SILK AND CHAINS

Цепочка на разгоряченной после танцевальной практики коже приятно холодит её. Уён смотрит в зеркало, вытирая пот со лба. Усталость даёт о себе знать после дополнительного часа практики. Уёну нужно много практиковаться, чтобы показать себя достойно на университетском концерте для второкурсников. Он не жалеет сил, чтобы отточить хореографию до идеала. Он придумал её быстро, теперь оставалось только усовершенствовать. Уён всегда отдавал себя танцам очень бездумно и эмоционально, не заботясь о травмах и сложностях. Ему казалось, что это настолько его стихия, что никакая боль и препятствия просто не могут стать у него на пути. Вот и сейчас, чувствуя, как быстро сердце стучит и дыхание сбивается, он понимает, что останавливаться рано. Нужно ещё хотя бы полчаса потренироваться. Один из элементов хореографии даётся ему недостаточно хорошо и требует отработки. Но уже спустя несколько минут после попытки снова повторить хореографию полностью, Уён без сил опускается на пол. У него слегка кружится голова. Ел он только утром, так что сейчас, в начале четвертого, голод ощущается довольно сильно. А Уён не только решил вдвое больше своего времени посвящать танцевальной практике, готовясь к своему выступлению, он ещё и счел, что ему нужно прийти в более подходящую физическую форму. Сбросить пару килограмм. Улучшить рельефы тела. У него никогда не было комплексов насчет внешности, но встречи с Саном заставляли раз за разом придирчивее относиться к тому, как он выглядит в зеркале. Уёну хотелось, чтобы шёлковое белье сидело на нём лучше. Чтобы ключицы проглядывались сильнее. Чтобы Сан хотел его тело, не теряя интерес. Так что урезанная норма калорий чувствуется сейчас весьма ощутимо. Уён слышит, как спустя пару минут его сердцебиение не успокаивается. Кожу покрывает холодный пот. Руки чуть немеют. Просто прекрасно, думает он. Такова цена совершенства. В голову невольно закрадывается мысль о том, на что бы он пошёл, если бы Сан попросил его о чем-то подобном. Вероятно, Уён сделал бы всё, чтобы угодить ему. Скажи Сан, что ему нравится анорексичная худоба, Уён непременно морил бы себя голодом. Но Сана, вроде бы, всё в его внешности устраивает. Уён ни разу не слышал замечаний. Размышлять на этот счет слегка странно. Уён всегда считал себя привлекательным, и подстраиваться под чужие стандарты он никогда не думал, какие бы тренды и мнения его не окружали. Но для того, чтобы быть рядом с Саном, он должен соответствовать его эстетичным представлениям и дальше. Нет ничего плохого в том, чтобы стараться стать лучше, приближаясь к личному идеалу. Уён знает, что его тело красивое, и что он прекрасно владеет им, но Сан сам постоянно уделяет время спорту и поддержанию себя в форме, так что нужно быть с ним на одном уровне. Уён медленно встает с пола, понимая, что на сегодня с танцами нужно заканчивать. И пойти нормально поесть. Пока он идёт в душ и в раздевалку, то размышляет о том, что его ждёт в эту пятницу. В том, что Сан захочет видеть его, Уён не сомневается. Но будет ли это снова ресторан, или новая практика, которую Сан захочет использовать? Пока он ни о чём таком его не предупреждал. После вечера с шибари они провели субботу вместе – Сан заказал еду из ресторана домой, и пока они обедали, он сказал, что в начале недели ему придется уехать. Но он обещал вернуться до пятницы. На начало недели у него запланированы переговоры по работе в Швейцарии, плюс есть пара встреч с партнерами по бизнесу. Это займет почти всю неделю, и подробности Уёну он не рассказывал. Уён не навязывался с расспросами, но с нетерпением теперь ждёт сообщения от Сана – тот обещал ему написать, когда прилетит обратно. Сегодня – вечер четверга, а Сан до