и заблудшие обломки души соберутся вновь

Вэй Усянь проснулась на чем-то мягком и повела носом, вдыхая запах свежего постельного белья. Воспоминания о прошедшем дне нагрянули стремительно и так резко, что голова тут же заболела. Девушка открыла глаза и оглянулась, уныло подмечая, что снова находится в своей комнате приглашенной ученицы. А ведь она столько сил приложила для своего побега — пришлось даже втянуть ни в чем не виноватую пожилую леди! Стоило ей сесть, как мир начал вертеться перед глазами, будто вчерашним вечером Вэй Усянь здорово напилась и сейчас пожинала плоды. Она не сдержалась и застонала, хватаясь за голову. Может, Лань Чжань ей просто приснилась? Наверняка так и было. До чего же странный сон… Раньше Лань Чжань снилась ей почти постоянно. Вэй Усянь чувствовала себя отвратительно, просыпаясь в слезах, но ни за что бы не стала просить эти сны прекратиться. Однако с годами Лань Чжань снилась ей все реже и реже, а вместо снов о ней Вэй Усянь видела только глупые, не запоминающиеся картинки о разном. В дверь постучали. — Молодая госпожа Лань распорядилась принести вам ужин, — послышалось с той стороны двери. Вэй Усянь сползла с кровати на пол и без особой надежды спросила: — Какая госпожа? По ту сторону двери немного помолчали, но затем все же ответили: — Госпожа Лань Ванцзи. Открыв дверь, Вэй Усянь скупо поблагодарила девушку, а затем забрала поднос с едой, к которой не собиралась прикасаться. В отличие от той еды, что подавали на постоялом дворе, эта напоминала тюремную похлебку. — Где она сейчас? — спросила Вэй Усянь. Девушка подняла на нее удивленный взгляд. — Молодая госпожа отдыхает… — Понятно. Можешь идти. Вэй Усянь захлопнула дверь. Значит, Лань Чжань вовсе не приснилась ей. Она была здесь, в этом мире. Однако эта Лань Чжань ее не знала, и сей факт лег на сердце тяжелым камнем, придавливая к земле. Нечего витать в облаках и надеяться. Вэй Усянь понуро опустила голову и всю ночь провела за рисованием, поэтому немудрено, что к утру она выглядела как привидение. На рассвете ее посетил тот самый старик-лекарь, чтобы справиться о здоровье, да только Вэй Усянь выгнала его взашей, разве что пинка под зад не дала. Раз побег не удался, тогда она сделает так, что ее саму отсюда выпрут! — Какое вопиющее поведение! — вопил старик за дверью. — Пошел прочь! — кричала Вэй Усянь в ответ, пиная дверь. Спустя какое-то время с той стороны снова постучали, и девушка услышала мужской голос, не принадлежавший старику: — Госпожа Вэй, могу ли я войти? Вэй Усянь смутно узнавала этот голос, да вот только вспоминать его обладателя совсем не хотелось. Развеселившись, она постаралась прибавить голосу истеричных ноток и крикнула: — Нельзя! Прочь, все прочь! Если слухи в этом месте разлетаются быстро, то наверняка все уже думают, что госпожа Вэй сошла с ума. Вэй Усянь порадовалась этой мысли и вернулась к рисованию, лениво водя кистью по бумаге. Сонливость накатывала и накатывала, но Вэй Усянь решительно не поддавалась. — Госпожа Вэй… — спустя пару часов за дверью снова показался человек. — Вам стоит поесть. Рука Вэй Усянь, выводящая очередной замысловатый узор, невольно дрогнула от звука знакомого голоса. Слегка погодя, она нехотя отозвалась: — Я не хочу есть эту пресную кашу. — Что бы вам хотелось поесть? — Что-нибудь жареное и острое, — не думая, честно выдала Вэй Усянь и отложила кисть, а затем прислушалась. За дверью послышались тихие шаги и слова, произнесенные Лань Ванцзи, которая командовала слугами. Сама же Лань Ванцзи, насколько Вэй Усянь могла полагать, никуда не ушла, а продолжила стоять под дверью. Это показалось Вэй Усянь неправильным. В прошлой жизни именно