когда вы такой добренький, это вызывает массу подозрений. — Скажем так, сейчас я расположен к тому, чтобы уступить тебе. Вчерашняя ночь, пусть даже больше напоминавшая аперитив, сильно подняла мне настроение. Неужели ты успел забыть, как хорошо тебе вчера было? О, Питер прекрасно помнил. Еще долго будет помнить. Питер потупился и стал активно изучать этикетки на испанском, пока лицо становилось всё краснее. Перед глазами замирали навязчивые картинки. Жаркие руки, которые сжимали идеально. Жадные губы вылизавшие и терзавшие его рот так яростно, что пульсировал каждый нерв в теле. Как назло ухо опалил собой бархатистый голос. — Por qué mi alma se sonroja tanto? Смысла фразы он не знал, но по интонации итак было понятно, о чем Тони спрашивал. Питер прикусил губы и, едва найдя в себе силы, приподнял на жадного дракона взгляд. — Быть может, наконец купим всё это, и я смогу переодеться в более удобную одежду, мистер Старк? Тони был слишком близко. Можно было подумать со стороны, что взрослый дядька клеится к школьнику и предлагает ему свои интимные услуги. Некоторые, похоже, так и подумали, судя по косым взглядам. Питер смутился лишь сильнее. — Пожалуйста, — шепнул он. — Конечно, карапуз. Не будем заставлять твою задницу потеть больше необходимого. Иди переодевайся, а я расплачусь. — И всё же…какова будет цена за вашу доброту? — Я назову её тебе, когда выйдем из магазина, а теперь шевели ногами, пока я не откусил от тебя кусочек прямо здесь. Он не стал тормозить и быстрым шагом двинулся в сторону примерочных. Там он скинул с себя назойливую одежду с Пикачу и переоделся в ту, что куда больше соответствовала жаркой погоде. Стоило лишь повернуться, чтобы забрать костюм, как он уже исчез. На кассе они пробили ценники, сорвав один за другим с одежды. Парень ощущал себя странно. Ему будто бы было неловко за то, что дракон за него платит. Нет, пожалуй всё-таки было. Тони урчащим баритоном проговорил одно скромное «Gracias» и протянул руку, предлагая Питеру взяться за неё. Он словно подросток, который решил вступить в серьезные отношения со взрослым человеком, Питер смущался, потел и старался лишний раз не смотреть в глаза Тони. Ладонь тоже вспотела и пришлось её обтереть об шорты, прежде чем схватиться за мозолистые пальцы Старка. — С-с-спасибо, мистер Старк. Чем я могу отблагодарить вас? — Ты уже это делаешь, малыш. Всем своим видом и тем, как крепко держишься за мою ладонь. — Ваши просьбы из раза в раз всё смешнее. Сначала улыбка, теперь рука. — Ты в самом деле хочешь, чтобы я назначил какую-то другую цену? — взгляд его стал коварным. — Это хотя бы было мне более привычным. Я бы не сильно удивился, если бы вы попросили сделать минет или что-нибудь подобное. — От минета я бы конечно не отказался, врать не стану. Но ты мне его итак однажды сделаешь, зачем об этом просить? — Слишком самоуверенно с вашей стороны, не находите? С чего бы мне вдруг… — С того, что ты и правда захочешь этого. Тебе понравилось то, что было вчера, и продолжение не заставит себя ждать. Другое дело взять меня за руку, улыбнуться, рассмеяться от всей души или же признаться в слух о том, что я нужен тебе. Тони осторожно перехватил его ладонь своей и переложил в обхват локтя. Это такой старый галантный жест, по нынешним временам способный вызвать лишь новый приступ стеснения. Именно это он испытывал рядом с Тони теперь — стеснение. Не то, неловкое и неудобное, какое испытывают при встрече со школьным знакомым после двадцати лет радиомолчания, когда хочется скрыться как можно скорее, а какое испытывают по первости к очень симпатичным людям, тем, кто, как назло, запал в душу. Дракон это чувствовал и наслаждался. — Ты такой милый, когда краснеешь. Мне очень нравится. — Мистер Старк, пожалуйста…хватит, — отозвался он на грани шепота, натянув панаму сильнее на глаза. — Ты, должно быть, проголодался, давай зайдем куда-нибудь поесть? Хочу кебаб. Тут продается кебаб? Питер улыбнулся уголками губ и чуть сильнее сжал пальцами ткань тонкой белой рубашки. Сердце подпрыгнуло в груди, заухало под самым горлом, а в самом центре, прямо между животом и ребрами стало так тепло. Загнанной мыслью в голове носилась фраза, которая так и не покидала его. Ну же, сознайся, ты влюбляешься. И если вторым словом, что вспыхнуло на запястье Тони было — «доверие», то третье, обжегшее его сейчас со всей неожиданностью, стало «уважение». Старк даже приподнял брови и посмотрел на паренька, что прятался за полями панамы как за китайской стеной. Должно быть он делал всё правильно, если Питер готов был начать его уважать, как человека прежде всего, ну или того, кто был похож на человека.