сих пор ничего ему не сообщил. Уён нервничает, когда одевается, периодически заглядывая в телефон. Сан даже не в сети. Желание написать ему самому выжигает нутро. Но Уён сдерживается. Он собирается и быстро идёт в общежитие, купив себе по пути еду на вынос – простой сытный рамен. И плевать на перебор калорий. Питаться который день на восемьсот Уён уже не может. Юнхо в комнате смотрит на его бледное лицо и говорит, что он выглядит усталым. Уён не спорит и молча садится есть. Свой телефон он оставляет в покое, пока ужинает, а потом садится сделать немного заданий для университета. Сан пишет ему поздно, когда Уён почти засыпает. «приеду завтра днём, жду тебя как обычно в 8». Уён сонно улыбается в экран и быстро набирает: «хорошо. удачная поездка?» Сан не отвечает минуту. А потом Уёну всё же приходит ответ: «нет, она совершенно себя не оправдала». Уён решает, что может быть игривым: «тогда я покажу тебе завтра кое-что новое, чтобы ты расслабился». Сан набирает: «тебе придется очень постараться, Уён». Тот уверяет его в ответном сообщении, что сделает всё, чтобы он остался им доволен. Но он даже не представляет, насколько излишняя самоуверенность его подводит. / Уже по одному недовольному взгляду Сана на пороге Уён понимает – неделя у него была сложной. И так как сегодня он едва успел вернуться, всё ещё не отойдя от утомительной дороги и потраченных нервов на все проведенные встречи и переговоры, поблажек Уёну он давать не будет. Уён сразу скидывает с себя куртку, открывая Сану вид на его полупрозрачную майку и кожаные штаны. Под тканью заметна тонкая цепочка, что украшает его тело, оплетая шею и спадая на грудь. Под ребрами она разветвляется в стороны, оплетая талию Уёна, как своеобразное подобие металлической портупеи. - Ты скучал по мне? – игриво спрашивает Уён в надежде, что он заставит Сана расслабиться. Сан пристально изучает его внешний вид и не отвечает на вопрос. Вместо этого он говорит: - Я уже поужинал, так что сразу пойдём наверх. Уён слышит в его голосе раздражение и нетерпение. Он начинает: - Сан, я хотел… - Ты опоздал. Сан обрывает его попытку сказать, что он собирался. Уён смаргивает, глядя на экран телефона, который достает из кармана, чтобы свериться со временем. 20:11. - На десять минут?.. - Да, - холодно говорит Сан. – Я сказал тебе быть к восьми. Уён решает смолчать о вечерних пробках в городе. - Извини, - тихо говорит он, тут же шагая к нему. Сан выглядит недовольным, так что доказывать свою правоту не хочется. Сейчас это бесполезно. Уён решает, что сможет заставить его быть мягче, если напомнит о том, как хорошо он умеет отвлекать поцелуями. Сан не удерживает его, когда Уён подается к нему, привстав на носки, чтобы обвить руками его шею и ласково поцеловать в губы. Уён закрывает глаза, вкладывая в поцелуй всю свою заботу и нежность, на какие только способен. Сан же кладет руку на его горло, тут же углубляя поцелуй, делая его мокрым и пошлым. Уён позволяет толкаться в свой рот языком, но гладит Сана по затылку совсем невесомо и мягко, так что тот подчиняется его темпу. Поцелуй становится более расслабленным и нежным. Уён первым отстраняется, уверенно погладив Сана ладонью по щеке. - Я знаю, что у тебя была тяжелая неделя. Но давай ты просто позволишь мне тебя отвлечь? Сан смотрит ему в глаза, слегка удивленный тем, что Уён так легко считывает его эмоции и старается взять инициативу в свои руки. - Попробуй, - тихо соглашается он. Уён тогда уверенно берет его за руку и ведет в гостиную, совмещенную с кухней. Там он подходит с высокому стеклянному шкафу у дальней стены от окна, где Сан хранит виски. Уён бегло оглядывает бутылки, выбирая односолодовый двадцатипятилетней выдержки. Потом он берет