Лань Чжань могла не пускать Вэй Усянь на порог, но никак не наоборот. В голову Вэй Усянь прокралась очередная мысль о том, насколько все перевернулось с ног на голову, и она, пытаясь шагать как можно тише, добралась до двери, чтобы затем опереться на нее спиной и сползти на пол, обнимая колени. — Лань Чжань, — позвала она спустя несколько минут, проведенных в раздумьях. Додуматься удалось только до одной единственной мысли: Вэй Усянь очень хотелось услышать голос Лань Ванцзи. Но Лань Ванцзи почему-то молчала, хотя Вэй Усянь была уверена, что она никуда не делась и все еще стояла прямо за дверью. — Лань Чжань? — она попробовала снова. На этот раз Лань Ванцзи не стала игнорировать ее. — Откуда госпожа знает это имя? Вэй Усянь нахмурилась, жалея, что выбрала такой убогий способ общения, а посему не могла видеть чужого лица. — Разве тебя не так зовут? — Это мое имя, верно. Но кто вам его сказал? — Какая разница? — Вэй Усянь закатила глаза. Затем ляпнула первое, что пришло в голову: — Услышала от твоих друзей! Спустя две минуты тишины, когда Вэй Усянь уже и не надеялась на какой-нибудь ответ, вежливо-прохладный голос Лань Ванцзи приобрел обиженные нотки. Ладно, всего одну нотку… Половину. А может, Вэй Усянь и вовсе себе это надумала, но сдержаться от хихиканья все равно не смогла, когда услышала: — У меня нет друзей. Спустя еще минуту: — Ваша еда готова. Откроете? Вэй Усянь положила ладонь на свой живот, обиженно заурчавший. Похлопав по нему пару раз, она поднялась на ноги и легкой рукой толкнула дверь. Эта Лань Ванцзи была совсем как ее Лань Чжань: такая же высокая, безумно красивая, с прямой спиной и идеальными волосами, послушными и гладкими, мягкими наощупь. Ее взгляд был холоден — в нем нельзя было разглядеть настоящую Лань Ванцзи, потому что она этого не хотела и даже боялась. По крайней мере с ее Лань Чжань дела обстояли именно так. Но ее Лань Чжань была мертва, и при взгляде на ее лицо Вэй Усянь едва не затошнило. — С-спасибо, — дрожащим голосом произнесла она, принимая из чужих рук поднос так, чтобы не касаться кожи. — Брат очень волнуется о вас, и мне бы не хотелось, чтобы вы его расстраивали, — сверкнув ледяным взглядом, Лань Ванцзи мгновенно смягчилась. — Не сбегайте больше. Вэй Усянь нахмурилась. — Какое мне дело до твоего брата? И вообще… у тебя есть брат? — Вэй Усянь часто жаловалась на свою ненадежную память, но о наличии брата у Лань Чжань бы точно знала, если бы он был. Хотя в этом мире все могло быть по-другому. Лань Ванцзи выглядела слегка удивленной, но больше — раздраженной. — Ваш жених, — напомнила она. — Будущий глава клана, Лань Сичэнь. Вэй Усянь фыркнула с подносом в руках. — Пф, тогда понятно. Передай брату, что свадьба отменяется. Пока, — не успев уловить реакцию, Вэй Усянь снова захлопнула дверь. По ту сторону тут же послышалось громкое: — Вэй Усянь! — Лань Ванцзи! — Вэй Усянь поставила поднос на стол и села на пол. — Можешь кричать сколько влезет, но делу это не поможет. — Вы дали согласие! — дверь сотрясалась. — Забираю назад! — набросившись на мясо с хрустящей корочкой, Вэй Усянь тут же запачкалась. — Вы не можете так поступить! — раздраженно проговорила дверь голосом Лань Ванцзи. — Кто мне запретит? — тихонько спросила Вэй Усянь у жареного цыпленка. Когда цыпленок не ответил, Вэй Усянь вгрызлась в ножку и удовлетворенно заурчала, с набитым ртом проговаривая: — То-то же. *** С тех пор жизнь шла неплохо: Вэй Усянь просыпалась, умывалась, кричала на всех, кто пытался выманить ее из комнаты, затем рисовала и читала найденные в комнате книги. Одна из них даже пришлась девушке по душе: она была о храбром принце, который ради принцессы сразился