SILK AND CHAINS

Уён смотрит на себя в огромное зеркало, стоящее на полу номера отеля. После душа на нем только шелковое чёрное женское белье. Золотая багетная рама обрамляет отражение роскошной обстановки за его спиной. Хрустальная люстра, широкая кровать с покрывалом, расшитым золотой нитью, кремовое постельное, шторы жемчужного оттенка. Он написал Сану всего одно сообщение на выходных: «нужен номер с большим зеркалом в пятницу» Сан прислал ему ответ через полчаса. Адрес, бронь и ссылку на сайт гостинцы. Уён остался доволен выбором. Сан как обычно не скупился на люксовые апартаменты. В этот раз он даже превзошел себя. Цена номера за ночь – двести пятьдесят долларов. Уён собирается неспешно, заботясь о каждой детали своего образа. Он надевает черный кожаный корсет поверх объемной шелковой рубашки. Белье он тоже выбирает чёрное. Белая рубашка едва прикрывает его бедра. Много пирсинга в ушах – сегодня Уён надевает все металические украшения, чтобы образ получился дерзким. Ради этого сочетания черного с белым он даже осветлил себе волосы. Всего несколько прядей, но смотрится довольно эффектно. Уён состриг в салоне только кончики, попросив оставить длину. Денег, которые ему оставил Сан в прошлый раз сполна хватило, чтобы оплатить себе стрижку и покраску в дорогом салоне, купить нужную одежду, новый парфюм и косметику. Важный штрих – он подводит глаза черным. Чёрная дымка на веках. Карандаш и тени от DIOR. Уён давно хотел себе люксовую косметику. Сан дал ему возможность её приобрести. След от пощечины давно прошел, но Уён вспоминает о том, как Сан ударил его в прошлый раз, когда разглядывает свое лицо. Юнхо, его сосед по комнате, сказал, когда увидел его утром – что с твоим лицом? Первые сутки щека Уёна была опухшей, так что постоянно приходилось прикладывать к ней что-то холодное. Уён соврал, что ударился дверцей шкафа. Врать он умеет очень хорошо, если нужно. За двадцать минут до восьми в номер отеля приносят ведро со льдом и шампанским. Уён накидывает белый халат, чтобы дать парню из обслуги отеля внести заказ в номер. Не может же он дать кому-то увидеть себя в таком виде. Это всё только для Сана. Он выбрал самое дорогое игристое, которое здесь было в меню ресторана, надеясь, что Сан не будет против оплатить и его тоже. Уён никогда не пил настоящее шампанское раньше. А сегодня вроде как его день рождения. Он заслужил выпить что-то дорогое. Он ведь так старается ради Сана. Тот приходит за пять минут до назначенного времени. Уён оборачивается к двери, стоя у зеркала. Он оглядывал себя снова, чтобы убедиться, что все его приготовления завершены. Последней деталью были колготки в крупную сетку. Он поворачивается к Сану, чтобы тот мог детально разглядеть его. Сан дергает узел галстука, распуская. На нем сегодня темно-серый костюм и рубашка оттенка каолина, белой глины с примесью тени. Уён проводит рукой по своей ноге в сетчатых колготках. Сан сжимает губы, подходя ближе. Уён замечает, как он скользит взглядом по корсету на нем, фиксирующем тонкую талию, и как замечает привычный бархатный чокер на шее, в котором Уён был в прошлый раз. А ещё он замечает его высветленные волосы. Сан становится рядом, проводя рукой сквозь его пряди. Он разделяет их, чуть склеенные от лака. Уён мягко улыбается. - Кожа в сочетании с шелком тебе тоже нравится? Сан тогда спускает руку на его бедро, убирая край рубашки, чтобы забраться пальцами под сетку колготок и коснуться белья. Уёну хотелось бы, чтобы Сан положил руку на его пах, но Сан трогает сбоку, чтобы не давать слишком много ласки сразу. - Да, - говорит Сан. – Мне вообще нравится всё, что ты делаешь для меня. Уёну нравится похвала. Хочется прильнуть к теплой груди Сана, но он не решается. Вместо этого кусает губы дразняще и спрашивает: - Мне идёт блонд? Сан снова касается его волос. - Да. Уён бросает взгляд на его губы. Сан все ещё не сделал попытку его поцеловать, видя таким красивым и готовым на всё. Сан замечает это и награждает