массивный стеклянный хайбол, добавляет лёд, который быстро достает из холодильника, а потом наливает виски в стакан, подавая после Сану. Тот делает глоток, не сводя с Уёна взгляд. Уён отшагивает назад, стягивая тем временем с себя майку. Он остается в кожаных штанах и цепочке. Теперь Сан может получше рассмотреть украшение на нём. Помимо цепных звеньев, в ней поблескивают и камни – бижутерия, но всё равно красиво. Уён стал более изобретательным в плане аксессуаров в последнее время. Ему хочется удивлять Сана из раза в раз, показывать ему новые детали, заставлять восхищаться им. В этот раз ему снова удается это. Сан оглядывает цепочку-портупею внимательно и удовлетворенно. Он тянет к Уёну руку, но тот удерживает запястье, не давая коснуться. - Подожди, - просит его Уён. Сан вскидывает бровь. Промедление ему не нравится. Уён сглатывает нервно, но озвучивает то, что собирался: - Я хочу показать тебе ещё кое-что сегодня, кроме того, как я выгляжу. Можешь сесть на диван? Сан делает большой глоток виски, но занимает место на кожаном диване, как он просит. Уён тогда быстро выключает свет, доставая телефон и включая трек, который выбрал для вечера. Он оставляет гореть только бра на стенах – у лестницы и рядом с коридором. Массивные кованые светильники наполняет гостиную желтоватым приглушенным светом, а зона кухни тонет во мраке. Сан прокручивает стакан в руке, так что лёд звенит. Уён убирает телефон на стеллаж в стороне и кладет руки на свои бедра, медленно покачивая ими в такт играющей песне. Сан внимательно смотрит, закусив губу. Уён танцует под медленную и романтичную Wicked Game Криса Исаака, покачивая бедрами и касаясь руками собственного тела, задевая цепочку. С выбором песни он не особо долго думал. Она подходила идеально - не была нарочито сексуальной, но Уён и не хотел сделать танец слишком пошлым. Он хотел, чтобы Сан расслабился, глядя на него, но при этом, чувствовал возбуждение. Поэтому движения Уёна – плавные и соблазнительные, манящие и интимные. Ему хочется, чтобы Сан не отрывал от него взгляд и считал посыл. В тексте песни довольно много про влюбленность и преданность. А ещё там есть про нежелание ощущать себя с разбитым сердцем. Уён старается продемонстрировать лучшее, что он умеет. Плавные изгибы, игривую мимику, идеальные пропорции тела. Он чувствует себя куда увереннее, чем обычно – не зря большую часть недели он истязал себя дефицитом калорий. Его тело и так было изящным, а сейчас тем более. Тонкая талия, стройные бедра, обтянутые черной кожей, блеск цепочки на груди и под выступающими ребрами. Сан допивает виски, пока Уён разворачивается в изящном танце к нему спиной, положив ладони на свою задницу. Сан убирает стакан в сторону и кладет руку себе на пах. Нетерпеливо и уверенно. Уён замечает это, когда поворачивается к нему, сделав пленительную волну телом. Сану явно очень нравится то, что Уён показывает ему. Он уже не выглядит раздраженным. Уён продолжает танцевать для него, замечая, как Сан смотрит на него. Взгляд – вожделенный и голодный. Сан с новой стороны открывает для себя его пластичность и умение дразнить. Уён прекрасно владеет своим телом и наконец-то рад показать Сану свое умение танцевать. Под очередную строчку I’d never dreamed that I’d love somebody like you Уён наконец оказывается рядом с Саном, мягко касаясь его плеч. Потом он седлает его бедра и трется о Сана совершенно без стеснения, всё ещё подстраиваясь под ритм играющей песни. Уён делает это грациозно и плавно. Сан же хватает его за волосы, оттягивая за затылок. Уён кусает губы, но лишь подаётся бедрами вперед, подставив Сану шею, которую он тут же лижет и кусает. Рука Сана скользит по его коже, оттягивая цепочку на теле, а потом