с драконом и в конце был им же проглочен. Так как Вэй Усянь болела за дракона, она обрадованно вскинула кулак в воздух и захлопнула книгу, чувствуя удовлетворение. Была еще одна книга: свод правил Гусу Лань, хотя это был скорее один из томов. Оказалось, в этом Гусу правил было так много, что Вэй Усянь тут же засомневалась в благоразумии и психическом здоровье автора. Кто бы ни написал эти правила, он точно был если не психом, то дотошным и противным человечишкой, не знающим, что такое личная жизнь и веселье. Том с правилами улетел в окно вместе с очередной похлебкой, которую Вэй Усянь попытались скормить на ужин. Видимо то, что Лань Ванцзи единожды накормила ее по-человечески, было одноразовой акцией и попыткой перемирия. Ха, не на ту напали! Вэй Усянь сделала перестановку: кровать теперь стояла не под окном, а напротив, шкаф с одеждой подпирал дверь, а книжный стеллаж служил лестницей. Вот уже второй день Вэй Усянь пыталась бесшумно пробить дыру в потолке, чтобы среди ночи выскользнуть незамеченной и попытать удачу второй раз. Так как после ее побега ее комнату охраняли со всех сторон, сделать это было намного сложнее прежнего. И только одна лишь Цзян Яньли скрашивала ее пребывание в этом месте. Впервые услышав ее голос за дверью, Вэй Усянь сначала удивилась, а потом впустила девушку внутрь. Это было до того, как она начала медленно и осторожно проделывать в потолке дыру. Теперь и Цзян Яньли сюда был заказан путь. Дружба дружбой, но Вэй Усянь не доверяла никому. Даже Лань Ванцзи, что продолжала пытаться вытащить ее из комнаты. Чисто теоретически, если бы сюда завалилась толпа заклинателей, вытащить Вэй Усянь силой они бы точно смогли. Но, насколько Вэй Усянь понимала из разговоров с ангелом Яньли, госпожа Вэй из этого мира была не просто кем-то там, а важной персоной — дочерью, пусть и внебрачной, какого-то Цзинь Гуаншаня. «Спасибо, батя, и за это», — думала Вэй Усянь, тоскливо глядя на стражников в окно. «У меня здесь даже есть брат! Или несколько. Думаю, и сестры найдутся. Все же этот Цзинь — та еще кобелина». Яньли, конечно, говорила совсем не так, но суть была ясна как день. Вэй Усянь не была удивлена, только немного расстроена. А еще она игнорировала Лань Ванцзи, потому что скучала по Лань Чжань, и сердце обливалось кровью, когда она слышала ее голос и не переставая думала: «А вдруг…». Но Лань Ванцзи из этого мира точно ее не знала, так что никаких «вдруг». На четвертый день к ней пришел Лань Сичэнь, и это оказался тот самый юноша с обворожительной улыбкой, на которую Вэй Усянь, конечно же, не купилась. Разве что чуть-чуть. Все-таки брат Лань Чжань, пусть и не той. — Я вас слушаю. Вэй Усянь прислонилась плечом к двери и сложила руки на груди, наблюдая за изменениями эмоций на чужом лице. Лань Сичэнь, очевидно, не ожидал, что ему так легко откроют. А Вэй Усянь тем временем закрывала своей высокой фигуркой бедлам в комнате и особенно дыру в потолке, которую почти проделала. — Госпожа Вэй, — начал Лань Сичэнь, неловко улыбнувшись. — Я понимаю, что вас оторвали от дома и привезли сюда так неожиданно, но все же спешу заверить, что никто здесь не хочет причинять вам вред. Это место, мой дом, безопасно, и если вас что-то беспокоит, то вы можете сказать об этом мне. Сестра рассказала мне о… вашем нежелании… — Выходить замуж, угу, — Вэй Усянь склонила голову к плечу, обмахиваясь ладонью, будто веером. — Да, — неуверенно ответил Лань Сичэнь. — Так вот… Мы могли бы вызвать вашего отца для того, чтобы обсудить… Чтобы сгладить… Обговорить… — Ты меня любишь? — сжалилась над ним Вэй Усянь. Лань Сичэнь, мгновенно округливший глаза от удивления, вдруг отвел взгляд и