его желанным поцелуем, захватив его подбородок пальцами. Уён прикрывает глаза и подается вперед, целуя в ответ жадно и несдержанно. Сан касается его щеки, не отстраняясь. Уён смело касается тогда его рубашки, начиная расстегивать. Сан не против. Когда Уён спускает взгляд вниз, справляясь с последними пуговицами, Сан оглядывает номер, замечая игристое. - Сегодня есть повод, чтобы выпить? Уён жмёт плечом. - Возможно. Но встреча с тобой – самый главный повод. Сан коротко усмехается. Лесть засчитана. Он отходит в сторону, чтобы открыть бутылку и налить игристое в бокал. Его он после вручает Уёну. Тот подносит бокал к губам. В нос ударяет запах сладких бриошей и белых цветов. Сан спрашивает: - Нравится? Уён делает глоток кивает. Потом отпивает ещё под пристальным взглядом Сана. - В следующий раз спроси у меня, какой алкоголь лучше заказать, - говорит Сан. - Moët - это очень просто и дешево. Я бы лучше заказал миллезим Andre Beaufort. У него более яркая индивидуальность. Уён чувствует мурашки по коже от того, как Сан об этом говорит. У него хороший вкус во всем. И говорит он очень уверенно. Уёну почему-то кажется, что игристое, про которое он говорит, он пил в самой Шампани во Франции. Уён заказал бутылку за сто пятьдесят долларов, не имея возможности оплатить даже треть стоимости, а Сан заявляет, что это дешево. Уёну хочется разделить с ним всю свою жизнь. Не из-за денег, хотя они тоже значат довольно много. Но дело в той уверенности, что Сан транслирует своим видом и своими словами. Сан бросает взгляд в большое зеркало в стороне. В нем он прекрасно видит Уёна – вид сбоку. Ноги в сетчатых колготках, утянутый на рубашке корсет. Фигура Уёна далека от изящной женской. Никакого легкого прогиба в пояснице. Ровная прямая спина. Но ему ужасно идёт все, что на него надето. - До этого ты не просил что-то особенное, - говорит ему Сан. – А в этот раз – зеркало, шампанское. Почему? Уён не собирался ему говорить. Но Сан сам настойчиво спрашивает. Так что он отвечает: - Сегодня мой день рождения. Сан вскидывает бровь. - Вот как? Разве ты не должен проводить его с семьей? С друзьями?.. Уён качает головой. - Это не важно. Я хочу быть здесь. С тобой. Сан закусывает губы и ещё раз оглядывает его. - Тебе хватило денег для всего этого? Или нужно было оставить больше? Уёну неловко от этого вопроса. - Хватило. У меня новый парфюм, - и он делает шаг совсем близко, подставляя Сану свою шею. Тот наклоняется, вдыхая тонкий шлейф ванили и пудры с вкраплением персика и карамели. Потом он смотрит Уёну в глаза. - Красивый. Создает впечатление невинности, которая к тебе не имеет никакого отношения. Уён растягивает губы. - Ты ведь тоже любишь эти контрасты. Сан кивает и наконец притягивает его к себе грубо. Уён тут же обвивает его шею руками и подчиняется властному поцелую. Сан сразу толкается языком в его рот, удерживая за бедро. Уён толкается вперед, чтобы потереться о него, и Сан сильнее сжимает его задницу – уже обеими руками, так что тонкая сетка колгот безжалостно рвется. Уён лишь улыбается в его губы и скалится: - Сильнее. Сан прижимает его бедра к своим и спускается губами на его шею, пахнущую персиком и ванилью. Уён так сильно хочет его, что когда Сан кусает его шею, он лишь стонет удовлетворенно и просит: - Трахни меня возле зеркала. А потом ещё раз, в постели. Сан сильнее кусает его шею, а потом оттягивает его волосы грубо. Уён встречает его властный взгляд. - Ты будешь говорить мне, что делать? Уён тут же качает головой, насколько позволяет захват. Сан тогда резко разворачивает его лицом к зеркалу, прижимаясь к его спине. Его рука скользит по корсету, сжимает бедро и тянет сетку колготок. Уёну придется выкинуть их после. Сан разорвет их в нескольких местах. - Посмотри на себя, - говорит ему Сан, второй рукой сжимая его шею, развернув к себе так, чтобы поцеловать в губы, но чтобы Уён при этом хорошо видел себя в зеркале. Губы Сана влажно касаются его. Он гладит Уёна по животу поверх