забирается Уёну под брюки, не расстегнув их. Он сжимает его задницу и понимает, что белья на Уёне в этот раз нет. И Сан говорит ему: - Сможешь кончить так? Я пока что не буду тебя раздевать. Уён быстро кивает, продолжая жаться к нему ближе и ерзая на его бедрах более активно. Сан снова целует его шею, кусая больно и тут же зализывая покрасневшую кожу. Уён отпускает себя и совершенно бесстыдно двигает бедрами, цепляясь за плечи Сана. Тот держит его за задницу, смазано целуя в щеку и говорит: - Это было так красиво. Твой танец. Уён улыбается, прикрыв глаза. Сан смещает губы на его шею, притягивает ближе, и просит: - Не сдерживайся. Хочу услышать как ты стонешь. Уёна не нужно сильно упрашивать. Он делает всё, чтобы получить оргазм, сидя у Сана на коленях. Хочется, правда, более тесного контакта, хотя бы руки Сана на своем члене, но приходится подстраиваться под желания старшего. Сан с силой сжимает цепочку на его талии, так что металл давит на ребра. Уён старается не обращать внимание на боль, фиксируясь лишь на своем желании. Наконец он громко стонет, прикрыв глаза прижимаясь в виску Сана губами. Сан довольно шлепает его по заднице и позволяет встать с его колен после того, как они недолго целуются. Уён садится рядом и откидывается на спинку дивана, пытаясь отдышаться. В штанах влажно, и от этого слегка неловко. Сан встает, и спустя минуту Уён слышит как звенит в стакане лёд – Сан наливает себе ещё выпить. Уён прикрывает глаза. В полутьме комнаты он чувствует себя очень расслабленно. Хочется снова почувствовать близость Сана. Уён думает, чтобы позвать его снова сесть рядом, но чувствует, как тот становится за его спиной. Уён улыбается, поворачивая голову чуть вбок. А потом он чувствует, как к его горлу прижимается лезвие ножа. Уён замирает, боясь пошевелиться. Расслабление моментально покидает его, уступая место противному ледяному ощущению под кожей. Сан делает глоток виски из рокса, который держит в левой руке. В правой у него нож. - Не дергайся, - говорит он небрежно. - Иначе результат тебе не понравится. Уён понимает, что за всё время их общения Сан ещё никогда не был пьян рядом с ним. Они часто пили алкоголь, но Сан всегда держал себя в руках. Сейчас же он слишком быстро опустошает второй стакан виски. И каждый раз там было куда больше, чем стандартные пятьдесят. Уён без понятия, каким Сан может быть, если разозлится или будет чем-то недоволен после выпитого. Сан куда сильнее его, и если он захочет сделать ему больно, переходя все возможные границы, он это сделает, и Уён не сможет особо сопротивляться. - Вставай, - коротко бросает ему Сан. Уён сразу же подчиняется, развернувшись. Их разделяется диван, и Сан кивает ему подойти к стене. Он допивает оставшийся виски, убирая стакан на стол. Нож остается в его руке. Уён отступает к стене, слыша очередной повтор припева песни, которую сам же и включил. What a wicked game you played to make me feel this way Уён ждёт, глядя как Сан медленно подходит к нему. Его губы плотно сжаты. Шаги – неторопливые. То удовлетворение, что было на лице Сана, пока Уён танцевал для него – стирается, уступая место тому недовольному и холодному выражению, с каким он встретил его в коридоре. - Если я говорю тебе приехать к восьми, ты не должен опаздывать, ясно? Уён смотрит на Сана, тут же кивая. Сердить его ещё сильнее не хочется, хотя Уён был уверен, что он смог его отвлечь и настроение Сана стало лучше. Очевидно, нет. Тот шагает ближе к нему, и Уён чувствует резкий запах алкоголя на губах Сана. Они пахнут виски – дымным и спиртуозным, и Уёну не особо это нравится. Уён хочет посмотреть, что Сан собирается делать с ножом, и Сан как раз в этот момент прижимает лезвие к лицу Уёна. Тот закрывает