замер, как вкопанный. — Значит, не любишь, — понятливо кивнула Вэй Усянь. — Вот и я тебя не люблю. А политические браки уже давно вышли из моды. В общем, если предложение написать отцу все еще в силе, я склонна его принять. — Конечно, — немного заторможенно ответил Лань Сичэнь, глядя будто сквозь Вэй Усянь. Девушка улыбнулась, хлопнув парня по плечу. — Ты милый, — она подмигнула Лань Сичэню и прогнала его, как и всех до него, проговорив напоследок, что милые парни, к сожалению, уже тоже не в моде. — Крепись! Затем Вэй Усянь немного поплакала над очередной книжкой, в которой главными героями были полудемон и его учитель. Что-то подсказывало Вэй Усянь, что эту книгу госпожа Вэй привезла с собой — хотя бы из-за того, что постельная сцена с жанром даб-кон не была зацензурена, а в этом праведном ордене такие книжки держать бы никто не стал. Ну, никто кроме нее. Подумав об этом, Вэй Усянь с тоской вспомнила о госпоже Вэй и бутыльке с ядом. Возможно, стоило разобраться в этом. Почему юная, красивая и умная, из знатного рода впридачу госпожа вдруг решила уйти из жизни? Депрессия или кто-то довел бедняжку? Вэй Усянь встала перед зеркалом и пообещала своему отражению, что не оставит возможных обидчиков безнаказанными. Отражение решительно посмотрело в ответ. На пятую ночь Вэй Усянь наконец-то проделала дыру в потолке и не удержалась от поздравительного танца: двигая бедрами и размахивая руками, а шепотом напевая Карди Би, Вэй Усянь разрешила себе коротко отпраздновать и снова сняла с кровати простынь. Перекинув мешок на плечо и забравшись на стеллаж, Вэй Усянь неуклюже выбралась на крышу своего домика и сразу грудью легла на нее, внимательно разглядывая окрестности. Стражник у каждой стены — вот заладили со своей охраной! Цокнув языком, девушка тихонько сползла на самый угол и бесшумно приземлилась за кустом. Звездное небо над головой встретило ее красивым сиянием, и Вэй Усянь улыбнулась, перекатываясь на живот. Ползком добравшись до другого дома, Вэй Усянь поднялась на ноги и прижалась к стене. Слегка подождав и понаблюдав, она выдохнула и юркнула за следующий дом. Спустя несколько таких же она добралась до стены, проделала тот же трюк, что и в прошлый раз, и… Встретилась с глазами, сияющими в свете луны переливчатым желтоватым цветом. Твою мать! Вэй Усянь застыла, ожидая, что Лань Ванцзи закричит охране поторопиться, но девушка почему-то молча стояла на стене в нескольких метрах и наблюдала, не предпринимая ничего. — Ну я пойду? — спросила Вэй Усянь, когда даже спустя две минуты Лань Ванцзи ничего не сделала. Ответа не было, и Вэй Усянь спрыгнула на землю, оказываясь за пределами Облачных глубин. Она обернулась и поняла, что Лань Ванцзи со стены исчезла, будто и вовсе только привиделась Вэй Усянь. Девушка покачала головой и поспешила прочь. *** Скитаясь в ночи между деревьев, Вэй Усянь далеко не сразу обнаружила слежку. Поначалу ей казалось, что это животные за ней наблюдали, протыкая спину колкими взглядами. Но разве животным было до нее дело? В очередной раз юркнув за толстый ствол дерева, девушка прижалась к нему спиной и замерла, пытаясь слиться с ним. Белый цвет одеяний в этом никак не помогал. Вэй Усянь прижала мешок к груди и прислушалась: кроме тихого завывания ветра и редкого потрескивания веток лес не издавал никаких странных звуков. «Неужели паранойя?» — удивленно подумала Вэй Усянь, убирая мешающую прядь подальше от глаз. Тем временем у паранойи появлялось лицо, фигура в белых, почти таких же, как у Вэй Усянь, одеждах, и даже имя. Лань Ванцзи бесшумной поступью прошлась в нескольких метрах от Вэй Усянь, внимательно оглядываясь и выискивая пропажу. — Зачем ты за