корсета, спуская руку ниже. Когда он накрывает его член, Уён тихо стонет и двигает бедрами навстречу. Сан ласкает его, глядя в зеркало. Уён смотрит ему в глаза с вызовом. Он чувствует его твердеющий член сзади. Но надогло Сана при виде податливого Уёна в зеркале не хватает. Он ставит его на колени, грубо надавив на плечо, и говорит: - Не дразни, а сразу бери в рот. И только попробуй не проглотить. Уён чувствует, как его собственный член твердеет от голоса Сана. Он послушно делает то, что сказал Сан. Расстегивает его брюки, спуская с бельем, и берет вставший член до основания, расслабляя свое горло. Сан хватается за его затылок, задавая темп. Пока Уён позволяет трахать себя в рот, его белье становится влажным. Когда Сан кончает, грубо толкнувшись в его горло, Уён едва не закашливается. Сан позволяет ему выпустить член и тут же хватает за подбородок. Уён смотрит ему в глаза нервно, чувствуя, как засыхают слёзы на щеках, и сглатывает – как и хотел Сан. Тот довольно растягивает губы. - Хороший мальчик. Он кивает ему на стол, где стоит бутылка шампанского. - Выпей ещё. Хочу, чтобы ты расслабился сегодня. Раз уж у тебя день рождения. Уён послушно встает с колен и подходит, чтобы взять бокал. За четыре больших глотка он выпивает всё. Сан говорит ему после, вытеревшись полотенцем и натянув белье и брюки: - Ложись на постель. Возьми мой галстук, я свяжу им твои руки. Уён ощущает восторг. Он так хотел, чтобы Сан сделал это. Он берет оставленный Саном галстук – пальцы чувствуют дорогую хлопковую ткань с примесью шелковых нитей. Уён садится на постель, спустив руки между ног. Сан упирается ногой в кровать и сразу обвязывает его запястья своим галстуком. Грубо, затянув так, что Уён уверен – этот галстук Сан больше никогда не наденет. Но хотелось бы, чтобы Сан его сохранил. Уён откидывается на спинку кровати, опустив связанные руки между своих слегка разведенных в стороны ног. Ладони бесстыдно накрывают пах. Сан отходит от кровати, глядя на него. - Вроде бы я не разрешал тебе себя трогать. Уён с сожалением кусает губы, но поднимает руки выше, прижимая к груди. - Тебе идёт корсет, - говорит Сан, оглядывая его с ног до головы. – Как сильно ты его затянул? - Средне, - говорит Уён. Сан вскидывает голову. - Ну, это можно исправить. Уён нервно кусает губы. Сан замечает. - Не хочешь? - Не хочу потерять сознание от недостатка кислорода, - жмет плечом Уён. – Но ты можешь сделать все, что захочешь. Сан кивает. - Оставим как есть. Мне больше нравится слушать, как ты стонешь. Я бы не хотел, чтобы ты потерял сознание. Я люблю, когда получаю ответную реакцию. Сан медленно гладит себя через брюки, пока разглядывает его. Уён думает, что ему повезло, что у Сана нет такого фетиша – трахать парней в бессознательном состоянии. Однажды Уёна едва не напоили в клубе. Один парень проявил к нему внимание, купил выпить и предложил поехать к нему. Уён почти согласился, но вовремя осознал, что ему становится тяжело сохранять концентрацию внимания. У него кружилась голова. А сердце билось как сумасшедшее. Он быстро понял, что ему что-то подмешали. И как оказалось после – снотворное. Уён позвонил Хонджуну, одному из своих хёнов, который, несмотря на заботу о нем, дико не одобрял его образа жизни и развлечений. Хонджун сразу приехал забрать его. Уён вырубился спать прям в его машине. Как Хонджун привез его к себе, Уён не помнил. Он проспал тогда целых четырнадцать часов. Хонджун переволновался из-за его состояния – он тогда не мог его разбудить. Уён проснулся сам, и Хонджун не отходил от него почти весь день. Уён остался у него, позволяя заботиться о себе, хотя делал это больше для спокойствия своего хёна, чем по собственному желанию. Хонджун тогда сказал ему: - Тебе нужно заявить на этого парня в полицию. Уён только закатил глаза. - Я даже имени его толком не помню. Мы познакомились в клубе. Вряд ли он появится там снова. Он не особо врал, но имя парня он прекрасно помнил. Просто не хотелось всей этой суматохи