глаза, стискивая зубы. Ему хочется попросить Сана прекратить. Не хочется шрамов на своем лице. Удары – ещё куда не шло, синяки со временем сходят. Но порез может заживать дольше и оставить след. А Уёну, с его тягой к сцене, нужно быть очень аккуратным со своим лицом. - Сан, - тихо зовёт он, пытаясь говорить спокойно и сдержанно. Тот вжимает лезвие чуть сильнее, но не ранит. Уён открывает глаза, чтобы встретиться с ним взглядом. - Скажешь мне прекратить? – уточняет Сан. Уён не может попросить об этом. Он знает, что последует дальше, если он скажет это вслух. Так что он говорит: - Только не лицо, Сан, пожалуйста. Делай что угодно, только не порежь мне лицо. Сан нервно кусает губы и опускает лезвие ниже. Нож упирается кончиком Уёну между ключиц, отодвинув цепочку с блестящим камнем. Спокойнее от этого не становится. - А здесь? Можно? Сан говорит это почти насмешливо, ожидая сопротивления. Уён с отчаянием смотрит ему в глаза. Но приходится кивнуть. Он ведь сам озвучил условие. Сан тогда аккуратно вдавливает кончик ножа в выемку между его ключиц. Уён прикрывает глаза. Боль едва ощутимая, Сан лишь задевает лезвием верхний слой кожи. Порез выйдет совсем тонким. Но Уён всё равно боится пошевелиться. Сан вроде бы останется доволен его покорностью. Порез на ключицах даже не кровит. Это тонкая царапина. Сан отстраняет нож и поднимает его руки вверх, больно сдавливая запястья. Уён подчиняется. Лезвие ножа Сан спускает по груди вниз, минуя звенья цепочки, что облегает тело Уёна. Нож тонко царапает кожу, но не режет. Уён сдавленно выдыхает, когда лезвие упирается в самый низ брюшной полости, так что Уён невольно втягивает живот, чтобы лезвие не порезало его. Сан говорит, наблюдая за его реакцией: - Ты боишься меня сейчас? Уён честно кивает, закрыв глаза. Сан тогда насмешливо бросает ему: - Не хочешь шрамов на своем красивом теле? Уён делает усилие над собой, чтобы ответить: - Я приму всё, что ты захочешь сделать. В разумных пределах, Сан. И тогда Сан с раздражением отпускает его. А потом резко бросает: - Возьмись руками за лампу. И развернись лицом к стене. Уён молча делает, что он говорит. Берется за кованный корпус бра на стене и расставляет чуть шире ноги, повернувшись к Сану спиной. Уён слышит лязг металла о пол. Сан бросает нож, притянув его бедра к себе. Потом он стягивает его кожаные штаны, спустив руку на его член. Кожа Уёна влажная после того, как он кончил чуть раньше. Сан небрежно размазывает сперму по его члену, а потом поднимает руку к его губам, чтобы сунуть пальцы Уёну в рот. Тот послушно вбирает их, чувствуя себя куда спокойнее после того, как Сан отпустил нож. Но расслабиться полностью всё равно сложно. Сан позволяет ему вылизать пальцы, а потом берется за его бедра, заставляя чуть прогнуться в спине. Уён слышит, как звенит пряжка на ремне его брюк, когда Сан быстро расстегивает их, прижавшись после сзади своим твердеющим членом. Уён позволяет тереться о себя, пока Сан сует ему свои пальцы, чтобы снова вылизал их. Уён понимает, что смазку Сан использовать не будет. Секунду спустя он толкает в него влажные пальцы, и Уён сдерживает стон, потому что ему больно. Сан звонко бьет его по бедру, чтобы расслабился. После он снова вводит в Уёна пальцы, грубо и глубоко. Уён старается принять их, но инстинктивно сжимается. Сан кусает его в шею и говорит: - Если ты не расслабишься, то будет ещё больнее, когда внутри откажется мой член. Уён просит сломленным голосом: - Дай мне привыкнуть. Или принеси смазку. - Нет. Голос Сана – неумолимый и грубый. Уён готовится к тому, что его просьба только сильнее разозлит Сана. Но он всё же чуть замедляет движения пальцев внутри него и целует в шею нежнее. Смазку он использовать не