мной увязалась? — спросила Вэй Усянь, чувствуя удовлетворение от того, что заставила Лань Ванцзи вздрогнуть. — Неужели тебе тоже надоел твой скучный монашеский орден? Лань Ванцзи повернула голову и вперилась взглядом в фигуру Вэй Усянь, что со сложенными на груди руками опиралась плечом о старое дерево. — Неприемлемо. Вэй Усянь приподняла брови. — Что именно? — Твое поведение, — отряхнув рукав от листьев, ответила Лань Ванцзи. — Очень жаль, — Вэй Усянь развела руками. — Но я ничего не могу с собой поделать. — Ты изменилась, — в свете луны лицо Лань Ванцзи выглядело бледным, как у призрака, и Вэй Усянь непроизвольно поежилась. — Разве? Я просто устала притворяться той, кем не являюсь, и плясать под дудку всех этих напыщенных стариков, которые думают, что знают, как лучше. Лань Ванцзи ожидаемо нахмурилась, но Вэй Усянь смогла увидеть это лишь мельком, отвернувшись. Они были слишком похожи. В сердце кольнуло, будто его насадили на длинную иглу, как шашлык на шпажку. Поджав губы, Вэй Усянь наконец продолжила путь вниз с горы. Когда Лань Ванцзи все так же тихо, но больше не незаметно, проследовала за ней, напряженные плечи Вэй Усянь непроизвольно расслабились. *** Вэй Усянь не стала отказываться от настойчивого предложения хозяйки богом забытой забегаловки, поэтому сидела в окружении полных кувшинов рисового вина и чувствовала себя почти счастливой. Обняв свои покупки, она удовлетворенно сощурилась и улыбнулась угрюмой Лань Ванцзи, севшей напротив. Перед ней стояла пиала с чаем и все. Только чай. До чего же скучный выбор! Если провести аналогию, то область вокруг их стола была похожа на прорубь, откуда веяло промозглым холодом. Официантки шарахались от Лань Ванцзи, несмотря на ее почти дружелюбный вид. Вэй Усянь сочла это забавным. Возможно, не будь она знакома с Лань Чжань в собственном мире, то вела бы себя так же, однако у нее был иммунитет. — Так почему ты пошла за мной? Подперев щеку кулаком, Вэй Усянь обворожительно улыбнулась. Лань Ванцзи сухо ответила, глядя в чашку: — Я сопровождаю тебя. — Зачем? Мы ведь не подруги. — Не подруги. — Ты меня даже не знаешь. — Мгм. — Так зачем? Лань Ванцзи подняла взгляд и посмотрела Вэй Усянь прямо в глаза. — Потому что брат попросил. Предвкушение уступило почетное место разочарованию, но в лице Вэй Усянь не изменилась. — Раз так, то ладно. Больше ей не хотелось ни о чем разговаривать, поэтому она просто пила свое вино и наслаждалась живой музыкой. Девушка на цине играла просто замечательно, и Вэй Усянь даже нашла в этой мелодии нотки, похожие на «Call me maybe». Может, она тоже из другого мира? Наблюдая за тем, как изящные тонкие пальцы воркуют над струнами, Вэй Усянь осушила кувшин и наконец почувствовала легкое опьянение. Это напомнило ей о главном правиле распития алкоголя: когда настроение — дерьмо, бухать нельзя ни в коем случае! Это может вылиться во что-нибудь очень плохое. Например, в то, что Вэй Усянь вдруг всхлипнула и спрятала лицо в ладонях. Как же она устала от этого! Жизнь — дерьмо! Что та, что эта! Ни тебе нормального детства, ни нормального хоть чего-нибудь. Даже умереть не получилось как у всех. Лань Чжань была единственным безопасным местом, единственным домом для Вэй Усянь, но и ее судьба отняла. Вэй Усянь убрала руки от лица и посмотрела на Лань Ванцзи, которая сидела с ровной спиной и смотрела на нее так пристально, что захотелось ее ударить. Смахнув слезы со щеки, Вэй Усянь взяла со стола по кувшину в каждую руку и встала. — Я спать. Она поднялась по лестнице, слыша шаги своей сопровождающей за спиной. Сопровождающая… Вэй Усянь криво ухмыльнулась. Открыв дверь в свою комнату, она закрылась внутри, прячась