с полицией. Хонджун смотрел с неодобрением и сожалением. - Хорошо, что ты мне позвонил. Я бы с ума сошел, если бы тебя… Изнасиловали. Хонджун не сказал этого вслух. А Уён в тот момент ясно осознал одну вещь – Хонджуну он ужасно дорог. Очевидно, не только как друг. Потому Хонджун смотрел на него с таким надломом в глазах, что хотелось сразу же забыть и стереть этот взгляд. Уён сделал вид, что не понял истинную причину его заботы. И сказал ему: - Я буду осторожнее, хён, правда. И он был осторожным. Он перестал знакомиться в клубах, перестал выпивать с незнакомыми парнями. А сейчас, когда он нашел Сана, то ощущал некоторую степень доверия к нему. У Сана были деньги, они сходились в желаниях, да и потом, он ещё ни разу не сделал ничего такого, что заставило бы Уёна сожалеть об их встречах. Он только сильнее хотел Сана после всего, что тот давал ему ощутить в сексе. Сан продолжает на него смотреть. Уён поднимает связанные руки выше, проводя пальцами по своим губам. Сану нравится то, что он делает. - Давай, раскрой рот, - говорит он. И Уён послушно делает это, обхватывая губами свои пальцы. Он дразнит и знает, что Сану нравится. - Раздвинь ноги, - говорит ему Сан после. Уён расставляет колени. - Шире, - приказывает Сан, неудовлетворенный тем, что видит. Уён подчиняется, раздвигая ноги сильнее. Он убирает руки от лица, касаясь своих сосков поверх рубашки. Раз уж Сан не спешит его трогать… Сан смотрит на его возбужденный член под шелковым бельем. - Как ты хочешь кончить? – спрашивает он. Уён напрягает руки, чуть ерзая поясницей на постели. - Хочу, чтобы твой член был во мне, - говорит он, глядя на Сана. - Может, будет достаточно моих пальцев? – усмехается Сан. Уён понимает, что теперь он его дразнит. - Нет, - Уён качает головой. – Сделай это так, чтобы я кричал. Сан ведет плечом. - Чтобы ты кричал, нужно выбрать место, где никто не вызовет полицию. Потому что я могу заставить тебя быть очень громким. - Сними в следующий раз загородный дом, - советует Уён. - Не боишься? – уточняет тогда Сан. - Чего я должен бояться? – бесстрашно говорит Уён, но чувствует волнение. Хонджун бы его в очередной раз отчитал за беспечность. - Быть один на один с человеком, которого не знаешь. Одно дело – трахаться в центре города в номерах люкс. И другое – там, где нет ни души. - Ну, ты ведь не сделал со мной ничего ужасного до сих пор, - говорит Уён, и сам понимает, что убедить в доверии Сану хочет лишь себя. Он действительно не знает о нем ничего. Ему стоило бы лучше думать о своей безопасности. Но Сану хочется довериться. Мысль о том, что он увезет его куда-то подальше от центра города, ужасно возбуждает. Сан наконец подходит к кровати, взяв в сумке смазку и презервативы. Уён замечает, как он возбужден. Снова. Он медленно опирается на постель, подбираясь к Уёну без особой спешки. Уён сильнее раздвигает свои ноги, позволяя Сану оказаться между них. Сан гладит его согнутые колени, а потом целует его между разведенных бедер, поверх сетки колготок. Уён удовлетворенно прикрывает глаза, опуская связанные руки, чтобы взять Сана за волосы. Тот прижимается щекой к его паху, и Уён позволяет себе вольность – тянет Сана за волосы ещё ближе. Сан не выказывает недовольства, только горячо дышит поверх его белья, ощущая какое оно влажное. Уён сильнее сжимает пряди его волос. Сан тогда поднимает взгляд, цепляясь за сетку колгот и оттягивая. Уён выдыхает томно: - Я так хочу тебя. Сан видит это и без слов. Он оттягивает сильнее его колготки одной рукой, а вторую кладет на живот Уёна, касаясь кожаного корсета. Уён кусает губы в нетерпении, опуская руки к его ладони. Сан переплетает свои пальцы с его. - Оседлаешь меня? – предлагает ему Сан, прижимаясь губами к его члену поверх белья. Уён с готовностью кивает. Сан тогда меняет их позу, ложась спиной на постель и помогая Уёну сесть сверху. Тот упирается связанными руками в его грудь. Сан удерживает его за талию, стянутую корсетом. Уён двигает бедрами, чувствуя