хочет, но всё же дает Уёну возможность привыкнуть к дискомфорту. Уёну всё ещё больно, когда Сан делает это тремя, но он покорно принимает это. А когда Сан берет его за бедра, толкаясь в него медленно, но сразу на всю длину, Уён не сдерживается и стонет. Сан добавил ещё слюны, но это не помогает сделать движение приятным для Уёна. - Тише, - он берет его за горло, целуя в шею сзади. – Детка, ты ведь потерпишь? Как всегда. Когда Сан говорит с ним так нежно и тихо, Уёну хочется сделать всё, что он попросит. Сан целует его в висок, в скулу, в уголок губ, развернув его лицо к себе. Поцелуи почти ласковые, но запах виски кажется Уёну слишком резким. Сан вроде бы прекрасно контролирует себя после алкоголя, только вот Уёну не нравится, когда он такой. Он сильнее хватается за кованую лампу, вжимаясь губами в сановы. Тот делает новое плавное движение в нём. Уён стонет в его рот, глядя в полные желания глаза. Сан ни за что не остановится, даже если Уён начнет умолять. Так что он просто целует Сана в губы, стараясь не думать о боли. Но она не проходит – ни после поцелуя, ни после того, как Сан скользит рукой по цепочкам на его груди, сжимая сосок, ни после жаркого шепота в ухо, какой же он, Уён, красивый. И тем более боль не проходит после ускоренного темпа, который берет Сан, толкаясь в него и чувствуя, как Уён ведет бедрами навстречу. Уён делает это не потому что он привык, а потому что хочется почувствовать хоть какое-то удовлетворение, так что он делает над собой усилие. Но получить нужные ощущения не получается. И Уён просто терпит, позволяя Сану брать его. Первый раз он не получает от секса прежнего восторга, фиксируясь лишь на боли. Сан мог бы коснуться его, помочь расслабиться сильнее, но он лишь держит его за бедра и рвано дышит, целуя в шею. Уён не открывает глаза, сжимая ладони на холодном металле, который служит ему хоть какой-то опорой. А Сан в довершение ко всей боли, что Уён и так испытывает, натягивает цепочку на его шее. Уён чувствует, как глаза предательски краснеют. И когда после оргазма Сан разворачивает его наконец к себе и смотрит в измученное лицо, то щеки Уёна влажные от слёз. Сан вытирает их, а Уён не может разжать веки. Боль и стыд затмевают нежность, которая разливается в груди, когда Сан сцеловывает соленую влагу с его скул. Уён чувствует, как по его бедрам сзади течет сперма, как кожа горит от болезненных прикосновений Сана. Тот просит, гладя его по щеке: - Уён, посмотри на меня. Приходится подчиниться. Рука Сана на его щеке – теплая и ласковая. Губы целуют благодарно и утешительно. Уён тогда медленно спускает руку вниз, чтобы коснуться себя, пока Сан целует его. Тот так и не снял рубашку, не разделся полностью, так что вторая рука Уёна хватается за его рукав на предплечье. Сан углубляет поцелуй и заменяет его руку своей. Уён льнет к нему ближе, но Сан заставляет опереться на стену, чтобы было удобнее. Его рука сжимает его член, и Уён толкается навстречу, прижавшись к щеке Сана своей. Сан трогает его увлеченно и старательно, но Уён понимает, что он слишком напряжен. После того, как Сан касался его ножом, в голове одна лишь мысль о том, что Сан мог бы его не послушать. Мог бы порезать ему лицо. И ключицы. И живот. Он мог сделать всё, что счёл бы нужным. И Уён… скорее всего, Уён бы ему позволил. - Детка, - тихо зовет его тогда Сан, и Уён открывает веки, которые снова сжал, чтобы не смотреть ему в глаза. Сан смотрит на него, замедляя движения рукой. Уён отстраняет его ладонь, понимая, что Сан замечает по его лицу, что расслабиться так не получится. Уён тихо бросает: - Извини. Просто… дай мне пару минут. Сан тогда целует его в висок, потянув к себе. Он прекрасно понимает, что он сам виноват, что Уён