от Лань Ванцзи. — Лучше бы я переродилась какой-нибудь прачкой! Где-нибудь далеко отсюда! — шепотом прокричала она, плюхнувшись на кровать. Кувшины стояли на полу, ожидая своего часа. *** Все пошло наперекосяк, когда Вэй Усянь прикончила третий кувшин вина в соло и свалилась с кровати. Она не хотела напиваться до состояния овоща, но ей было так грустно, что она не удержалась и сделала это без особых угрызений совести. Параллельно она несколько раз спела опенинг из старого аниме, который помнила даже спустя годы его просмотра, затем пообщалась с веселыми мужчинами на улице, высунувшись из окна, но сочла спускаться к ним плохой идеей, хотя они очень настаивали. Возможно, они подумали, что она куртизанка, но Вэй Усянь было все равно. В конце концов, она из двадцать первого века, и то, что она разделась до нижних одеяний и показалась в таком виде прохожим, ничего не значило. Представляя, как завтра будет одеваться во все эти слои и снова превратится в луковицу, Вэй Усянь заранее взгрустнула. Затем снова запела. А потом оказалась на полу с последним опустошенным кувшином. Перед глазами мир был разноцветным и нестабильным — вертелся то вниз, то вверх, а еще кто-то настойчиво тарабанил в дверь. Когда чьи-то сильные руки подняли Вэй Усянь с пола и уложили в постель, девушка без задней мысли схватила незнакомца за ладонь и притянула в свои объятия, потратив на это все свои силы. К счастью, явно не ожидавший этого незнакомец послушно рухнул на нее и тут же начал сопротивляться. — Как больно, — почему-то с улыбкой пробормотала Вэй Усянь, и незнакомец в ее руках замер. — Больно-больно, прямо вот тут, и сердце… сжимается… Вэй Усянь почувствовала дыхание на своей шее и поморщилась от щекочущего ощущения, но незнакомца из объятий не выпускала. Ей было одиноко, ясно? — Почему? — спросил незнакомец, и тогда Вэй Усянь поняла, что он был девушкой. Точнее, она была… Впрочем, какая разница. — Я скучаю по Лань Чжань. Незнакомка в ее руках напряглась, и Вэй Усянь нахмурилась, приготовившись, что та начнет вырываться, но этого не случилась. — Лань Чжань умерла, и я скучаю. — Умерла? — голос незнакомки звучал удивленно. Вэй Усянь горько ответила, радуясь, что ее слушают: — Умерла. Несколько лет назад. Она была… — Вэй Усянь задержала дыхание, после чего с печальной улыбкой выдохнула: — Прекрасной, как солнце. Хотя она плохо со мной обращалась сначала, но со временем, когда я… смогла пробиться сквозь ее броню… Под ней оказалась очень ранимая и добрая душа. Моя Лань Чжань была самым лучшим человеком на земле. Какое-то время они обе молчали. Продолжая лежать с закрытыми глазами, Вэй Усянь почувствовала, как девушка в ее руках немного сдвигается, укладываясь поудобнее. — Что с ней случилось? Невольно сжав на чужой спине пальцы, Вэй Усянь ядовито выплюнула: — Ее убили. Убили, а меня подставили, и я села в тюрьму за то, чего не делала. За то, что убила ее! Но я бы… я бы никогда не сделала этого, никогда! Но никто мне не верил, и я… Я решила, что отомщу. И я отомстила! — Вэй Усянь рассмеялась, злостно выплевывая следующие слова: — Я размазала мозги виновного по стенке! А потом умерла… Правда я так только думала. Почему-то в итоге я очнулась в этом странном мире, где нет ни вайфая, ни нормального унитаза… Как вы только тут живете? После Вэй Усянь надолго замолчала и даже начала засыпать. Незнакомка пахла чем-то сладковатым, но при этом не приторным, не навязчивым, и, прижавшись к ее плечу лицом, Вэй Усянь смогла наконец расслабиться. Когда она почти отдалась сну, послышался тихий голос над макушкой: — На что похож твой мир? Вэй Усянь ответила: — Я не знаю. Он больше не мой. *** Голова… трещала. Когда