какой Сан твердый под ним. - Давай так, - говорит Сан. – Хочу посмотреть, как надолго тебя хватит. Если кончишь до того, как я сниму с тебя белье, то мне все-таки придется затянуть твой корсет сильнее. Уён не знает, угроза это или пожелание. Он трется о Сана сильнее, запрокинув голову, пока ладони Сана сжимаются на его талии. Уёну стыдно от того, что его белье уже все мокрое. Он просто сгорает от желания. Ему нравится, как Сан терпеливо наблюдает за ним. Уён старается не спешить, но ему ужасно хорошо сидеть у Сана на бедрах. Лучше разве что будет после – когда он все же окажется без белья и сядет на его член. Сан спускает одну руку на его задницу, оттягивая колготки. Ткань рвется. Сан делает это без сожаления. Уён сильнее ерзает, глядя ему в глаза. Если у Сана и есть какие-то фетиши, то наблюдать за тем, как парни перед ним кончают без рук. Он тяжело дышит, трогая тело Уёна, а потом тянет наклониться, чтобы поцеловать его. Уён охотно толкается языком ему в рот, прижимаясь твердым членом к его паху и чувствуя, как горячая волна заполняет тело. Он кончает, громко выстанывая Сану в рот. Тот сжимает с силой его бедра, а потом спускает одну руку, накрывая его член, заставляя чуть приподняться. Сперма пачкает шелковую ткань и край рубашки. Сан с силой рвет колготки, чтобы просунуть пальцы под белье. Уён задыхается. Он слишком чувствительный. Рука Сана – горячая. Уён медленно целуется с ним, позволяя размазывать сперму по белью и его кожаному корсету. Поцелуи и прикосновения длятся долгие минуты. Сан развязывает его руки и дает ему прийти в себя. Отдышаться. Успокоить биение сердца. И он ужасно ласков с ним. Но в какой-то момент это заканчивается. Сан говорит ему в ухо, кусая за мочку, где гнездится целый ряд серебристых сережек: - Теперь снимай эти дурацкие колготки. И белье. Корсет и рубашку оставь. Уён послушно делает то, что он говорит. Потом подвигает ближе оставленные Саном чуть ранее смазку и презервативы на краю постели, чтобы он легко мог взять их. Сан тем временем тоже раздевается. Он трогает себя, бросая Уёну: - Бери смазку и растяни себя. Уён делает это, нависая сверху, чтобы Сан хорошо видел его лицо. Сану нравится, как он прикрывает глаза и кусает губы – Уён делает это чуть наигранно, потому что знает, как это возбуждает. Он быстро привыкает к собственным пальцам, и Сан говорит ему: - Хватит. Садись сверху. Уён упирается руками у его плеч и смотрит в глаза. Он трется задницей о твердый член Сана, не спеша с выполнением того, о чем он просит. Сан мажет губами в его томно открытый рот. Уён проводит языком по его губам. Сан тогда спускает руки вниз, надевая презерватив и берясь за его бедра, после чего заставляет медленно опуститься на член. Уён прикрывает веки, чувствуя боль. Сан удерживает член за основание, пока тянет бедра Уёна ниже. Это происходит очень медленно. Но Сан заставляет его сесть сразу на всю длину. Уён стонет тихо, пытаясь привыкнуть. Сан не добавил смазки, поэтому выходит больнее. - Смотри на меня, - приказывает он секундой позже. Уён открывает глаза. Сан тут же целует его глубоко и влажно, а потом Уён чувствует его руки на своей пояснице. Уён сидит на его бедрах, чувствуя внутри твердый горячий член, но даже не пытается двигаться, пока Сан перешнуровывает его корсет, безжалостно утягивая, пока мажет губами в шею. После Сан снова смотрит ему в глаза. Уён понимает, что глубокие вдохи делать становится невозможно. - Тяжело дышать? – спрашивает Сан. Уён коротко кивает. - Хорошо, - говорит Сан и тут же с силой сжимает его голую задницу. – Двигайся. Уёну остается только покориться. С Саном просто нет других вариантов. Уён мнет постельное, упираясь руками по обе стороны от плеч Сана. Сан кусает его шею, заставляя каждый раз опускаться бедрами резче. Уён слышит, как их бедра ударяются друг о друга. Чувствует, как его собственная кожа пахнет персиком от парфюма. Слышит, как этот сладкий запах мешается с тяжелым парфюмом Сана. Ощущает, какая влажная