слишком нервничает рядом с ним. Из-за боли, из-за перехода границ. Уёну неловко от этого объятия. Он всё ещё возбужден, прижимаясь к Сану своими бедрами. Поясница болит. На ногах засыхает сперма. Уёну не хочется, чтобы Сан смотрел на него сейчас. Старший тогда гладит его по плечам и говорит: - Давай пойдём в душ. Ты слишком напряжен. Уён быстро кивает. Сан ведет его в ванную, и уже там, под горячей водой, чувствуя нежные поцелуи Сана, Уён наконец то может расслабиться и кончить в его ладонь. Но тело всё ещё отзывается болью. Сан прекрасно понимает это, когда толкается в Уёна пальцами, но тот стонет, удерживая его руку. Сан целует его раскрытые губы и обещает тогда, что на сегодня хватит. Уён думает, что Сан чуть позже забудет об этом, как только они снова окажутся в постели, но тот правда его больше не трогает. Только целует и прижимает к себе в кровати, позволяя быть рядом. Уён долго не проваливается сон, несмотря на ощутимую усталость. После душа он чувствует себя спокойно и почти умиротворенно, лежа у Сана на плече. Он ласково ведет пальцами по его груди, касаясь соска. Сан зарывается рукой в его волосы и массирует его затылок. Это приятно. Особенно после того, как Сан грубо вел себя с ним сегодня в ответ на попытки отвлечь его. Уён спустя долгие минуты упирается рукой в свою ладонь с тыльной стороны и поднимает взгляд, изучая лицо Сана. Тот лежит, закрыв глаза. Наконец-то он выглядит расслабленным. Уёну сейчас просто не верится в то, что человек, который так ласково обнимает его, может быть с ним таким жестоким и грубым. Уёну хочется, чтобы Сан расценивал его не только как мальчика, с которым он спит и который предан ему. Чтобы он видел, что за этим скрывается не просто желание, а глубокая эмоциональная привязанность. Сан тоже способен на это, раз позволяет быть рядом. И возможно, если чаще говорить ему о том, как ему важна его близость, он станет более взаимным и внимательным. Уён решается позвать его: - Сан? - Что? - тот отзывается тихо и устало, но на него не смотрит. Уён спрашивает: - Расскажешь мне про свою поездку? Сан тогда бросает на него не очень довольный взгляд, хмурясь. - Тебе это интересно? - Да, - тут же говорит Уён. – Ты сказал, что она себя не оправдала. Переговоры… прошли неудачно? Сан все еще не доволен выбранной темой, но все же отвечает: - Да, они прошли отвратительно. Европейцы работают совершенно иначе, так что мы просто… не сошлись в условиях и ожиданиях от этого сотрудничества. Уён коротко кивает. Тот факт, что Сан говорит ему об этом, а не бросает небрежное замечание, что он просто не поймёт ничего о его работе, уже радует. Уён чуть растягивает губы и говорит: - Тебе бы пришлось часто уезжать, если бы все прошло успешно? Сан кивает. - Вероятно. И Уён позволяет себе легкую дерзость, когда продолжает: - Тогда я рад, что твои переговоры провалились. Так ты больше времени сможешь проводить здесь, со мной. Ему кажется, что Сану не понравится его замечание. Это слишком самонадеянно. И хоть Уён старается придать голосу небрежность и игривость, он говорит серьезно. Сан тогда кладет руку на его щеку, заставляя чуть напрячься. А потом Уён видит, как Сан растягивает губы. Улыбка едва заметная, но она заставляет Уёна ощущать тепло под кожей. Сан говорит ему: - Да, в этом ты прав. И он тянется к Уёну, чтобы поцеловать его раскрытые губы. Уён льнет к его телу, тут же целуя в ответ, и прижимается после к его виску, прикрыв глаза. Сан позволяет занять ему удобную позу, расслабляя плечи. Уён чувствует его ладонь на своем бедре и закрывает глаза. Весь страх, что сегодня Сан дал ему ощутить, забывается. Остается только тепло и одержимость его близостью. Уён засыпает на его плече совершенно счастливый.