мозг начал потихоньку включаться, Вэй Усянь сравнила свою голову со скворечником, а точнее — с дырой в нем. В скворечнике сидел дятел и все долбил, долбил и долбил, явно недолюбливая Вэй Усянь. Она никогда не ссорилась с дятлами и не понимала, за что обрушила на себя гнев одного из них. Раньше Вэй Усянь ладила с милыми птичками! Если так можно было назвать абсолютное отсутствие отношений между ними… — Уже утро, вставай. Открыв глаза, Вэй Усянь поморщилась. Безразличное лицо Лань Ванцзи — точно не то, что хочется увидеть первым после пробуждения. И пусть она все еще оставалась самой красивой женщиной в мире, это дела не меняло. Вэй Усянь со стоном сползла с кровати прямо к столу, на котором стоял теплый завтрак. Ее локоть случайно задел один из пустых кувшинов у кровати, и Вэй Усянь вспомнила, как распевала песни, плясала и с кем-то обнималась. Какой кошмар. В последний раз такое случалось еще в колледже, когда она напоила Лань Чжань, а потом разбиралась с последствиями. Впрочем, было весело. До того момента, пока Лань Чжань не протрезвела и перестала с ней разговаривать. — Доброе утро, надзирательница, — ворча, Вэй Усянь схватилась за голову и принюхалась. — О! Неужели ты ешь что-то помимо травы? — Это для тебя, — никак не отреагировав на поддразнивание, Лань Ванцзи придвинула палочки к Вэй Усянь. Девушка подняла брови в удивлении, но палочки приняла. — С чего вдруг такая забота? — Мне нужно вернуть тебя в Облачные глубины в менее… — Лань Ванцзи заметно замялась. — Потрепанном состоянии. Вэй Усянь не сдержалась и хмыкнула. — С чего ты взяла, что я вернусь? — Вернешься, — уверенно заявила Лань Ванцзи. Заметив скептический взгляд напротив, она скучающим тоном добавила: — Я сочла твое поведение неприемлемым, поэтому отняла твой кошель. Теперь у тебя нет денег. — Ты!.. — Вэй Усянь шокированно отбросила палочки и начала шариться по карманам в поисках мешочка с деньгами. Не найдя его, она стукнула по столу кулаком. — Да как ты!.. Да ты не имеешь права! — Как старшая ученица и твоя наставница я имею такие полномочия, — не меняясь в лице, ответила Лань Ванцзи. — Если сочту, что это пойдет на пользу. — Ты не моя наставница! — Со вчерашнего дня я назначена твоей наставницей лично главой клана. Правила не запрещают мне пользоваться такой мерой наказания. — Да плевать мне на ваши правила! — разозлилась Вэй Усянь. — Если тебе так хочется кого-нибудь отчитать, начни с себя. Воровка! — Приятного аппетита. С этими словами Лань Ванцзи поднялась и удалилась, но что-то подсказывало Вэй Усянь, что дальше двери она не ушла. Можно было только позавидовать ее невозмутимости, но Вэй Усянь не могла найти в себе сил ни на что, кроме злости и негодования. Если с деньгами у нее был хоть какой-то шанс сбежать и наладить жизнь, то без них была только прямая дорога в дом удовольствий в качестве проститутки! Единственное, что радовало, это запасной план, который Вэй Усянь не думала, что пригодится, однако… Лань Сичэнь вроде как тоже не против расторгнуть помолвку. И он даже написал об этом ее псевдопапеньке. Раз свадьбы не будет, значит, спешить было особо некуда, однако… сам факт этого произвола просто неистово раздражал. Лань Ванцзи поступила нагло и подло, украв кошелек пока Вэй Усянь спала. Вот уж от кого точно не ожидали, называется… Закончив с завтраком, Вэй Усянь быстро умылась и переоделась, а затем пошла на выход, где встретилась с невозмутимой Лань Ванцзи, которая смотрела на нее оценивающе. Вэй Усянь фыркнула и толкнула девушку плечом, проходя мимо и спускаясь по лестнице. Ну ничего. Она еще всем им покажет, что такое — связываться с беглой преступницей из двадцать первого века.