кожа у них обоих. И как пошло и громко член снова и снова входит в него. Сан совершенно не заботится о том, что ему может что-то причинять дискомфорт. Уён дышит с надрывом, чувствует боль от ладоней, что сдавливают бедра. Он старается не делать глубокие вдохи – да и не получится при всем желании. К тому же, Сан входит в него под таким углом, что почти не задевает простату. Уён не чувствует должного удовлетворения. Сан кусает мочку его уха, выдыхая: - Потерпи ещё немного. Уён удивлен этой просьбой. Обычно Сан не уговаривает его быть терпеливым – он считает, что Уён должен быть таким по умолчанию. - Ты можешь… - тихо и отдельными рваными словами просит Уён. - Что, детка? – Сан жарко целует его в шею. Детка. Уёну так нравится. Сан никогда ещё его так не звал. - Мне больно. Хочу… по-другому. Сан тогда заглядывает в его глаза, заставив чуть отстраниться. - Тебе не нравится? - Я не против боли, - тихо говорит Уён. – Просто нужен другой… угол. Сан быстро кивает и толкает его спиной на постель. Уён сразу же обхватывает его бедра коленями. Сан закидывает его ногу на свое плечо, и Уён дает ему войти резким движением. Сан делает несколько уверенных толчков, следя за эмоциями на чужом лице. Уён сжимает веки, привыкая к новой позе и ритму. Сан гладит его щеку. - Уён? Тот смотрит ему в глаза, быстро кивая: - Да, так хорошо. Мне… нравится. Сан коротко целует его в губы, начиная двигаться быстрее. Уён дышит сорвано. Корсет давит, а Сан грубо трахает его. Уёну кажется, что сознание он точно не потеряет, но ему уже тяжело выносить все эти ощущения. Сан наклоняется к нему ниже, трогая лицо. Уён с трудом раскрывает пересохшие губы. Вероятно, Сан замечает бледность его лица. И слышит, как ему тяжело нормально дышать. - Терпи, - теперь в голосе один лишь приказной тон, несмотря на ласковое прикосновение пальцев. Уён обхватывает его плечи, чтобы притянуть его ближе. Сан нетерпеливо вбивается в него, вырывая сдавленные стоны. Уён оттягивает его волосы, когда Сан напрягается и делает последние грубые толчки. Когда он кончает, то выходит сразу же, но ложится рядом, стянув презерватив и прижимая Уёна к себе. Рука с силой дергает шнуровку корсета на его пояснице. Сан тяжело дышит в раскрытые губы Уёна. Тот с облегчением делает пару глубоких вдохов, пока Сан расслабляет его корсет. - Ты такой послушный, - говорит ему Сан после того, как Уён обретает способность дышать нормально. Они целуются. Руки Сана – на его бедрах, на его члене. Он дает Уёну кончить ещё раз. А потом они оба лежат в постели, трогая остывающую кожу друг друга. Уён удовлетворен и счастлив. Сан перебирает его волосы и касается расслабленного корсета на талии. Уён закрывает глаза, дыша ему в шею, пахнущую мускусом, деревянными нотами и амброй. Выйдя из душа чуть позже, Сан оставляет ему деньги – больше, чем в прошлый раз – и говорит: - Меня не будет в городе несколько недель. Я улетаю в Китай. Крупная сделка по работе. Уён чувствует, как ему становится больно от этих слов. Он стоит перед ним в одной рубашке, едва прикрывающей бедра. Он уточняет: - Когда ты вернешься? - На Рождество, - говорит Сан. – Приготовишь что-то особенное для меня? Уён кивает. Сан надевает пиджак и говорит, замечая его нерешимость подойти ближе: - Можешь поцеловать меня, если хочешь. Уён тут же льнет к нему, обвив его шею руками. Сан удерживает его за талию и дает толкнуться в свой рот языком. Уён целует его долго и страстно, чтобы было что вспоминать почти четыре недели декабря. Он не знает, как вытерпит это. Сан говорит ему на прощание: - Буду по тебе скучать. Голос – спокойный и без эмоций. Но Уёну хватает и этого. Он оставляет на губах Сана ещё один поцелуй – короткий и нежный. И когда за ним закрывается дверь номера, Уён ложится в постель и долго-долго думает обо всем, что Сан делал с ним сегодня. В руках Уёна – смятый галстук Сана. Тот оставил его, и Уён сохранит его себе. Он чувствует себя одержимым им. И он без понятия, как дождаться Рождества.